Решение по делу № 2-3655/2022 от 31.10.2022 - о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых права, компенсации за нарушение условий содержания.

УИД: 59RS0043-01-2022-000364-05

Дело № 2-3655/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 октября 2022 года

Ленинский районный суд г.Перми в составе:

председательствующего судьи Евдокимовой Т.А.,

при секретаре Маматовой А.И.,

представителя ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФИО1, действующей на основании доверенностей

представителя третьего лица ФКУ ЦИТОВ ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Перми гражданское дело по иску ФИО3 ФИО14 к ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых права, компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФСИН России по Пермскому краю, с требованием о признании незаконным действия (бездействия) ИК-22 ФКУ ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю выразившихся в нарушении условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в размере 600 000 рублей, компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых права в размере <данные изъяты>

В обоснование своих требований указал, что 06.02.2015 года истец прибыл в ИК-22 ФКУ ОИК-19 ГУФСИН России по Пермскому краю для отбывания наказания и был распределен в отряд № 3 с последующим трудоустройством на промзону учреждения. Истец был принят на работу 10.02.2015 года, уволен 09.05.2015 года Заработная плата не соответствовала минимальному размеру оплаты труда. График работы с 10.02.2015 по 09.05.2015 был по 12 часов без выходных и праздничных дней. В мае 2015 года истец был трудоустроен в столовую раздатчиком пищи отряда СУС. В мае 2016 истец переведен на должность ночного дневального отряда № 3, где работал до октября 2016 года. Истец работал по 12 часов, в ночное время работу осуществлял с 21-00 часов до 9-00 часов. Таким образом, время отработанное на промзоне, составляет три месяца, в столовой – 1 год, в отряде № 3 пять месяцев. Указанное время должно быть зачтено в общий трудовой стаж. В справке, представленной ФКУ ЦИТОВ ГУФСИН России по Пермскому краю, не указана заработная плата за отработанный период. В справке, указана заработная плата за период с июля по октябрь 2015 года, которую истец не получал, указанные денежные средства на лицевой счет истца не поступали. Зарплата на промзоне составляла от 40 до 100 рублей. Поскольку у истца отсутствовали какие-либо иски, удержание с лицевого счета произведены незаконно. После освобождения из исправительного учреждения истцу должны были произвести расчет при увольнении, выплатить компенсацию за неиспользованный отпуск, а также выходное пособие. Кроме того, работа в ночное время, а также в выходные и праздничные дни должна оплачиваться в повышенном размере, что администрацией исправительного учреждения произведено не было. Также в период нахождения на больничном, оплату за указанный период не произвели. Время, отработанное в исправительном учреждении за период с 10.02.2015 года по октябрь 2016 года не было включено в общий трудовой стаж истца, о данных обстоятельствах истец не знал. При освобождении из исправительной колонии истец не получил компенсацию за сухой паек, а также сам сухой паек, не получил одежду по сезону, и денежные средства на дорогу из г. Чердынь до г. Пермь. Истец добирался в одежде заключенного за свой счет, без питания в дороге, а также без денежных средств, для проживания после освобождения. Кроме того в период содержания в учреждении истцу не был выдан второй комплект одежды, второй комплект постельного белья и полотенца. Питание в исправительной колонии не соответствовало установленным нормам. В рационе отсутствовало мясо. В отряде не было установлено достаточное количество санитарных узлов, в отряде было всего 8 санитарных узла на 130 человек осужденных. Санитарные узлы были без дверей, с перегородками высотой 1,5 метра. Умывальников также было 8 штук, отсутствовала горячая вода и водонагреватели. Температурный режим в помещениях отряда не соответствовал установленным требованиям, температура была ниже +18 градусов. Здания отряда были старые, капитальный ремонт не производился, не соблюдалась пожарная безопасность на рабочих местах и в жилых помещениях, что приводило к постоянным возгораниям из-за ветхости проводки. В 2016 год полностью сгорел штаб промышленной зоны и штаб жилой зоны, в котором находились комнаты для длительных свиданий, что привело к полной ликвидации исправительного учреждения. Также в исправительном учреждении отсутствовала чистая и питьевая вода, воду набирали из колонки. Также в отряде № 3 не соблюдались нормы жилой площади. Также были нарушены права истца на раздельное содержание лиц осужденных за тяжкие преступления совместно с лицами, осужденными за преступления небольшой степени тяжести, а также на раздельное содержание здоровых с больными ВИЧ-инфекцией и открытой формой туберкулеза. Также цокольный участок отряда № 3 не соответствовал установленным стандартам, маленькая площадь не позволяло истцу осуществлять прогулки, а также заниматься физическими упражнениями. Также истец незаконно был водворен в штрафной изолятор, в связи с увольнением из промышленной зоны учреждения. Условия содержания в штрафном изоляторе также были бесчеловечные, санитарный узел не был огражден, в камере было плохое освящение, было холодно, площадь камеры составляла 12 кв.м. В камере совместно с истцом находилось еще восемь осужденных. Требования пожарной безопасности не соблюдались. Кнопка вызова дежурного отсутствовала, постельные принадлежности не выдавались, сменная одежда при водворении в ШИЗО не выдавалась. Заявления и жалобы осужденных на ненадлежащие условия содержания администрацией учреждения в соответствующие органы не направлялись. В период отбывания наказания в ИК-22 ФКУ ОИК-19 ГУФСИН России по Пермскому краю истец содержался в суровых бесчеловечных условиях, унижающих человеческое достоинство, в связи с чем испытывал глубокие страдания, что повлияло на здоровье истца, привело к психическому расстройству.

