Дело № 2-1320/2022

56RS0019-01-2022-001637-55

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 декабря 2022 года г. Орск

Ленинский районный суд г. Орска Оренбургской области, в составе:

председательствующего судьи Липатовой Е.П.,

при секретаре Третьяковой С.Е.,

с участием помощника прокурора Ленинского районного суда г. Орска Сотникова Н.Ю.,

представителя ответчика ФИО1 - ФИО2,

представителя ответчика ИП ФИО3 - ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1320/2022 по иску ФИО5, ФИО6 к ФИО1, ИП ФИО3 о возмещении материального ущерба, причинённого в ходе дорожно-транспортного происшествия и компенсации морального вреда,

установил :

ФИО5, ФИО6 обратились в суд с вышеназванным иском, в котором просили:

- взыскать с ФИО1, ИП ФИО3 в пользу ФИО5 разницу между фактическим размером ущерба, причинённого в результате ДТП от 11.03.2022 года, и размером выплаченного страхового возмещения - 902 548 руб., а также 200 000 руб. - в качестве компенсации морального вреда и судебные расходы: 12 225, 48 руб. - государственная пошлина, 20 000 руб. - услуги представителя, 5 000 руб. - оценка ущерба, 1 700 руб. - оформление доверенности;

- взыскать с ФИО1, ИП ФИО3 в пользу ФИО6 денежные средства в сумме 200 000 руб. в качестве компенсации морального вреда.

Требования истцы мотивировали тем, что 11.03.2022 года в 09.55 час. на <адрес> по вине водителя транспортного средств МАЗ 5440А-9 (г/н №) в составе с прицепом (г/н №) ФИО1, застраховавшего свою гражданскую ответственность в САО «ВСК», произошло ДТП, в результате которого автомобилю Toyota Rav4 (г/н №), принадлежащему на праве собственности ФИО5, был причинён ущерб. На основании договора страхования на условиях «АВТОКАСКО» истец ФИО5 обратился в САО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о страховой выплате. Поскольку стоимость ремонта автомобиля превысила 75 % от страховой суммы, выплата была осуществлена на условиях «Полная гибель» (на счёт ФИО5 зачислено 2 713 452 руб.). Данной страховой выплаты недостаточно для полного возмещения причинённого ущерба. Согласно заключению независимой технической экспертизы транспортного средства Toyota Rav4 (г/н №) ИП М.П.В. № от 26.04.2022 года, рыночная стоимость автомобиля составляет 3 616 000 руб. Таким образом, разница между выплаченной ФИО5 суммой страхового возмещения и фактическом размером ущерба составляет 902 548 руб. (3 616 000 - 2 713 452). Указанная денежная сумма подлежит взысканию с ответчиков, поскольку ФИО1 в момент ДТП управлял транспортным средством, принадлежащим на праве собственности его работодателю ИП ФИО3 Помимо изложенного, в ходе ДПТ и ФИО5, и пассажир Кричковская (ранее - З.Д.В.) Д.В. получили телесные повреждения. Оба поступили в ГБУЗ «ГБ г.Медногорска» в состоянии средней тяжести с диагнозом: «<данные изъяты>», имели <данные изъяты>, находились на лечении в стационаре с 11.03.2022 по 16.03.2022 года (6 дней), на амбулаторном лечении - с 17.03.2022 по 30.03.2022 года (14 дней), а всего 20 дней. Истцы испытали глубокие физические и нравственные страдания, в связи с чем, имеют право на компенсацию морального вреда.

Определением от 12.08.2022 года, вынесенным в ходе подготовки, к участию в деле в порядке ст. 45 ГПК РФ привлечён прокурор Ленинского района г. Орска.

В ходе разбирательства представитель истца ФИО7 уменьшил размер исковых требований, просил взыскать с ответчиков в пользу ФИО5 754 700 руб. в счёт разницы между фактическим размером ущерба и размером выплаченного страхового возмещения, в остальной части требования оставил без изменения (протокольным определением от 07.12.2022 года у представителя судом были приняты уточнённые требования). Также к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено САО «ВСК».

