Дело №2-3180/2025
УИД: 59RS0007-01-2025-001703-78
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
19 июня 2025 года Свердловский районный суд г.Перми в составе:
председательствующего судьи Пономаревой Н.А.,
при секретаре Чебакове П.А.,
с участием представителя истца, действующего на основании доверенности, и третьего лица ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу Ингосстрах Банк о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к АО Ингосстрах Банк о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 руб.
В обоснование иска указано, что решением Свердловского районного суда г.Перми от 28.11.2024 по делу №2-6467/2024 удовлетворены исковые требования ФИО2 к АО Ингосстрах Банк о возложении обязанности оформить договор вклада в пользу третьего лица ФИО1, взыскании компенсации морального вреда, судебной неустойки, штрафа. Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле была привлечена ФИО1 Суд установил неправомерность отказа Банка в открытии вклада в пользу третьего лица ФИО1 и сделал вывод о нарушении прав вкладчика как потребителя финансовых услуг. Апелляционным определением Пермского краевого суда от 27.02.2025 апелляционная жалоба Банка оставлена без удовлетворения, резолютивная часть решения суда изменена в части добавления суммы вклада 500 000 руб. Отказом Банка в открытии вклада были нарушены права выгодоприобретателя на возможность получения прав по вкладу, как потенциального вкладчика, и на возможность получения дохода. Обстоятельства, установленные по делу №2-6467/2024 являются преюдициальными. ФИО1 вправе заявить самостоятельный иск к ответчику. По отношению к банку ФИО1 является потребителем. Банк лишил истца права на вступление в права по вкладу. Банк не предоставил финансовую услугу ФИО2, оказание которой предусмотрено законом, поэтому выгодоприобретатель ФИО1 не могла вступить в права по вкладу, стать вкладчиком и получить проценты по вкладу. Ответчик является кредитной организацией и обязан неукоснительно исполнять требования законодательства и в своей деятельности не ущемлять права потребителя. Заявленный размер компенсации морального вреда учитывает степень негативных последствий в не открытии вклада, тем самым невозможность третьего лица вступить в права по вкладу и получить доход исходя из условий вклада и вносимой суммы, период нарушения прав по настоящее время, является обоснованным и разумным.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.
Представитель истца и третье лицо ФИО2 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал по изложенным в исковом заявлении доводам.
Ответчик АО Ингосстрах Банк своего представителя в судебное заседание не направило, о времени и месте судебного заседания извещено надлежащим образом. В письменных возражениях на исковое заявление ответчик просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме по следующим основаниям. 26.10.2021 ФИО2 обратился в АО Ингосстрах Банк (прежнее наименование Банк СОЮЗ (АО)) с целью открытия банковского вклада "Высокий процент" сроком на 550 дней с процентной ставкой 7,6% годовых в пользу третьего лица ФИО1, сумма вклада 500 000,00 руб. В связи с отказом Банка, ФИО2 написал претензию 26.10.2021, которая содержала требования о принятии мер для открытия вклада в пользу третьего лица, а также оформить соответствующие документы. В последующем ФИО2 обратился в Свердловский районный суд г.Перми с иском к АО Ингосстрах Банк о возложении обязанности оформить договор банковского вклада, о взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебной неустойки. При рассмотрении искового заявления ФИО2 (гражданское дело №) была привлечена к участию в деле в качестве третьего лица ФИО1 (истец по настоящему делу). Решением Свердловского районного суда г. Перми от 28.11.2024 г. исковые требования ФИО2 к АО Ингосстрах Банк об обязании оформить договор банковского вклада, взыскании компенсации морального вреда удовлетворены, на АО Ингосстрах Банк возложена обязанность оформить ФИО2 договор банковского вклада «Высокий процент» в рублях на 550 дней в пользу третьего лица ФИО1 на условиях, действующих по состоянию на 26.10.2021, в случае неисполнения решения суда взыскана с АО Ингосстрах Банк судебная неустойка с даты вступления настоящего решения суда в законную силу в размере 200 руб. за каждый день до момента фактического исполнения решения суда, с АО Ингосстрах Банк в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда 3 000 руб., штраф в сумме 1 500 руб. С АО Ингосстрах Банк в местный бюджет взыскана государственная пошлина иску в сумме 600 руб. