Решение по делу № 2-510/2023 от 24.10.2023 - о взыскании компенсации морального вреда, причинённого дорожно-транспортным происшествием, расходов на погребение, судебных расходов.

УИД 45RS0007-01-2023-000585-64 Дело № 2-510/2023

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

г. Катайск Курганской области 24 октября 2023 года

Катайский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего, судьи Колесникова В.В.,

с участием помощника прокурора Катайского района Курганской области Ефремовой Л.В.,

представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2,

ответчика ФИО3, его представителя адвоката Шеяновой А.В.,

при секретаре Череваткиной К.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого дорожно-транспортным происшествием, расходов на погребение, судебных расходов,

Установил:

ФИО1 в лице своего представителя по доверенности ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 (увеличив и уточнив требования), в котором просит взыскать с них солидарно компенсацию морального вреда, причинённого дорожно-транспортным происшествием (далее также – ДТП), в размере 1 000000 руб.; расходы на погребение 104355 руб., судебные расходы на оплату юридической помощи – 4000 руб.

Требования мотивированы тем, что 11.12.2020 в районе 17:00 ответчик ФИО3, управляя автомобилем ВАЗ-21102, государственный регистрационный знак № в районе <...> в г. Катайске Курганской области допустил наезд на пешехода ФИО6, которая от полученных в результате ДТП травм скончалась на месте.

Проведённой проверкой по материалу, зарегистрированному в КУСП ОМВД России по Катайскому району 11.12.2020 № установлено, что ФИО3 двигался на автомобиле по ул. Ленина в г. Катайске Курганской области 11.12.2020 в вечернее время, в условиях ограниченной видимости (ближний свет фар автомобиля), покрытие автодороги - сухой асфальтобетон, скорость движения транспортного средства, со слов водителя, 70-80 км/ч при ограничении скорости движения в черте города в 60 км/ч, в технически исправном автомобиле. При этом водитель ФИО3 превысил допустимую скорость движения, не учёл дорожную обстановку, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, в связи с чем допустил наезд на пешехода ФИО6

После ДТП ответчик с места происшествия скрылся, автомобиль был обнаружен позднее сотрудниками ГИБДД.

Причиной ДТП стало несоблюдение водителем ФИО3 В.А установленных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (в ред., действующей на момент ДТП) «О Правилах дорожного движения» (далее - ПДД) пунктов 10.1 и 10.2 ПДД.

В результате ДТП пешеходу ФИО6, согласно заключению эксперта (экспертизы трупа) № от 24.03.2021, были причинены телесные повреждения в виде рвано-ушибленной раны лица, проникающей в полость черепа. Обширные кровоизлияния в мягкие ткани головы и лица. Субдуральное кровоизлияние (около 150 мл), тотальные субархноидальные кровоизлияния обоих полушарий головного мозга и мозжечка. Множественные крупноочаговые кровоизлияния в веществе головного мозга и мозжечка, частичного размозжения мозгового вещества лобных и височных долей с прорывом крови в желудочки головного мозга. Мелкофрагментарные переломы костей свода, основания черепа, лицевого скелета, верхней и нижней челюсти с обширными кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани. Разрыв миокарада основания левого желудочка сердца с переходом на устье и восходящий отдел аорты, длиной около 4,3 см., с кровоизлиянием в окружающую ткань, и образованием гемоперикардиума (около 200 мл). Прямые поперечные и косопоперечные переломы ребер слева по задней подмышечной линии 2,3,4,5,6,7,8,9,10-го рёбер; справа по передней подмышечной линии - 1,2,3,4,5,6,7,8,9,10,11,12-го рёбер с повреждением пристеночной плевры ткани лёгких с образованием гемоторакса: справа около 1000 мл, слева около 400 мл. Прямой поперечный перелом акромиального конца левой ключицы с обширным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани. Обширные кровоизлияния в корни обоих лёгких. Множественные кровоподтёки грудной клетки. Разрыв мочевого пузыря; прямой перелом подвздошной, седалищной и лобковой кости с обеих сторон с обширным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани. Тупые травмы нижних конечностей: прямой косопоперечный перелом нижней трети обеих бедренных костей на расстоянии 45 см от подошвенных поверхностей с обширным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани. Множественные кровоподтёки нижних конечностей. Указанные травмы причинены от действия выступающих частей легкового автомобиля в конкретном ДТП 11.12.2020, в совокупности влекут тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и состоят в прямой причинной связи со смертью.

