Дело № 2-424/2025

11RS0016-01-2025-000634-31

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июля 2025 года с. Выльгорт

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Моисеевой М.А.,

при секретаре Карманове А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО1 о признании воспитывавшим и содержавшим военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия,

установил:

ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании воспитывавшим и содержавшим военнослужащего ФИО2, <дата> года рождения, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Данное заявление подано ФИО1 для рассмотрения в порядке особого производства.

Определением Сыктывдинского районного суда от <дата> заявление ФИО1 оставлено без рассмотрения, в связи с наличием спора о праве и необходимостью обращения с исковым заявлением.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Коми от <дата> определение Сыктывдинского районного суда от <дата> отменено, материал по заявлению ФИО1 возвращено в суд для принятия в порядке особого производства.

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Войсковая часть 11076, АО «Согаз», Министерство труда, занятости и социальной защиты Республики Коми, ОСФР по Республике Коми.

В судебном заседании объявлен перерыв до <дата>.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 заявление поддержал, пояснив, что практически с самого рождения воспитывал ФИО2, относился к нему как к сыну, водил в дошкольное учреждение, в последующем в школу, проживали совместно до поступления его в техникум в <адрес>. ФИО2 относился к нему как к отцу. В семье бюджет был совместный.

ФИО3 после перерыва в судебное заседание не явилась. Ранее заявление ФИО1 поддержала, пояснив, что ФИО2 является ее сыном. В свидетельстве о рождении в качестве отца сына указан не существующий человек, поскольку она не знает кто является биологическим отцом ребенка. Устанавливать ФИО1 отцовства было не выгодно, так как получала пособие как мать одиночка. Поскольку работала дояркой, приходилось очень рано уходить на работу и поздно возвращаться, в связи с чем вся забота о сыне лежала на ФИО1 Обучаясь в техникуме, сын проживал в общежитии <адрес>, в последующем у своей девушки на квартире.

Представитель ФИО4 с заявлением не согласился, указав что в период с 2007 года по 2010 год ФИО2 обучался в техникуме <адрес> по очной форме обучения, следовательно, по мнению представителя, не находился на иждивении ФИО1 не менее пяти лет. По устным сведениям своего доверителя, которые последняя получила от друзей и знакомых, ФИО1 воспитанием ФИО2 не занимался, большую часть времени проживал с бабушкой, которая и осуществляла его воспитание. Также указывал об отсутствии доказательств нахождения ФИО2 на иждивении ФИО5

ФИО6 в судебное заседание не явилась. В письменном виде заявление ФИО1 поддержала, указав, что проживала совместно с ФИО2 более десяти лет, имеется совместный ребенок. При жизни ФИО2 рассказывал, что с самого рождения ФИО1 занимался его воспитанием и содержанием. После совершеннолетия ФИО1 продолжал участвовать в жизни ФИО2, между ними имелись теплые, доверительные отношения, помогал ему при участии на СВО, организовывал отправку необходимых вещей, интересовался его жизнью.

Представитель Министерства обороны Российской Федерации в письменном возражении выразил несогласие с заявлением, указывая на недостаточность доказательств заявленного требования.

Представитель ОСФР по <адрес> представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представители АО «Согаз», Министерство труда, занятости и социальной защиты Республики Коми в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены.

Заслушав лиц, участвующих в деле, объяснения допрошенных свидетелей, исследовав доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно акту о рождении № от <дата>, ФИО2 родился <дата>, в графе отец указан ФИО7, мать – ФИО8

После заключения брака ФИО8 сменила фамилию на ФИО9.

Из пояснений ФИО3 следует, что в качестве отца сына в свидетельстве о его рождении указан не существующий человек, поскольку она не знает, кто является биологическим отцом ребенка в связи с тем что в тот период имела несколько мужчин.

Данные обстоятельства также подтвердила мать ФИО3 – ФИО10

Принимая во внимание, что достоверных данных опровергающих факт того, что лицо, указанное в качестве отца ФИО2, является вымышленным, не представлено, оснований для привлечения к участию в деле данного вымышленного лица не имеется.

При этом тот факт, что до настоящего времени не внесена соответствующая запись в акт о рождении не имеет правового значения по рассматриваемому в рамках настоящего дела вопросу.

На основании Указа Президента РФ от 21 сентября 2022 года № и в соответствии с решением призывной комиссии ФИО2 призван на военную службу по мобилизации.

<дата> ФИО2 погиб в следствие ранения, полученного при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Луганской Народной Республики и Донецкой Народной Республики.

Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

Согласно положениям части 31.1 статьи 2 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы по контракту, если указанный военнослужащий не состоял в браке, не имел детей или иных лиц, находившихся на его иждивении, не находившиеся на его иждивении родители в равных долях имеют право на получение денежного довольствия, причитающегося военнослужащему, проходившему военную службу по контракту, и не полученного им ко дню гибели (смерти), полностью за весь месяц, в котором военнослужащий погиб (умер), за исключением премии, которая выплачивается за время фактического исполнения обязанностей по воинской должности.