Истец направил в суд заявление о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 201 том 1), ранее в судебных заседаниях на требованиях настаивал.

Определением Чердынского районного суда Пермского края от 09.06.2022 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено ГУФСИН России по Пермскому краю.

Представитель ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Пермскому краю, в судебном заседании требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 1240127 том 1).

Определением Ленинского районного суда от 27.09.2022 года (в протокольной форме) к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ФКУ ЦИТОВ ГУФСИН России по Пермскому краю.

Представителя третьего лица ФКУ ЦИТОВ ГУФСИН России по Пермскому краю в судебном заседании требования не признал, поддержала доводы, представителя ответчика.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, материалы личного дела осужденного ФИО3, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению на основании следующего.

Согласно ч. 1 ст. 218 КАС РФ, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с ч. 1 ст. 16.1 КАС РФ, при обращении в суд с заявлением, содержащим несколько связанных между собой требований, из которых одни подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, другие - в порядке административного судопроизводства, если разделение требований невозможно, дело подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

Поскольку истцом заявлены требования о взыскании компенсации в связи с нарушением его трудовых прав, требования ФИО3 подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном Гражданским процессуальным законодательством РФ.

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Согласно подпункту 2.1 пункта 2 статьи 1 Кодекса административного судопроизводства РФ суды в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, в том числе административные дела о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Как закреплено в статье 1071 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В статье 150 Гражданского кодекса РФ указано, что нематериальные блага, а именно, жизнь и здоровье, защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом.

Конституционные права осужденных, отбывающих по приговору суда наказание в местах лишения свободы, ограничены законом, поэтому на указанных лиц распространяются нормы трудового законодательства Российской Федерации только в части, допускаемой и предусмотренной уголовным и уголовно-исполнительным законодательством с соблюдением установленных законом изъятий и ограничений.

В соответствии с частью 1 статьи 102, части 1 статьи 104, части 1 статьи 105 УИК РФ на осужденных распространяются нормы трудового законодательства Российской Федерации, регулирующие материальную ответственность осужденных к лишению свободы, продолжительность рабочего времени, правила охраны труда и техники безопасности, производственной санитарии, оплаты труда. Вместе с тем, согласно закону, на осужденных не распространяются, в частности, нормы трудового законодательства, регулирующие порядок приема на работу, увольнения с работы, восстановления на работе, перевода на другую работу и перемещение, социальные гарантии, предусмотренные трудовым договором.

Законодателем в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации закреплено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно статье 11 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, также применяются к другим отношениям, связанным с использованием личного труда, если это предусмотрено настоящим Кодексом или иным федеральным законом.

Ограничение распространения трудового законодательства в полной мере на осужденного, предусмотрено частью 1 статьи 103 УИК РФ, из которой следует, что каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Поскольку общественно полезный труд, как средство исправления (статья 9 УИК РФ) и обязанность (статьи 11 и 103 УИК РФ) осужденных, является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.

Из толкования указанных правовых норм следует, что правоотношения, возникающие в связи с осуществлением трудовой деятельности осужденными в местах отбывания наказания в виде лишения свободы, регулируются не только нормами трудового, но и уголовно-исполнительного законодательства.

Законодатель не отнес указанную категорию граждан к лицам, работающим по трудовым договорам, то есть состоящим в трудовых отношениях с учреждениями, в которых они трудоустраиваются на период отбывания наказания.

