Дело №
УИД: 54RS0№-84
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
22 сентября 2022 года <адрес>
Октябрьский районный суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи Заря Н.В.,
при помощнике судьи Полькиной Я.В.,
с участием помощника прокурора Тороповой О.В., истца ФИО1, представителя административных ответчиков ФСИН Р., ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес>, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФКУЗ МСЧ-54 ФСИН Р.А. Г.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи на базе ФКУ ИК-13 ГУФСИН Р. по <адрес> гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, ФСИН Р., ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда,
установил :
ФИО1 обратился в суд с указанным иском, в котором просит взыскать с ответчиков денежную компенсации морального вреда в размере 1 000 000,00 руб., указывая в обоснование заявленных требованиях о ненадлежащих условиях содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> в период с 23.12.2008г. по 22.03.2010г., с 04.02.2018г. по 05.07.2018г., с 25.07.2020г. по 22.08.2021г., ссылаясь на несоответствие камер санитарно-эпидемиологическим требованиям и нормам: стены и потолок камер были покрыты плесенью и грибком, не соблюдались требования приватности в санузле, отсутствовала вентиляция, санузел не был оборудован сливным бочком, бетонный сырой и холодный пол, наличие клопов, вшей, тараканов, крыс и мышей. Кроме этого, были нарушены нормы жилой площади на одного человека приходилось менее 2 кв.м. Камеры были перегружены, что отражалось на индивидуальном спальном месте, плохое освещение, присутствие комаров даже в зимнее время. В камерах одновременно содержались здоровые и больные инфекционными заболеваниями люди, отсутствие горячей воды не позволяло соблюдать элементарные правила гигиены, некачественное питание, которое вызывало тошноту и рвоту. В результате чего у истца появились заболевания: хронический гастрит и хронический тонзиллит. В связи с указанными обстоятельствами истцу причинен моральный и физический вред, что негативным образом повлияло на состояние здоровья истца, в связи с чем он испытывал постоянную депрессию, стресс, чувство безысходности.
В судебном заседании посредством видеоконференц-связи истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении. Дополнительно суду пояснил, что наличие у него хронического гастрита связывает с плохими питанием. Также пояснил, что в спорный период с письменными заявлениями о плохом питании, о переводе его на диетическое питание он не обращался. После освобождения, находясь на свободе, употреблял алкоголь.
В судебном заседании представитель ответчиков ФСИН Р., ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес>, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФКУЗ МСЧ-54 ФСИН Р.А. Г.Н. исковые требования не признала в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях, в которых в удовлетворении исковых требований просила отказать. (л.д. 18-20,75-76).
Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, направив письменный отзыв, в котором указал, что Министерство финансов Российской Федерации является ненадлежащим ответчиком по заявленным требованиям, в связи с чем к указанному ответчику в удовлетворении исковых требований просил отказать.
Помощник прокурора Торопова О.В. в судебном заседании в заключении выразила мнение о необоснованности заявленных исковых требованиях, в удовлетворении которых просила отказать.
Выслушав пояснения сторон, заключение помощника прокурора Тороповой О.В., допросив специалиста ФИО2, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Указанные правоположения в их совокупности и взаимосвязи являются процессуальной гарантией права на судебную защиту и направлены на обеспечение осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) и на обеспечение принятия судом законного и обоснованного решения на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования относимых и допустимых доказательств.
Гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направленные на реализацию положений статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, в том числе злоупотреблением властью.
Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.
В статье 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. Удовлетворяя требование о возмещении вреда в соответствии со статьей 1082 ГК Российской Федерации, суд в зависимости от обстоятельств дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки.
К способам защиты гражданских прав, предусмотренным статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), относится, в частности, возмещение убытков, компенсация морального вреда.
В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно правовой позиции Верховного суда, изложенной в Постановлении Пленума № от /дата/ «О применении удами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (п.11) по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Исчерпывающий перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда приведен в ст. 1100 ГК РФ, при этом рассматриваемый случай компенсации морального вреда к данному перечню не отнесен. Следовательно, для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания; установление незаконности действий должностных лиц, совершение таких действия виновно и, соответственно, причинно-следственная связь между виновными действиями причинителя вреда и наступившими физическими и нравственными страданиями потерпевшего. При отсутствии хотя бы одного из указанных условий возмещение вреда исключается.
Судом установлено, что ФИО1 в 2018г., 2020г., 2021г. содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> в следующих камерах:
с 06.02.2018г. по 07.02.2018г. в камере №, площадью 16,7 кв.м., оборудованной 6 спальными местами, содержалось 4 человека. Норма санитарной площади от 4,17 кв.м.