Потерпевшая ФИО6 являлась родной сестрой истца ФИО1 С мужем она была разведена, её дети умерли до её смерти в ДТП. Единственным родственником умершей являлся её родной брат - истец ФИО1 После смерти ФИО6 именно на нём, в связи с отсутствием других родственников, лежали заботы о достойных похоронах своей сестры. Из-за отсутствия финансовых возможностей для этой цели он обратился к своему родственнику – ФИО2, который является представителем истца по делу. Также ФИО2 помогал материально с установлением памятника на могиле умершей сестры. Истец ФИО1 вместе с представителем обращались в страховую компанию водителя, однако в выплате страхового возмещения ему было отказано, так как страховое возмещение, со слов сотрудников страховой компании, полагается только близким родственникам погибшей (муж, дети, родители), а брат погибшей в указанную категорию не входит. Истец ФИО1 в результате ДТП потерял близкого человека - родную сестру, что причиняет ему глубокие моральные и нравственные страдания и послужило для него глубокой психологической травмой. Истец является пенсионером по возрасту и его состояние здоровья было подорвано случившимся. Кроме психологической травмы, связанной с потерей сестры, истец также постоянно испытывает эмоциональные переживания, связанные с невосполнимой потерей единственного близкого родственника. Моральные и нравственные переживания истца являются сильной психологической травмой, последствия которой безусловно скажутся в будущем. Моральные страдания, причинённые истцу ФИО1 в результате утраты сестры он оценивает в 1000 000 руб. При этом со стороны ответчика и членов его семьи на протяжении двух с половиной лет никаких действий по сглаживанию причинённого вреда, какой-либо минимальной помощи в погребении не оказывалось, они даже не принесли извинения за случившееся. Полагает, что телесные повреждения и травмы погибшей свидетельствуют о том, что скорость движения автомобиля была выше как минимум в два раза. Полагает, что водитель был пьян и на дорогу не смотрел. Исходя из обстоятельств дела, считает заявленную компенсацию морального вреда разумной и справедливой.

В обоснование требований ссылается на разъяснения, данные в пп. 11, 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», положения ст. 12, 151, 1064, 1079, 1101 и др. Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с необходимостью защиты своего права истец был вынужден обратиться за юридической помощью. Оплата консультации и составление искового заявления составила 4000 руб. (л.д. 7-12, 164 и др.).

Судебное заседание в соответствии с требованиями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – ГПК Российской Федерации) проведено в отсутствие истца ФИО1, извещённого о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, доказательств уважительности причин своей неявки суду не представившего, об отложении рассмотрения дела не просившего.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности (л.д. 13-15) ФИО2 настаивал на исковых требованиях по изложенным в заявлении основаниям, в их уточнённом виде. Не оспаривал, что ФИО1 в связи со смертью ФИО6 было получено государственное пособие на погребение в размере 7043,59 руб., также, что среди заявленных к ответчикам расходов на захоронение – установку памятника была включена стоимость плиты – 2100 руб., которая фактически использована для расположенного рядом захоронения родственника ФИО6 В этой связи в части возмещения заявленных расходов на захоронение уменьшил исковые требования на сумму 9143,59 руб. (2100 руб. + 7043,59 руб.). Просил по данному основанию солидарно взыскать с ответчиков 95211,41 руб., о чём представил письменное заявление. Требования истец заявил к ответчикам солидарно, поскольку ФИО3 является причинителем смерти ФИО6, ФИО4 – собственником управляемого ФИО3 автомобиля, согласно карточке ОГИБДД. Обращал внимание, что указание иных инициалов в документах по затратам на захоронение ФИО6 является опиской. ФИО1 по состоянию здоровья сильно заикается, поэтому его опрос при судебном разбирательстве дела являлся нецелесообразным, против чего не возражала сторона ответчика. ФИО3 потерял единственного близкого человека – сестру ФИО6, после чего его состояние здоровья ухудшилось, изменился привычный образ жизни, он очень переживал по этому поводу, испытывает по настоящее время сильные нравственные страдания. При жизни сестры ФИО1 подолгу проживал у неё, общался с ней, поддерживая тесные родственные отношения. Полагает, что предлагаемая ответчиком материальная компенсация истцу в размере 50 тыс. руб. не соответствует тяжести перенесённых истцом страданий.

