Дело № 2-1-357/2025
73RS0011-01-2025-000446-86
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
р.п. Майна 31 октября 2025 года
Майнский районный суд Ульяновской области в составе судьи Копылова И.Н., при секретаре Воржецовой Л.А., с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчиков ФИО2 и ФИО3, – ФИО4, третьего лица ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6, ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО6 об устранении препятствий в пользовании жилым домом, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что является собственником 49/100 долей в праве общедолевой собственности земельного участка и части жилого дома, расположенных по адресу: ***, ***. Ответчице принадлежит часть земельного участка и жилого дома, расположенные по вышеуказанному адресу.
С 24 августа 2025 года в его части жилого дома (в квартире №1) отсутствует холодное водоснабжение. По данному вопросу обращался в прокуратуру Майнского района, администрацию Майнского района, в ОГКП «Ульяновский областной водоканал». Из администрации Майнского района поступил ответ, что полномочий по проведению проверок по фактам ограничения водоснабжения со стороны соседей, не имеется, все споры решаются в судебном порядке. ОГКП «Ульяновский областной водоканал» была проведена проверка по обращению и составлен акт, согласно которому в квартиру № 2 вода поступает, в квартиру № 1 не поступает.
Считает, что данное обстоятельство может быть вызвано перекрытием водоснабжения в квартире № 2, либо ненадлежащим состоянием сетей водоснабжения в квартире № 2.
Полагая, что ответчиком путем перекрытия водоснабжения нарушаются его права, просил обязать ответчика устранить препятствия в пользовании частью жилого дома по адресу: ***, ***, путем восстановления подачи водоснабжения в ***, взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
Определением Майнского районного суда от 22 сентября 2025 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО2 и ФИО3, третьим лицом ФИО5
Определением Майнского районного суда Ульяновской области от 31 октября 2025 года производство по делу по иску ФИО1 к ФИО6, ФИО2, ФИО3 об устранении препятствий в пользовании частью жилого дома по адресу: ***, *** путем восстановления подачи водоснабжения в ***, прекращено в связи с отказом истца от иска.
В судебном заседании ФИО1 исковые требования о взыскании компенсации морального вреда поддержал в полном объеме. Суду пояснил, что с соседом ФИО2 продолжительное время неприязненные отношения. После произошедшей 23 августа 2025 года с ФИО2 ссоры, в ходе которой последний высказывал в его адрес оскорбления, ФИО2 24 августа 2025 года перекрыл водоснабжение квартиры, в которой он проживает с супругой ФИО5 Водоснабжение было восстановлено ФИО2 только 10 октября 2025 года. В связи с отсутствием водоснабжения в период с 24 августа 2025 года до 10 октября 2025 года он испытывал сильные нравственные страдания, поскольку в вышеуказанный период времени приходилось покупать бутилированную воду для питья, а также в пластиковых бутылках на велосипеде привозить воду для других нужд.
В судебном заседании ответчик ФИО2, его представитель, а также представитель ФИО3 – ФИО4 исковые требования не признали, суду пояснили, что перекрытие ФИО2 водоснабжение *** в *** 24 августа 2025 года было вынужденной необходимостью, поскольку кран на водопроводе, ведущем в квартиру истца, был неисправен. О необходимости замены крана ФИО2 сообщил ФИО1, однако последний в связи с личными неприязненными отношениями попыток произвести замену крана не предпринял, к ответчикам по данному поводу не обращался. Вместо этого, направил жалобы в ОГКП «*** водоканал», в МО МВД России «Майнский» и прокуратуру ***. В связи с тем, что ФИО1 не предпринимались меры к замене неисправного крана, его замена была произведена ФИО2 10 октября 2025 года.
Ответчики ФИО3 и ФИО6 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного заседания.
Третье лицо ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по доводам иска.
Представители третьих лиц администрации муниципального образования «Майнский район» и ОГКП «Ульяновский областной водоканал» в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного заседания.
Суд в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело при данной явке.
Выслушав истца, представителя ответчиков ФИО2 и ФИО3 – ФИО4, третье лицо ФИО5, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
В силу ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
На основании ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является восстановление положения, существующего до нарушения прав, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.