с 07.02.2018г. по 05.07.2018г. в камере №, площадью 15,3 кв.м., оборудованной 8 спальными местами, содержалось от 5 до 8 человек. Норма санитарной площади от 3,06 кв.м. до 1,91 кв.м.
с 23.07.2020г. по 06.08.2020г. в камере №, площадью 18,4 кв.м., оборудованной 4 спальными местами, содержалось от 2 до 4 человек. Норма санитарной площади от 9,20 кв.м., до 4,60 кв.м.
с 06.08.2020г. по 12.08.2020г. в камере №, площадью 37,8 кв.м., оборудованной 9 спальными местами, содержалось от 4 до 8 человек. Норма санитарной площади от 9,45 кв.м., до 4,72 кв.м.
с /дата/ по /дата/ в камере №, площадью 14,4 кв.м., оборудованной 3 спальными местами, содержалось от 2 до 3 человек. Норма санитарной площади от 7,20 кв.м., до 4,8 кв.м.
с 26.11.2020г. по 24.12.2020г. в камере №, площадью 17,7 кв.м., оборудованной 4 спальными местами, содержалось от 2 до 4 человек. Норма санитарной площади от 8,85 кв.м., до 4,42 кв.м.
с 24.12.2020г. по 27.12.2020г. в камере №, площадью 20,5 кв.м., оборудованной 4 спальными местами, содержалось от 3 до 4 человек. Норма санитарной площади от 6,83 кв.м., до 5,12 кв.м.
с 27.12.2020г. по 18.01.2021г. в камере №, площадью 10,7 кв.м., оборудованной 4 спальным местом, содержалось от 3 до 4 человек. Норма санитарной площади от 3,56 кв.м. до 2,67 кв.м.
с 18.01.2021г. по 22.08.2021г. в камере №. площадью 11,9 кв.м., оборудования спальными местами, содержалось от 2 до 3 человек. Норма санитарной площади от 5,95 кв.м., до 3,96 кв.м.
Указанные обстоятельства подтверждаются справками от 24.03.2022г. № вн-7-49. Справкой об условиях содержания (л.д. 21,22,25).
Как указывает представитель ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> предоставить сведения об условиях содержания, о площадях камер за период содержания ФИО1 с 2008-2010г.г. в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> в камерах №№, 24, 319, 20, 194 не предоставляется возможным, в связи с неоднократным изменением нумерации камерных помещений не возможно установить какая нумерация в настоящее время данных камер. Документальная фиксация смены нумерации камерных помещений не предусмотрена действующим нормативно правовыми актами.
Порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в следственных изоляторах в спорный период регламентировались Федеральным законом Российской Федерации от /дата/ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденными приказом Министерства юстиции Российской Федерации от /дата/ N 189 (далее - Правила N 189).
В соответствии со ст. 4 Федерального закона от /дата/ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее Федеральный закон №103-ФЗ), содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
Положениями ст. ст. 22,23 названного Закона предусмотрено, что заключенным создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.
Таким образом, судом установлено, что в период с 27.12.2020г. по 18.01.2021г., истец ФИО1 содержался в камере № в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по <адрес> в условиях, при которых норма площади, приходящегося на одно лицо, размещенное в камере, не соответствовала установленной законом на одного человека. Данные обстоятельства в ходе судебного разбирательства представителем ответчика не оспаривались.
Указанные обстоятельства подтверждают факт нарушения прав истца условиями содержания в указанные периоды, в связи с чем, суд приходит к выводу о нарушении неимущественного права истца на содержание в условиях, не приемлемых с позиции статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а потому полагает заявленные в указанной части требования обоснованными.
Доводы ответчиков и третьих лиц об обеспечении истца во всех случаях индивидуальным спальным местом не опровергает установленный судом факт нарушения прав истца на пребывание в помещении с соблюдением санитарной площади в камере на одного человека. При этом, суд отмечает, что период необеспеченности истца санитарной площадью в данном случае нельзя признать кратковременным. При этом, не представлено доказательств того, что имеющееся отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека было восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений.
Что касается иных условий содержания истца в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес>, суд приходит к следующему.
Истец в исковом заявлении ссылается на наличие в камерах плесени и грибков, грызунов, отсутствие в камерах вентиляции, естественного освещения, приватности сан. узла, сливных бочков, наличие бетонного пола, а также ненадлежащего питания, содержание с больными инфекционными заболеваниями лицами.
Вместе с тем, доводы истца в указанной части не нашли своего подтверждения в судебном заседании, относимых и допустимых доказательств этому не представлено.