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 27.02.2025 решение суда первой инстанции изменено в части взыскания с АО Ингосстрах Банк в пользу ФИО2 судебной неустойки, постановлено в указанной части взыскать с АО Ингосстрах Банк в пользу ФИО2 в случае неисполнения решения суда в добровольном порядке судебную неустойку в размере 200 руб. за каждый день до момента фактического исполнения решения суда. В остальной части решение суда оставлено без изменения. Судебным решением от 28.11.2024, вступившим в законную силу 27.02.2025, восстановлены права ФИО2 в части оформления договора вклада в пользу третьего лица ФИО1 Между тем, ФИО2 не обращается в АО Ингосстрах Банк за исполнением судебного акта в данной части, следовательно, в данном случае обстоятельством, повлекшим неоказание услуг по открытию банковского вклада, являются не действия Банка, а бездействие ФИО2, супруга истца, который не обращается в Банк за открытием договора вклада в пользу третьего лица ФИО1 В соответствии с вышеупомянутым судебным решением, ФИО2 представил исполнительный лист для принудительного взыскания в части компенсации морального вреда в размере 3 000 рублей и штрафа в размере 1 500 рублей. Банк в указанной части исполнил решение суда в полном объеме, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ, при этом, исполнение судебного решения в части открытия вклада требует личного присутствия ФИО2, как лица, обратившегося за финансовой услугой. Тем не менее, ФИО2 уклоняется от обращения в АО Ингосстрах Банк для оформления договора вклада в пользу третьего лица ФИО1 Таким образом, истцом не представлено каких-либо доказательств, которые достоверно подтверждают заявленные требования о компенсации морального вреда, а также причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и перенесенными нравственными страданиями. Вместе с тем, решение Свердловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исходя из положений п. 2 ст. 61 ГПК РФ не имеет преюдициального значения для разрешения настоящего спора и не может являться доказательством в данном споре. Более того, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО1 с 2014 года является супругой ФИО2 Учитывая режим общности имущества супругов, повторное взыскание с банка компенсации морального вреда в пользу ФИО1 фактически приведет к ее неосновательному обогащению. Истцом пропущен срок исковой давности. Так, ФИО1 стало известно о нарушении своих прав, из которых вытекает требование о компенсации морального вреда, с даты отказа банком в открытии вклада, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, право истца обратиться с требованием о компенсации морального вреда в связи с нарушением прав потребителя истекло ДД.ММ.ГГГГ. Иск подан ДД.ММ.ГГГГ. В то же время, в рамках дела №, рассмотренного Свердловским районным судом <адрес>, ФИО1 была привлечена к участию в деле качестве третьего лица, следовательно, не была лишена права заявить в рамках указанного дела самостоятельные исковые требования к АО Ингосстрах Банк о взыскании компенсации морального вреда. Кроме того, исходя из большого количества дел, инициированных ФИО2 в отношении разных банков, о чем имеется информация на сайтах судов различных регионов Российской Федерации, учитывая, что ФИО2 обращается в различные банки с требованиями об открытии в пользу ФИО1 счетов, при этом, используя денежные средства, которые могут обладать статусом общего имущества. Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению, общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Из вышесказанного следует, что при наличии супружеских отношений ФИО1 должна была знать, что ее супруг ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ принимал действия по открытию вклада в АО Ингосстрах Банк (прежнее наименование Банк СОЮЗ (АО)) в ее пользу, но получил отказ банка.). Истица ФИО1 и ее супруг, ФИО2, неоднократно становились инициаторами судебных разбирательств по обязанию оформить договор банковского вклада и компенсации морального вреда, исключительно для необоснованного извлечения прибыли за счет кредитных организаций. При этом ни до, ни после вступления в законную силу решений судов относительно необоснованности отказа различными кредитными организациями в открытии вклада, ФИО2 и/его супруга в банки с денежными средствами для внесения их на вклады не обращаются. Спор по настоящему делу, инициированный истцом преследует исключительно одну противоправную цель – причинение вреда Банку. Настоящий спор был инициирован не с целью защиты нарушенных прав истца, поскольку реального намерения у ФИО2 открыть вклад в пользу третьего лица ФИО1 с внесением денежных средств на счет вклада при посещении офиса Банка не было, а само посещение носило предлог для предъявления настоящего иска, который был инициирован ФИО2 и ФИО1 исключительно целью причинения вреда Банку и поэтому удовлетворении иска должно быть отказано. В частности, после вступления в силу вышеуказанного решения суда от ДД.ММ.ГГГГ на принудительное исполнение ФИО2 подан исполнительный лист на суммы о компенсации морального вреда в размере 3 000 руб. и штрафа в сумме 1 500 руб., для внесения денежных средств во вклад ФИО2 не обращается, денежные средства во вклад не переводит и не принимает никаких действий по реальному намерению открыть в Банке вклад, указанные действия ФИО2 не осуществляются, что дополнительно свидетельствует о том, что обращение ФИО2 в суд не имело под собой оснований и не продиктовано намерением защитить свои права. Таким образом, действия ФИО1 и ее супруга ФИО2 направлены на неосновательное извлечение прибыли за счет кредитных организаций. Без наличия реального намерения открывать вклады ФИО2 изначально через суд возлагает на банки обязанность по оформлению вклада, взыскивает моральный вред, судебные издержки. Не являясь в дальнейшем в банк для должного оформления вклада, его супруга ФИО1 обращается в суд с очередными требованиями (уже о компенсации морального вреда), что является злоупотреблением правом.
