УИД №
Дело № 2-293/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
05 июня 2025 года Кировский районный суд г. Перми в составе председательствующего судьи Терентьевой М.А., при секретаре Сергеевой М.С., с участием представителя истца ФИО1 - ФИО2, ответчика ФИО3, его представителя ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 897 400 рублей, расходов по оплате услуг эксперта в размере 12 400 рублей, расходов по уплате государственной пошлины.
В обоснование иска указано, что 20 декабря 2023 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей М. под управлением ФИО3 и автомобиля М.1., принадлежащего и под управлением ФИО1 В результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца получил механические повреждения. Согласно экспертному заключению ИП К. № стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 1 297 400 рублей. В рамках ОСАГО страховая компания выплатила ей страховое возмещение в размере 400 000 рублей. Таким образом, ответчик как виновник дорожно-транспортного происшествия должен возместить ущерб в размере 897 400 рублей (1 297 400 – 400 000). За составление оценочного отчета оплачено ИП К. 12 400 рублей.
Истец в судебное заседание не явилась, извещена, ранее в судебном заседании на иске настаивала, пояснив, что ДТП произошло исключительно по вине ответчика, ее транспортное средство восстановлено 10 июня 2024 года, стоимость ущерба подтверждена экспертным заключением ИП К., просила взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта в размере 1 297 400 рублей за вычетом выплаченного страхового возмещения 400 000 рублей, в размере 897 400 рублей. После проведенной по делу автотовароведческой экспертизы выразила несогласие с размером ущерба, который определен экспертом ФБУ «Пермская лаборатория судебных экспертиз», полагала, что экспертом необоснованно исключены из расчета элементы модуля левой фаты, диск и шина переднего левого колеса, сопутствующие детали.
Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы истца, пояснил, что единственной и непосредственной причиной ДТП явилось нарушение правил дорожного движения ответчиком. Экспертом ФБУ «Пермская лаборатория судебных экспертиз» необоснованно определен размер причиненного ущерба, поскольку исключены из расчета стоимость модуля левой фары, диска и шины переднего левого колеса, отбойника капота переднего левого, усилителя бампера, жгута провода переднего, вентиляторы фары, LED поворот, а также неверно определена стоимость нормо-часа на ремонтные работы.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании пояснил, что вина в ДТП обоюдная, ФИО1 при должной степени внимательности имела возможность избежать столкновения.
Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании указал на необходимость установления обоюдной вины в процентном соотношении 50 на 50, ссылаясь на то обстоятельство, что в рассматриваемом ДТП принимали участие четыре транспортных средства: М., М.1., М.2. и М.3.. Перед столкновением автомобиль М. совершал маневр разворота в ограниченном пространстве за несколько движений и неоднократно находился в прямой видимости водителя М.1. на значительном расстоянии, в связи с чем, ФИО1, при соблюдении скоростного режима и должной внимательности, имела техническую возможность снизить скорость вплоть до полной остановки транспортного средства и избежать ДТП. Истцом были нарушены Правила дорожного движения, в результате чего произошло столкновение его автомобиля с автомобилем М. и автомобилем М.3., следовательно, повреждения транспортного средства истца возникли не по вине ответчика. Размер ущерба, который определен по результатам судебной автотовароведческой экспертизы, может быть учтен судом, однако сумма ущерба подлежит определению пропорционально степени вины его доверителя.
Третьи лица ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены. В представленных пояснениях (т. 1 л.д. 82) указывают, что они являлись участниками дорожно-транспортного происшествия, которое произошло 20 декабря 2023 года. По обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия пояснили следующее: они на автомобиле М.2. стояли в заторе по <адрес>. Со второстепенной дороги – <адрес> выехал автомобиль М. белого цвета и стал поворачивать в сторону <адрес>. Проехал в просвет между их автомобилем и автомобилем, который стоял впереди них. После выехал на полосу встречного движения, не уступив дорогу автомобилю М.1., в результате чего произошло столкновение. Автомобиль М. вследствие удара отбросило на их автомобиль (пострадало левое крыло, передний бампер, левая фара). Автомобиль М.1. отбросило сначала в снежный отвал по бокам дороги, затем от него в автомобиль М.3., ехавший сразу за ним. Виновником в ДТП признан водитель, управлявший автомобилем М.. Транспортное средства, принадлежащее им на момент ДТП на праве собственности в настоящее время продано.
Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, извещен. В представленных пояснениях (т. 1 л.д. 100) указал, что он был участником дорожно-транспортного происшествия, которое произошло 20 декабря 2023 года, управлял автомобилем М.3.. По обстоятельствам ДТП пояснил следующее: он на автомобиле М.3. стоял в заторе на <адрес> за автомобилем М.2., перед которым пытался развернуться в обратное направление автомобиль М.. Выезжая на полосу встречного движения и обратно М. пытался развернуться на дороге, где-то на третьем выезде его «зацепил» автомобиль М.1., ехавший по встречной полосе на очень большой скорости, и, не снижая скорости, повернул на встречную полосу и «врезался» в его автомобиль. Удар был такой, что отъезжая от его автомобиля, автомобиль М.1. своими деталями кузова «оторвал» крыло его машины. Считает, что водитель М.1., если бы ехала с наименьшей скоростью, то при обнаружении препятствия в виде передней части автомобиля М., имела бы возможность объехать его справа, прижавшись к «бровке» и затормозить после столкновения, а так как удар был вскользь, она продолжила движение, потеряла управление, «вырулила» на встречную полосу движения и столкнулась с его автомобилем.
Представитель третьего лица АО «Т-Страхование» в судебное заседание не явился, извещен.
Суд, исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, приходит к следующему.
В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
На основании пункта 3 этой же статьи вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).
Согласно статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки.
Из материалов дела следует, что 20 декабря 2023 года в 18:05 ч. по <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием четырех автомобилей:
М., под управлением ФИО3;
М.1., под управлением ФИО1;
М.2., под управлением ФИО6;
М.3., под управлением ФИО7
Постановлением по делу об административном правонарушении № от 21 декабря 2023 года ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.16 КоАП РФ, ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ, ему назначено наказание в размере 1500 рублей (т.1 л.д. 7).
Из материала по факту дорожно-транспортного происшествия (КУСП №) следует, что ФИО3 управляя автомобилем М., в нарушение требований дорожного знака 4.12 (движение направо) осуществил поворот налево; при проезде нерегулируемого перекрестка по второстепенной дороге не уступил дорогу транспортному средству М.1., под управлением ФИО1 с последующим отбрасываем на транспортное средство М.3., под управлением ФИО7 и на транспортное средство М.2., под управлением ФИО6, чем нарушил пункты 1.3, 13.9 Правил дорожного движения РФ.
В результате данного дорожно-транспортного происшествия все автомобили получили механические повреждения:
М.: передний бампер, капот, правое переднее крыло, левое переднее крыло, правая фара, левая фара, решетка радиатора, правая передняя противотуманная фара, левая передняя противотуманная фара, передняя панель;
М.1.: передний бампер, капот, левое переднее крыло, левая фара, левая передняя противотуманная фара, передняя панель;
М.2.: передний бампер, левое переднее крыло;
М.3.: передний бампер, левое переднее крыло.
26 декабря 2023 года АО «Тинькофф Страхование» ФИО1 произведена выплата страхового возмещения по ОСАГО в пределах лимита в размере 400 000 рублей (т.1 л.д.76).
Из экспертного заключения №, составленного 22 января 2024 года ИП К. по заказу истца ФИО1 следует, что стоимость восстановительных расходов транспортного средства М.1., на дату ДТП (20 декабря 2023 года) без учета износа составляет 1 297 400 рублей (т.1 л.д. 11-31).
В судебном заседании установлено, что транспортное средство истца по состоянию на 10 июня 2024 года полностью восстановлено.
Истец выбрала способ защиты нарушенного права, путем взыскания размера ущерба, на основании экспертного заключения №, составленного 22 января 2024 года ИП К.
Ответчик, возражая против указанной стоимости восстановительного ремонта, ходатайствовал о назначении по делу автотовароведческой экспертизы.
