ВЕРХОВНЫЙ СУД
РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ
судья Орлов А.С. поступило 11.07.2023 года
номер дела суда 1 инст. 2-1838/2023 № 33-2754/2023
УИД 04RS0018-01-2023-000536-71
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Резолютивная часть
30 августа 2023 года гор.Улан-Удэ
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе:
председательствующего судьи Ивановой В.А.
судей коллегии Рабдановой Г.Г., Богдановой И.Ю.
при секретаре Тубчинове Т.Б.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов об установлении факта трудовых отношений и взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе представителя истца по доверенности ФИО5
на решение Октябрьского районного суда гор.Улан-Удэ от 5 мая 2023 года, которым в удовлетворении требований истца отказано
Заслушав доклад судьи Богдановой И.Ю., выслушав участников разбирательства, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
В суд обратился ФИО4 с иском к Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов, учетом уточнения требований (л.д.54-55, том 1 и л.д.68-92, том 2) просит: установить факт трудовых отношений с ответчиком в период с 26 сентября 2019 года по день вынесения решения суда; обязать ответчика заключить с ним трудовой договор в письменной форме; взыскать заработную плату за период с 11 января 2022 года по 05 мая 2023 года в размере 366 454,00 руб.; обязать предоставить в УФНС по РБ сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам за период с 26 сентября 2022 года по день вынесения решения суда исходя из минимального размера оплаты труда, установленного в 2019-2023 гг.; обязать произвести уплату налогов и страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование за период с 26 сентября 2019 года по день вынесения решения суда исходя из минимального оплаты труда, установленного в 2019-2023 гг.; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 500 000,00 руб..
Требования мотивированы тем, что истец работает в Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов с 26 сентября 2019 года в должности производственного охотничьего инспектора. В его должностные обязанности входит проверка выполнения гражданами требований в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, в том числе соблюдение ими правил охоты и т.д. 11 января 2023 года истцом получено уведомление от работодателя, в котором сообщалось, что трудовой договор с ним расторгнут и ему необходимо любым удобным способом представить работодателю нагрудный знак и удостоверение производственного охотничьего инспектора. При этом, в указанном письме отсутствовала какая-либо информация о причинах расторжения трудового договора, а также дата, с которой трудовой договор расторгнут. Трудовой договор в нарушение ст.67 ТК РФ в письменном виде ФИО4 не передавался, с приказом об увольнении истец не ознакомлен, уведомление о необходимости забрать трудовую книжку либо дать согласие на высылку ее по почте он не получал и в адрес истца такое уведомление не поступало. Поскольку между истцом и ответчиком было достигнуто соглашение о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя, учитывая возмездный характер трудового отношения, принимая во внимание, что работа истцом фактически выполнялась, просит требования удовлетворить.
В судебное заседание суда первой инстанции истец ФИО4 не явился, извещался судом о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО5, на требованиях настаивал, пояснил, что факт трудовых отношений также подтверждается видеозаписью осуществления трудовой деятельности истцом и актом от 20.10.2019 года о наличии признаков административного правонарушения, составленным истцом в силу своих должностных обязанностей.
Представитель ответчика по доверенности ФИО6, возражала против удовлетворения требований истца, настаивала, что трудовых отношений между сторонами не было, взаимоотношения осуществлялись на основе договоров о совместной деятельности, заключенных между ответчиком и ООО «Спортивно-стрелковый клуб «Арсенал», где истец ФИО4 являлся директором. Нагрудный знак и удостоверение было выдано истцу с нарушением закона, с целью осуществления деятельности в рамках договора о совместной деятельности, что не влечет факта трудовых отношений. Письмо о прекращении трудовых отношений было неверно сформулировано, фактически это было уведомление о необходимости сдать, ранее незаконно выданные нагрудный знак и удостоверение. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.
Представитель третьего лица Буприроднадзора в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, заявил ходатайство о рассмотрении дела без их участия.
Судом постановлено решение об отказе в удовлетворении требований истца.