Ответчик ФИО3, его представитель адвокат Шеянова А.В., действующая на основании ордера (л.д. 140) исковые требования признали частично, в сумме 50000 руб. компенсации морального вреда, в остальной части требований просили отказать по доводам письменных возражений. В возражениях в уточнённом виде сообщают, что истцом в материалы дела не представлено медицинских документов об ухудшении состояния здоровья истца в связи с произошедшим. Отсутствует подтверждённая информация об обращении истца к психологу для проведения сеансов реабилитации после произошедшего. Взыскание компенсации морального вреда за последствия причинённого вреда, которые наступят в будущем недопустимо. Ответчику не было известно о наличии у погибшей ФИО6 родственников, погибшая проживала одна, её дети умерли до её гибели, с супругом была в разводе. Доводы истца об алкогольном опьянении ответчика ничем не подтверждены, опровергаются доследственной проверкой. Утверждение истца о превышение скорости автомобиля ответчика при ДТП являются предположением истца. Согласно выводам автотехнической экспертизы, водитель автомобиля ВАЗ-21102 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода, двигаясь как с фактической скоростью 70-80 км/ч, так и с разрешённой на данном участке скоростью 60 км/ч. По результату материала проверки следователем вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Полагают, что в действиях погибшей имелась грубая неосторожность, поскольку ФИО6 находилась в тёмное время суток на проезжей части без светоотражающих элементов, чем нарушила п. 4.1 ПДД Российской Федерации, что и привело к ДТП. Истом не доказан факт наличия между ФИО6 и ФИО1 близких семейных отношений, а лишь подтверждён факт наличия родства. Считает, что факт наличия родства не свидетельствует о близких и тёплых отношениях с погибшим родственником истца и подлежит доказыванию истцом. Ответчик полагает разумной и обоснованной сумму компенсации морального вреда истцу ФИО1 в размере 50000 руб. Ссылается также на затруднительное финансовое положение ответчика. Просят снизить размер взыскиваемой компенсации морального вреда до 50000 руб. (л.д. 144-146, 58).

Представитель ответчика ФИО3 адвокат Шеянова А.В. также обращала внимание на завышенный размер заявленных истцом требований о компенсации морального вреда. Полагала недопустимыми доказательствами представленные истцом документы на захоронение, поскольку местом заключения договора указан г. Каменск-Уральский. Обращала внимание, что истцом на погребение ФИО6 было получено государственное пособие в размере 7043,59 руб., одна из плит использовалась для обустройства рядом расположенной могилы, продемонстрировав фотографию захоронения ФИО6 Считала, что удовлетворение иска слишком обременительно для ФИО3, который не имеет достаточных средств. Полагала, что ФИО4 является ненадлежащим ответчиком, поскольку законным владельцем указанного автомобиля по представленному в дело договору является ФИО3

Прокурор Ефремова Л.В. в своём заключении по делу полагала необходимым исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Заслушав участников судебного разбирательства, огласив показания ранее допрошенных свидетелей, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу, что требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого ДТП, являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению частично, требования истца к ФИО4 – удовлетворению не подлежат, по следующим основаниям.

Статьёй 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК Российской Федерации) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пп. 1 и 2 ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причинённый имуществу гражданина или юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана сповышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённыйисточником повышеннойопасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы илиумыслапотерпевшего. Владелецисточника повышеннойопасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотреннымпп. 2и3 ст. 1083ГК Российской Федерации. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которыевладеютисточником повышеннойопасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, подоверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче емуисточника повышеннойопасности и т.п.).

В силу п. 2 ст. 1079 ГК Российской Федерации владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причинённый этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причинённый источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Как разъяснено в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»), в силуст. 1079ГК Российской Федерации вред, причинённый жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу ст. 1079 ГК Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создаёт повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причинённым источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

Согласно п. 19 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

По смыслу ст. 1079 ГК Российской Федерации, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признаётся его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению (п. 20 этого же Постановления).

В соответствии с положениями, предусмотренными пп. 1 и 2 ст. 1083 ГПК Российской Федерации, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Пунктом 3 ст. 1083 ГК Российской Федерации установлено, что суд может уменьшить размер возмещения вреда, причинённого гражданином, с учётом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинён действиями, совершёнными умышленно.

Пунктом 17 указанного Постановления разъяснено, что при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причинённого вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно п. 1 ст. 1083 ГК Российской Федерации такой вред возмещению не подлежит.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК Российской Федерации).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учётом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и других).