В судебное заседание истцы ФИО5, ФИО6 не явились, просили рассмотреть дело без их участия.

Ранее в ходе слушания истец ФИО5 и его представитель ФИО7 (доверенность в деле) требования иска полностью поддержали по изложенным выше основаниям. Дополнительно ФИО5 суду пояснял, что 11.03.2022 года совместно с ФИО6 выехал из <адрес> в <адрес>, двигался по автодороге <адрес>. При подъезде к <адрес> погодные условия ухудшились, началась метель, но двигаться с небольшой скоростью было возможно. У автомобиля были включены ходовые огни, фары, а также противотуманные фары, ближние противотуманные фары и аварийные сигнальные огни. Он ехал по своей полосе движения, препятствий на дороге не было. Вблизи работала снегоуборочная машина, но им (ФИО5) были предприняты все меры для того, чтобы осторожно, не останавливаясь, проехать мимо неё. Сравнявшись со снегоуборочной машиной, он (ФИО5) снизил скорость до 10 км/ч, въехал в снежное облако и почувствовал удар, от которого автомобиль развернуло на 360 градусов, после чего последовал ещё один удар, от которого машину откинуло на обочину. Первый контакт пришёлся в заднюю часть ТС, второй - в задние колеса полуприцепа второго участника ДТП. После того, как снег рассеялся, стало понятно, что впереди произошло ещё одно дорожно-транспортное происшествие, участники которого вызвали скорую помощь и сотрудников ДПС. ФИО5 и ФИО6 рассадили в разные машины, но когда истец увидел последнюю, она была <данные изъяты>, хотя получила незначительные повреждения. Виновник аварии ФИО1 ничем не помог и состоянием здоровья пострадавших не интересовался. Ему (ФИО5) было тяжело говорить, у него кружилась голова, чувствовалась тошнота, поэтому сотрудники ДПС быстро допросили его и составили протокол. На карете скорой помощи истцов доставили в больницу и госпитализировали на 5 дней. После выписки он находился на амбулаторном лечении ещё 14 дней. До настоящего времени испытывает сильные нравственные переживания, страх передвигаться на дальние расстояния.

Истец ФИО6 ранее при рассмотрении дела поддержала пояснения ФИО5 На вопросы участников процесса сообщила, что после ДТП у неё имелись <данные изъяты>, которые она достала до прибытия в больницу. Почему это не зафиксировано в справке о ДТП, непонятно. Оба истца были пристёгнуты ремнями безопасности, это и уберегло их от получения более серьёзных травм.

Ответчик ФИО1 не принял участие в рассмотрении дела, был извещён надлежащим образом. Его представитель ФИО2 (ордер адвоката в деле) требования иска не признал. В обоснование возражений изначально сослался на наличие обоюдной вины участников ДТП, в частности, на то, что ФИО5 остановил транспортное средство на дороге, не включив знак аварийной остановки и аварийные сигнальные огни. После просмотра представленной истцом видеозаписи скорректировал правовую позицию по делу и не оспорил тот факт, что ФИО5 не останавливал автомобиль марки Toyota Rav4 (г/н №), а двигался на нём с незначительной скоростью. Также подтвердил, что в момент ДТП автомобиль МАЗ 5440А-9 (г/н №) с прицепом (г/н №) находился в управлении ФИО1 на основании договора аренды без экипажа, который был заключен с ИП ФИО3 27.09.2021 года, и в день происшествия ИП ФИО3 не давал ему распоряжений о выполнении работ в интересах работодателя. Сумма, которая может быть предъявлена к ФИО1, как к непосредственному причинителю вреда, составляет 1 248 руб. Расчёт следующий: 3 469 400 руб. (рыночная стоимость восстановительного ремонта ТС, согласно заключению судебной автотехнической оценочной экспертизы) - 754 700 руб. (годные остатки) - 2 713 452 руб. (страховое возмещение). В остальной части требования необоснованны. Истцами суду не были представлены доказательства того, что им в ходе ДТП от 11.03.2022 года причинён вред здоровью, что они претерпели нравственные страдания, поэтому в требованиях о компенсации морального вреда следует полностью отказать.

