Дело № 2-94/2025
УИД: 16RS0040-01-2024-005407-13
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
23 июня 2025 г. г. Зеленодольск
Зеленодольский городской суд Республики Татарстан в составе
председательствующего судьи Р.И. Шайдуллиной,
при секретаре судебного заседания С.,
с участием прокурора Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Г.М.Е. к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Зеленодольская центральная районная больница» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Г.М.Е. обратилась в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Зеленодольская центральная районная больница (далее - ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ») о взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб.
В обоснование иска указано, что мама истицы И.Л.И., ДД.ММ.ГГГГ г.р., находилась на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отделении «сосудистый центр». ДД.ММ.ГГГГ в 05:00 часов И.Л.И. умерла, причина смерти – отек головного мозга с дислокацией ствола. Истец считает, что смерть её матери наступила в связи с оказанием ответчиком медицинской помощи ненадлежащего качества. Медикаментозное лечение на должном уровне не оказывалось. Практически каждый день, исходя из листов назначения, менялся объем и состав медикаментов. Истцу как кровной родственнице И.Л.И. медицинскими работниками не предоставлялась в доступной форме полная информация о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи. Истец считает, что не в полном объеме был собран анамнез (с учетом переливания крови). Г.М.Е. является носителем 3 группы крови с отрицательным резусом, то есть в крови её матери с большей долей вероятности должны были быть антиэритроцитные антитела. Однако у истца никто не поинтересовался указанным фактом. Ухудшение состояния здоровья пациента от истца скрывалось. По медицинским документам у И.Л.И. уже в стационаре произошел второй инсульт с осложнением в виде отека головного мозга – данный вывод истец сделал на основании РКТ от ДД.ММ.ГГГГ. Истец считает, что состояние И.Л.И. существенно стало ухудшаться после переливания крови, предполагает возникновение резус-конфликта с кровью донора. Г.М.Е. в иске также указывает, что еды и воды И.Л.И. давали в недостаточном количестве (самостоятельно пищу не принимала), нигде не зафиксировано чем конкретно производилось кормление. На протяжении всего периода нахождения в стационаре у И.Л.И. была повышенная температура, однако назначения жаропонижающих препаратов с целью ее снижения не было. Поиск сопутствующей инфекции, в частности новой коронавирусной инфекции и т.п. с целью коррекции терапии и улучшения исхода не проводилось. Мониторинга признаков неврологического ухудшения в первые дни заболевания для своевременного начала противоотечной терапии не проводилось. Также истец считает, что смерть её матери наступила из-за халатности медицинского персонала. Согласно осмотру дежурного врача ДД.ММ.ГГГГ в 20:40 следует, что ЧДД-17 в мин, сатурация 97%, пульс 72, АД 124/80, им же осмотр ДД.ММ.ГГГГ в 00:41 ЧДД-19 в мин, сатурация 96%, пульс 70, АД 120/80. Больше записей осмотра нет. Хотя согласно записям назначения от ДД.ММ.ГГГГ после 15:00 у пациента явно пошло критическое ухудшение состояния здоровья, резко начало падать давление. При этом, исходя из данного документа, никакой помощи И.Л.И. не оказывалось, при этом в 03:00 давление было 25/40, в 4:00 60/50, в 05:00 60/20 – однако какой-либо реакции со стороны медработников не было, врачами каких-либо мер по стабилизации состояния не проводилось. И при наличии фиксированных физиологических процессов (записи листа назначения от ДД.ММ.ГГГГ) в 4:30 врач констатирует клиническую смерть с отсутствием дыхания и пульса, начинает реанимационные мероприятия. Истец указывает о том, что возникает вопрос, как можно констатировать смерть при наличии пульса и давления. Истец считает, что её маме просто не оказывали помощи, что и привело к её смерти.
В ходе рассмотрения дела судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ООО «СК «АК БАРС-Мед», В.И.Р., Ф..
В судебном заседании истец Г.М.Е. исковое заявление поддержала по изложенным в нем основаниям, дополнила заявленные в иске основания тем, что И.Л.И. не была обеспечена ответчиком надлежащим объемом питания и воды.
Представители ответчика ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ» Г.И.М. и А. в судебном заседании исковые требования не признали.
Прокурор в заключении с требованием истца о взыскании компенсации морального вреда согласился, размер компенсации оставил на усмотрение суда.
Третьи лица В.И.Р., Ф., ООО «СК «АК БАРС-Мед» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, В.И.Р. письменно просил суд о рассмотрении дела без его участия.
Выслушав явившихся лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации (статьи 12, 41).
Согласно части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния;
медицинская организация - юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, осуществляющее в качестве основного (уставного) вида деятельности медицинскую деятельность на основании лицензии, предоставленной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о лицензировании отдельных видов деятельности.