Размер возмещения вреда в силу п. 3 ст. 1083 ГК Российской Федерации может быть уменьшен судом с учётом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинён действиями, совершёнными умышленно.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинён вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинён вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абз. 3 п. 2 ст. 1083 ГК Российской Федерации, подлежит уменьшению (п. 23 этого же Постановления).

Судом из материалов настоящего дела, материалов проверки № по факту ДТП, в результате которого ФИО6 погибла на месте (КУСП № от 11.12.2020) установлено, что 11.12.2020 около 17:13 ФИО3, управляя автомобилем ВАЗ-21102 государственный регистрационный знак №, в районе дома № 8 по ул. Ленина, в г. Катайске Курганской области, допустил наезд на пешехода ФИО6, которая от полученных телесных повреждений скончалась на месте ДТП (л.д. 20-24, 25, 26-33 и др.).

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вступившим в законную силу постановлением мирового судьи судебного участка № 9 Катайского судебного района Курганской области от 17.12.2020 (дело №) ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП Российской Федерации - оставление водителем в нарушение ПДД места ДТП, участником которого он являлся, при отсутствии признаков уголовно наказуемого деяния) ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 2 месяца (л.д. 51, 49).

Согласно указанному постановлению мирового судьи, ФИО3 свою вину в совершении данного административного правонарушения признал, подтвердил обстоятельства, изложенные в протоколе об административном правонарушении. Пояснил, что 11.12.2020 он, управляя автомобилем, допустил наезд на пешехода и уехал с места ДТП, так как испугался.

Согласно рапорту сотрудника полиции, причастность ФИО3 к указанному ДТП была установлена в ходе ОРМ (л.д. 91).

По факту данного ДТП проведена проверка, в рамках которой организовано проведение автотехнической судебной экспертизы.

Согласно заключению эксперта № от 04.01.2020, 1-4. При заданных и принятых исходных данных, в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ВАЗ-21102 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путём применения экстренного торможения в момент возникновения опасности для движения (с момента конкретной видимости пешехода) двигаясь как с фактической скоростью (Vаф)=70,0-80,0 км/ч, двигаясь как с максимально допустимой скоростью по условиям видимости в направлении движения (Vад)=60,4 км/ч, так и двигаясь с разрешённой на данном участке дороги скоростью движения (Vар)=60,0 км/ч.

5. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ВАЗ-21102 должен был руководствоваться требованиями пп. 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации: п.10.1 - «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства». п.10.2 - «В населённых пунктах разрешается движение транспортных средств скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях - не более 20 км/ч.».

Однако, как следует из п. № настоящего исследования, даже руководствуясь требованиям пп. 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации при заданных и принятых исходных данных, в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ВАЗ-21102 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путём применения экстренного торможения в момент возникновения опасности для движения (с момента конкретной видимости пешехода) двигаясь как с фактической скоростью (Vаф)=70,0-80,0 км/ч, двигаясь как с максимально допустимой скоростью по условиям видимости в направлении движения (Vад)=60,4 км/ч, так и двигаясь с разрешенной данном участке дороги скоростью движения (Vар)=60,0 км/ч. (л.д. 106, на обороте-109).

Материалы указанной проверки содержат протоколы осмотра места происшествия, в которых зафиксирована обстановка на месте ДТП по указанному адресу, составлена схема, указано предполагаемое место наезда на ФИО6 – обочина дороги, тротуар отсутствует (л.д. 64-71); следов торможения автомобиля, следов автомобиля на обочине, не обнаружено (л.д. 92-94); зафиксировано состояние самого автомобиля, у которого имелись характерные для ДТП повреждения (л.д. 98-101); осуществлена реконструкция движения автомобиля применительно к произошедшему ДТП (л.д. 102, на обороте- 104).

Из объяснения ФИО3 сотруднику полиции от 12.12.2020 следует, что после указанного ДТП он (ФИО3) понял, что сбил человека (л.д. 82, на обороте, 83). Перед наездом на пешехода скорость его автомобиля была 70-80 км/ч., дорога была сухая. На автомобиле была установлена зимняя резина. На автомобиле после ДТП правая часть стекла была разбита, стекло правой пассажирской двери выбито. Также было замято правое крыло автомобиля, отсутствовало правое зеркало.

Согласно освидетельствованию, медицинскому освидетельствованию ФИО3, опьянения у него не установлено (л.д. 83, на обороте, 84, в т.ч. на обороте, 85).