В апелляционной жалобе представитель истца по доверенности ФИО5 просит решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении требований истца. Считает, что суд не установил юридически значимые обстоятельства: было ли достигнуто между истцом и ответчиком, соглашение о личном выполнении истцом работы по должности производственного охотничьего инспектора; был ли истец допущен ответчиком к выполнению работы производственного охотничьего инспектора; выполнял ли истец работу в качестве производственного охотничьего инспектора в интересах, под контролем и управлением ответчика либо его уполномоченного представителя фактически; подчинялся ли истец действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка; каков был режим рабочего времени истца при выполнении работы по должности производственного охотничьего инспектора; выплачивалась ли ответчиком заработная плата истцу, в каком размере и каким способом. Указывает, что о личном выполнении истцом работы по должности производственного охотничьего инспектора у ответчика свидетельствуют удостоверение производственного охотничьего инспектора от 26 сентября 2019 года, нагрудный знак охотничьего инспектора, выданные истцу Бурприроднадзором, а также уведомление ответчика о прекращении трудового договора и необходимости сдачи удостоверения и нагрудного знака. Считает, что сам факт направления ответчиком истца в уполномоченный орган для прохождения проверки знания (сдал экзамен для получения нагрудного знака и удостоверения), свидетельствует о том, что истец действовал по заданию и в интересах, а также под контролем ответчика и прохождение истцом проверки знаний обусловлено исключительно исполнением им трудовых обязанностей в интересах ответчика. Указывает на ошибочность выводов суда о том, что удостоверение и нагрудный знак были получены истцом в рамках исполнения обязательств по договорам о совместной деятельности между ответчиком и ООО «ССК «Арсенал», поскольку договора о совместной деятельности не предусматривали обязательства клуба по осуществлению производственного охотничьего контроля и не являются охотхозяйственными соглашениями. Необходимости прохождения проверки знания и получения указанного удостоверения и нагрудного знака в целях реализации обязательств по указанным договорам, у истца отсутствовала. Обращает внимание, что договора между ответчиком и клубом заключались задолго до получения истцом нагрудного знака и удостоверения, однако проверки знаний истца не требовалось. Полагает, что показания свидетелей не могли быть приняты судом во внимание, т.к. свидетели являлись работниками ответчика, при этом ФИО1 и ФИО2 поясняли, что они видели истца, на территории охотничьих угодий, что в совокупности с приведёнными доказательствами, указывает на фактический допуск истца ответчиком к работе. Считает ошибочной ссылки суда на штатное расписание ответчика, т.к. оно не содержит должности «производственного охотничьего инспектора», при том, что факт отсутствия в штатном расписании ответчика такой должности не может явиться основанием для отказа в удовлетворении требований истца, т.к. утверждение штатного расписания относится к компетенции работодателя и он вправе вносить в него изменения. Просит учесть, что старший егерь на участке где осуществлял свою деятельность истец - ФИО3 был принят на работу к ответчику на условиях совместительства, а из журнала выдачи удостоверений и нагрудного знака производственного охотничьего инспектора следует, что ФИО3, сдавал экзамен как работник ООО «Лесовик». В связи с указанным, вывод суда о невозможности работы истца у ответчика в должности производственного охотничьего инспектора, поскольку должность егеря занимал ФИО3 нельзя признать законной и обоснованной в силу не только разного наименования должностей, но и в силу того, что ФИО3 работал на условиях не полного рабочего дня и мог являться работником другой организации - ООО «Лесовик».
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца по доверенности ФИО5 на доводах жалобы настаивал.
Представитель ответчика по доверенности ФИО6 возражала против отмены решения суда указывая, что все отношения с истцом сложились в рамках заключенных договоров о совместной деятельности между БРО и стрелковым клубом. Признает, что направление истца на проверку знаний было выдано в нарушение закона.
Представитель третьего лица по доверенности ФИО7 в судебном заседании пояснил, что проверить наличие фактических трудовых отношений при принятии экзамена у кандидата не возможно. Организации –охотпользователи при направлении своих работников на проверку знаний на предмет производственного контроля, в обязательном порядке представляют трудовые договора, в противном случае до сдачи экзамена работник не допускается к сдаче экзамена. В данном случае также должен был быть представлен трудовой договор с истцом, почему его нет в наличии, пояснить не может. Ему известно, что истец многое сделал для развития лесного участка на котором он осуществлял деятельность.
Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, направил суда заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. О времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.
Проверив материалы дела, выслушав участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В силу ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года № 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).
Согласно п.3 названного постановления, решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В данном случае, оспариваемое решение суда первой инстанции указанным требованиям не отвечает, поскольку суд первой инстанции не установил значимые для дела обстоятельства, не истребовал необходимые для разрешения спора доказательства и не дал должной оценки представленным доказательствам, более того, выводы суда противоречат представленным в дело доказательствам.
В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
В статье 16 Трудового кодекса РФ указано, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом (часть 1). Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3).
Согласно положениям ст.20 Трудового кодекса РФ сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем. Работодатель - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.
В силу ст. 56 Трудового кодекса РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть 1 ст. 61 ТК РФ).
Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 ст. 67 ТК РФ).
В абз. 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
Отношения, возникающие в связи с осуществлением видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства (отношения в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов), регулируются Федеральным законом от 24.07.2009 года № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».
Участниками отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов являются Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования, физические лица и юридические лица (ст.5 Федерального закона № 209-ФЗ).
Согласно пунктов 1 и 2 ст. 27 Федерального закона от 24.07.2009 года № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в целях привлечения инвестиций в охотничье хозяйство с юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями заключаются охотхозяйственные соглашения на срок от двадцати до сорока девяти лет. По охотхозяйственному соглашению одна сторона (юридическое лицо или индивидуальный предприниматель) обязуется обеспечить проведение мероприятий по сохранению охотничьих ресурсов и среды их обитания и создание охотничьей инфраструктуры, а другая сторона (орган исполнительной власти субъекта РФ) обязуется предоставить в аренду на срок, равный сроку действия охотхозяйственного соглашения, земельные участки и лесные участки и право на добычу охотничьих ресурсов в границах охотничьих угодий.
В силу ч.3 ст. 71 названного Федерального закона юридические лица, индивидуальные предприниматели, у которых право долгосрочного пользования животным миром возникло на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, при исполнении ими условий таких лицензий вправе заключить охотхозяйственные соглашения в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений на срок сорок девять лет.
Из материалов дела следует, что согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц от 24.01.2023 года – Бурятская республиканская общественная организация охотников и рыболовов зарегистрирована в реестре с 03.12.2012 года и на момент разрешения спора является действующей организацией, офис организации находится в гор.Улан-Удэ (л.д.8-16, том 1).
Из выписки ЕГРЮЛ следуют сведения о выданной 03.11.2004 года организации ответчика лицензии на «Пользование объектами животного мира» (л.д.10, том 1).
Согласно Устава организации ответчика, предметом деятельности организации является создание и рациональное ведение охотничье-рыболовного хозяйства, организация мероприятий по охране и воспроизводству диких животных, содействие воспитанию у граждан бережного отношения к природе и её богатствам, организация рационального использования животного мира и других природных ресурсов, организация подготовки, переподготовки, аттестации специалистов по охотничье-рыболовному хозяйству, экспертов по охотничьим трофеям, оказание услуг связанных с охотой, рыболовством, промыслом и разведением дичи и рыбы и т.д. (л.д.74-92, том 1)
12 декабря 2018 года между Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов и Республиканской службой по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты, контролю и надзору в сфере природопользования (далее - Бурприроднадзор), заключено охотхозяйственное соглашение № 03-000062, согласно которого Бурприроднадзор (Администрация) обязуется предоставить право аренды на земельные и лесные участки и право на добычу охотничьих ресурсов в границах оговоренных угодий на срок 49 лет, а организация ответчика (Охотпользователь) обязуется обеспечивать проведение мероприятий по сохранению охотничьих ресурсов и среды их обитания и создание охотничьей инфраструктуры на предоставленном участке. Одной из обязанностей Охотпользователя в соглашении указано – осуществлять производственный охотничий контроль (пункт 9.2.11 соглашения) (л.д.175-183, том 4).
