№ 2-3/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
17 апреля 2025 года с. Черный Яр Астраханской области
Черноярский районный суд Астраханской области в составе председательствующего судьи Джумалиева Н.Ш.,
при секретаре Черновой В.С.,
с участием представителя истца ФИО8, ответчика ФИО2, его представителей ФИО9, ФИО13,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению акционерного общества «ЛК-ТРАНС-АВТО» к ФИО2 о возмещении ущерба,
УСТАНОВИЛ:
АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» обратилось в суд с иском, в котором указало, что с 17 ноября 2021 года по 4 июня 2024 года ФИО2 работал в указанной организации водителем автомобиля 5-го разряда Автоколонны Волгоградская. При этом с ним был заключен договор о полной материальной ответственности. 21 октября 2023 года на автодороге Волгоград-Сальск, ФИО2, управляя автомашиной марки «№ и, выполняя служебные обязанности, нарушил ПДД РФ, совершил столкновение с автомашиной марки № № по управлением ФИО11, в результате чего автомобиль № получил многочисленные технические повреждения. Собственнику указанной автомашины ФИО12 страховая компания выплатила 400000 руб. в счет возмещения ущерба – в максимально установленном законом размере. Поскольку фактически ущерб ей был причинен на большую сумму, она предъявила АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» претензию о полном возмещении ущерба. После проведенной по инициативе АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» оценочной экспертизы, за которую уплачено 20000 руб., установлено, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля ФИО12 составляет 1632569 руб., и, учитывая, что 400000 руб. ей были возмещены страховой организацией, истец перечислил ФИО12 1232569 руб. в счет возмещения ущерба, причиненного его работником ФИО2
Поскольку до настоящего времени ФИО2 ущерб работодателю не возместил, 4 июня 2024 года был уволен, АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» просило взыскать с ФИО2 1232569 руб. в счет возмещения ущерба, 20000 руб. за услуги оценщика и 14463 руб. – сумму гос. пошлины, уплаченной при подаче иска.
В судебном заседании представитель истца ФИО8 поддержала заявленные требования в полном объеме. Дополнительно пояснила, что виновность ФИО2 в ДТП была установлена вступившими в законную силу постановлением Котельниковского районного суда Волгоградской области и решением Волгоградского областного суда. Кроме того, АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» провело свою служебную проверку, по результатам которой также была установлена вина ФИО2 По указанным основаниям просила удовлетворить требования истца.
Ответчик ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований. Пояснил, что работал водителем в АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» и 21 октября 2023 года на служебной автомашине перевозил груз по автодороге Волгоград-Сальск, когда его неожиданно стал обгонять и не справился с управлением, перевернувшись, автомобиль № с водителем ФИО11 Он присутствовал при составлении сотрудниками ДПС материалов по факту ДТП. В последующем в отношении него провели служебную проверку, в ходе которой он дал пояснения, но работодатель признал его виновным в ДТП. Также в отношении него было вынесено постановление Котельниковского районного суда Волгоградской области, которым его признали виновным в нарушении ПДД РФ, повлекшем причинение средней тяжести вреда здоровью ФИО11 Вместе с тем, считал, что он соблюдал требования ПДД РФ и поэтому просил отказать в удовлетворении требований АО «ЛК-ТРАНС-АВТО».
Представители ФИО2 – ФИО9 и ФИО13 возражали против удовлетворения требований истца, заявляя, что АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» не доказан факт причинения ФИО2 прямого действительного ущерба, поскольку постановление о привлечении ФИО2 к административной ответственности отменено Волгоградским областным судом. По заключению эксперта от 17 марта 2025 года виновником совершенного ДТП является ФИО11, который выбрал неправильный боковой интервал при обгоне автомобиля ФИО2 Кроме того, считали, что возникший в результате ДТП случай является страховым и поэтому, даже если бы вина ФИО2 была доказана, то возмещение должно было бы осуществляться потерпевшей с учетом износа деталей ее автомобиля.
Представитель истца ФИО10, представители третьего лица ПАО «Росгосстрах», третьи лица ФИО12 и ФИО11 при надлежащем извещении в судебное заседание не прибыли, дело рассмотрено в их отсутствие.
Выслушав представителя истца, ответчика и его представителей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).
Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации сказано, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
В силу статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) договором обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - договор обязательного страхования) является договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).
Статьей 7 указанного Закона установлен лимит страховой ответственности страховщика в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, в размере 400 тысяч рублей.
Из приведенных норм и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П, следует, что Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликатных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.