На момент ДТП ФИО3 имел водительское удостоверение, действительное с 19.05.2020, в т.ч. категории В, В1, М (л.д. 37, на обороте).

По результатам проверки постановлением заместителя начальника СО ОМВД России по Катайскому району от 21.01.2021 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по факту ДТП в результате которого погибла ФИО6, по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации, в связи с отсутствием в деянии состава преступления (л.д. 60-61 и др.).

В соответствии с заключением эксперта (экспертизы трупа) № от 12.12.2020 у ФИО6 обнаружены телесные повреждения в виде: - Рвано-ушибленной раны лица, проникающей в полость черепа. Обширных кровоизлияний в мягкие ткани головы и лица. Субдурального кровоизлияния (около 150мл), тотальных субархноидальных кровоизлияний обоих полушарий головного мозга и мозжечка. Множественных крупноочаговых кровоизлияний в вещество головного мозга и мозжечка, мастичного размозжения мозгового вещества лобных и височных долей с прорывом крови в желудочки головного мозга. Мелкофрагментарного перелома костей свода, основания черепа, лицевого скелета, верхней и нижней челюсти с обширными кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани.

- Разрыва миокарда основания левого желудочка сердца с переводом на устье и восходящий отдел аорты, длиной около 4,3 см, с кровоизлиянием в окружающую ткань, и образованием гемоперикардиума (около 200мл). Прямых поперечных и косопоперечных переломов ребёр слева по задней подмышечной линии 2,3,4,5,6,7,8,9,10-го рёбер; справа по передней подмышечной линии - 1,2,3,4,5,6,7,8,9,10,11,12-го рёбер с повреждением пристеночной плевры и ткани лёгких с образованием гемоторакса: справа около 1000мл, слева около 400мл. Прямого поперечного перелома акромиального конца левой ключицы с обширными кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани. Обширных кровоизлияний в корни обоих легких. Множественных кровоподтеков грудной клетки.

- Разрыва мочевого пузыря; прямой перелом подвздошной, седалищной и лобковой кости с обеих сторон с обширным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани.

- Тупой травмы нижних конечностей: прямого косопоперечного перелома нижней трети обеих бедренных костей на расстоянии 45см от подошвенных поверхностей с обширным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани. Множественных кровоподтёков нижних конечностей.

2. Вышеперечисленные телесные повреждения образовались от действия твёрдых тупых предметов, возможно выступающих частей легкового автомобиля (прямой косопоперечный перелом нижней трети обеих бедренных костей) с забрасыванием пострадавшей на капот автомобиля и ударе о препятствие (открытая тупая травма головы с повреждением головного мозга, костей свода, основания черепа, лицевого скелета, верхней и нижней челюсти и грудной клетки с повреждением аорты, миокарда левого желудочка и лёгких) с последующим падение на дорожное покрытие и скольжением по нему (множественные прямые переломы рёбер справа слева, переломы тазовых костей, разрыв мочевого пузыря, рвано-скальпированная рана левого коленного сустава) в конкретном дорожно-транспортном происшествии 11.12.2020, в совокупности влечёт ТЯЖКИЙ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ по признаку опасного для жизни в момент причинения и состоит в прямой причинной связи со смертью.

3. Смерть ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., наступила от автодорожной травмы: сочетанной открытой тупой травмы головы, грудной клетки, костей таза и тазовых органов, обеих бедренных костей.

- Учитывая характер и степень выраженности трупных явлений, эксперт пришёл к заключению, что смерть ФИО6 1956г.р., наступила около 3 суток до момента исследования трупа морге.

4. При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., этиловый алкоголь не обнаружен.

5. Образование вышеперечисленных телесных повреждений при падении с высоты собственного роста исключено (л.д. 30-32 и др.).

Собственником указанного автомобиля ВАЗ на момент ДТП являлся ответчик ФИО3, что подтверждается договором купли-продажи от 11.12.2020 данного автомобиля, заключённого им (ФИО3, покупателем) с ФИО4 (продавец) (л.д. 89 и др.). При указанном ДТП ФИО3 управлял своим автомобилем на основании указанного договора купли-продажи, что он подтвердил в судебном заседании.

Согласно карточке учёта ОГИБДД, владельцем указанного автомобиля указан ФИО4 (л.д. 55).