Суд, выслушав представителя истца и третье лицо, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита нарушенного права может осуществляться взысканием компенсации морального вреда.
В силу п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 настоящего Кодекса.
Исходя из разъяснений, данных в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей", абзац шестой статьи 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации"). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав. Судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 обратился в Свердловский районный суд г.Перми с иском к АО Ингосстрах Банк о возложении обязанности на АО Ингосстрах Банк оформить договор банковского вклада «Высокий процент», в пользу третьего лица ФИО1, о взыскании судебной неустойки в размере 200 руб. в день, до момента фактического исполнения, компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.
Определением Свердловского районного суда г.Перми от 10.07.2024 по делу №2-6467/2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО1
Решением Свердловского районного суда г.Перми от 28.11.2024 по делу № 2-6467/2024 исковые требования ФИО2 к Акционерному обществу Ингосстрах Банк удовлетворены.
Возложена обязанность на Акционерное общество «Ингосстрах Банк» оформить ФИО2 договор банковского вклада «Высокий процент» в рублях на 550 дней в пользу третьего лица ФИО1 на условиях, действующих по состоянию на 26.10.2021.
В случае неисполнения решения суда постановлено о взыскании с Акционерного общества «Ингосстрах Банк» в пользу ФИО2 судебной неустойки с даты вступления решения суда в законную силу в размере 200 руб. за каждый день до момента фактического исполнения решения суда.
Взысканы с Акционерного общества «Ингосстрах Банк» в пользу ФИО2 компенсация морального вреда в сумме 3 000 руб., штраф в размере 1 500 руб.
Взыскана с Акционерного общества «Ингосстрах Банк» в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 600 рублей.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 27.02.2025 постановлено: «решение Свердловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ - изменить, изложить резолютивную часть решения в следующей редакции:
«Исковые требования ФИО2 к акционерному обществу «Ингосстрах Банк» удовлетворить.
Возложить обязанность на акционерное общество «Ингосстрах Банк» ОГРН № обязанность оформить ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, ИНН №) договор банковского вклада «Высокий процент» в рублях на 550 дней в пользу третьего лица ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, ИНН №) на сумму 500 000 руб., на условиях, действующих по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ.
В случае неисполнения в добровольном порядке решения суда, взыскать с акционерного общества «Ингосстрах Банк» ОГРН № в пользу ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, ИНН №) судебную неустойку в размере 200 руб. за каждый день до момента фактического исполнения решения суда.
Взыскать с акционерного общества «Ингосстрах Банк» ОГРН № в пользу ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, ИНН №) компенсацию морального вреда в сумме 3000 руб., штраф 1500 руб.
Взыскать акционерного общества «Ингосстрах Банк» ОГРН № в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 рублей».
В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
При рассмотрении настоящего дела установленные указанными выше судебными актами обстоятельства являются преюдициальными.
Решением Свердловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ установлены следующие обстоятельства.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в отделение банка АО «Банк Союз» за открытием вклада «Высокий процент» в пользу третьего лица ФИО1, на 550 дней, с суммой вклада 500 000 рублей, под 7,6% годовых.
Из заявления № от ДД.ММ.ГГГГ, поданного истцом непосредственно в кредитную организацию усматривается, что указывая на необоснованность отказа ответчика в открытии вклада в пользу третьего лица, ФИО2 при обращении в Банк за открытием вклада имел при себе свой паспорт гражданина Российской Федерации, а также копию паспорта третьего лица ФИО1
Согласно содержанию искового заявления, а также пояснениям истца, данным в судебном заседании суда первой инстанции, в открытии вклада в пользу третьего лица истцу было отказано в связи с необходимостью предоставления нотариальной доверенности от третьего лица на право открытия вкладов.