Из экспертного заключения ФБУ «Пермская лаборатория судебной экспертизы» С. (т.1 л.д. 203-207) следует, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства М.1. по среднерыночным ценам по состоянию на 10 июня 2024 года (момент восстановления транспортного средства) составляет 756 700 рублей.
По запросу суда экспертом С. направлены письменные пояснения в рамках проведенной автотовароведческой экспертизы (т. 2 л.д.17) в части применения методологии проведенного исследования.
Кроме этого, допрошенный в судебном заседании эксперт С., пояснил, что все детали указанные в акте осмотра ИП К., с учетом имеющейся фотофиксации указанных повреждений, учтены им при определении размера ущерба в том объеме, в котором имеют отношение к рассматриваемому ДТП. Фотофиксация модуля левой фары (как имеющая повреждения) нигде не зафиксирована, транспортное средство М.1. отремонтировано, поэтому из размера ущерба исключены затраты в указанной части. Стоимость нормо-часа определена экспертом согласно справочнику «Прайс-Н», который используется при проведении данного вида судебных экспертиз. Повреждения шины и диска переднего левого колеса при обстоятельствах рассматриваемого ДТП невозможно.
Доводы истца и ее представителя о необходимости включения в размер затрат стоимости исключенных деталей судом не принимаются. При решении вопроса о назначении по делу автотовароведческой экспертизы истец и ее представитель неоднократно ссылались, что размер ущерба должен быть пределен на основании представленного истцом акта осмотра и экспертного заключения ИП К., которым определен весь перечень поврежденных деталей. Доказательств несения фактических затрат истцом не представлено, а с учетом выбранного способа защиты нарушенного права (взыскание ущерба на основании экспертного заключения) и восстановления транспортного средства до обращения в суд, суд считает необходимым руководствоваться выводами, указанными в экспертном заключении ФБУ «Пермская лаборатория судебных экспертиз».
В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Согласно пункту 5 указанной статьи добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Представленные истцом после проведения по делу автотовароведческой экспертизы заказ-наряд от 23 марта 2024 года, товарные накладные, договор поставки с дополнительным соглашением, акты сверки взаимных расчетов судом не принимаются во внимание и расцениваются при избранном способе защиты нарушенного права, как противоречивое и непоследовательное поведение (принцип эстоппель).
Суд считает, что заключение эксперта ФБУ «Пермская лаборатория судебной экспертизы» от 11 марта 2025 года № соответствует требованиям об относимости и допустимости доказательств, поскольку экспертиза проведена на основании предоставленных судом материалов настоящего гражданского дела, в котором имелись все необходимые документы для производства экспертизы. Эксперт перед проведением экспертизы предупреждался об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, оснований сомневаться в компетентности эксперта у суда не имеется, экспертом исследованы все представленные на экспертизу документы, даны аргументированные ответы на постановленные перед ними вопросы. В судебном заседании эксперт С. полно и всесторонне описал ход и результаты исследования, его вывод является логическим следствием осуществленного исследования, заключение не содержит противоречий, а вывод достаточно мотивирован и не содержит предположений относительно выводов, сделанных в результате проведенного исследования.
Таким образом, суд определяет стоимость восстановительного ремонта транспортного средства BMW по обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 20 декабря 2023 года в размере 756 700 рублей.
Рассматривая обстоятельства произошедшего ДТП, суд считает, что единственной и непосредственной причиной ДТП явилось нарушение водителем автомобиля М. ФИО3 пунктов 1.3, 13.9 ПДД, который допустил маневр разворота налево на встречную полосу, из образовавшегося на его полосе движения затора, чем создал помеху для движения транспортного средства М.1. под управлением ФИО1, с последующим отбрасыванием на автомобиль М.3., под управлением ФИО7 и М.2., под управлением ФИО6 и
Из заключения эксперта Г. ФБУ «Пермская лаборатория судебной экспертизы» (т. 1 л.д. 197-200) следует, что водителю автомобиля М. ФИО3 следовало руководствоваться п.1.3 ПДД, п.1.1 Приложения 2 ПДД. Водителю автомобиля М.1. ФИО1 следовало руководствоваться требованиями п.10.1 (ч.2) ПДД. В действиях водителя ФИО3 с технической точки зрения усматривается нарушение указанных пунктов правил. Несоответствий требованиям п.10.1 (ч.2) ПДД в действиях ФИО1 с технической точки зрения не усматривается. Водитель ФИО3 располагал технической возможностью предотвратить ДТП. Водитель ФИО8 не располагала технической возможностью предотвратить наезд на автомобиль Lexus путем торможения если могла увидеть на расстоянии 1,5 метра. Предотвращение последующего наезда автомобиля BMW на автомобиль Лада зависело от субъективных качеств водителя, оценка которых выходит за пределы компетенции эксперта-автотехника.