В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник управе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе, распоряжаться им иным образом.
В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
В пункте 45 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что применяя статью 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам необходимо учитывать, что в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.
В соответствии с ч. 2 ст. 15 Жилищного кодекса Российской Федерации жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан (отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства).
Пункт 1 части 1 ст. 16 Жилищного кодекса Российской Федерации к числу жилых помещений относит жилой дом.
Часть 2 ст. 16 Жилищного кодекса Российской Федерации определяет жилой дом как индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.
Статьей 17 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что жилое помещение предназначено для проживания граждан.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.01.2006 № 47 утверждено Положение о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом.
Пунктом 12 указанного выше Положения установлено, что жилое помещение должно быть обеспечено инженерными системами (электроосвещение, хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение, водоотведение, отопление и вентиляция, а в газифицированных районах также и газоснабжение).
Отношения в сфере водоснабжения и водоотведения урегулированы Федеральным законом от 07.12.2011 № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении» (далее – Федеральный закон № 416-ФЗ).
Частью 3 ст. 11 Федерального закона № 416-ФЗ установлено, что собственники и иные законные владельцы водопроводных и (или) канализационных сетей не вправе препятствовать транспортировке по их водопроводным и (или) канализационным сетям воды (сточных вод) в целях обеспечения горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения абонентов, объекты капитального строительства которых подключены (технологически присоединены) к таким сетям.
Из приведенных выше положений законодательства следует, что умышленное создание препятствий на сетях водоснабжения и водоотведения нарушает права других лиц, также использующих данные сети на законных основаниях, на проживание в жилом помещении, отвечающем установленным требованиям, в том числе санитарно-гигиеническим, то есть гарантированное право на жилище.
Нуждаемость человека в ежедневном потреблении воды, необходимой как для обеспечения жизнедеятельности организма, так и для удовлетворения бытовых потребностей, общеизвестны, а потому в силу ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не нуждаются в доказывании.
Из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником 51/200, ответчики ФИО6, ФИО2 и ФИО3 собственниками 147/300 долей в праве общедолевой собственности на жилой дом, с кадастровым номером ***, площадью 154,2 кв.м., расположенного по адресу: ***, ***.
Вышеуказанный жилой дом, расположенный по адресу: ***, ***, является одноэтажным, фактически состоит из двух изолированных жилых помещений, обозначенных как *** ***
Сторонами не оспаривается, что между сособственниками сложился фактический порядок пользования жилым домом, при котором: в пользовании ФИО1 и ФИО5 находится изолированное жилое помещение, обозначенное как ***; в пользовании ФИО6, ФИО2 и ФИО3 ***.
Согласно инвентарному делу дома № 32 по ул. Шевченко в р.п. Майна Ульяновской области ***, а также договорам холодного водоснабжения от 30.05.2023 и от 18.07.2023 жилой дом подключен к системе центрального водоснабжения, водоснабжение *** осуществляется через *** (л.д. 41-42,48-49).
В судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, между ФИО1 и ФИО5, с одной стороны, и ФИО2 с другой длительное время складываются неприязненные отношения.
24 августа 2025 года ФИО2, в связи с неисправностью крана, с привлечением стороннего лица ФИО7 произвел отключение *** от водоснабжения, установив заглушку на водопровод, ведущий в ***, что подтверждается письмом в адрес ФИО1 и распиской ФИО7 от 24.08.2025 (л.д. 72-75).
Проанализировав представленные сторонами доказательства, выслушав стороны суд приходит к выводу, что именно ФИО2 произведено отключение домовладения ФИО1 от водоснабжения, следовательно именно он, по мнению суда, является надлежащим ответчиком по делу.
В связи с отсутствием водоснабжения ФИО1 обратился в ОГКП «Ульяновский областной водоканал». По результатам рассмотрения обращения представителями водоснабжающей организации было произведено обследование на предмет подключения потребителя к системе холодного водоснабжения и составлен акт от 27 августа 2025 года, согласно которому водоснабжение в *** отсутствует.