В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что после получения потерпевшим страхового возмещения в размере, установленном Законом об ОСАГО, обязательство страховщика по выплате страхового возмещения в связи с повреждением имущества по конкретному страховому случаю прекращается (пункт 1 статьи 408 ГК РФ), в связи с чем потерпевший в соответствии со статьей 11.1 Закона об ОСАГО не вправе предъявлять страховщику дополнительные требования о возмещении ущерба, превышающие указанный выше предельный размер страхового возмещения (абзац первый пункта 8 статьи 11.1 Закона об ОСАГО). С требованием о возмещении ущерба в части, превышающей размер надлежащего страхового возмещения, потерпевший вправе обратиться к причинителю вреда.
Таким образом, приведенные законоположения указывают о возможности взыскания с работодателя причинителя вреда в пользу потерпевшего стоимость реального ущерба (без учета износа деталей и узлов) за минусом выплаченного потерпевшему страхового возмещения.
Вместе с тем, п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
В силу ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
В ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации сказано, что полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.
Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Согласно п. 1 и 6 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом.
Тем самым закон подразумевает возможность взыскания с работника в пользу работодателя стоимости ущерба, возникшего вследствие возмещения ущерба, причиненного работником третьим лицам.
Как следует из приказов № 180-к от 17 ноября 2021 года и 30-у от 4 июня 2024 года (т. 1 л.д. 57-58) ФИО2 в период времени с 17 ноября 2021 года по 4 июня 2024 года работал в АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» водителем автомобиля 5-го разряда Автоколонны Волгоградская.
Также 17 ноября 2021 года с ним были заключены трудовой договор и договор о полной материальной ответственности, в п. 1 которого оговорено, что работник несет ответственность, в том числе, за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам из-за действий работника (т. 1 л.д. 53-56).
Из административного материала по факту ДТП следует, что по состоянию на 21 октября 2023 года АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» являлось собственником автомобиля марки №, гражданская ответственность владельца автомобиля была застрахована ПАО «Росгосстрах», а ФИО12 являлась собственником автомобиля марки №, гражданская ответственность владельца автомобиля была застрахована ПАО «Югория».
Согласно материалам проверки 21 октября 2023 года на 161 км автодороги Волгоград – Сальск произошло ДТП с участием автомобиля марки № под управлением работника ФИО1, выполнявшего служебный рейс и автомобиля марки № под управлением ФИО11
В результате ДТП автомобиль ФИО11 получил многочисленные технические повреждения.
Указанные обстоятельства не оспариваются сторонами и подтверждаются материалами дела, в том числе актом осмотра, объяснениями участников ДТП, схемой.
Собственнику автомобиля «Киа спортейдж» ФИО12 страховой компанией по ее заявлению было выплачено страховое возмещение в предельном размере 400000 руб.
6 марта 2024 года ФИО12 обратилась в АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» с досудебной претензией, в которой требовала возместить ей ущерб, причиненный в результате ДТП, поскольку выплаченной ей страховой компании суммы было недостаточно для возмещения всей стоимости восстановительного ремонта ее автомобиля.
ООО «Альянс-Поволжье» по заказу АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» была проведена оценка, которая показала, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля ФИО12 составляет 1632569 руб. (т. 3 л.д. 4-37).
В соответствии с соглашением от 6 мая 2024 года (т. 1 л.д. 68-66) АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» выплатило ФИО12 разницу между страховым возмещением и полной стоимостью восстановительного ремонта ее автомобиля в размере 1232569 руб. (т. 3 л.д. 36).
По утверждению сторон АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» была организована и проведена в отношении работника ФИО2 служебная проверка, по результатам которой определена вина ФИО2 в совершении ДТП и причинении ущерба.
13 июня 2024 года АО «ЛК-ТРАНС-АВТО» предъявило ФИО2 претензию, в которой потребовало возместить 1232569 руб., которые были выплачены работодателем за причиненный работником ущерб. Однако данная претензия была оставлена ФИО2 без удовлетворения.
Оценивая действия водителей ФИО2 и ФИО11 с точки зрения их виновности в рассматриваемом ДТП и причинения имущественного ущерба, суд приходит к следующим выводам.
Правила дорожного движения Российской Федерации, установленные Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, и применимые к настоящим правоотношениям, предусматривают следующие требования.
П. 8.1. Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
П. 8.4. При перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.
П. 9.7. Если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении.
П. 9.10. Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.
П. 10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
П. 10.3 вне населенных пунктов разрешается движение легковым автомобилям с разрешенной максимальной массой не более 3,5 т на автомагистралях - со скоростью не более 110 км/ч, на остальных дорогах - не более 90 км/ч.
П. 11.1. Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.
П. 11.2. Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.
П. 11.3. Водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.
Из протокола осмотра места происшествия, схемы, фототаблицы (т. 2 л.д. 13-34) следует, что столкновение автомобилей марки № под управлением работника ФИО2, и автомобиля марки № под управлением ФИО11 произошло на 161 км + 300 м автодороги Волгоград – Сальск на территории Котельниковского района Волгоградской области 21 октября 2023 года в светлое время суток при сухой погоде.
Дорога в указанном месте асфальтированная, имеет неровности в виде выдавливания асфальта. Первичные следы юза обнаружены на встречной для движения указанных автомобилей полосе движения. Также имеются следы юза на обочине в направлении движения автомобилей. Автомобиль марки № имеет незначительное повреждение передней боковой части и располагается на обочине дороги. Автомобиль марки № имеет значительные технические повреждения и находится справа от обочины по направлению движения автомобилей.
Сразу после ДТП ФИО11 и ФИО2 дали объяснения сотрудникам ДТП по факту обстоятельств его совершения (т. 2 л.д. 14-15).
Так ФИО2 пояснил, что двигался на автомобиле марки № со скоростью 60-65 км/ч. В зеркало заднего вида не наблюдал, так как на указанном участке дорога имеет вмятины и он их объезжал как справа, так и слева. В какой-то момент на высокой скорости его обогнал автомобиль «Киа спортейдж», по касательной задев его автомобиль и съехав, перевернувшись на правую по ходу движения сторону.
ФИО11 пояснял, что двигался на автомобиле № в направлении г. Сальск со скоростью примерно 90 км/ч. Впереди него двигался из стороны в сторону автомобиль марки №. Он включил сигнал поворота и начал совершать обгон. В это время автомобиль марки № стал прижиматься в его сторону, он начал сигналить и уходить от столкновения. В результате он совершил касательное столкновение с автомобилем марки № и, перевернувшись, съехал в кювет по ходу движения. Подойдя к водителю автомобиля №, он поинтересовался, почему тот ехал посередине проезжей части. Тот объяснил, что объезжал выбоины на дороге, в зеркало заднего вида не смотрел и его не видел, сигналов не слышал.
В процессе рассмотрения дела об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ ФИО2, ФИО11 и свидетель ФИО4 дали дополнительные показания, что следует из постановления Котельниковского районного суда Волгоградской области и решения Волгоградского областного суда от 29 августа 2024 года (т. 1 л.д. 136-146).
ФИО2 показал, что двигался на автомашине «Скания» со скоростью 50-60 км/ч по правой полосе и на полосу встречного движения не выезжал, не видел в зеркало заднего вида, что его обгоняет автомобиль «Киа спортейдж», поскольку он меньше его автомобиля. Почувствовал касание в левый передний угол кабины, после чего автомобиль «Киа спортейдж» сместился в правый кювет, перевернулся несколько раз.
ФИО11 показал, что двигался на автомашине «Киа спортейдж» со скоростью 90 км/ч и наблюдал впереди автомобиль «Скания». Убедившись в отсутствии встречных автомобилей, надлежащем состоянии дорожного покрытия, стал совершать обгон автомобиля «Скания». Когда он поравнялся наполовину с кузовом фуры, автомобиль «Скания» стал смещаться влево на полосу встречного движения, в связи с чем ФИО11 для избежания столкновения передним и задним левыми колесами выехал на обочину дороги и стал подавать сигналы светом фар водителю автомобиля «Скания», продолжив движение по левой обочине. Автомобиль «Скания» выровнялся, продолжив движение по центру дороги. ФИО11, предположив, что водитель автомобиля «Скания» увидел его, продолжил обгон. В это время автомобиль «Скания» продолжил движение влево по встречной полосе и по касательной задел правую часть его автомобиля, от чего его автомобиль развернуло, выкинуло в кювет справа по ходу движения и он несколько раз перевернулся.
Свидетель ФИО4 показал, что на своем автомобиле двигался за автомашиной ФИО11 «Киа спортейдж», который показал сигнал поворота и, выехав на полосу встречного движения, стал осуществлять обгон автомобиля «Скания». Свидетель из-за обгоняемого автомобиля потерял на некоторое время из вида автомобиль «Киа спортейдж». Затем автомобиль «Скания» выехал на полосу встречного движения и продолжил ехать. После этого он увидел слева пыль и понял, что автомобиль «Киа спортейдж» выехал на полосу встречного движения для избежания столкновения. Затем автомобиль «Киа спортейдж» впереди фуры справа по ходу движения выскочил в кювет и несколько раз перевернулся.