Ответчик ИП ФИО3 не явился в судебное заседание, хотя был извещён надлежащим образом. Его представитель ФИО4, действуя по доверенности, не признал требования иска. Полагал, что ИП ФИО3 является ненадлежащим ответчиком, поскольку автомобиль марки МАЗ 5440А-9 (г/н №) в составе с прицепом (г/н №) на момент ДТП находился в законном владении ФИО1 на основании договора аренды ТС без экипажа от 27.09.2021 года. ИП ФИО3 11.03.2022 года не давал ФИО1 распоряжений на выполнение работ в рамках его служебных обязанностей, доказательств обратного нет. В автопарке ИП ФИО3 находится более 30 единиц автотехники, после начала пандемии общее количество заказов на грузоперевозки снизилось, поэтому он стал передавать часть ТС в аренду, в т.ч. спорный автомобиль. При таком положении именно ФИО1, как водитель, который владел источником повышенной опасности на законном основании и допустил нарушение ПДД РФ, должен нести гражданско-правовую ответственность за причинённые убытки.

Представитель третьего лица САО «РЕСО-Гарантия» не принял участие в рассмотрении дела, извещался надлежащим образом.

Представитель третьего лица САО «ВСК» не явился, в своём отзыве отразил, что ФИО5, ФИО6 обоснованно обратились с требованиями о взыскании убытков к непосредственному причинителю вреда.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц. При этом, выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела и просмотрев видеозапись, а также заслушав заключение прокурора, полагавшего, что требования о компенсации морального вреда законны и обоснованны, пришёл к следующему выводу.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 11.03.2022 года в 09.55 час. на <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля МАЗ 5440А-9 (г/н №) в составе с прицепом (г/н №), принадлежащего ИП ФИО3 и находившегося под управлением ФИО1, а также автомобиля марки Toyota Rav4 (г/н №), принадлежащего ФИО5 (под его же управлением).

Гражданская ответственность владельца грузового автомобиля МАЗ 5440А-9 (г/н №) на момент ДТП была застрахована в САО «ВСК» по полису ОСАГО № от 25.03.2021 года, предусматривающему неограниченное число лиц, допущенных к управлению.

Автомобиль Toyota Rav4 (г/н №) был застрахован ФИО5 по договору добровольного страхования с САО «РЕСО-Гарантия» от 13.01.2022 года на условиях Правил страхования средств автотранспорта № от 13.04.2020 года

(полис №).

По итогам административной проверки, проведённой ГИБДД МО МВД России «Кувандыкский», виновным в дорожно-транспортном происшествии от 11.03.2022 года признан ФИО1, действия которого, вследствие нарушения пп. 10.1, 9.1, ПДД РФ, были квалифицированы по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

В рамках рассмотрения заявления ФИО5 о страховой выплате САО «РЕСО-Гарантия» установило, что общая стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Rav4 (г/н №), пострадавшего в ДТП от 11.03.2022 года, превысила 75 % от страховой суммы, в связи с чем, произвело выплату страхового возмещения на условиях «Полная гибель» (п. 12.20 Правил страхования).

Фактически на счёт страхователя ФИО5 в счёт выплаты страхового возмещения зачислено 2 713 452 руб., годные остатки переданы страховщику.

Для определения полного размера ущерба ФИО5 обратился к ИП М.П.В.

Согласно экспертному заключению ИП М.П.В. № от 26.04.2022 года рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Rav4 (г/н №) без учёта падения стоимости заменяемых запасных частей составляет 4 043 900 руб., с учётом износа - 3 752 300 руб. Стоимость самого транспортного средства - 3 616 000 руб., годных остатков - 756 000 руб.