Также в материалы дела представлены штатные расписания ответчика за период с 2018 по 2022 год, согласно которых в штате организации значится 14 человек, в том числе поименованы должности «охотовед» (1 ед.), «старший охотовед» (1 ед.), «старший егерь» (7 ед.) и «егерь» (2 ед.) (л.д.99-103, том 1).
Ответчиком суду апелляционной инстанции представлены Квалификационные характеристики перечисленных должностей, утвержденные Правлением БРОООиР от 18 октября 2007 года (л.д.234-236, том 4).
Согласно Квалификационной характеристики, работники по должности «старший егерь, егерь» выполняют работы по охране диких животных в охотничьем хозяйстве, составление сообщений на нарушителей правил и сроков охоты, регистрация охотников, принятие в члены общества, выдача и оформление разрешений на право добычи охотничьих ресурсов с правом подписи, выдача и оформление путевок и т.д.. При этом квалификационные требования указаны – среднее специальное образование без предъявления к стажу или среднее образование и стаж работы не менее двух лет.
Таким образом, у организации ответчика имеется охотхозяйственное соглашение, необходимая лицензия на осуществление деятельности по такому соглашению, штатная численность работников для выполнения работ по охотхозяйственному соглашению, при этом в силу охотхозяйственного соглашения организация вправе осуществлять производственный охотничий контроль.
В пунктах 1-3 ст. 41 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» указано, что под производственным охотничьим контролем понимается деятельность юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, заключивших охотхозяйственные соглашения, по предупреждению, выявлению и пресечению нарушений требований в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов. Производственный охотничий контроль осуществляется в границах охотничьих угодий, указанных в охотхозяйственных соглашениях. Производственный охотничий контроль осуществляется производственным охотничьим инспектором, успешно прошедшим проверку знания требований к кандидату в производственные охотничьи инспектора, при наличии удостоверения установленного образца.
В части 4 ст. 41 названного Федерального закона указано, что кандидатом в производственные охотничьи инспектора является работник указанных в части 1 настоящей статьи юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, который выполняет обязанности, связанные с осуществлением охоты и сохранением охотничьих ресурсов на основании трудового договора, и имеет охотничий билет, разрешение на хранение и ношение охотничьего огнестрельного оружия.
Из указанного следует, что производственный охотничий контроль представляет собой деятельность по предупреждению, выявлению и пресечению нарушений требований в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов в границах закрепленных за ними охотничьих угодий, указанных в охотхозяйственных соглашениях, осуществляемой производственными охотничьими инспекторами, которыми могут быть исключительно работники юридического лица, заключившими с уполномоченным органом охотхозяйственное соглашение.
В статье 34 Федерального закона № 209-ФЗ указано, что к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов относятся в том числе выдача и замена удостоверений и нагрудных знаков производственных охотничьих инспекторов, аннулирование таких удостоверений в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (пункт 4.2) и проведение проверки знания требований к кандидату в производственные охотничьи инспектора в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (п.4.3).
В пункте 5 и 6 ст. 41 Федерального закон № 209-ФЗ установлено, что юридические лица или индивидуальные предприниматели, осуществляющие деятельность в соответствии с частью 1 настоящей статьи, направляют кандидата, указанного в части 4 настоящей статьи, информацию о нем в органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации для прохождения проверки знания требований к кандидату в производственные охотничьи инспектора. По результатам успешного прохождения лицами проверки знания требований к кандидату в производственные охотничьи инспектора органами исполнительной власти субъекта Российской Федерации данным лицам выдаются удостоверения и нагрудные знаки установленного образца.
Полный перечень информации и документов, которые направляются в уполномоченный орган по месту нахождения охотничьего угодья охотпользователями, работниками которых являются кандидаты в производственные охотничьи инспектора, определен в п. 15 Порядка проведения проверки знания требований к кандидату в производственные охотничьи инспектора, утвержденного Приказом Минприроды от 09.01.2014 года № 4.