Положения настоящего Федерального закона, регулирующие деятельность медицинских организаций, распространяются на иные юридические лица независимо от организационно-правовой формы, осуществляющие наряду с основной (уставной) деятельностью медицинскую деятельность, и применяются к таким организациям в части, касающейся медицинской деятельности.
В целях настоящего Федерального закона к медицинским организациям приравниваются индивидуальные предприниматели, осуществляющие медицинскую деятельность (пункты 3, 9, 11 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть первая статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части второй статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных норм материального права, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, являются нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статьей 1068 ГК РФ установлена обязанность юридического лица либо гражданина по возмещению вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Согласно статье 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную ..., честь и доброе имя, ... переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.
При этом, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.
Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации, и не может быть поставлено в зависимость от материальных возможностей причинителя вреда.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (пункт 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).
Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (пункт 49 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).
В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Установлено, что Г.М.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью И.Л.И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении № (л.д. 27-28, том 1).
Из медицинской карты пациента, получившего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара №, усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 15 минут И.Л.И. поступила в стационарное отделение «Сосудистый Центр» ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ» с диагнозом: ОНМК.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ И.Л.И. находилась на стационарном лечении в неврологическом отделении ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ», ДД.ММ.ГГГГ И.Л.И. умерла, выдано свидетельство о смерти IV-КБ № от ДД.ММ.ГГГГ, № отделом ЗАГС Исполнительного комитета <адрес> (л.д. 16, том 1).
Согласно посмертному эпикризу из истории болезни № неврологического отделения для больных с ОНМК ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ» И.Л.И., ДД.ММ.ГГГГ г.р., за период с ДД.ММ.ГГГГ 08:15 по ДД.ММ.ГГГГ 05:00, клинический диагноз: ишемический инсульт по атеротромбическому типу в бассейне правой ЗМА (более 1/3 бассейна), в ВББ. Отёк головного мозга. Острая остановка сердечной и дыхательной деятельности. ГБ – 3ст., риск очень высокий, неконтролируемая. .... Атерогенная дисплипидемия. ОКС. Острый инфаркт миокарда. Анемия тяжелой степени тяжести.
РКТ: по данным РКТ признаки ишемического инсульта в бассейне ЗМА справа, в ВББ. Проведены ЭКГ, Rg-графия ОГК, ЭКДС, ТКДС. Консультация кардиолога, окулиста. За период лечения состояние больного оставалось тяжелым. Несмотря на проводимое лечение, согласно стандартам состояние больной прогрессивно ухудшалось. ДД.ММ.ГГГГ в 04:30 произошла острая остановка сердечной и дыхательной деятельности на фоне отека головного мозга. Реанимационные мероприятия – без эффекта. В 05:00 диагностирована биологическая смерть. Тело направлено в ПАО на патологическое вскрытие.
Согласно выписке из протокола патологоанатомического исследования № пациентки И.Л.И., клинико-патологоанатомический эпикриз: пациентка И.Л.И. страдала ЦВБ с развитием ишемического инфаркта головного мозга в сочетании с ИБС, а на вскрытии обнаружен острый инфаркт миокарда в задней стенке левого желудочка с признаками начала организации. Несмотря на проводимое лечение, ДД.ММ.ГГГГ в 05:00 зафиксирован летальный исход. Непосредственная причина смерти – отек головного мозга с дислокацией ствола. Основной клинический и патологоанатомический диагноз совпадают.
ДД.ММ.ГГГГ Г.М.Е. обратилась в ООО «СК «АК БАРС-Мед» с заявлением о проведении внеплановой целевой экспертизы по качеству оказания медицинской помощи И.Л.И. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ ООО «СК «АК БАРС-Мед» письмом № сообщило Г.М.Е. о том, что в соответствии с порядком ООО «СК «АК БАРС-Мед» организовано проведение врачом-экспертом качества медицинской помощи по профилю «неврология» целевой экспертизы качества медицинской помощи, оказанной И.Л.И. в ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ».
Согласно выводам экспертного заключения (протокола) ООО «СК «АК БАРС-Мед» от ДД.ММ.ГГГГ нарушений не выявлено. Оказание медицинской помощи соответствует приказу Минздрава России от 15.11.2012 №926н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы», приказу Минздрава России от 22.02.2019 №88н «О внесении изменений в Порядок оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения, утверждённый приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2013 №928н», приказу Минздрава России от 29.12.2012 №1740н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при инфаркте мозга», и рекомендациям Неврология: национальное руководство.
Определением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству ответчика ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ» по делу была назначена комиссионная комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Бюджетного учреждения Чувашской Республики «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы».
