Судья Есина С.В. УИД 24RS0004-01-2022-000969-65

дело № 33-11693/2023

стр. 2.211

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 сентября 2023 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе

председательствующего Кучеровой С.М.,

судей Михайлинского О.Н., Парфеня Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Валехматовой Н.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Кучеровой С.М. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности демонтировать камеру видеонаблюдения, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

по апелляционной жалобе ФИО2

на решение Березовского районного суда Красноярского края от 11 мая 2023 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности демонтировать камеру видеонаблюдения, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.

Возложить на ответчика ФИО2 обязанность демонтировать за свой счет камеру видеонаблюдения, расположенную на фасаде жилого дома по адресу: <адрес>, в течение одного месяца с момента вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, судебные расходы в сумме 25 000 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 300 рублей, всего 40300 рублей.

В остальной части в удовлетворении требований отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором с учетом уточнений, просила: обязать ФИО2 демонтировать камеру видеонаблюдения, установленную на фасаде (под крышей) жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, направленную в сторону ворот, дворовой территории и калитки домовладения расположенного по адресу: <адрес>, взыскать с ФИО2 в ее пользу в счет компенсации морального вреда - 30 000 руб., а также судебные расходы: по оплате юридических услуг – 60 000 руб., по уплате государственной пошлины – 300 руб.

Требования мотивированы тем, что истец является собственником земельного участка и жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, в котором она проживает со своим супругом и несовершеннолетними детьми. Собственником земельного участка (напротив ее дома) и расположенного на нем жилого дома по адресу: <адрес> является ФИО2 В 2021 году ФИО2 под крышей своего жилого дома установила камеры видеонаблюдения, одна из которых направлена в сторону входа в домовладение истца: входную зону – двери и ворота, земельный участок и фиксирует все, что происходит на ее территории. Установленная ФИО2 камера видеонаблюдения, позволяет ответчику постоянно наблюдать за ней и членами ее семьи, собирать и хранить информацию о ее личной жизни, ФИО2 имеет постоянную возможность контролировать время ее отсутствия, а также имеет возможность полностью знать о ее передвижениях и передвижениях членов ее семьи. При этом, разрешения на установку камеры она ответчику не давала. Истец считает, что наличие камеры нарушает ее право и права ее семьи на частную жизнь. Кроме того, ответчик помимо ведения видеонаблюдения, в последующем распространяет видео с ее изображением, третьим лицам. Так 08.05.2022 года ФИО2 произвела запись ее двора, в тот момент, когда она находилась на своей дворовой территории и в последующем распространила данное видео третьим лицам, а именно своей соседке Бабич, которая в свою очередь направила данное видео другим лицам. Таким образом, впоследствии истцу на мессенджер «Вайбер» третьи лица прислали данную видеозапись. Установив видеонаблюдение на фасаде (под крышей) дома, расположенного по адресу: <адрес>, направив ее в сторону ворот, дворовой территории и калитки домовладения по адресу: <адрес>, ФИО2 допустила нарушение личных неимущественных прав истца - права на неприкосновенность частной жизни, что в силу закона не допустимо. Безопасность и сохранность ФИО2 возможно обеспечить посредствам установления камеры видеонаблюдения таким образом, чтобы исключить при осуществлении видеонаблюдения возможность фиксировать ее частную жизнь и членов ее семьи. Считает, что указанными действиями ответчика ей был причинен моральный вред, размер которого, с учетом степени и характера нравственных страданий, истец оценила в 30 000 руб.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит вышеуказанное решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных истцом требований в полном объеме. В обоснование доводов жалобы указывает, что причиной возникновения спора в рамках рассматриваемого дела послужило регулярное пренебрежение истцом нормами пожарной безопасности, а именно, разведение открытого огня в неустановленных местах на протяжении длительного периода времени, в том числе, в периоды запрета определенных действий, установленных нормативными правовыми актами. Указывает, что видеозапись, о которой в исковом заявлении ведет речь истец, не содержит каких-либо сведений о частной жизни истца, изображение не позволяет идентифицировать конкретного человека, следовательно, по мнению заявителя жалобы, фото- или видеоизображение не может быть отнесено к персональным данным, если такие изображения не позволяют произвести установление личности человека. Указывает, что истцом не представлено суду доказательств фиксации сбора, хранения, распространения и использования ответчиком информации о частной жизни П-ных с целью удовлетворения обывательского интереса либо извлечения прибыли, а также ограничения или нарушения права на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны, защиты чести и доброго имени, вследствие установки камер видеонаблюдения. Направляя видеозапись свидетелю ФИО3, она, прежде всего, руководствовалась и действовала исключительно в целях личной и общественной безопасности, во избежание негативных последствий, связанных с пожаром. Считает, что в ее действиях отсутствует недобросовестность при осуществлении прав собственника имущества, поскольку установка на фасаде своего жилого дома камер видеонаблюдения произведена в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего ей имущества, что не является нарушением закона, а также прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Кроме того, указывает, что в настоящее время обзор камеры видеонаблюдения, направленной на центральные ворота и входную калитку на территорию принадлежащего ей земельного участка, исключает попадание части земельного участка истца, что подтверждается представленной в материалы дела флэш-картой с записью с камер видеонаблюдения, и, по мнению заявителя жалобы, исключает необходимость осуществления демонтажа камеры. Вместе с тем, указанные обстоятельства не были приняты во внимание судом первой инстанции при принятии решения. Считает, что суд не установил, какие именно физические и нравственные страдания были причинены истцу в результате ее действий, в чем они выражались, а также какова степень указанных страданий истца. Помимо прочего, истец не согласен с решением суда в части взыскания расходов на оплату услуг представителя, считает, что размер взысканных судебных расходов является завышенным и не отвечает принципу разумности.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 просит оставить решение Березовского районного суда Красноярского края от 11.05.2023 года без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения, ссылаясь на необоснованность ее доводов.