Согласно пункта 15 Порядка в обязательном порядке работодателем представляются: направление на прохождение проверки знания требований, оформленное на бумажном носителе; заверенная копия трудового договора кандидата; согласие кандидата на обработку его персональных данных, данное в письменной форме.
В пункте 16 Порядка указано, что копии охотничьих билетов и разрешений на хранение и ношение охотничьего огнестрельного оружия кандидатов в производственные охотничьи инспектора, направляются в уполномоченный орган по усмотрению работодателя.
Судебной коллегией истребованы у третьего лица (Бурприроднадзор) материалы прохождения проверки знаний требований охотничьего контроля истцом ФИО4 как кандидатом в производственные охотничьи инспектора и суду было представлены следующие сведения.
Согласно приказа Бурприроднадзор от 12 июля 2019 года № 77-ПР утверждена комиссия по проверке знаний требований к кандидату в производственные охотничьи инспектора (л.д.184, том 4).
В тот же день приказом Бурприроднадзор № 78-ПР назначена проверка знаний требований у кандидатов в производственные охотничьи инспектора – на 26 сентября 2019 года, указан срок начала представления охотхозяйственными организациями документов в отношении кандидатов, о чём охотхозяйствам 15 июля 2019 года направлены уведомления (л.д.199, 186, том 4).
18 сентября 2019 года руководителем Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов ФИО8 на имя руководителя Бурприроднадзора ФИО9 представлено Направление на прохождение проверки знаний требований в производственные охотничьи инспектора в отношении егеря Гачитского охотничьего хозяйства ФИО4 (л.д.189, том 4).
В представленном суду Направлении не имеется перечня документов, являющихся приложением к Направлению, при этом приложены следующие документы - паспорт ФИО4, его охотничий билет, разрешение на хранение и ношение оружия, выданное на имя ФИО4, согласие ФИО4 на обработку персональный данных (л.д.190-193, том 4).
Копии трудового договора, обязательного к представлению для прохождения проверки знаний, третьим лицом суду апелляционной инстанции не представлено и, согласно пояснений представителя Бурприроднадзора, а также письменных сообщений третьего лица, представить трудовой договор в отношении кандидата ФИО4 на проверку знаний, не возможно в связи с его отсутствием (л.д.210, тм 4).
Решением комиссии Бурприроднадзора от 20 сентября 2019 года зарегистрированы кандидаты в производственные охотничьи инспектора, в том числе работник Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов ФИО4 (л.д.187, 194, том 4).
Согласно результатов прохождения проверки знаний требований группой кандидатов в производственные охотничьи инспектора от 26.09.2019 года, ФИО4 успешно прошел проверку указанных знаний, о чем Бурприроднадзором в адрес работодателя БРОООиР направлено уведомление № 83-01-41-И3427/19 (л.д.197-198, том 4).
26 сентября от председателя правления БРОООиР ФИО8 в адрес Бурприроднадзора поступило заявление о выдаче ФИО4 нагрудного знака и удостоверения производственного охот ничьего инспектора (л.д.200, том 4).
В тот же день – 26 сентября 2019 года, ФИО4 выдано удостоверение и нагрудный знак производственного охотничьего инспектора, что следует из Журнала учета удостоверений и нагрудных знаков, который ведется Бурприроднадзором, при этом в названном Журнале в качестве работодателя ФИО4 указан БРОООиР (л.д.208, том 4).
Таким образом, из совокупности установленных по делу обстоятельств и приведенных норм права следует, что ФИО4 был допущен к проверке знаний требований производственных охотничьих инспекторов, как работник Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов, с которым был заключен трудовой договор по должности «егерь». Работодатель, направляя работника на проверку знаний, выполнил все предписания и требования закона, представив в уполномоченный орган необходимые документы на работника. В связи с указанным, оснований полагать, что истец был допущен к проверке знаний по иным, чем трудовые отношения основаниям, не имеется.