Постановлением по делу об административном правонарушении № 5-25/2024 от 11 июля 2024 года Котельниковского районного суда Волгоградской области, с изменениями, внесенными решением Волгоградского областного суда Волгоградской области от 29 августа 2024 года (т. 1 л.д. 136-146), установлено, что ФИО2, управляя автомобилем марки «Скания», не выдержал боковой интервал, нарушив п. 9.10 ПДД РФ, совершил столкновение с автомобилем «Киа спортейдж» под управлением ФИО11, вследствие чего последний получил телесные повреждения, соответствующие легкому вреду здоровью.
Действия ФИО2 квалифицированы по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ как нарушение ПДД РФ, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.
Одновременно судом отменено вынесенное инспектором ДПС постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, поскольку за те же действия он привлечен к ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.
При этом судом отклонено как недостоверное доказательство заключение специалиста ФИО5 № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 109-136); протокол и схема ДТП признаны допустимыми доказательствами, а также указано о том, что доводы ФИО2 и его защитников о том, что в действиях ФИО11 имелись признаки нарушения ПДД РФ, не могли быть оценены в рамках указанного дела.
В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
В связи с этим, применяя указанную норму, суд признает установленным в рамках настоящего гражданского дела факт нарушения ФИО2 п. 9.10 ПДД РФ, повлекший причинение средней тяжести вреда здоровью ФИО11
Вместе с тем, судом изучено заключение проведенной по определению суда судебной автотехнической экспертизы ООО «Экспертный центр» от 17 марта 2025 года (т. 5 л.д. 61-91).
Указанное экспертное заключение, в отличие от заключения специалиста ФИО5, суд признает допустимым, достоверным доказательством, так как оно выполнено уполномоченным экспертом, имеющим для того необходимые знания, опыт, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Согласно выводам указанного экспертного заключения:
Исходя из объяснений (пояснений) водителей-участников рассматриваемого ДТП, а также свидетеля ФИО4 следует, что механизм развития рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия выглядит следующим образом:
ФИО2, управляя транспортным средством № с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом цистерна №, государственный регистрационный знак №, двигался по правой (относительно направления своего движения) полосе проезжей части со скоростью 50-65 км/ч;
ФИО11, управляя транспортным средством №, государственный регистрационный знак № регион, двигался по правой (относительно направления своего движения) полосе проезжей части со скоростью 90 км/ч, (попутно ФИО2 позади его транспортного средства);
в какой-то момент ФИО11, решив совершить маневр обгона транспортного средства, под управлением ФИО2, включает левый указатель поворота, после чего, приступает к маневру обгона, выехав на полосу, предназначенную для встречного движения;
в момент, когда транспортное средство ФИО11 поравнялось наполовину с цистерной, ФИО2, для объезда неровности дороги меняет траекторию движения своего транспортного средства влево, в результате чего левой стороной пересекает дорожную разметку, т.е. частично выезжает на полосу, предназначенную для встречного движения;
учитывая взаимное расположение исследуемых транспортных средств в момент пересечения дорожной разметки ФИО2, для ФИО11 возникает опасность для дальнейшего движения в выбранном направлении в виде пересечения траектории движения исследуемых транспортных средств;
ФИО11, заметив возникшую опасность, также изменяет траекторию движения управляемого транспортного средства влево, выехав при этом левыми колесами на левую обочину, и начинает подавать звуковой сигнал и «моргать» дальним светом фар, при этом продолжая двигаться левыми колесами по обочине;
спустя некоторое время транспортное средство, под управлением ФИО2 прекратило смещаться влево и стало двигаться посередине проезжей части (исходя из схемы № 1 - по дорожной разметке);
ФИО11, предположив, что ФИО2 заметил его транспортное средство, продолжил маневр обгона. Траектория движения ФИО11 в этот момент в пояснениях водителей не описывается. Однако, очевидно, что так как в момент столкновения заднее левое колесо транспортного средства № находилось на расстоянии 1,32 м. от левого (относительно направления движения) края проезжей части, следует, что, продолжив маневр обгона, ФИО11 выбрал траекторию движения, направленную вправо;
транспортное средство под управлением ФИО2 продолжило смещаться влево;
столкновение исследуемых транспортных средств, в результате которого в силу: разницы в скорости движения и массе транспортных средств, а также локализации и направлении ударной нагрузки возник разворачивающий момент, направленный по часовой стрелке. Место столкновения локализовано на расстоянии 44,5 см. левее (относительно направления движения транспортных средств) дорожной разметки, т.е. на полосе, предназначенной для встречного движения исследуемых транспортных средств.