Из ответа Банка от ДД.ММ.ГГГГ на заявление ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что заключение договора банковского вклада и открытие вклада в пользу третьего лица является правом банка, а не обязанностью, банк не заключает договоры банковского вклада в пользу третьих лиц и не предоставляет услугу по открытию вкладов в пользу третьих лиц.
Обращение истца оставлено без удовлетворения, вклад в пользу третьего лица ФИО1 ответчиком не был открыт.
ДД.ММ.ГГГГ Банк СОЮЗ (акционерное общество) прекратил свою деятельность путем присоединения к Акционерному обществу «Ингосстрах Банк», что подтверждается выпиской из протокола №, выпиской ЕГРЮЛ.
В материалах дела также имеется доверенность, выданная ФИО2 на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенная по месту жительства истца председателем ТСЖ «Фонтанная, 5» ФИО4
ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является супругой ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и именно в пользу указанного лица ФИО2 имел намерение открыть вклад в кредитной организации ответчика ДД.ММ.ГГГГ.
Удовлетворяя исковые требования ФИО2, суд исходил из того обстоятельства, что в силу положений действующего законодательства, при сумме вклада менее 600 000 руб. личность лица, в пользу которого открывается вклад, не подлежит обязательной идентификации, соответственно, предоставленных Банку истцом идентификационных данных о себе и третьем лице было достаточно для оказания услуг по открытию вклада в пользу третьего лица. При этом судом первой инстанции обращено внимание, что договор банковского вклада является публичным договором, в заключении которого истцу не могло быть отказано по причине отсутствия в кредитной организации испрашиваемого истцом вклада.
По смыслу ст. 842 Гражданского кодекса Российской Федерации третье лицо, в чью пользу заключен договор банковского вклада, праве в любое время выразить намерение воспользоваться правами вкладчика, получить проценты по вкладу.
Указанными выше решением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и апелляционным определением от ДД.ММ.ГГГГ по делу № установлен факт нарушения прав вкладчика ФИО2 как потребителя финансовых услуг незаконным отказом банка в заключении публичного договора вклада в пользу выгодоприобретателя ФИО1
Исходя из преамбулы к Закону о защите прав потребителей потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Так как ФИО2 обращался в АО Ингосстрах Банк с намерением оформить договор вклада в пользу ФИО1, ФИО1 после открытия вклада в ее пользу могла стать выгодоприобретателем по вкладу.
Поскольку ФИО1 имела намерение воспользоваться вкладом, открытым в ее пользу, таким образом, по смыслу законодательства о защите прав потребителей она также является потребителем банковской услуги (продукта) и в результате отказа в открытии вклада в ее пользу нарушены ее права как потребителя.
В силу ст.15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Принимая во внимание, что в связи с неправомерными действиями банка договор банковского вклада ДД.ММ.ГГГГ заключен не был, и ФИО1 не имела возможности в последующем заявить права на вклад и реализовать право на получение процентов по вкладу, суд полагает, что действиями ответчика имущественные права ФИО1 и вытекающие из них неимущественные права были нарушены.
Наличие факта нарушения прав ФИО1, как потребителя, является достаточным основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.
Доводы стороны ответчика о злоупотреблении истцом и третьим лицом своими правами отклоняются судом как необоснованные.
Истцом ФИО1 в настоящем деле, как и третьим лицом ФИО2, участвующим в качестве истца в деле №, самостоятельно выбираются способы размещения денежных средств во вкладах и получения по ним доходов (п.2 ст.1, ст.421 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.37 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»), а также самостоятельно выбираются способы защиты нарушенных прав (в соответствии со ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Обращение ФИО2 в Свердловский районный суд <адрес> с исковым заявлением о понуждении АО Ингострах Банк оформить банковский вклад в пользу ФИО1, как и обращение ФИО1 в суд с настоящим иском, обусловлены незаконными действиями банка, не оказавшего потребителю ФИО2 финансовую услугу, что также повлекло нарушение прав выгодоприобретателя ФИО1 Неблагоприятные последствия, возникшие в результате незаконности действий банка, лежат на ответчике.
Наличие злоупотребления правом со стороны истца ФИО1 при предъявлении настоящего иска, которое может служить основанием для отказа в удовлетворении требований, судом не установлено. Само по себе обращение истца, в том числе неоднократное, в суд за защитой нарушенных прав неправомерными действиями кредитных организаций злоупотреблением по смыслу ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации считаться не может. Защита прав и свобод человека гарантирована ч.1 ст.46 Конституции Российской Федерации, в связи с чем обращение ФИО1 и ФИО2 за защитой нарушенного права, в том числе и многократно о необходимости применения нормы статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не свидетельствует.