Проверив решение суда по правилам апелляционного производства, в пределах доводов жалобы, заслушав пояснения представителя ответчика ФИО2, ее представителя – ФИО4 (действующей на основании ордера, представившей удостоверение адвоката), поддержавших доводы апелляционной жалобы, а также истца ФИО1 и ее представителя ФИО5 (действующего на основании доверенности, представившего диплом о высшем юридическом образовании), полагавших решение суда законным и обоснованным, по доводам жалобы отмене не подлежащим, и, считая возможным в силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (Далее по тексту – ГПК РФ) рассмотреть дело в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежаще уведомленных о времени и месте судебного заседания, не возражавших против рассмотрения дела в их отсутствие, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, ФИО1 является собственником ? доли земельного участка и расположенного на нем жилого дома по адресу: <адрес>, собственником другой ? доли указанного земельного участка и жилого дома является ФИО6

ФИО2 является соседкой П-ных, ей на праве собственности принадлежит земельный участок и расположенный на нем жилой дом по адресу: <адрес>

Вышеуказанные земельные участки расположены напротив друг друга.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылалась на то, что на фасаде (под крышей) жилого дома по адресу: <адрес>, ФИО2 установлена камера видеонаблюдения, которая направлена в сторону входа в ее домовладение по адресу: <адрес>, а именно: входную зону – двери и ворота, земельный участок, что, по мнению истца, нарушает ее право и право членов ее семьи на частную жизнь, поскольку согласия на установку видеокамер, направленных на ее земельный участок и жилой дом она не давала.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО22 ФИО23, ФИО24 и объективно – постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.07.2022года, вынесенного следователем следственного отдела по Березовскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия ФИО7 в рамках проверки обращения ФИО1

Возражая против заявленных требований, ответчик ФИО2 ссылалась на то, что установка видеокамер была осуществлена в целях ее личной безопасности и сохранности принадлежащего ей имущества, а также предотвращения чрезвычайных происшествий и возможности своевременного реагирования на них.

Разрешая заявленные требования, оценив представленные по делу доказательства, доводы и возражения сторон, а также руководствуясь положениями ст.ст. 23, 24 Конституции РФ, ст.ст. 150, 151, 152.2, 1101 Гражданского кодекса РФ, а также Федерального закона от 27.07.2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» суд первой инстанции, установив факт монтажа ответчиком камеры видеонаблюдения, угол обзора которой в отсутствие согласие собственников, фиксирует, в том числе, территорию домовладения по адресу: <адрес>, принадлежащего истцу, а также перемещение лиц по земельному участку, находящемуся в собственности ФИО1, что является нарушением ее личных неимущественных прав, в частности, права на неприкосновенность частной жизни и пришел к выводу об удовлетворении исковых требований истца, возложении на ответчика ФИО2 обязанности демонтировать камеру видеонаблюдения, установленную на фасаде (под крышей) жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, в течение одного месяца с момента вступления решения суда в законную силу.

При этом суд указал, что возможность дальнейшего использования видеозаписей с данной камеры видеонаблюдения стороной ответчика не опровергнута, учитывая вышеприведенные характеристики видеокамеры, а также то обстоятельство, что видеокамера снабжена устройством памяти с функцией воспроизведения записанного изображения, что позволяет ответчику осуществлять сбор и хранение информации о частной жизни истца, дает возможность использовать данную информацию без согласия лица, съемки которого ведутся, что нарушает неприкосновенность частной жизни.

Установив нарушение прав истца вследствие действий ответчика ФИО2, суд пришел к выводу о необходимости возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда, размер которого определен судом в сумме 15 000 руб.

В соответствии со ст.ст. 98, 100 ГПК РФ по итогам рассмотрения дела судом распределены судебные расходы, с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины – 300 руб.

Судебная коллегия полностью соглашается с приведенными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Данный запрет является одной из гарантий лица на частную жизнь.

Часть 1 ст. 24 Конституции РФ запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия.