Согласно заключению экспертов Бюджетного учреждения Чувашской Республики «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» Г.В.Ю., Е.И.Ю., С.Г.Г., Ц.Е.В., П.Р.Н. №-к от ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ при экспертном анализе оказания медицинской помощи И.Л.И. в ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ экспертной комиссией выявлены дефекты (недостатки):
ведения медицинской документации:
в нарушение подпункта а) пункта 2.2 Приказа М3 РФ от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» в истории болезни отсутствует этапный эпикриз,
в нарушение подпункта б) пункта 2.2 Приказа М3 РФ от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» в первичном осмотре в графе анамнез болезни отсутствует гипертонический анамнез (пациентка находилась на стационарном лечении в Зеленодольской ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом: «гипертоническая болезнь III ст.»), фармакологический анамнез,
в нарушение подпункта в) пункта 2.2 Приказа М3 РФ от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» в первичном осмотре при формировании предварительного диагноза отсутствует указание на сопутствующую патологию: гипертоническая болезнь,
в нарушение подпункта з) пункта 2.2 Приказа М3 РФ от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» отсутствует установление клинического диагноза (при поступлении пациента по экстренным показаниям не позднее 24 часов с момента поступления),
на титульном листе в графе «диагноз при поступлении» указан посмертный диагноз, не заполнена графа «сопутствующие заболевания», не указана дата и время постановки диагноза при поступлении,
не указано время проведения РКТ при поступлении ДД.ММ.ГГГГ,
в протоколах трансфузии (переливания) донорской крови и (или) ее компонентов не указаны номера протоколов,
не заполнены в полном объеме заглавные поля листов назначений блока интенсивной терапии и реанимации отделения неврологии для лечения больных ОНМК,
в нарушение подпункта с) пункта 2.2 Приказа. М3 РФ от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» в посмертном эпикризе не отражены в полном объеме результаты лабораторно-инструментального обследования (общеклинические и биохимические анализы крови и мочи, ЭКГ, ЭХО-КС, УЗДГ БЦА, УЗИ ОБП, ФГДС, РГ ОГП), осмотры специалистов. В заключительном диагнозе не может быть диагноз ОКС в соответствии с «Правилами формулировки патологоанатомического диагноза выбора и кодирования по МКБ-10 причин смерти. Диагноз острый инфаркт миокарда не уточнен на дате, характеру и локализации очага поражения. В диагнозе имеются сокращения неустановленного образца (ГБ, БЦА).
Кроме изложенного, экспертами установлены дефекты диагностики:
в соответствии с клиническими рекомендациями «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» ДД.ММ.ГГГГ при подозрении на ОКС не отслежена динамика уровня сердечного тропонина Т или I, динамика ЭКГ для подтверждения/исключения ИМ; не проведен расчет скорости клубочковой фильтрации (рСКФ) с целью выявления противопоказаний и выбора дозировок лекарственных средств и оценки риска ишемических и геморрагических событий; не проведен скрининг на наличие сахарного диабета с учетом исходной гипергликемии до 6,5 ммоль/л. (исследование уровня гликированного гемоглобина в крови, осмотр эндокринолога);
в соответствии с клиническими рекомендациями «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» ДД.ММ.ГГГГ для стратификации риска неблагоприятного исхода и определения стратегии ведения не проведена оценка по шкале GRACE и риска кровотечения по шкале CRUSADE,
с учетом стойкой температурной реакции на фоне проводимой антибиотикотерапии и воспалительных изменений в мочевом осадке не выполнено УЗИ почек, определение прокальцитонина в крови, забор мочи на микробиологическое исследование и чувствительность к антибиотикам,
Экспертами установлены дефекты тактики:
в нарушении подпункта и) пункта 2.2 Приказа Минздрава России от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» с учетом высокого риска неблагоприятного исхода не проведен врачебный консилиум для определения стратегии ведения, оптимизации антитромботической терапии.
Учитывая:
- установленную экспертной комиссией причину смерти И.Л.И. - ишемическая болезнь сердца в форме инфаркта миокарда задней стенки левого желудочка в стадии организации и ишемический инфаркт (атеротромботический вариант) в области больших полушарий большого мозга (внекорковые отделы) и мозжечка на фоне хронической недостаточности мозгового кровообращения,
- то, что выявленные экспертной комиссией дефекты ведения медицинской документации, тактики и диагностики не явились причиной смерти, а также причиной развития заболеваний, имевшихся у И.Л.И.,
- то, что смерть могла наступить и при отсутствии дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи,
- то, что под прямой (непосредственной, жестко детерминированной) причинной связью понимается такая связь явлений, при которой причина должна быть достаточной, а сама связь однозначной, жесткой, при которой одно явление закономерно порождает другое,
экспертная комиссия приходит к выводу о том, что прямая причинно-следственная связь между выявленными экспертной комиссией дефектами (недостатками) медицинской помощи и смертью И.Л.И. отсутствует.