Вместе с тем, ответчиком заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.
Исходя из положений ст. ст. 195, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В силу п. 1 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.
Из разъяснений, содержащихся в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абзац второй статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации).
На требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.
Законодатель предусматривает возможность исчисления срока исковой давности, в том числе с момента, когда сторона должна была узнать о нарушении своего права.
Исходя из пункта 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, то есть с необходимой степенью заботливости, внимательности и осмотрительности.
В соответствии со статьей 842 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность заключения договора банковского вклада в пользу третьего лица.
Из буквального толкования нормы пункта 2 статьи 842 Гражданского кодекса Российской Федерации такое лицо приобретает права вкладчика с момента предъявления им первого требования к банку или выражения своего намерения воспользоваться вкладом иным способом.
ФИО1 заявлено о нарушении ее прав потребителя, а именно о том, что она имела намерение получить доход от вклада. Исходя из указанной выше преамбулы Закона о защите прав потребителей, потребителем может являться гражданин имеющий намерение приобрести услугу. Для этого потребитель должен осознавать и понимать, что он приобретает указанную услугу или может приобрести. До этого момента гражданин не знающий, что он приобретает услугу, потребителем являться не может, поскольку фактически он не осознает и не понимает то, что он приобретает какую-либо услугу, ввиду отсутствия внутренней воли на совершение сделки, а если услуга не предоставлялась, то не может стать потребителем и в будущем. Соответственно, знание истца о приобретении/не приобретении ею услуги банка, предполагается. Иного стороной истца не доказано.
По указанным основаниям суд относится критически к доводам представителя истца/третьего лица ФИО2 относительно того, что ФИО1 могло быть не известно о наличии требований ФИО2 об открытии вклада на ее имя, поскольку он ФИО1 не сообщал о том, что ему было отказано в открытии вклада, что о данных обстоятельствах ФИО1 стало известно с момента ее привлечения к участию в деле №2-№2-6467/2025 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.
Вопреки приведенным выше доводам стороны истца и третьего лица, из материалов дела следует, что ФИО1 стало известно о нарушении ее прав ранее дня привлечения ее судом к участию в деле №2-6467/2024 в качестве третьего лица, о чем свидетельствует то обстоятельство, что исковое заявление ФИО2 от 07.07.2024 по делу №2-6467/2024 было подписано и направлено в суд посредством портала ГАС Правосудие ФИО1 в качестве представителя истца, действующей на основании доверенности от 12.07.2022.
Кроме того, из обстоятельств дела следует, что при обращении к ответчику за открытием вклада в пользу ФИО1 у ФИО2 имелась копия паспорта ФИО1, что свидетельствует о том, что ФИО1 была известна цель обращения ее супруга в банк.
Суд также отмечает, что исходя из большого количества дел, инициированных ФИО2 в отношении разных банков, о чем имеется информация на сайтах судов общей юрисдикции, и, учитывая, что ФИО1 по делу №2-6467/2024 была привлечена в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, что ФИО2 и ФИО1 являются супругами с 2014 года, ФИО1 на имя супруга выдана доверенность с 2014 года на право представления ее интересов перед третьими лицами, в том числе в банковских и кредитных учреждениях, с широким спектром полномочий, то ФИО1 не могла не знать о том, что ее супруг обращается в различные банки с требованиями об открытии в ее пользу вкладов. По мнению суда, при наличии супружеских отношений истец должна была знать, что ее супруг ФИО2 26.10.2021 принимал действия по открытию вклада в АО Ингострах Банк в ее пользу, но получил отказ банка.
Истец ФИО1, заявляя о нарушении своих прав, имея намерение приобрести услуги банковского вклада в свою пользу, не могла не узнать о нарушении своих прав в момент отказа банка в открытии ФИО2 вклада в пользу нее как третьего лица, однако не предприняла каких-либо мер к своевременной подаче искового заявления, в рамках дела № как третье лицо не заявила самостоятельные требования к АО Ингосстрах Банку о компенсации морального вреда. ФИО2, являясь супругом ФИО1, имея от нее доверенность с 2014 года на право представления ее интересов перед третьими лицами, в том числе в банковских и кредитных учреждениях, не мог не ставить ее в известность о нарушении ее имущественных прав - фактах отказа в открытии вклада в пользу нее как третьего лица. Именно с момента отказа банком следует исчислять срок исковой давности, то есть с 26.10.2021 года, а ни с какой-либо иной даты, как указывается представителем истца/третьим лицом.