Справкой от 24.03.2022г. об условиях содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> подтверждается, что все камеры в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> оборудованы согласно пункту 42 Правил №. Приватность санитарного узла во всех камерах была соблюдена. Санитарный узел оборудован санитарным прибором, напольной чашей со смывным краном, согласно п. 42 Правил №. ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> подключено к городским сетям водопровода и канализации.
В п. 42 Правил № ст.23 Федерального закона № установлено, что камеры СИЗО оборудуются, в том числе вентиляционным оборудованием (при наличии возможности), напольной чашей (унитазом). Таким образом, вопреки доводам истца, наличие в камере вентиляционного оборудования, равно как и наличие сливного бочка, обязательным не является.
Вместе с тем, как указывает представитель ответчика и не оспаривалось истцом, в камерах имелась и имеется постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивает доступ свежего воздуха через оконные проемы камер, и отдушину над камерной дверью. Для проветривания камер использовалось время проведения ежедневных прогулок и помывки в бане заключенных, где за время их отсутствия двери камер остаются открытыми.
Естественное освещение в камерах обеспечивается за счет оконного проема размером 1,2*0,9 метра, что соответствует п. 8.64 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста Р. СП 15-01 от 2001 года, препятствий для попадания в камеру дневного света и солнечных лучей нет. Окна снаружи заблокированы стационарными решетками диаметр стального прута решетки - 20 мм, размер ячейки решеток - 100мм * 200мм.
Также в вышеуказанных камерных помещениях имеется искусственное освещение. Установлены светильники мощностью 95 Вт в количестве двух штук. Ночное освещение в камерах присутствует, установлены светильники мощностью 60 Вт. - необходимого для постоянного надзора за подозреваемыми, обвиняемыми, осужденными. Согласно справки от 07.04.2022г. по данным бухгалтерского учета на материальном складе ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> на 06.02.2018г. числись лампы 95 Вт в количестве 899 штук, поступление ламп за 2020 год составило 7 239 штук, остаток на 31.12.2020г. 3092 штук. Поступление ламп за 2021 год составило 2272 штук.
В камерах имелся водопровод с подачей холодной воды. Горячее водоснабжение в камерах не предусмотрено. Для получения горячей воды для гигиенических нужд в камерах имелся электрический чайник для нагрева воды.
Отопительная система находилась в технически исправном состоянии. Технические осмотры камерных помещений проводились ежедневно.
В период содержания ФИО1 наличие повреждения стен грибком, плесенью выявлено не было. Обработка камер проводилась один раз в месяц, при плановой побелке камер с добавлением дезинфицирующих средств (л.д. 63-74, 85-96).
Мероприятия по дератизации и дезинсекции помещений камер в 2018 году - (государственный контракт с ООО «Глобус») в 2020 году (государственный контракт с ООО «Дезконтроль»), в 2021 году (государственный контракт с ООО «Дезконтроль») проводились ежемесячно, что подтверждается представленными в материалы дела актами выполненных работ (л.д. 26-36).
В СИЗО-1 организовано ежедневное трехразовое питание осужденных в соответствии с требованиями Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН Р. от /дата/ №.
Выдача продовольствия осужденным, подозреваемым и обвиняемым в учреждении осуществляется строго в соответствии требованиями постановления Правительства Российской Федерации от /дата/ № "О минимальных нормах питания и материально - бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально - бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов Федеральной службы безопасности Российской Федерации, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время".
Пробы с готовой пищи снимает дежурный помощник начальника следственного изолятора и дежурный врач. Данные заносятся в книгу контроля за качеством приготовления пищи (л.д. 97-119).
Как указывает истец ФИО1, в период его содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> с жалобы на условия содержания он не обращался.
Как следует из справки от 20.03.2022г. в период с 06.02.2018г. - 05.07.2018г., с 23.07.2020г. по 22.08.2021г. жалоб на условия содержания от ФИО1 не поступало (л.д. 23).
Сведениями прокуратуры <адрес> от 1.04.2022г. № подтверждается, что обращений ФИО1 по вопросам нарушений его прав и законных интересов в связи с содержанием в условиях ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> не рассматривалось и соответственно мер прокурорского реагирования не принималось (л.д. 133).
Что касается доводов истца относительно бетонного пола, то суд учитывает, что нормами проектирования следственных изоляторов и тюрем ФСИН СП 15-01-2012 предусмотрено, что полы в камерных помещениях следует предусматривать дощатые беспустотные с определенным креплением к бетонному основанию.
Вместе с тем суд отмечает, что нормы проектирования должны соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение зданий и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов и тюрем. Из содержания норм проектирования следственных изоляторов и тюрем ФСИН не следует, что приведенные в ней нормативные требования должны применяться к тем зданиям и помещениям, которые были спроектированы и построены до издания данных норм.