2. ФИО2 в данной дорожно-транспортной ситуации намереваясь совершить объезд препятствия (дефект проезжей части) должен был действовать согласно пунктам 10.1; 8.1; 8.4. ПДД РФ.
ФИО11, намереваясь совершить обгон транспортного средства под управлением ФИО2 должен был действовать согласно пунктам 10.1; 8.1; 11.1 ПДДРФ.
Как следует из механизма развития дорожно-транспортного происшествия, причиной исследуемого ДТП с технической точки зрения, следует считать сокращение безопасного бокового интервала. С момента возобновления маневра обгона и до момента столкновения исследуемых транспортных средств ФИО11 сместил свое транспортное средство правее на расстояние 1,32 м по проезжей части (не считая смещения по обочине), тогда как ФИО2 сместил свое транспортное средство левее на расстояние менее 44,5 см. При таких обстоятельствах определить, какое именно транспортное средство маневрировало непосредственно в момент столкновения не представляется возможным.
Не исключен любой из вариантов:
А. Маневрировало только транспортное средство, под управлением ФИО2;
Б. Маневрировали оба исследуемых транспортных средства одновременно.
Необходимым условием возникновения происшествия (обстоятельства, создавшие опасную обстановку, в которой водитель еще имел возможность предотвратить происшествие, но по каким-либо причинам этого не сделал) является возобновление ФИО11 маневра обгона транспортного средства под управлением ФИО2 в момент нахождения последнего в стадии объезда препятствия, с выбором траектории движения направленной от левой обочины проезжей части вправо (на сокращение бокового интервала с транспортным средством, под управлением ФИО2). При этом, как установлено выше, выбранный ФИО11 при совершении обгона (который в силу требования п. 11.2 ПДД РФ было запрещено начинать) боковой интервал более чем в 3 раза меньше безопасного значения.
Так как при объезде препятствия (дефект проезжей части), ФИО2 не уступил дорогу транспортному средству «КIА SLS Sportage», под управлением ФИО11, движущемуся попутно без изменения направления движения, что привело к возникновению опасности для движения ФИО11, а также двигался по прерывистой линии разметки, не имея намерения перестраиваться, в действиях ФИО2 усматривается несоответствие требованиям п. 8.1, 8.4, 11.3 и 9.7 ПДД РФ.
Так как при возникновении опасности для дальнейшего движения ФИО11 не принял мер к снижению скорости (согласно пояснениям ФИО11 выехав левыми колесами на левую обочину, он подавал звуковой сигнал, и «моргал» дальним светом фар, продолжая двигаться левыми колесами по обочине), в его действиях усматривается несоответствие требованиям п. 10.1 ПДД РФ.
Далее, прекратив смещение влево, транспортное средство под управлением ФИО2 двигалось по дорожной разметке (находилось в стадии объезда препятствия в виде дефекта проезжей части), при этом, не смещаясь влево/вправо, что послужило для ФИО11 поводом для продолжения маневра обгона. Таким образом, в данной дорожно-транспортной ситуации, в действиях ФИО11 усматривается несоответствие требованиям п. 11.2. ПДД РФ.
Кроме этого, в случае, если бы ФИО2 не до смещения управляемого им транспортного средства влево, то в момент обгона выбранный ФИО14 боковой интервал составлял бы менее 44,5 см, тогда как, в данной дорожно-транспортной ситуации безопасный боковой интервал составляет 1,4- 1,475 м.
Таким образом, т.к. выбранный ФИО11 при совершении обгона (который в силу требования п. 11.2 ПДД РФ, было запрещено начинать) боковой интервал более чем в 3 раза меньше безопасного значения, следует, что в действиях ФИО11 также усматривается несоответствие требованиям 9.10 ПДД РФ.
Ответить на вопрос о технической возможности у водителей (ФИО2 и ФИО11) предотвратить ДТП (столкновение) торможением не представляется возможным.