При разрешении спора судом первой инстанции и при рассмотрении апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции в качестве свидетеля был допрошен ФИО3 (старший егерь Гачитского охотхозяйства), который суду пояснял, что ему известно, что в связи с заключенным договором о совместной деятельности ФИО4 был выделен отдельный охотничий участок на территории Гачитского охотхозяйства, где ФИО4 построил базу, ставил шлагбаумы, нанимал егерей, сам ФИО4 приезжал на участок каждые выходные, но не работал, а охотился. Его (свидетеля) режим работы как старшего егеря установлен по личному его усмотрение, время работы ненормировано, он сам определяет когда он должен производить контроль на участке (л.д.л.д.106-107 том 4, л.д. 47 том 5).
Допрошенные судом первой инстанции свидетели ФИО1 и ФИО2, суду поясняли, что они работали у ФИО4 на Гачитском охотучастке в качестве охранника и егеря (соответственно), их работодателем являлся ФИО4, он поручал им работы по охране участке, по подкормке животных, по его указанию они выписывали лицензии, получали за это деньги с охотников, сдавали их в БРОООиР и т.д.. ФИО4 приезжал на участок постоянно, у него имелся нагрудный знак и удостоверение инспектора (л.д.107-108, том 4).
Далее в материалы дела было представлено письмо руководителя ответчика ФИО8 от 06 декабря 2022 года направленное истцу, в котором указано, что в связи с прекращением трудового договора между БРОООиР и ФИО4, ему необходимо сдать удостоверение и нагрудный знак производственного охотничьего инспектора (л.д.17, том 1).
Также в качестве доказательства суду первой инстанции были представлены кассовые книги ответчика за спорный период. Согласно сведений по кассе за 21 декабря 2020 года, от ФИО4 ответчиком принята сумма в размере 34 000 руб. (л.д.183, том 2). Как следует из иных кассовых книг за спорный период времени, от иных штатных сотрудников ответчика постоянно принимались денежные средства, которые, как поясняет представитель ответчика, являлись сборами (оплатой) за пользование объектами животного мира на отведенном участке (за добычу охотресурсов) (том 2, 3, 4).
Оценивая представленные в материалы дела доказательства, судебная коллегия приходит к выводу, что их совокупность свидетельствует о фактических трудовых отношениях сторон спора, т.к. между сторонами был заключен трудовой договор по должности «егерь», истец фактически был допущен к выполнению работ по указанной должности «егерь», на него были возложены полномочия «производственный охотничий инспектор».
Приходя к такому выводу, судебная коллегия принимает во внимание, что направление истца ответчиком на проверку знаний по производственному охотничьему контролю (производственный охотничий инспектор) было возможно только в случае, если истец являлся работником ответчика, о чем ответчику было достоверно известно. Допуск истца к сдаче экзаменов на проверку знаний без наличия трудового договора было невозможно, следовательно, такой договор был представлен работодателем в Бурприроднадзор, в противном случае, он не мог быть допущен к проверке знаний. Отсутствие копии трудового договора у третьего лица в настоящее время не свидетельствует о том, что он не был представлен в 2019 году.
Факт допуска истца к выполнению работ подтверждается пояснениями названных выше свидетелей, подтверждавших факт нахождения ФИО4 в пределах охотничьих угодий и выполнения им обязанностей инспектора. Более того, факт нахождения истца на участке и выполнения им работ (но по договорам о совместной деятельности), подтверждался и представителем ответчика.
Обсуждая доводы представителя ответчика о том, что ФИО4 выполнял работы по производственному охотничьему контролю в границах охотничий угодий Судутуйского егерского участка на основании и в связи с заключенными договорами о совместной деятельности, судебная коллегия находит их подлежащими отклонению.
Так, из представленных в материалы дела договоров от 01 июня 2016 года и от 27 июля 2020 года заключенных между Бурятской республиканской общественной организацией охотников и рыболовов и ООО «Спортивно-стрелковый клуб «Арсенал» о их совместной деятельности не следует, что ООО СКК «Арсенал» и работники стрелкового клуба обязаны или вправе были осуществлять производственный охотничий контроль (л.д.44-57, том 2). Соответственно у ФИО4 не имелось обязанности пройти проверку знаний в Бурприроднадзоре на предмет охотничьего контроля в рамках заключенных договоров о совместной деятельности. Кроме того, пройти такую проверку знаний, не будучи работником охотхозяйственной организации, он бы не мог.