Между лицом, осужденным к лишению свободы и привлекаемым к труду, с одной стороны, и учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим наказание в виде лишения свободы, где труд основан не на свободном волеизъявлении осужденного, а его обязанностью трудиться в определенных местах и на работах, не возникают трудовые правоотношения, регулируемые исключительно нормами Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно части первой статьи 105 УИК РФ осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде.

Размер оплаты труда осужденных, отработавших полностью определенную на месяц норму рабочего времени и выполнивших установленную для них норму, не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда (часть 2).

Оплата труда осужденного при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе производится пропорционально отработанному осужденным времени или в зависимости от выработки (часть 3).

В соответствии с частью первой статьи 107 УИК РФ из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы производятся удержания для возмещения расходов по их содержанию в соответствии с частью четвертой статьи 99 настоящего Кодекса.

Судом установлены следующие обстоятельства по делу.

Согласно акту от 28.05.2016 года, представления Чердынской прокуратуры от 30.05.2016 года, 27.05.2016 года во время пожара полностью уничтожено здание штаба ФКУ ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю, частично уничтожена служебная документация, документация бухгалтерии, документации отдела кадров.

На основании приказа Минюста России от 06.09.2019 года № 192, приказа ФСИН России по 20.09.2019 года № 802 проведены мероприятия, связанные с ликвидацией ФКУ ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю (л.д. 29 том 1).

Из представленных суду документов следует, что в период с 06.02.2015 года по 04.10.2016 года ФИО3 содержался в ФКУ ИК-22 ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю.

В ходе судебного заседания истец ФИО3 утверждал, что в период с 10.02.2015 года по 09.05.2015 года работал каждый день не менее 12-часовой рабочей смены на промышленной зоне исправительного учреждения без выходных и праздничных дней. В период с мая 2015 года по май 2016 года работал в столовой исправительного учреждения. В период с мая 2016 года по октябрь 2016 года истец работал в должности ночного дневального в отряде № 3. ответчик ГУФСИН России по Пермскому краю данный факт оспаривал, приводя доводы о том, что истец был трудоустроен подсобным рабочем со сдельной оплатой труда.

На основании приказа начальника ФКУ ОИК 19/22 № 14 от 17.02.2015 года ФИО3 был трудоустроен подсобным рабочим бригады № 6 (л.д. 119 личное дело осужденного ФИО3).

Согласно части первой статьи 107 УИК РФ, из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы производятся удержания для возмещения расходов по их содержанию в соответствии с частью четвертой статьи 99 настоящего Кодекса.

В исправительных учреждениях на лицевой счет осужденных зачисляется независимо от всех удержаний не менее 25 процентов начисленных им заработной платы, пенсии или иных доходов, а на лицевой счет осужденных, достигших возраста, дающего право на назначение страховой пенсии по старости в соответствии с законодательством Российской Федерации, осужденных, являющихся инвалидами первой или второй группы, несовершеннолетних осужденных, осужденных беременных женщин, осужденных женщин, имеющих детей в домах ребенка исправительного учреждения, - не менее 50 процентов начисленных им заработной платы, пенсии или иных доходов.

Согласно карточке учета рабочего времени, копии лицевого счета истец осуществлял свою трудовую деятельность с февраля по май 2015 года. В феврале 2015 истец отработал 9 рабочих дней, заработная плата составила – <данные изъяты> рубля, удержано <данные изъяты>, зачислено <данные изъяты> рублей; в марте 2015 истец отработал 16 рабочих дней, заработная плата составила – <данные изъяты> рублей, удержано <данные изъяты> рублей, зачислено <данные изъяты> рублей; в апреле 2015 года истец отработал 4 рабочих дня, заработная плата составила – <данные изъяты> рублей, удержано <данные изъяты> рублей, зачислено <данные изъяты> рублей; в мае 2015 истец отработал 9 рабочих дней, заработная плата составила – <данные изъяты> рублей, удержано <данные изъяты> рублей, зачислено <данные изъяты> рублей (л.д. 145, 165 том 1).

Из лицевых счетов на имя ФИО3 следует, что оплата труда истца была сдельная, также истцу была начислена компенсация за 4 дня отпуска в размере 154,41 рубля, из которых произведены удержания в размере <данные изъяты> рублей, итого зачислено <данные изъяты> рублей (л.д. 163-165 том 1).

Указанное в лицевых счетах количество рабочих дней, отработанных ФИО3, совпадает с количеством рабочих дней, указанных в карточке учета рабочего времени.