Ссылаясь на недостаточность страхового возмещения для полного возмещения вреда, ФИО5 обратился в суд с настоящим иском.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причинённый личности или имуществу гражданина, вред, причинённый имуществу юридического лица, согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 11 Постановления «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» от 23.06.2015 года № 25, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 года № 6-П/2017 «По делу о проверке конституционности ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ», в силу принципа полного возмещения причинённых убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда автомобилю это означает, что в результате возмещения убытков потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

При проведении судебной автотехнической оценочной экспертизы ИП Н.Е.А. установил перечень повреждений автомобиля Toyota Rav4 (г/н №) в ходе ДТП от 11.03.2022 года, а равно сделал следующие выводы:

- стоимость восстановительного ремонта повреждённого автомобиля, согласно Методическим рекомендациям по проведению судебных автотехнических экспертиз составляет 3 485 500 руб. (без учёта износа). Расчёт стоимости восстановительного ремонта с учётом износа не проводился, так как срок эксплуатации ТС не превышает 5 лет;

- стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца, согласно Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждённого транспортного средства, составляет 1 650 300 руб. (без учёта износа) и 1 453 400 руб. (с учётом износа);

- рыночная стоимость автомобиля Toyota Rav4 (г/н №) на день ДТП составляла 3 469 400 руб., величина УТС - 334 800 руб.;

- проведение восстановительного ремонта ТС экономически нецелесообразно, наступила полная гибель автомобиля;

- стоимость годных остатков автомобиля Toyota Rav4 (г/н №) равна 754 700 руб. (заключение № от 12.11.2022 года в деле).

У суда нет оснований не доверять заключению эксперта ИП Н.Е.А.

Данный эксперт имеет высшее техническое образование по специальности «Технология обслуживания и ремонта машин в АПК» (диплом Оренбургского государственного аграрного университета ВСВ №), аккредитацию в государственном реестре экспертов-техников Министерства юстиции России, осуществляющих независимую техническую экспертизу транспортных средств (регистрационный номер №), сертификат соответствии по специальности «Исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП» № от 24.12.2014 года, сертификат соответствия по специальности «Исследование транспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и остаточной стоимости» № от 24.12.2014 года, сертификат соответствия по специальности «Исследование технического состояния ТС» № от 24.12.2014 года, сертификат соответствия по специальности «Исследование обстоятельств ДТП» № от 21.10.2019 года, сертификат соответствия по специальности «Исследование транспортных средств по выявлению дефектов, качеству сборки, ремонта и рекламациям» № от 21.10.2019 года. ИП Н.Е.А. до начала исследования был предупреждён об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, его заключение мотивировано с достаточной полнотой, содержит подробное описание исследования со ссылкой на применённую методику и литературу, а равно категоричные выводы по всем поставленным судом вопросам, оно не оспорено лицами, участвующими в деле.

Экспертное заключение ИП М.П.В. № от 26.04.2022 года об иной стоимости восстановительного ремонта автомобиля не может быть принято во внимание при разрешении спора, так как оно составлено на основании возмездного договора с истцом ФИО5, вне рамок судебного разбирательства и без предупреждения об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

По аналогичным основаниям судом не учитывается заключение эксперта ООО

«КАР-ЭКС» Д.В.С. № от 20.05.2022 года, изготовленное на основании договора с САО «РЕСО-Гарантия». Помимо прочего, данное заключение охватывает вопрос определения размера выплаты в рамках законодательства об ОСАГО (без учёта полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов автомобиля), что недостаточно для разрешения спора и определения реального ущерба.

В связи с изложенным, суд принимает заключение эксперта ИП Н.Е.А. № от 12.11.2022 года в качестве средства обоснования своих выводов по делу и приходит к выводу о том, что разница между фактическим размером ущерба, причинённого в результате ДТП, и размером выплаченного ФИО5 страхового возмещения составляет 755 948 руб. (3 469 400 - 2 713 452).

Ссылка представителя ФИО2 на необходимость исключения из данной суммы стоимости годных остатков ТС (754 700 руб.), является ошибочной, поскольку таковые в обладании истца не остались, а были переданы страховщику, что предусмотрено Правилами страхования САО «РЕСО-Гарантия», являющимися неотъемлемой частью договора. Признаки злоупотребления правом отсутствуют.

Определяя лицо, ответственное за убытки, суд исходит из следующего.

По смыслу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён от ответственности полностью или частично с учётом вины потерпевшего и своего имущественного положения.

В силу п. 2 ст. 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причинённый этим источником, если докажет, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. В подобных случаях ответственность за вред, причинённый источником повышенной опасности, несут лица, которые противоправно завладели источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее им.