Более того, указанные договора о совместной деятельности являются ничтожными с момента их заключения, т.к. они заключены в нарушение положений Федерального закона № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (ст.27) и в нарушение положений пункта 12.3 Охотхозяйственного соглашения между Бурприроднадзором и БРОООиР, где указано, что стороны не вправе уступать свои права и обязанности по соглашению (л.д.182, том 4).
Из указанного следует, что обязанности производственного охотничьего инспектора были возложены на истца в интересах ответчика, как работодателя.
То обстоятельство, что истец не соблюдал режим рабочего времени, установленный Правилами внутреннего трудового распорядка, не означает, что он не состоял в трудовых отношениях, т.к. деятельность егеря не подразумевает ежедневное нахождение на участке в течении конкретного временного периода установленного Правилами, о чем пояснял свидетель ФИО3, являющийся старшим егерем Гачинского участка.
В связи с изложенным, судебная коллегия признает доводы апелляционной жалобы представителя истца заслуживающими внимания, вследствии чего решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении требований истца об установлении факта трудовых отношений с ответчиком по должности «егерь» в период с 26 сентября 2019 года по настоящее время.
Оснований для установления между сторонами факта трудовых отношений по должности «производственный охотничий инспектор», как на том настаивает представитель истца, не имеется, поскольку в штатном расписании ответчика такой должности не поименовано, а кроме того, из приведенных выше норм права следует, что производственный охотничий инспектор, это работник истца по любой должности (в данном случае «егерь»), успешно прошедший проверку знаний по требованиям охотконтроля и наделенный полномочиями производственного охотничьего инспектора. То есть в штате организации ответчика не обязательно работники, прошедшие проверку знаний, должны быть поименованы в должности «производственный охотничий инспектор».
Вместе с тем, учитывая, что в материалах дела имеются сведения о том, что в спорный период истец ФИО4 имел постоянное место работы - занимал должность генерального директора ООО «СКК «Арсенал», что подтверждается данными Федеральной налоговой службы России, одновременно занимал должность генерального директора ООО «Частное охранное предприятие «Сапфир», то у судебной коллегии не имеется оснований полагать, что занимаемая истцом должность является основным местом работы.
Согласно ст.282 Трудового кодекса РФ совместительством признается выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время. Заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом. Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей.
В силу ст.60.1 Трудового кодекса РФ работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).
Таким образом, исходя из установленных судебной коллегией обстоятельств дела, с учетом приведенных норм права, период работы истца у ответчика необходимо признать работой по совместительству (внешнее совместительство).
Исходя из требований закона об обязательности заключения трудовых договоров в письменном виде, требования истца об обязании ответчика заключить с ним трудовой договор в письменной форме, также подлежит удовлетворению, при этом трудовой договор подлежит заключению по должности «егерь», на условиях совместительства и исходя условий оплаты труда, установленных штатным расписанием работодателя. Сведений об ином размере оплаты труда судебной коллегии стороной истца представлено не было.
Не имеется оснований для указания в трудовом договоре сведений о размере зарплаты истца не менее минимального размера оплаты труда, как того требует истец, т.к. работа выполнялась истцом по совместительству, сведений о занятости в течении полного рабочего дня ни истцом ни ответчиком суду представлено не было, при этом согласно штатного расписания ответчика, занятость работника по должности «егерь» составляет всего 16 часов в неделю, соответственно установленная штатным расписанием зарплата является адекватной по отношению к количеству занимаемого ею времени.
Подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании заработной платы за период с 11 января 2022 года по 05 мая 2023 года, как на то указывал истец в заявлении об уточнении исковых требований.
Согласно ст.ст.21, 22 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; а работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.
Статья 129 Трудового кодекса РФ предусматривает, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
Согласно ст.136 Трудового кодекса РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца.
Как указывает представитель истца, требования о взыскании заработной платы заявлены истцом с учетом срока обращения в суд, установленного ст.392 Трудового кодекса РФ в один год.