В соответствии со справкой учета времени работы осужденного ФИО3 в период отбывания им наказания в виде лишения свободы, его трудовой стаж за фактически отработанное время за 2015 год составил 1 месяц 8 дней (л.д. 147 том 1).

Таким образом, на день рассмотрения дела в ходе судебного заседания судом не установлено нарушение трудовых прав ФИО3 в период его содержания в ФКУ ИК-22 ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю.

Доказательства, того, что истец осуществлял трудовую деятельность в столовой исправительного учреждения в период с мая 2015 по май 2016 года, а также в должности ночного дневального отряда № 3 в период с мая 2016 по октябрь 2016 года в материалах гражданского дела, в материалах личного дела осужденного ФИО3 не содержатся, истцом не представлены.

Учитывая отсутствие факта нарушения трудовых прав истца, в удовлетворении требований о компенсации морального вреда следует отказать.

Доводы истца, о том, что он был незаконно водворен в штрафной изолятор в связи с увольнением с должности подсобного рабочего бригады № 6 не нашли своего подтверждения.

Постановлениями врио начальника исправительной колонии № 22 ФИО4 от 29.05.2015 года, к осужденному ФИО3 за нарушение установленного порядка отбывания наказания, а именно, 27.05.2015, 29.05.2015 не вышел на работу на промышленную зону без уважительной причины, применены меры дисциплинарного взыскания в виде профилактической беседы и выговора (л.д. 108, 115 личного дела осужденного).

В обоснование исковых требований о взыскании компенсации морального вреда истец ссылается на нарушение его прав на материально-техническое и бытовое обеспечение.

Статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации отражено материально-техническое обеспечение осужденных к лишению свободы, минимальные нормы которого устанавливаются Правительством Российской Федерации.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 года № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров. Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин).

Часть 3 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусматривает, что минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. За счет средств предприятий, привлекающих к труду осужденных, им может быть организовано дополнительное питание сверх установленных норм. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. Осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства.

Как установлено материалами дела ФИО3 содержался в ФКУ ИК-22 ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю в отряде № 3.

Согласно техническому паспорту, общежитие для проживания спецконтингента № 3 имеет площадь 595 кв.м., год постройки 1988, капитальный ремонт проведен в 2005 году, износ здания 33 %, имеет отопление от собственной котельной, электроснабжение, центральное водоснабжение и канализацию.

Согласно справке ГУФСИН России по Пермскому краю по лимиту и фактическому наполнению осужденными в ИК-22 в 2015-2016 году следует, что размещение осужденных в исправительном учреждении было в пределах установленного лимита - 500 человек. В январе 2015 года в исправительном учреждении содержалось 517 осужденных, в июне 2016 года 511 осужденных, в июле 2016 года 510 осужденных, в августе 2016 года 512 осужденных (л.д. 48 том 2).

Однако доказательств в подтверждение того, что перенаполнение осужденных было в отряде № 3, где отбывал наказание истец в материалы дела не представлено.

Таким образом, судом установлено, что при содержании ФИО3 в отряде № 3 в ФКУ ИК-22 ОИК-19 ГУФСИН России по Пермскому краю в период с февраля 2015 по октябрь 2016 года право истца на минимальную норму жилой площади в соответствии с ч. 1 ст. 99 УИК РФ не было нарушено.

Доводы истца о недостаточном материально-техническом обеспечении, опровергаются представленными в материалы дела фотографиями общежития отряда № 3 (л.д. 49-63 том 2). Суд полагает возможным, принять указанные фотографии в качестве доказательств по делу, отвечающих принципам относимости и допустимости, в связи с тем, что по представленным фотографиям возможно установить, что они сделаны в отряде № 3 именно в период отбывания наказания ФИО3 в 2015-2016 г.г., о чем свидетельствуют даты утверждения в графиках дежурств.

Фотографиями подтверждается наличие санитарных узлов с соблюдением требований приватности, раковин для умывания в достаточном количестве.

Из представленных фотографий видно, что температурный режим в помещении общежития соблюдался, проветривание и уборка в жилых помещениях проводилась согласно утвержденного графика.

Кроме того каких либо жалоб, связанных с недостаточным материально-техническим обеспечением в период содержания истца в исправительном учреждении не поступало.

Постановлением Правительства РФ от 11.04.2005 N 205 установлены минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы.