Под владельцем источника повышенной опасности, исходя из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Не признаётся владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности (ст. 1068, 1079 ГК РФ).

Материалами дела подтверждено, что ФИО1 является работником ИП ФИО3 Наряду с этим, 27.09.2021 года между ними заключен договор аренды автомобиля МАЗ 5440А-9 (г/н №) без экипажа, действующий на дату ДТП.

Ответчиками признано, а истцом не оспорено то обстоятельство, что в момент происшествия автомобиль МАЗ 5440А-9 (г/н №) находился в управлении ФИО1 на основании договора аренды от 27.09.2021 года. При этом в день происшествия ИП ФИО3 не давал ФИО1 каких-либо распоряжений о выполнении работ в интересах работодателя, служебные обязанности 11.03.2022 года ФИО1 также не исполнял.

С учётом вышеназванных обстоятельств и их правового регулирования, суд приходит к выводу о том, что надлежащим ответчиком по настоящему делу является ФИО1, который владел причинившим вред транспортным средством на законном основании - договоре аренды без экипажа.

Собственник автомобиля МАЗ 5440А-9 (г/н №) ФИО3 субъектом ответственности не является, так как на момент происшествия он не имел источник повышенной опасности в своём реальном владении и не обладал гражданско-правовыми полномочиями по его использованию на дату причинения вреда.

Принимая решение в пределах заявленных исковых требований (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ), суд взыскивает с ответчика ФИО1 в пользу ФИО5 разницу между фактическим размером ущерба, причинённого в результате ДТП, и размером выплаченного страхового возмещения, в сумме 754 700 руб., полагая, что данные требования законны и обоснованны. В удовлетворении аналогичных требований, предъявленных к соответчику - ИП ФИО3, надлежит отказать.

Требования ФИО5, ФИО6 о компенсации морального вреда также основаны на законе.

Жизнь и здоровье гражданина являются его нематериальными благами (ст. 150 ГК РФ).

Как отражено в п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание как степень вины нарушителя, так и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Положениями ст. 1101 ГК РФ закреплено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации определяется в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, с учётом требований разумности и справедливости.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 2 постановления от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснил судам, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях, в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Из материалов дела следует, что после дорожно-транспортного происшествия истцы были доставлены в ГБУЗ «Городская больница г. Медногорска».

ФИО5, ФИО6, судя по выписным эпикризам, поступили в состоянии средней тяжести с жалобами на <данные изъяты>. После медикаментозного лечения их состояние улучшилось, остались жалобы лишь на <данные изъяты>. Выписаны истцы ФИО5, ФИО6 16.03.2022 года в удовлетворительном состоянии под наблюдение травматолога по месту жительства (диагноз при выписке «<данные изъяты>»).

На период с 17.03.2022 года по 30.03.2022 года ФИО5, ФИО6 были освобождены от работы, ввиду прохождения амбулаторного лечения.

Согласно акту судебно-медицинского обследования № ГБУЗ «Бюро СМЭ» у ФИО5 обнаружены следующие телесные повреждения: ушиб <данные изъяты>, которые могли образоваться от воздействий тупых твёрдых предметов или при ударе о таковые, возможно, в условиях ДТП в срок незадолго до госпитализации в хирургическое отделение ГБУЗ «Городская больница г. Медногорска», при обстоятельствах, указанных в направлении, причинены одномоментно, объединены механизмом и временем образования, не повлекли кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. Диагноз «<данные изъяты>» не был подтверждён объективными неврологическими признаками в динамике, поэтому судебно-медицинской оценке не подлежит.

У ФИО6 (ранее - З.Д.В.) объективных признаков телесных повреждений не обнаружено. Диагноз «<данные изъяты>» не был подтверждён объективными неврологическими признаками в динамике, поэтому судебно-медицинской оценке не подлежит.

Учитывая, что ФИО5 по вине ФИО1 были получены телесные повреждения, причинившие ему физическую боль, суд приходит к выводу об умалении названным ответчиком личного нематериального блага истца - его здоровья и наличии достаточных оснований для компенсации морального вреда, факт причинения которого в указанном случае предполагается и не нуждается в доказывании.