Истец обратился в суд в январе 2023 года и просит взыскать зарплату за период с 11 января 2022 года по 05 мая 2023 года. Доказательств выплаты истцу зарплаты за указанный период материалы дела не содержат.
Согласно штатного расписания, в штате ответчика значится 2 единицы по должности «егерь» (л.д.102-103, том 1).
В 2022 году оклад по указанной должности составлял 1 500 руб., после начисления районного коэффициента и надбавки за стаж, зарплата по указанной должности составляет 2 250 руб., соответственно за период с 11 января по 31 декабря 2022 года подлежит взысканию заработная плата в размере 26 250 руб..
В 2023 году заработная плата по должности истца определена штатным расписанием 3 000 руб. (с учетом районного коэффициента и надбавки за стаж), соответственно за период с 01 января по 05 мая 2023 года подлежит взысканию зарплата в размере 12 484 руб.
Итого, подлежит взысканию за период с 11 января 2022 года по 05 мая 2023 года зарплата в размере 26 250 + 12 484 руб. = 120 175 руб.
В соответствии со ст.ст.24, 226 Налогового кодекса РФ налоги удерживаются налоговым агентом, к числу которых суд не относится, и перечисляются в соответствующий бюджет при фактической выплате денежных сумм.
Соответственно, при фактической выплате ответчиком указанной выше суммы истцу, ответчик как налоговый агент обязан произвести удержание налога в размере 13% и перечислить в соответствующий бюджет.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 года N 30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии", лица, работающие по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию с момента заключения трудового договора с работодателем. Уплата страховых взносов является обязанностью каждого работодателя, как субъекта отношения по обязательному социальному страхованию (статьи 1 и 22 Трудового кодекса РФ).
В силу указанного, учитывая, что в связи с отсутствием трудового договора в спорный период времени работодателем в отношении истца не выполнялись возложенные на него обязанности, предусмотренные ст. 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования", ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", то требования истца о возложении на ответчика обязанности по предоставлению в Управление ФНС России по РБ и в Фонд социального и пенсионного страхования РФ необходимых сведений и отчислений за работника, подлежат удовлетворению. Судебная коллегия полагает необходимым возложить на ответчика обязанность произвести страховые отчисления в соответствующие органы за период работы истца, т.е. с 26 сентября 2019 года, исходя из заработной платы истца согласно штатного расписания ответчика.
Относительно требований истца о взыскании компенсации морального вреда, то такая компенсация предусмотрена положениями ст.237 ТК РФ и взыскивается в случае неправомерных действий работодателя.
Из разъяснений п.63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что поскольку Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
По настоящему делу нарушение трудовых прав истца установлено, в связи с чем в пользу истца подлежит взысканию с учетом обстоятельств данного дела, компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. Судебная коллегия находит указанный размер компенсации соответствующим обстоятельствам дела, поведению каждой из сторон спора, потому достаточным, разумным и справедливым.
С учетом положений ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета надлежит взыскать госпошлину в сумме 3 904 руб.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
решение Октябрьского районного суда гор.Улан-Удэ от 05 мая 2023 года по данному делу отменить, принять новое решение об удовлетворении требований истца.
Установить факт трудовых отношений между Бурятской республиканской общественной организацией охотников и рыболовов и ФИО4 в должности «егеря» в период с 26 сентября 2019 года на условиях внешнего совместительства.
Обязать Бурятскую республиканскую общественную организацию охотников и рыболовов заключить с ФИО4 трудовой договор в письменной форме.
Взыскать с Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов в пользу ФИО4 заработную плату за период с 11 января 2022 года по 28 марта 2023 года в размере 120 175 руб. и компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.
Обязать Бурятскую республиканскую общественную организации охотников и рыболовов предоставить в Управление ФНС России по Республике Бурятия сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам за период работы истца.
Обязать Бурятскую республиканскую общественную организации охотников и рыболовов произвести уплату налогов и страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование за период работы истца.
Взыскать с Бурятской республиканской общественной организации охотников и рыболовов государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования гор.Улан-Удэ в размере 3 904 руб.
На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в течение трех месяцев, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06 сентября 2023 года.
Председательствующий:
Судьи: