УИД 31RS0007-01-2022-002487-27 Дело №2-233/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

15 марта 2023 года город Губкин Белгородской области.

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Алексеевой О.Ю., при секретаре Колесниковой Т.В.,

в отсутствие сторон, извещенных своевременно и надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Rovio Entertainment Corporation к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, исключительных авторских прав на произведение изобразительного искусства,

установил:

Rovio Entertainment Corporation обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, исключительных авторских прав на произведение изобразительного искусства, в котором просит взыскать с ответчика компенсацию в размере 10000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 1152678, компенсацию в размере 10000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 1152685, компенсацию в размере 10000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 1163222, компенсацию в размере 10000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 1163223, компенсацию в размере 10000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 551476, компенсацию в размере 10000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на произведение изобразительного искусства «Black Bird (Черная Птица)», компенсацию в размере 10000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на произведение изобразительного искусства «Green Piggy (Зеленая Свинья)», судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2300.

В обоснование своих требований истец указывает на то, что является обладателем исключительных прав на 23 товарных знака, перечисленных выше, что подтверждается свидетельствами о регистрации творчества в соответствии с законодательством КНР.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 в принадлежащих ему торговых точках реализовал контрафактный товар 22 декабря 2019 г. на сумму 65 руб., чем нарушил исключительные права компании.

Размер компенсации истец определил в пределах 50% от минимального размера компенсации за использование каждого объекта изобразительного искусства.

В судебное заседание представитель истца компании Rovio Entertainment Corporation не явился, о рассмотрении дела в его отсутствие просил в письменном ходатайстве (л.д. ).

Ответчик - ФИО1 в судебном заседании не присутствовала, представила письменное заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, в котором так же указала на возражения относительно исковых требований, просила снизить заявленную компенсацию, ссылаясь на то, что ей не было известно о контрафактном характере продукции, а так же просила учесть ее тяжелое материальное положение, поскольку она не осуществляет предпринимательскую деятельность и не работает по состоянию здоровья. Аналогичные возражения ответчиком были представлены ранее, в которых ею было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности (л.д.178).

Изучив доводы искового заявления и возражений на него, исследовав и оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются произведения науки, литературы и искусства.

Статьёй 1225 ГК РФ определено, что результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Положения пункта 1 статьи 1227 ГК РФ указывают на то, что интеллектуальные права не зависят от права собственности и иных вещных прав на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Переход права собственности на вещь не влечёт переход или предоставление интеллектуальных прав на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, выраженные в этой вещи, за исключением случая, предусмотренного абзацем вторым пункта 1 статьи 1291 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 4 статьи 1229 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

Как разъяснено в пункте 82 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», с учётом пункта 3 статьи 1259 ГК РФ, согласно которому охране подлежат произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, под персонажем следует понимать совокупность описаний и (или) изображений того или иного действующего лица в произведении в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объёмно-пространственной форме и др.

В соответствии со статьей 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер (пункт 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 3 статьи 1252 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причинённых ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учётом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учётом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Как разъяснено в пункте 62 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Между тем, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершённому правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причинённого ущерба, учёт степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

В Постановлении от 13 декабря 2016 г. №28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» Конституционный Суд Российской Федерации указал, что отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учётом возможности её снижения, многократно превышает размер причинённых правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции). Кроме того, отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применения на основании прямого указания закона санкции, являющейся – с учётом обстоятельств конкретного дела – явно несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности снизить её размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

На этом основании Конституционный Суд Российской Федерации названным Постановлением признал положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, её статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учётом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учётом возможности её снижения, многократно превышает размер причинённых правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Судом установлено, что компания Rovio Entertainment Corporation является обладателем исключительных авторских прав на товарные знаки, внесенные записью в Международный реестр товарных знаков Всемирной организации интелектуальной собственности в соответствии с протоколом к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков и в реестр товарных знаков и знаков обслуживания РФ по следующими номерами: 1152678,1152685,1163222,1163223,551476, так же истцу принадлежат исключительные авторские права в отношении следующих произведений изобразительного искусства – рисунки (изображения) персонажей: Black Bird ( Черная Птица), Green Piggy (Зеленая Свинья), что подтверждено свидетельствами о регистрации творчества (т.1 л.д.).

Из выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 10 ноября 2020 г. усматривается, что ФИО1 с 06 декабря 1997 г. осуществляла предпринимательскую деятельность в сфере торговли розничными играми и игрушками в специализированных магазинах. Ее регистрация в качестве индивидуального предпринимателя была прекращена 05 октября 2020 г. (л.д.8).

Судом установлено, что ФИО1 22.12.2019 в магазине «Звездочка», расположенном по адресу: <адрес>, реализовала товар – игрушку в виде трубы, который являлся контрафактным, относящимся к 28 классу МКТУ.

Данное обстоятельство подтверждено истцом видеозаписями закупки товара, представленными в форме QR-кодов с ссылками на видеозаписи на сервис облачного хранения «Яндекс.Диск» (л.д.) и на материальном носителе формата CD-диск (л.д.177), а также кассовым чеком на сумму 65 рублей (л.д.176), приобщённым истцом к делу вещественным доказательством – упаковка с игрушкой в форме трубы с шариками.

В силу статьи 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека, или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Факт продажи указанного товара ответчиком не отрицается.

При этом, довод ФИО1 о том, что она приобретая товар не знала о том, что рисунки на упаковочных коробках могут нарушать авторские права, являются несостоятельными, не освобождают ее от ответственности перед правообладателем.

В соответствии со статьёй 2 ГК РФ под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Таким образом, при осуществлении предпринимательской деятельности ответчик должен осознавать наличие потенциальной возможности наступления или ненаступления событий, которые могут повлечь неблагоприятные имущественные последствия для деятельности предпринимателя.

При предложении к продаже и продаже любого товара ответчик должен осознавать, что помимо технических вопросов существуют вопросы, связанные с соблюдением интеллектуальных прав. Информацию о правообладателе, охраняемых товарных знаках, изображениях, лицензиатах и иные сведения, необходимые для осуществления предпринимательской деятельности, можно получить из открытых и общедоступных источников.

Отсутствие времени и желания ознакомиться или получить указанную информацию не может являться обстоятельством, исключающим ответственность и вину нарушителя исключительных прав.

При этом реализованный ответчиком ФИО1 товар обладал всеми очевидными признаками контрафактной продукции.

В письменных возражениях ответчиком ФИО1 было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности. Вместе с тем, данный довод ответчика является необоснованным, исходя из следующего.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 статьи 196 ГК РФ установлено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу положений пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Ответчик реализовала контрафактный продукт 22.12.2019 года, о чем стало известно истцу. Исковое заявление поступило в Губкинский городской суд по электронной почте 20.12.2022, то есть до истечения трехгодичного срока. Таким образом, искове заявление истцом подано в течении предусмотренного ст..196 ГК РФ срока исковой давности.

Ответчик ФИО1 в своих возражениях на исковое заявление просила о снижении размера компенсации до минимального размера ссылаясь на то, что в настоящее время она прекратила свою деятельность индивидуального предпринимателя, просил также учесть, что она не работает по состоянию здоровья.

Ссылку истца в исковом заявлении и возражениях на отзыв ответчика на решения Арбитражного суда Белгородской области по делу А-08-11122/2014, в подтверждение того, что ФИО1 допустила повторное нарушение исключительных прав независимо от правообладателя, что должно быть учтено при определении судом размера компенсации, суд находит не состоятельной.

Из настоящего дела следует, что ответчиком ФИО1, при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием нарушены права на несколько объектов исключительных прав, при этом истец не представил в дело расчёт размера фактических или потенциальных (возможных) убытков от действий ответчика.

Из обстоятельств дела не следует, что нарушение исключительных прав является существенной частью предпринимательской деятельности ответчика.

Из материалов дела не следует, что разовая реализация спорного товара является в данном случае нарушением, носящим грубый и систематический характер.

Также суд отмечает, что в рассматриваемом случае выручка от реализации контрафактного товара была минимальной, составила в сумме 65 руб., реализация товара имела место в розничной сети, а товар, реализованный ответчиком, предназначался для использования физическими лицами в личных потребительских целях, которые не подразумевали его дальнейшее распространение, что по своей сути исключает возможность получения значительной выгоды от введения товара в оборот, а также свидетельствует о незначительности нарушения имущественных интересов правообладателя.

Суд также учитывает то, что ответчик ФИО1 предпринимательскую деятельность прекратила, поэтому установлении размера компенсации в пределах 50% от минимальной величины с учётом положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ будет для нее явно излишне обременительным.

Учитывая характер допущенного ответчиком правонарушения, отсутствие в материалах дела доказательств вероятного размера своих убытков, необходимость сохранения баланса прав и законных интересов сторон, суд считает целесообразным и разумным снизить размер требуемой компенсации и взыскать с ответчика в пользу истца за нарушение исключительных прав на названные выше произведения изобразительного искусства в количестве 7 единиц до 2 000 руб. за каждое изображение, всего в сумме 14 000 руб.

С ответчика в пользу истца по правилам статьи 15 ГК РФ подлежат взысканию 65 руб. в качестве возмещения убытков, понесённых им на приобретение контрафактного товара.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию 150,6 рублей в возмещение почтовых расходов и 560 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, пропорционально удовлетворённым требованиям, исходя из порядка расчета, предусмотренного ст.333.19 НК РФ.

В остальной части требования истца к ФИО1 удовлетворению не подлежит.

Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

На этом основании вещественное доказательство – упаковка с игрушкой «Труба» по вступлении настоящего решения в законную силу подлежат уничтожению.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск Rovio Entertainment Corporation к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, исключительных авторских прав на произведение изобразительного искусства, удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО1 в пользу Rovio Entertainment Corporation компенсацию за нарушение исключительных авторских прав:

на товарный знак, зарегистрированный под № 1152678 в размере 2 000 рублей;

на товарный знак, зарегистрированный под № 1152685 в размере 2000 рублей;

на товарный знак, зарегистрированный под № 1163222 в размере 2000 рублей;

на товарный знак, зарегистрированный под № 1163223 в размере 2000 рублей;

на товарный знак, зарегистрированный под № 551476 в размере 2000 рублей;

на произведение изобразительного искусства «Black Bird (Черная Птица)» в размере 2000 рублей;

на произведение изобразительного искусства «Green Piggy (Зеленая Свинья)» в размере 2 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу Rovio Entertainment Corporation 65 рублей в возмещение расходов на приобретение контрафактного товара, 150,6 рублей в возмещение почтовых расходов и 560 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Вещественное доказательство – упаковку с игрушкой «Труба» по вступлении настоящего решения в законную силу уничтожить.

Решение может быть обжаловано в судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда путём подачи апелляционной жалобы через Губкинский городской суд Белгородской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Алексеева О.Ю.

Мотивированное решение изготовлено 20 марта 2023 года.