В силу п. 2 ст. 130 ГК Российской Федерации, вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

В силу п. 1 ст. 223 ГК Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента её передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Следовательно, в силу изложенного, ФИО3 в момент ДТП являлся собственником управляемого им автомобиля и его законным владельцем, причинителем смерти ФИО6 при ДТП, в этой связи несёт предусмотренную законом гражданско-правовую ответственность. ФИО4 в этой связи не является законным владельцем указанного автомобиля на момент ДТП, не является надлежащим ответчиком по заявленным к нему истцом требованиям, в следствие чего требования истца к ответчику ФИО4 удовлетворению не подлежат.

Гражданская ответственность ФИО3 застрахована им не была, что не оспаривается сторонами по делу, подтверждается постановлением должностного лица о привлечении ФИО3 к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее также - КоАП Российской Федерации) - неисполнение владельцем транспортного средства установленной федеральным законом обязанности по страхованию своей гражданской ответственности, а равно управление транспортным средством, если такое обязательное страхование заведомо отсутствует, с назначением ФИО3 административного штрафа (л.д. 50 и др.).

Истец ФИО1 приходился родным братом погибшей в результате ДТП ФИО6, что подтверждается свидетельствами о рождении, справкой (л.д. 16-17, 19).

Согласно свидетельству о смерти, ФИО6 умерла 11.12.2020 (л.д. 18).

Статьёй 67 ГПК Российской Федерации установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

В силу ч. 3 ст. 86 ГПК Российской Федерации, заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК Российской Федерации. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В соответствии с п. 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее также - ПДД) участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п. 10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно п. 10.2 ПДД, в населённых пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и дворовых территориях – не более 20 км/ч.

В указанном заключении эксперта сделан вывод об отсутствии в рассматриваемом ДТП у ФИО3 технической возможности предотвратить наезд на пешехода ФИО6 путём применения экстренного торможения в момент возникновения опасности для движения.

Вместе с тем, совокупностью доказательства по делу подтверждено, что ФИО3 в момент ДТП управлял автомобилем с превышением разрешённой на данном участке дороги скорости движения (двигался свыше 60 км/ч до 80 км/ч, вместо разрешённой 60 км/ч), в отсутствие тротуара ФИО6, согласно ПДД, могла двигаться и находиться на обочине, в том числе у края дороги, например при её переходе, что в данном случае имело место быть (нахождение ФИО5 на проезжей части, у её края), учитывая установленное органом предварительного расследования место предполагаемого столкновения. ФИО3 в нарушение указанных пп. 10.1, 10.2 ПДД не в полной мере учёл дорожные условия, в т.ч. тёмное время суток, отсутствие тротуаров в обоих направлениях на данном участке городской улицы, следовательно, возможное наличие пешеходов у края проезжей части дороги (улицы), в том числе без световозвращающих элементов, что в итоге привело в данному ДТП.

Вопреки мнению стороны ответчика, материалами дела при указанных обстоятельствах не подтверждено наличие грубой неосторожности ФИО6 в момент ДТП. Так, в силу п. 4.1 ПДД, на который ссылался ответчик, установлено, что при переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в тёмное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населённых пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств. Поскольку местом ДТП является городская улица, наличие световозвращающих элементов у ФИО6 не являлось обязательным, о чём прямо указано в ПДД, следовательно, указанный пункт ПДД потерпевшей не нарушен.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии вины ФИО3 в причинении смерти ФИО6 и отсутствии в действиях потерпевшей грубой неосторожности.

При этом суд также обращает внимание, что установленное указанным заключением автотехнической судебной экспертизы фактически отсутствие нарушений ПДД ответчиком, и само по себе отсутствие по этому заключению вины ФИО3, в силу приведённых норм гражданского законодательства и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации не освобождает ответчика от ответственности за вред, причинённый жизни при управлении источником повышенной опасности.

При определении размера возмещения вреда, учитывая положения п. 3 ст. 1083 ГК Российской Федерации, судом принимается во внимание материальное положение ответчика.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что ФИО3 недвижимого имущества, семьи, детей на иждивении не имеет, в настоящее время не работает, на учёте в качестве безработного не состоит, инвалидом не является. ФИО3 принадлежит указанный автомобиль. Также суд учитывает молодой возраст ФИО3

Приводимые ответчиком ФИО3, его представителем Шеяновой А.В. доводы и возражения, при указанных обстоятельствах и с учётом изложенных выводов суда, не являются основанием к отказу в удовлетворении исковых требований или снижению подлежащей компенсации истцу морального вреда.