Корпуса следственного изолятора построены начиная с 1967 по 1984 года, в связи с чем данные нормы не подлежат применению к уже построенному зданию до момента разработки норм проектирования следственных изоляторов ФСИН СП 15-01-2012.
Более того, доводы истца о наличии бетонного пола в камерах, где он содержался не подкреплены никаким относимыми и допустимыми доказательствами, являются голословными, при этом суд отмечает, что даже наличие бетонного пола в камере не является безусловным основанием к признанию незаконными действий ответчиков, поскольку истцом не представлено доказательств и не приведено каких-либо доводов и мотивов о том, каким образом были нарушены его права и свободы наличием бетонного пола в камере, и в чем это выразилось.
Вместе с тем, диагностирование у истца в период его содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> таких заболеваний, как хронический тонзиллит и хронический гастрит само по себе не свидетельствует о незаконности действий должностных лиц ответчиков.
Так, допрошенный в ходе судебного разбирательства специалист ФИО2 опроверг доводы истца о том, что развитие такого заболевания как гастрит может быть в результате приема некачественной пищи. Более того, эксперт также пояснил, что указанное заболевание носит латентный (скрытый) характер и может развиваться бессимптомно в течение длительного периода времени, а потому диагностирование указанного заболевания в определенный период времени еще не означает, что именно в указанный период времени образовалось данное заболевание у человека. Наличие хронического тонзиллита обусловлено частыми простудными заболеваниями лица в малолетнем возрасте.
Оснований не доверять показаниям допрошенного в качестве специалиста ФИО2 у суда оснований не имеется, поскольку он имеет высшее медицинское образование, опыт медицинской практики, работ врачом, при даче показаний был предупрежден об уголовной ответственности.
Таким образом, доводы истца о том, что развитие у него диагностированных заболеваний произошло исключительно в результате виновных действий /бездействия ответчика и его содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.
Проанализировав изложенное, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела истцом в порядке ст. 56 ГПК РФ не были доказаны иные факты нарушений ответчиками требований Федерального закона РФ от /дата/ №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Приказа Минюста Р. от /дата/ № «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» или других обязательных требований.
Разрешая исковые требования в части компенсации морального вреда, обоснованного наличием иных нарушений, которые не нашли своего подтверждения в судебном заседании, суд исходит из того, что обязанность доказать факт нарушения права лежит на истце. Противоправных же действий сотрудников ответчиков и причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и негативными последствиями, на которые ссылается истец в исковом заявлении, не установлено.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что истец не представил относимые и допустимые доказательства, подтверждающие иные обстоятельства, на которых он основывает свои требования о компенсации морального вреда, а потому в этой части исковых требований ему надлежит отказать.
Учитывая изложенное, суд, оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1, поскольку в судебном заседании нашел подтверждение факт необеспеченности истца санитарной площадью согласно установленных норм содержания.
Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд исходит из требований разумности и справедливости, принимает во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца, которые он, безусловно, претерпевал в связи с наличием установленных судом нарушений требований его содержания в условиях следственного изолятора, длительность нахождения в таких условиях. Не могут быть приняты также во внимание и доводы ответчиков о недоказанности истцом факта причинения ему морального вреда, поскольку лицо, находящееся в изоляторе в условиях, не соответствующим установленным нормам, в любом случае испытывает нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения истцу морального вреда предполагается. Содержание в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> в условиях, не соответствующим установленным нормам, влечет нарушение прав истца, гарантированных законом.
На основании изложенного, с учетом разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 3 000,00 рублей.
В силу пп. 3 п. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.
В силу абзаца 6 пункта 7 Положения о ФСИН Р., утвержденного Указом Президента РФ от /дата/ N 1314, функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренные на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций, осуществляет ФСИН Р..
По смыслу приведенных норм законодательства, по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц органов ФСИН Р., за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает ФСИН Р., как главный распорядитель бюджетных средств, следовательно, ФСИН Р. является надлежащим ответчиком по делу.
Таким образом, правовых оснований к возложению гражданско-правовой ответственности по заявленным исковым требованиям на Минфин Р. и ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН Р. по <адрес> не имеется.
При таких обстоятельствах, оценив собранные по делу доказательства, применительно к положениям вышеназванных норм закона, с учетом разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», установленных судом конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда с ФСИН Р. за счет средств Казны Российской Федерации в размере 3 000,00 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН Р., за счет Казны Российской Федерации, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000,00 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения, путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес>.
Председательствующий судья /подпись/ Н.В. Заря
Мотивированное решение изготовлено /дата/.