Допрошенная в качестве свидетеля контролер ОГКП «Ульяновский областной водоканал» ФИО8 показала, что 27 августа 2025 года совместно с контролером ФИО9 по обращению ФИО1 производила обследование *** в *** на предмет наличия либо отсутствия водоснабжения. В ходе обследования было установлено, что технически водоснабжение *** осуществляется от централизованной системы водоснабжения через ***. На момент обследования водоснабжение *** отсутствовало. Владелец *** ФИО2 пояснил, что причины отсутствия водоснабжения *** ему не известны.
27 августа 2025 года ФИО1 по факту отключения ФИО2 его квартиры от водоснабжения обратился в прокуратуру Майнского района Ульяновской области.
Как следует из ответа прокурора Майнского района от 25.09.2025 по обращению ФИО1 проведена проверка, в ходе которой установлено, что перерыв в водоснабжении связан с неисправностью инженерных коммуникаций водоснабжения.
Из пояснений ФИО10, ФИО1 и ФИО5, а также из акта обследования от 14 октября 2025 года следует, что водоснабжение *** возобновлено 10 октября 2025 года путем установки ФИО2, с привлечением ФИО7, крана, вместо заглушки.
Таким образом в судебном заседании установлено, что ФИО2, в связи с неприязненными отношениями, отключил квартиру ответчика от водопроводной сети, фактически лишил ФИО1 и членов его семьи, права на благоприятное жизнеобеспечение, что является недопустимым.
Доводы ответчика и его представителя о том, что длительное отсутствие водоснабжения является следствием бездействия ФИО1, который не обращался к ФИО2 с просьбой получить доступ к поврежденному крану и произвести его замену, являются несостоятельными.
Как установлено в судебном заседании, истец ФИО1 о том, что перерыв водоснабжения произошел ввиду неисправности системы водоснабжения, узнал из ответа прокурора от 25.09.2025 (л.д.180), а в последующем из письма ФИО2 (л.д. 72), которое он получил 01.10.2025.
Судом проверены доводы ФИО2 о том, что он 24 августа 2025 года около 18 часов на придомовой территории сообщил ФИО1 о причинах отключения от водоснабжения.
Из представленной ФИО1 и просмотренной в судебном заседании видеозаписи за 24 августа 2025 года следует, что ФИО1 выходит из своей квартиры. О том, что к нему кто-либо обращается, из видеозаписи не усматривается.
Каких-либо иных доказательств, свидетельствующих о сообщении ответчиком ФИО1 о причинах перерыва водоснабжения, суду не представлены, данные доводы ФИО2 являются голословными.
ФИО2, во избежание возникновения конфликтной ситуации в связи с отключением водоснабжения квартиры истца, имел возможность, вместо установки 24 августа 2025 года заглушки, заменить поврежденный кран, и в последующем обратиться к ФИО1 с предложением возместить произведенные затраты.
Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (пункт 1).
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 данного Кодекса (пункт 1).
Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (пункт 2)
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (пункт 3).
В силу п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 ст. 1101).
В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) разъяснено, что права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Как разъяснено в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.).
В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Из разъяснений п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 следует, что по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
В п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Как установлено в судебном заседании, истец по вине ответчика был лишен водоснабжения в своей квартире в период с 24 августа 2025 года по 10 октября 2025 года. В вышеуказанный период времени истцу приходилось покупать бутилированную воду для питья, а также в пластиковых бутылках на велосипеде привозить воду для других нужд.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание значимость воды и водоснабжения в жизни истца и членов его семьи, период отсутствия водоснабжения, созданный ответчиком дискомфорт в условиях проживания, степень нравственных страданий и считает, что размер компенсации морального вреда должен быть определен в размере 20 000 рублей.
Поскольку вина ФИО6 и ФИО3 в прекращении водоснабжения квартиры истца в судебном заседании не установлена, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ним следует отказать.
Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне в пользу, которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Истцом при обращении в суд оплачена государственная пошлина в сумме 3 000 рублей. Следовательно с ответчика в пользу истца подлежат взысканию вышеуказанные судебные расходы в размере 3 000 рублей.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 ***) в пользу ФИО1 (***) компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.
Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Майнский районный суд Ульяновской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья И.Н. Копылов
Мотивированное решение изготовлено 14 ноября 2025 года.