По запросу суда экспертом Г. представлены письменные пояснения к экспертному заключению (т. 2 л.д. 100), из которых следует, что экспертное исследование проведено с учетом поставленных судом вопросов, исходные данные получены из представленных судом материалов гражданского дела и материала по факту ДТП.
Доводы ответчика и его представителя об ошибочности выводов эксперта в связи с неполным исследованием обстоятельств ДТП, а именно пояснений водителя ФИО7 в части скорости движения транспортного средства М.1., количества возвратно-поступательных движения которые осуществлял ФИО3, чтобы осуществить маневр разворота в условиях затора, не могут быть приняты судом, поскольку именно действия ответчика, допустившего маневр разворота на встречную полосу, из образовавшегося затора на полосе по ходу его движения, явились первопричиной столкновения и находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.
Водитель ФИО1 не могла заранее предполагать о том, что водитель ФИО3 нарушит Правила дорожного движения, а момент возникновения опасности наступил, когда она осознала, что траектории движения транспортных средств пересекутся. При этом, в отсутствии приоритета в движении у водителя ФИО3 доводы ответчика о наличии обоюдной судом не принимаются.
Анализируя заключение эксперта автотехника ФБУ «Пермская лаборатория судебных экспертиз» в совокупности с материалами дела и установленными по делу обстоятельствами, суд приходит к выводу, что именно противоправные действия водителя ФИО3 явились причиной дорожно-транспортного происшествия и наступивших последствий в виде повреждения автомобиля, принадлежащего истцу ФИО1
Следовательно, на ответчике в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лежит ответственность в виде возмещения ущерба, причиненного повреждениями транспортного средства.
Учитывая изложенное, исковые требования ФИО1 о взыскании с ФИО3 суммы материального ущерба подлежат удовлетворению частично, в размере 356 700 рублей (756 700 – 400 000), что составляет 39,7% от заявленного размера ущерба в сумме 897 400 рублей.
Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение, подлежат взысканию с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В силу части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Из материалов дела следует, что за проведение экспертизы по определению стоимости восстановительного ремонта автомобиля истец уплатила ИП К. денежные средства в размере 12 400 рублей, что подтверждается договором от 11 января 2024 года, квитанцией об оплате.
Кроме того, истцом понесены расходы на оплату государственной пошлины в общей сумме 23 196 рублей от цены иска в размере 909 800 рублей.
Однако расходы на оплату услуг эксперта в размере 12 400 рублей определяются судом как судебные издержки, связанные с защитой нарушенного права, подлежащие возмещению по правилам ст.98 ГПК РФ, поэтому не подлежат включению в цену иска.
Размер государственной пошлины от цены иска 897 400 рублей составляет 22 948 рублей.
Поскольку исковые требования удовлетворены судом частично, в размере 39,7 %, то понесенные по делу судебные расходы подлежат взысканию с ответчика пропорционально удовлетворенным судом требованиям, в размере 4922,80 рублей на оплату услуг по оценке (12 400 х 39,7%) и 9110 рублей на оплату государственной пошлины (22 948 х 39,7 %).
Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 356 700 рублей, расходы на оплату услуг эксперта 4922,80 рублей, расходы по оплате государственной пошлины 9110 рублей.
В остальной части иска отказать.
Решение суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд г. Перми.
Судья М.А.Терентьева
Мотивированное решение изготовлено 18 июня 2025 года.