Согласно п. 1 ст. 152.2 Гражданского кодекса РФ не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Процедуру сбора и обработки фото- и видеоизображений регламентирует Федеральный закон от 27.07.2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных».

Федеральный закон «О персональных данных» определяет, что обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта (п. 1 ч. 1 ст. 6).

Как видно из материалов дела видеокамера находится на крыше жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего на праве собственности ФИО2, у которой право на видеонаблюдение с целью обеспечения безопасности своего имущества и предотвращения противоправных действий в отношении этого имущества со стороны истца и третьих лиц не предполагается, в связи с чем влечет за собой нарушение прав лиц, попадающих в зону такого наблюдения (в данном случае истца).

Осуществляя наблюдение с помощью видеокамеры за частью домовладения и земельного участка ФИО1, ответчик ФИО2 осуществляет сбор и хранение информации о ее частной жизни, вторгаются без согласия истца в ее частную жизнь, контролируют ее поведение на ее же придомовой территории, не дает ей полноценно отдыхать.

Доказательств того, что информация о частной жизни истца является общедоступной либо была раскрыта самой ФИО1 или по ее воле, стороной ответчика ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности по демонтажу видеокамеры.

При этом, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что законом не запрещена установка камер в целях защиты своего имущества, поэтому действия одного из сособственников дома по установке камеры на территории принадлежащего ему земельного участка сами по себе не являются посягательством на личную жизнь иных лиц.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Реализуя свои права собственника, ФИО2 установила на принадлежащей ей территории и на принадлежащем ей имуществе камеру видеонаблюдения в целях защиты и охраны своего имущества, однако ее действия по установке камеры, с учетом того, что она фиксирует, в том числе, территорию домовладения, принадлежащего истцу без согласования с последней, даже в вышеуказанных целях, нельзя расценить правомерными.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его прав, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав» разъяснено, что в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Судебная практика исходит из того, что такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Ссылка в жалобе на то, что в настоящее время камера видеонаблюдения переустановлена и угол ее обзора не захватывает домовладение и земельный участок, собственником которых является истец, а потому оснований для удовлетворения требований ФИО1 в указанной части не имеется, судебной коллегией отклоняется, поскольку доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства материалы дела не содержат.

Учитывая, что ответчик как собственник жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> вправе осуществлять видеофиксацию своей придомовой территории, судебная коллегия полагает необходимым указать, что для пресечения действий, посягающих на нематериальные блага истца, ответчик обязан демонтировать камеру, осуществляющую видеофиксацию домовладения и земельного участка, принадлежащего истцу, и в случае необходимости переустановить ее в положение, с учетом ее технических характеристик, исключающее видеофиксацию жилого дома и земельного участка, принадлежащих ФИО1, расположенных по адресу: <адрес>.

Установив, что в результате противоправных действий ответчиков истцу причинены нравственные страдания, так как она вынуждена жить, зная, что за ее придомовой территорией ведется круглосуточный надзор, что ограничивает ее свободу в действиях на своем участке, с учетом степени нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости суд определил к взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

С указанным размером судебная коллегия соглашается, оснований для переоценки установленных по делу обстоятельств в указанной части и определении иного размера компенсации морального вреда не усматривает.

Оценивая доводы жалобы о необоснованно завышенном размере определенных к взысканию с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя судебная коллегия исходит из следующего.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 названного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя, а также суммы, подлежащие выплате экспертам (ст. 94 ГПК РФ).

В силу требований ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд возмещает за счет другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно представленному в материалы дела договору на оказание юридических услуг от 10.05.2022 года интересы ФИО1 в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции представлял ФИО5 на основании доверенности, выданной истцом (Л.д. 38, 113).

Пунктом 3.1 договора сторонами определена стоимость оказания юридической помощи в размере 60 000 руб.

Оплата по договору произведена истцом в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела чеками от 12.09.2022 года, 14.10.2022 года, 26.04.2023 года (Л.д. 114-116).

Соотнося заявленную сумму расходов на оплату услуг представителя с объемом защищенного права, учитывая характер спора, уровень его сложности, составление искового заявления, с учетом уточнений, участие в предварительном судебном заседании 12.09.2022 года, двух судебных заседаниях: 24.01.2023 года и 09.03.2023 года), судебная коллегия считает, что определенный судом первой инстанции размер возмещения судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб. является соразмерным объему оказанных услуг, соответствует требованиям закона о разумности возмещения судебных расходов, обычно взимаемым при сравнимых обстоятельствах, баланс процессуальных прав и обязанностей сторон не нарушает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы оснований для переоценки выводов судов в части взысканных судебных расходов на оплату услуг представителя и снижения их размера судебная коллегия не усматривает.

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств, установленных и исследованных судом первой инстанции в соответствии с положениями ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела, и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены решения, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Березовского районного суда Красноярского края от 11 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий - С.М. Кучерова

Судьи - О.Н. Михайлинский

Т.В. Парфеня

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 октября 2023 года