Обязанность обеспечить осужденных и заключенных под стражу трехразовым горячим питанием по установленным нормам, а при невозможности индивидуальным рационом питания, также закреплена соответствующими приказом Минюста России от 16.12.2016 N 295 (ред. от 29.01.2021) (действовавшим на момент спорных правоотношений).

В соответствии с п. 29 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, осужденные обеспечиваются по установленным нормам трехразовым горячим питанием.

Приказом ФСИН России от 2 сентября 2016 года N 696 утвержден Порядок организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы (далее - Порядок).

В соответствии с пунктом 41 указанного Порядка режим питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых определяет количество приемов пищи в течение суток, соблюдение физиологически обоснованных промежутков времени между ними, целесообразное распределение продуктов по приемам пищи, положенных по нормам питания в течение дня, а также прием пищи в строго установленное распорядком дня время.

Пунктом 42 Порядка установлено, что в учреждениях уголовно-исполнительной системы организуется трехразовое питание (завтрак, обед и ужин) с интервалами между приемами пищи не более 7 часов. Часы приема пищи определяются начальником учреждения уголовно-исполнительной системы в распорядке дня.

Указанными нормативными актами предусмотрены минимальные нормы питания осужденных, а также устанавливаются основные принципы планирования, обеспечения продовольствием, в том числе и в исправительных учреждениях, получения и отпуска продуктов на питание осужденных к лишению свободы, а также способы хранения продуктов питания.

В материалах дела не представлены доказательства, того, что в период содержания истца в ФКУ ИК-22, истец не получал питание по минимальной норме, а также, что продукты питания не отвечали минимальным нормам питания.

Каких либо жалоб, связанных с некачественным либо недостаточным питанием в период содержания в исправительном учреждении от истца не поступало.

В соответствии с п. 21 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, распорядок дня включает в себя, не менее двух раз в семь дней обеспечивается помывка осужденных с еженедельной сменой нательного и постельного белья.

Как следует из искового заявления истца, ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении выразились также в непредоставлении комплекта постельных принадлежностей и второго полотенца. Между тем, доказательств того, что ФИО3 не был обеспечен постельными принадлежностями и вторым полотенцем, не представлено.

Доводы истца о нарушении его прав в связи с совместным содержанием лиц осужденных за тяжкие преступления, с лицами, осужденными за преступления небольшой тяжести не нашли своего подтверждения.

Также истец ссылается на факт того, что совместно с ним в отряде проживали и осужденные больные ВИЧ-инфекцией и туберкулезом.

В соответствии с ч. 5 ст. 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, осужденные, больные разными инфекционными заболеваниями, содержатся раздельно и отдельно от здоровых осужденных.

Согласно статье 5 Федерального закона от 30 марта 1995 года N 38-ФЗ "О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)", ВИЧ-инфицированные граждане Российской Федерации обладают на ее территории всеми правами и свободами и несут обязанности в соответствии с Конституцией Российской Федерации, законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации. В соответствии с частью 2 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации была предусмотрена организация в уголовно-исполнительной системе специализированных лечебно-исправительных учреждений для медицинского обслуживания и отбывания наказания ВИЧ-инфицированных осужденных.

Между тем, Федеральным законом от 9 марта 2001 года N 25-ФЗ из части 2 статьи 1 Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации данная норма исключена, в связи с чем в настоящее время ВИЧ-инфицированные осужденные отбывают наказание в тех же исправительные учреждениях, где и здоровые осужденные. Угрозы для жизни и здоровья содержащихся осужденных вместе с ВИЧ-инфицированными не имеется.

Согласно разъяснениям Департамента государственного санитарно-эпидемиологического надзора Министерства здравоохранения Российской Федерации от 29 сентября 2003 года ВИЧ-инфекция относится к медленным инфекциям с длительным периодом носительства, от момента заражения до развития заболевания может пройти от 5 до 10 лет. При условии соблюдения морально-этических и санитарно-гигиенических норм ВИЧ-инфицированные не представляют угрозы для окружающих, в связи с чем совместное содержание лиц, инфицированных вирусом иммунодефицита человека, и здоровых подозреваемых, обвиняемых и осужденных в учреждениях уголовно-исполнительной системы считается допустимым.

На людей, диагностированных как "ВИЧ-инфицированные", распространяются все действующие положения, касающиеся прав граждан и пациентов, предусмотренных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами Российской Федерации, которые обязательны для исполнения государственными, общественными и частными органами и организациями, в том числе учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, которые не являются исключением.