Судом установлено, что причинение смерти при ДТП ФИО6 является при указанных обстоятельствах следствием ДТП, произошедшего по вине ответчика ФИО3, допустившим нарушение указанных положений Правил дорожного движения Российской Федерации.

Таким образом, обязанность по возмещению вреда, причинённого ДТП ФИО1, должна быть возложена на ответчика ФИО3, являющегося законным владельцем источника повышенной опасности в момент ДТП и причинителем вреда.

Согласно ст. 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. 150, 151 ГК Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

В силу ст. 1099 ГК Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст. 1064 - 1101) и ст. 151 ГК Российской Федерации.

По общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причинённый вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом, на потерпевшем лежит бремя доказывания обстоятельств, связанных с тем, что потерпевший перенёс физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

На основании ст. 1100 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Согласно п. 27 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, тяжесть причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинён вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учётом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из материалов дела, пояснений сторон следует, что в результате указанного ДТП ФИО6 получены указанные в заключении эксперта № от 23.04.2021 повреждения, полученных при указанном ДТП, от которого на месте ДТП наступила её смерть.

В обоснование размера компенсации морального вреда по ходатайству истца в судебном заседании допрошены свидетели ФИО11, ФИО12 (л.д. 153-156), пояснившие о наличии близкой родственной связи ФИО1 с погибшей сестрой ФИО6, нравственных переживаниях истца после её смерти и изменения привычного образа его жизни, так ФИО1 после этого, стал больше заикаться. Не доверять данным показаниям свидетелей, предупреждённых об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд оснований не усматривает.

Разрешая исковые требования о компенсации морального вреда, оценив и проанализировав в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, применив положения ст. 56, 67 ГПК Российской Федерации, руководствуясь положениями ст. 151, 1101 ГК Российской Федерации, суд пришёл к выводу о том, что факт причинения телесных повреждений ФИО6, от которой на месте ДТП наступила её смерть, и факт посягательства на нематериальные блага - здоровье истца ФИО1 находятся в прямой причинно-следственной связи; телесные повреждения ФИО6, от которых на месте ДТП наступила её смерть, были причинены источником повышенной опасности – приобретённым ответчиком ФИО3 автомобилем по договору купли-продажи, под управлением собственника автомобиля и причинителя вреда ФИО3, в силу указанных положений действующего законодательства Нестеров несёт ответственность за причинённый ФИО1 моральный вред.

Само по себе отсутствие факта обращения ФИО1 за медицинской помощью в медицинские учреждения, вопреки позиции ответчика, не свидетельствует о не причинении Селиванову смертью сестры ФИО6 морального вреда.

Поскольку ФИО6 причинены телесные повреждения, от которых наступила её смерть, суд приходит к выводу о том, что истец при этом испытывал физические (усилившееся заикание) и нравственные страдания и, соответственно, имеет право на компенсацию морального вреда.

Предусмотренных законом оснований для освобождения ФИО3 от обязанности компенсации морального вреда Селиванову судом не установлено.

Вместе с тем, требуемый ФИО1 размер компенсации морального вреда суд находит завышенным.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 к Нестерову о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, Белевскому – не подлежат.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства, при которых причинён моральный вред, степень вины ФИО3, нарушившего ПДД, в результате чего произошло указанное ПДД и явилось его причиной, принимая во внимание причинение ФИО6 указанных телесных установленных заключением эксперта № от 24.03.2021 повреждений, определённых экспертом как тяжкий вред здоровью, наступление от них смерти ФИО6 на месте ДТП, испытываемые в этой связи ФИО1 нравственные страдания, в том числе по настоящее время, обусловленные наличием близкой родственной связи ФИО1 с ФИО6, индивидуальные особенности ФИО1, иные приводимые истцом последствия указанного ДТП – ухудшения физического здоровья и психического состояния истца, негативные изменения привычного образа жизни истца после ДТП, а также все иные значимые обстоятельства.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК Российской Федерации, принимая во внимание приведённые сведения об имущественном и семейном положении ответчика ФИО3, все обстоятельства дела, суд считает необходимым уменьшить сумму, подлежащую взысканию с ответчика ФИО3 по требованиям истца о компенсации морального вреда до 700 000 руб., и определить её в данном размере.

В этой связи суд не считает возможным согласиться с размером компенсации морального вреда, определённого истцом, с которым согласился прокурор в своём заключениипо делу.