ФИО6, несмотря на отсутствие телесных повреждений, в день ДТП была доставлена бригадой скорой помощи в ближайшее медицинское учреждение, госпитализирована в хирургическое отделение больницы и в период с 11.03.2022 по 30.03.2022 года была временно нетрудоспособна, будучи лишённой возможности вести обычную жизнь. В такой ситуации факт причинения истцу ФИО6 физических и нравственных страданий в результате посягательства на её личную неприкосновенность, здоровье, личную жизнь не вызывает сомнений.

Определяя размер компенсации, суд учитывает обстоятельства причинения морального вреда, характер полученных ФИО5 телесных повреждений и наступившие последствия, длительность лечения ФИО5 и ФИО6, индивидуальные особенности каждого, степень физических и нравственных страданий, а равно требования разумности и справедливости, данные о личности ФИО1 и его поведении по отношению к потерпевшим после ДТП, в связи с чем, приходит к выводу о возможности взыскания компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. в пользу ФИО5 и 25 000 руб. в пользу ФИО6

По мнению суда, названная денежная компенсация будет отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесённые истцами страдания. В остальной части требования к ответчику ФИО1 суд находит завышенными и считает, что они не могут быть удовлетворены в заявленном объёме.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Как следует из ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам.

В силу ст. 95 ГПК РФ эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. Если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом ФИО5 при обращении в суд уплачена государственная пошлина в размере 12 225, 48 руб., исходя из цены иска - 902 548 руб. В дальнейшем размер исковых требований уменьшен до 754 700 руб., судом они удовлетворены.

В данной связи, расходы истца по оплате государственной пошлины могут быть возмещены за счёт ФИО1 лишь в сумме 10 747 руб. Излишне уплаченная госпошлина (1 478, 48 руб.) по правилам ст.333.40 НК РФ подлежит возврату из федерального бюджета.

Расходы ФИО5 по оплате независимой оценки ущерба до подачи иска (5 000 руб.), являлись необходимыми, связанными с рассматриваемым делом, а потому они подлежат возмещению за счёт ФИО1, как проигравшей стороны.

Доверенность ФИО5 на имя ФИО7, О.Д.В. была выдана на представление интересов в рамках настоящего гражданского дела, суду представлена в оригинале, а потому расходы на совершение нотариального действия (1 700 руб.), также должны быть возмещены за счёт ФИО1

Разрешая по правилам ч. 1 ст. 100 ГПК РФ вопрос о взыскании расходов на оплату услуг представителя ФИО7, суд принимает во внимание принцип разумности и справедливости, объём действий, произведённых в интересах его доверителя, а равно продолжительность судебных заседаний, общедоступные данные о средних ценах на аналогичные услуги в регионе, в связи с чем, приходит к выводу о взыскании с ФИО1 пользу ФИО5 денежных средств размере 20 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил :

Исковые требования ФИО5, ФИО6 к ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО5 (паспорт <данные изъяты>) денежные средства в размере 754 700 рублей - в качестве разницы между фактическим размером ущерба от ДТП от 11.03.2022 года и размером выплаченного страхового возмещения, а также 50 000 руб. - в счёт компенсации морального вреда и судебные расходы: 10 747 руб. - государственная пошлина, 20 000 руб. - услуги представителя, 5 000 руб. - оценка ущерба, 1 700 руб. - оформление доверенности.

Взыскать с ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО6 (паспорт <данные изъяты>) 25 000 рублей - в качестве компенсации морального вреда.

В удовлетворении исковых требований ФИО5, ФИО6 к ФИО1 в остальной части - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО5, ФИО6 к ИП ФИО3 - отказать.

МИФНС № 14 России по Оренбургской области возвратить ФИО5 излишне оплаченную государственную пошлину в размере 1 478, 48 рублей по чеку-ордеру от 27.07.2022 года.

Решение суда может быть обжаловано в Оренбургский областной суд, через Ленинский районный суд г. Орска, в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме - 28.12.2022 года.

Судья Е.П. Липатова