Оценивая указанное экспертное заключение в совокупности с объяснениями ФИО2, ФИО11, свидетеля ФИО4, протоколом осмотра места происшествия, схемой ДТП и судебными решениями, суд считает, что наиболее достоверными являются показания ФИО2 о том, что он двигался со скоростью 60 км/ч, не наблюдая в зеркало заднего вида и объезжая препятствия. В это время при обгоне его автомашины на высокой скорости по касательной произошло столкновение с автомашиной ФИО11, так как они даны на месте происшествия спустя небольшой промежуток времени, подтверждены частично показаниями ФИО11 и свидетеля ФИО4
Из показаний ФИО11 суд признает более достоверными его показания в Котельниковском районном суде, поскольку они даны в судебном заседании после предупреждения об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, согласуются с показаниями независимого свидетеля ФИО4, также предупреждавшегося об ответственности, в которых он сообщал, что в процессе обгона автомашины ФИО2 сместился на левую обочину, а затем, решив, что ФИО2 прекратил выезд на встречную полосу, стал вновь совершать обгон, приближаясь к автомашине ФИО2, а последний также сместился в его сторону, вследствие чего произошло ДТП.
Вместе с тем, учитывая, что на месте ДТП ФИО11 пояснял, что наблюдал как перед обгоном ФИО2 выезжает на полосу встречного движения для объезда неровностей автодороги, суд признает достоверными его показания и в этой части.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 нарушил пункты 10.1, 8.1, 8.4, 11.3, 9.7, 9.10 ПДД РФ, поскольку при объезде препятствий не наблюдал за дорогой и не подавал сигналы; не уступил дорогу автомобилю ФИО11; необоснованно двигался не по своей полосе движения; препятствовал обгону его транспортного средства автомобилем ФИО11; не выдержал боковой интервал до автомобиля ФИО11; не учел условия дороги; не принял меры к своевременной остановке своего автомобиля.
ФИО12 со своей стороны нарушил п. 10.1, 8.1, 11.1, 11.2, 9.10 ПДД РФ, поскольку не убедился в безопасности скорости своего автомобиля, не учел дорожные условия; при выполнении маневра обгона создал опасность для других участников движения, не убедившись перед началом маневра в его безопасности; продолжил при явных признаках небезопасности обгона, указанный маневр, не приняв меры к торможению; не выдержал боковой интервал до автомобиля ФИО2
Кроме того, суд признает, что ФИО11 нарушил п. 10.3 ПДД РФ, управляя автомобилем в момент обгона со скоростью свыше 90 км/ч, так как из его показаний в Котельниковском районном суде Волгоградской области следует, что до начала маневра обгона он ехал со скоростью 90 км/ч и после этого начал обгон, то есть опережение впереди движущегося автомобиля ФИО2, который мог совершаться только при превышении ранее выбранного скоростного режима.
При изложенных обстоятельствах, учитывая, что действия ФИО2 и ФИО11, нарушавших ПДД РФ, и в момент столкновения их автомобилей неправомерно не выдержавших боковой интервал, тем самым в равной степени способствуя совершению ДТП и причинению технических повреждений автомобилю ФИО6, суд приходит к выводу об определении степени вины в ДТП каждого из них в 50 % (в равных долях) и поэтому снижает требуемую к возмещению сумму восстановительного ремонта наполовину от заявленного.
Поскольку стороны не оспаривали стоимость восстановительного ремонта, суд определяет его в соответствии с заключением ООО «Альянс-Поволжье» в 1632569 руб., из которых с ФИО2 подлежат взысканию 616284,5 руб. (1632569 руб. по экспертному заключению – 400000 руб. выплаченные страховой компанией) поделенные на две части (по 50 %).
Также суд взыскивает с ФИО2 половину стоимости услуг оценщика, потраченных истцом на определение стоимости ущерба по платежному поручению в т. 3 на л.д. 37.
Кроме того, на основании ст. 98 ГПК РФ в связи с частичным удовлетворением требований истца, суд взыскивает с ответчика сумму уплаченной истцом гос. пошлины, пропорционально удовлетворенным требованиям.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд
РЕШИЛ:
Исковые требования акционерного общества «ЛК-ТРАНС-АВТО» удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2, паспорт сер. №, выданный 2 апреля 2019 года в пользу акционерного общества «ЛК-ТРАНС-АВТО», ИНН <***> в счет возмещения ущерба 616284,5 руб., стоимость услуг оценщика в размере 10000 руб., сумму гос. пошлины, уплаченной при подаче иска в размере 7231,5 руб., всего 633516 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований акционерного общества «ЛК-ТРАНС-АВТО» отказать.
Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд через Черноярский районный суд Астраханской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.
Мотивированное решение изготовлено 25 апреля 2025 года.
Судья Н.Ш. Джумалиев