Данное заключение экспертов соответствуют требованиям статьи 86 ГПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведённых исследований, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылки на использованные правовые акты и литературу, ответы на поставленные судом вопросы, является обоснованным, ясным, полным, последовательным, не допускает неоднозначного толкования и не вводит в заблуждение.
Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы.
При проведении экспертного исследования эксперты проанализировали и сопоставили все имеющиеся и известные исходные данные, провели исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своих специальностей, всесторонне и в полном объёме.
Допустимых и достоверных доказательств, опровергающих данное заключение экспертов, свидетельствующих о необоснованности и недостоверности, не представлено, поэтому суд признает экспертное заключение Бюджетного учреждения Чувашской Республики «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» относимым, допустимым и достоверным доказательством.
В статье 401 ГК РФ содержится указание на обстоятельства, исключающие вину лица, а именно принятие исчерпывающих мер для надлежащего исполнения обязательства при должной степени заботливости и осмотрительности. Следовательно, вина гражданского ответчика выражается в таком отношении лица к своим действиям, которое характеризуется несоблюдением требований должной внимательности, заботливости, осмотрительности.
Таким образом, вина лица, причинившего вред либо не исполнившего обязательство, презюмируется (предполагается), а отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, причинившим вред.
Доказательств соответствия оказанной И.Л.И. медицинской помощи необходимым нормативным требованиям, отсутствие дефектов при ее оказании ответчиком не представлено, выводы судебной экспертизы о наличии дефектов не опровергнуты.
Таким образом, вопреки доводам ответчика, с учетом нарушения прав истца как члена семьи И.Л.И., существа допущенных нарушений, принимая во внимание характер сложившихся между сторонами правоотношений, затрагивающих неотъемлемое право гражданина на надлежащее оказание медицинских услуг, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.
В данном случае, возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами (недостатками) медицинской помощи и смертью И.Л.И..
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает вышеуказанные нормы права и разъяснения, а также установленные по делу обстоятельства, принимает во внимание, что человеческие страдания невозможно оценить в денежном выражении, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение потерпевшего, поскольку произошло умаление его неимущественных прав, суд учитывает фактические обстоятельства данного дела: отсутствие причинно-следственной связи между установленными недостатками оказания медицинской помощи и наступлением смерти И.Л.И. и в то же время наличие дефектов оказания медицинской помощи И.Л.И., объем этих дефектов и их характер (объем не проведенных диагностических исследований, их значение для динамики развития заболевания пациента, допущенные дефекты тактики лечения: с учетом высокого риска неблагоприятного исхода не проведен врачебный консилиум для определения стратегии ведения, оптимизации антитромботической терапии), обстоятельства при которых оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, не опровергнутые какими-либо доказательствами доводы истца о ненадлежащем обеспечении пациента питанием и питьем, степень вины ответчика.
Кроме изложенного, суд учитывает возраст И.Л.И. на момент обращения за медицинской помощью (ДД.ММ.ГГГГ), ее состояние, степень и глубину нравственных страданий, понесенных истцом, суд принимает во внимание, что И.Л.И. являлась матерью Г.М.Е., между ними имелись близкие отношения. При этом духовная, психологическая и эмоциональная связь между родителями и детьми является фундаментальной, определяющей во многом состояние здоровья как родителя, так и ребенка, при этом указанная связь не утрачивается с возрастом, при сохранении нормальных семейных отношений. Суд учитывает индивидуальные особенности истца Г.М.Е. (возраст ДД.ММ.ГГГГ г.р., наличие семьи, детей), то обстоятельство, что Г.М.Е. и И.Л.И. проживали совместно. Суд учитывает последствия и степень сохраняющихся последствий для Г.М.Е. от перенесенного переживания за близкого человека, степень утраты возможности вести привычный образ жизни.
Суд также учитывает требования разумности и справедливости, имущественное положение ответчика, а также все известные суду заслуживающие внимания обстоятельства.
С учётом всех обстоятельств в совокупности суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей выплате Г.М.Е., в сумме 400 000руб.
В соответствии со статьями 333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, в редакции на дату обращения истца в суд с иском, статьей 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец был освобожден.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
иски удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Зеленодольская центральная районная больница» (ИНН №) в пользу Г.М.Е. (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт №) в счет компенсации морального вреда 400 000 руб.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Зеленодольская центральная районная больница» (ИНН №) в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, государственную пошлину в сумме 300 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Зеленодольский городской суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья (подпись)