В том числе, в рамках гражданского дела № ФИО1, привлеченной в качестве третьего лица, не заявляющей самостоятельные требования относительно предмета спора, судом направлялась вся почтовая судебная корреспонденция, копия искового заявления, возражения ответчика, и иные процессуальные документы, в том числе копия решения Свердловского районного суда <адрес>, копия апелляционного определения.
Таким образом, ФИО1 должна была узнать о нарушении своих имущественных прав, из которых вытекают требования о компенсации морального вреда, с даты отказа банком в открытии вклада, то есть с 26.10.2021, в связи с чем, суд приходит к выводу, что право истца обратиться с требованием о компенсации морального вреда в связи с нарушением прав потребителя истекло 26.10.2024 (26.10.2021 + 3 года), то есть до даты обращения в суд с настоящим иском (27.02.2025).
С исковым заявлением ФИО1 обратилась спустя 3 года 4 месяца после получения ФИО2 отказа в открытии вклада.
Пропуск исковой давности истцом является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Стороной истца не представлено каких-либо доказательств уважительности пропуска срока исковой давности либо исчисления сроков исковой давности с иной даты.
Доводы представителя истца и третьего лица ФИО2 о том, что срок исковой давности не подлежит применению к исковым требованиям, поскольку они связаны с нарушением личных неимущественных прав и других нематериальных благ - права на вступление в права по вкладу, отклоняются судом, как основанные на неверном толковании норм материального права.
В соответствии со ст.208 Гражданского кодекса Российской Федерации, на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.
Из материалов дела следует, что нарушение своих прав истец связывает с отказом банка в открытии вклада в ее пользу супругом ФИО2, невозможностью вступить в права по вкладу и получить доход по вкладу в виде начисленных процентов, то есть с нарушением имущественных прав истца как выгодоприобретателя, потребителя финансовых услуг банка. Требование ФИО1 о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных прав третьего лица - права на открытие банком в ее пользу вклада, нарушения имущественного права самой ФИО1 как выгодоприобретателя - права на открытие банком в ее пользу вклада. ФИО1 при открытии вклада в ее пользу и при вступлении в права вкладчика могла получать доход по процентам от вклада.
В соответствии с абз.1 ст.36 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», вклад - денежные средства в валюте Российской Федерации или иностранной валюте, размещаемые физическими лицами в целях хранения и получения дохода. Доход по вкладу выплачивается в денежной форме в виде процентов. Вклад возвращается вкладчику по его первому требованию в порядке, предусмотренном для вклада данного вида федеральным законом и соответствующим договором.
В то же время положениями ст.845 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на открытый клиенту счет денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм и проведении других операций по счету.
За пользование денежными средствами, которые находятся на счете клиента, банк уплачивает проценты, зачисляемые на счет клиента. Как правило, банк уплачивает проценты в размере, определяемом договором банковского счета, а при отсутствии в договоре этого условия - в размере, уплачиваемом банком по вкладам до востребования (ст.852 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В п.3 ст.834 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что к отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета, если иное не предусмотрено правилами главы 44 Гражданского кодекса Российской Федерации или не вытекает из существа договора банковского вклада.
Таким образом, исходя из правовой природы правоотношений между АО Ингосстрах Банк и ФИО1, суд приходит к выводу о том, что они носят имущественных характер, поскольку в банковских услугах личные неимущественные права граждан не реализуются и не могут реализовываться, поэтому доводы стороны истца о том, что спорные правоотношения вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ ФИО1, поэтому исковая давность на них не распространяется, суд отклоняет.
Допустимых и относимых доказательств нарушения банком личных неимущественных прав и нематериальных благ истца ФИО1 (п.1 ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации), в материалы дела не представлено.
В данном случае нарушение этих прав не презюмируется, не может быть признано очевидным и подлежит доказыванию.
В настоящем споре на требования истца распространяется срок исковой давности, и срок исковой давности составляет три года.
На основании изложенного, поскольку истец обратилась в суд с пропуском срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, исковые требования ФИО1 к АО Ингосстрах Банк о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 руб. удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу Ингосстрах Банк о взыскании компенсации морального вреда в размере 5000 рублей отказать.
Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд г.Перми.
Судья Н.А. Пономарева
Мотивированное решение составлено 07.07.2025.