Таким образом, ВИЧ-инфицированные лица, лица с вирусным гепатитом С не изолируются от основной массы обвиняемых, подозреваемых и осужденных, так как не имеют эпидемиологических противопоказаний.

Совместное содержание здоровых и ВИЧ-инфицированных осужденных, действующему законодательству не противоречит. Приведенные истцом доводы о том, что он содержался совместно с лицами, больными иными инфекционными заболеваниями, представленными суду материалами не подтверждаются.

Кроме того с жалобами на условия содержания в исправительном учреждении истец не обращался.

Доводы истца о том, что при освобождении из исправительного учреждения он не был обеспечен одеждой по сезону, сухим пайком и денежными средствами на дорогу опровергаются представленными в материалы дела документами.

Согласно платежной ведомости на выплату личных денежных средств осужденным при освобождении от 04.10.2016 года, ФИО3 выплачена сумма личных денежных средств в размере 47,66 рублей (л.д. 144 том. 1).

Из личной карточки осужденного следует, что ФИО3 при освобождении выплачены денежные средства на дорогу в сумме 864 рубля (л.д. 157 том 1).

Кроме того в материалах личного дела осужденного, находится заявление ФИО3, о том что при освобождении из исправительного учреждения в трудовом и бытовом устройстве он не нуждается.

Согласно архивной справке от 31.10.2022 года ФКУ ЦИТОВ, ведомости выдачи осужденным индивидуального рациона питания при их этапировании, при освобождении, учетные ведомости на выдачу вещевого имущества осужденным ФКУ ОИК-19 за 2016 год на хранение в отдел информационно-архивной работы на хранение не передавались.

По общему правилу п.5 ст.10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п.2 ст.10 ГК РФ).

Истец обратился в суд за защитой прав в период 2015-2016 г.г. только в 2022 году, что лишило административных ответчиков возможности, в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ, ст. 62 КАС РФ в полной мере представить суду доказательства, в том числе по причине истечения сроков хранения документации и уничтожения документации в результате пожара и в последующем ликвидации исправительного учреждения.

Оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено, и в судебном заседании не установлено каких-либо доказательств, которые бы бесспорно свидетельствовали о том, что ФИО3 по вине должностных лиц ГУФСИН России по Пермскому краю содержался в ненадлежащих условиях и это привело к нарушению его прав.

Таким образом, поскольку судом факт нарушения прав ФИО3 не установлен, о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении в период с февраля 2015 года по октябрь 2016 года, следует отказать.

Представленные в материалы дела представления Ныробской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, которыми в ходе проверок в ФКУ ИК-22 ОИК -19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю установлены нарушения норм пожарной безопасности, нарушения совместного содержания лиц ранее осужденных с лицами впервые отбывающими наказание, нарушение прав осужденных на обеспечение вещевым имуществом, суд не принимает во внимание, поскольку данные представления не указывают на нарушение прав конкретно истца.

Если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась (ч. 1 ст. 219 КАС РФ).

Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (ч. 5 ст. 219).

Пропущенный по указанной в части 6 настоящей статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом (ч. 7 ст. 219).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. 8 ст. 219).

В силу изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен трехмесячный срок для обращения в суд с требованиями к ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН Росси о признании условий содержания истца в ФКУ ИК-22 ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю за период с февраля 205 года по октябрь 2016 года и взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Как следует из искового заявления и подтверждается исследованными в ходе судебного разбирательства материалами, о факте нарушения прав действиями ФКУ ИК-22 ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО3 стало известно не позднее октября 2016 года (окончание срока содержания в указанном учреждении).

С настоящим иском ФИО3 обратился в Чердынский районный суд г. Перми 01.06.2022 года, то есть по истечении почти 6 лет, с пропуском установленного законом трехмесячного срока для обращения в суд за защитой своих прав.

Истцом каких-либо доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска срока суду не представлено.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ФИО3 пропущен срок для обращения в суд с требованиями о взыскании компенсации за нарушение условия содержания в исправительном учреждении, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 ФИО15 к ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых прав в размере 1 000 000 рублей, о признании незаконным действий (бездействия) ФКУ ИК-22 ОИК-19 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в период с 06.02.2015 года по 04.10.2016 года в размере 600 000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г. Перми в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Судья подпись Т.А. Евдокимова

Копия верна. Судья

Мотивированное решение изготовлено 07.11.2022 года.

Подлинник документа находится в материалах административного дела

№ 2-3655/2022 в Ленинском районном суде г. Перми.