С учётом изложенного, требования истца ФИО1 к Нестерову о возмещении расходов по захоронению, с учётом их уточнения истцом по возражениям ответчика, суд также находит подлежащими удовлетворению. Из представленных истцом квитанциям (л.д. 167, 168), договору от 12.12.2020 следует, что ФИО1 в связи со смертью ФИО6 понесены расходы по её захоронению, составляющие в общем размере требуемые истцом 95211,41 руб. При этом ответчиком не представлено никаких доказательств завышенного размера данных расходов. Приводимые ответчиком возражения не являются основанием к признанию данных доказательств недопустимыми. Какие-либо основания усомниться в достоверности данных доказательств истца у суда отсутствуют. Указанные возражения ответчика таковыми по существу не являются, поскольку место заключения договора от 12.12.2020 в г. Каменске-Уральском никак не влияет на допустимость данного доказательства, учитывая установленную законом свободу как условий договора, так и место его заключения. При этом очевидная описка в инициалах ФИО6 в квитанции (л.д. 167) также не является основанием к отказу в иске в данной части. Кроме того, понесённые расходы ФИО1 на захоронение именно ФИО6 подтверждаются представленным истцом письмом ИП ФИО13 (исполнителя в квитанциях и указанном договоре).

Также судом учитывается, что стороной ответчика суду не представлено никаких доказательств тому, что ФИО1 получал бы иные пособия на погребение своей сестры ФИО6, кроме фактически признанного представителем истца ФИО2 в судебном заседании.

В целом исковые требования истца к ответчику подлежат удовлетворению частично. Давая оценку иным доказательствам по делу суд находит их не опровергающими изложенное.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела наряду с другими относятся суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК Российской Федерации издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счёт средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Истцом ФИО1 заявлено требование о взыскании с ответчиков в возмещение судебных расходов в размере 4 000 руб. на оплату юридической помощи, подтверждённых чеком и квитанцией к приходному кассовому ордеру от 27.06.2023 Юридического агентства «Фортис» (л.д. 33, 34). Указанные расходы как необходимые и подтверждённые надлежащими документами с учётом изложенного подлежат взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца.

Поскольку суд пришёл к выводу о том, что ответчик ФИО4 не является надлежащим ответчиком по делу, судебные расходы по делу, в том числе заявленные истцом, взысканию с ФИО4 не подлежат.

С учётом удовлетворения исковых требований истца к ответчику ФИО3, с последнего в доход муниципального образования Катайского муниципального округа Курганской области подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой ФИО1 был освобождён, - в сумме 300 руб. (неимущественного характера о компенсации морального вреда), 3056 руб. (имущественные требования о взыскании расходов на захоронение), всего: 3356 руб. (3056 руб. + 300 руб.).

В силу ч. 3 ст. 144 ГПК Российской Федерации обеспечительные меры по определениям Катайского районного суда от 17.08.2023, 10.10.2023 сохраняют своё действие до исполнения решения суда (в отношении ответчика ФИО3).

Обеспечительные меры по определению Катайского районного суда от 10.10.2023 в отношении ответчика ФИО4 – после вступления решения суда в законную силу, следует отменить.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого дорожно-транспортным происшествием, расходов на погребение, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 <данные изъяты> в пользу ФИО1 <данные изъяты> компенсацию морального вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 700 000 рублей 00 коп., расходы на погребение в сумме 95211,41 руб., в возмещение судебных расходов на оплату юридической помощи 4000 руб., всего взыскать – 799211 (Семьсот девяносто девять тысяч двести одиннадцать) рублей 41 коп.

Взыскать с ФИО3 <данные изъяты> в доход бюджета муниципального образования Катайского муниципального округа ... государственную пошлину в размере 3356 (Три тысячи триста пятьдесят шесть) рублей 00 коп.

В остальном исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 - оставить без удовлетворения.

Меры по обеспечению иска по определениям Катайского районного суда от 17.08.2023, 10.10.2023 (в отношении ответчика ФИО3) – сохранить до исполнения настоящего решения.

Обеспечительные меры по определению Катайского районного суда от 10.10.2023 в отношении ответчика ФИО4 – после вступления решения суда в законную силу - отменить.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд путём подачи апелляционной жалобы (представления) через Катайский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий В.В. Колесников

Мотивированное решение изготовлено: 24.10.2023