Частью 8 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ определено, что в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, предусмотренном Федеральным законом от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне» (, наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей

В соответствии с частями 9, 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация. При этом к членам семьи военнослужащего, имеющего право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 названной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частью 9 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены, в частности, родители военнослужащего, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами.

Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

Подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 установлено, что в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.12 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат". При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц.

Получение единовременных выплат, установленных вышеназванным указом, не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть1),45 (часть1), 59 (часть 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»)- обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации, от 26 декабря 2002 г. № 17-П, от 20 октября 2010 г. № 18-П, от 17 мая 2011 г. № 8-П, от 19 мая 2014 г. № 15-П, от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации") и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8,9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", а также единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим, материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).

Меры социальной поддержки членов семей погибших (умерших) военнослужащих, являющихся ветеранами боевых действий, предусмотрены и Федеральным законом от 12 января 1995 г. № 5-ФЗ «О ветеранах»).

Подпунктом 1 части 1 статьи 3 Федерального закона «О ветеранах» закреплено, что к ветеранам боевых действий относятся в том числе военнослужащие, направленные в другие государства органами государственной власти Российской Федерации и принимавшие участие в боевых действиях при исполнении служебных обязанностей в этих государствах, а также принимавшие участие в соответствии с решениями органов государственной власти Российской Федерации в боевых действиях на территории Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21 Федерального закона «О ветеранах» меры социальной поддержки, установленные для семей погибших (умерших) инвалидов войны, участников Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий (далее также - погибшие (умершие)), предоставляются нетрудоспособным членам семьи погибшего (умершего), состоявшим на его иждивении и получающим пенсию по случаю потери кормильца (имеющим право на ее получение) в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации.

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная выплата, единовременное пособие, ежемесячная компенсация, меры социальной поддержки членов семей погибших (умерших) ветеранов боевых действий, реализуемые в соответствии с Федеральным законом «О ветеранах», а также устанавливаемые органами государственной власти субъектов Российской Федерации меры дополнительной социальной помощи членам семей военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга в ходе проведения специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины (в Оренбургской области - ежемесячная материальная помощь и единовременная материальная помощь членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего). Цель названных выплат - компенсировать лицам, в настоящем случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона прав, указанный в названных выше нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в который включены родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (абзац второй пункта 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзац первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно. Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 названного кодекса.

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, об их обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

В силу пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом настоящего пункта).

В свою очередь, абзацем пятым пункта 3 статьи 2 названного Федерального закона к выгодоприобретателям по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) застрахованного лица отнесены отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 пояснил, что практически с самого рождения воспитывал ФИО2, относился к нему как к сыну, водил в дошкольное учреждение, в последующем в школу, стирал его одежду, обучал различным навыкам, ухода за домашней скотиной, научил готовить еду. Приобрел ему мотоцикл, научил управлять им и обслуживать. Проживали совместно до поступления его в ПТУ в <адрес>, а ФИО2 относился к нему как к отцу. Содержал его материально. После получения паспорта А. спросил почему у него другая фамилия и отчество. После чего объяснил ему, что не является биологическим отцом. Но отношения после этого не изменились.

Из объяснений ФИО3 следует, что ФИО1 является ее супругом. Стали с ним совместно проживать примерно через пол года после рождения А.. Устанавливать ФИО1 отцовства было не выгодно, так как получала пособие как мать одиночка. Поскольку работала дояркой, приходилось очень рано уходить на работу и поздно возвращаться, в связи с чем вся забота о сыне лежала на ФИО1 Обучаясь в профессиональном учебном заведении, сын проживал в общежитии <адрес>, в последующем у своей девушки на квартире.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО10 пояснила, что является матерью ФИО11, то есть бабушкой ФИО2 Изначально после его рождения они с дочерью проживали с ними. После того, как Алена познакомилась с С., она с сыном переехала к нему жить. Внук периодически ночевал у нее, приходил в гости, так как ее дом находился ближе к школе, чем тот где они проживали. Воспитанием А. занимались совместно ее дочь и ФИО1, водили в детский сад, по очереди ходили на родительские собрания в школу. Содержали на общие деньги. А. обращался к ФИО1 как к папе.

Свидетели ФИО12, сестра ФИО2, и ФИО13, брат, пояснили, что проживали одной семьей до поступления в профессиональные учебные заведения. Папа водил брата А. в школу, практически всегда ходил к нему на собрания, поскольку мама работала дояркой и ее график работы не позволял часто посещать школу. Отец в большей степени занимался воспитанием А., чем мама, учил ухаживать за домашними животными. А. всегда называл его папой (отец). Бюджет в семье был совместный. В семье были любящие взаимоотношения.

Свидетель ФИО14 пояснил, что являлся соседом семьи заявителя в период с 1991 по 2000 год. Семья О-вых жила как одна семья. А. называл С. отцом.

Показания выше указанных свидетелей не противоречивы, согласуются как между собой, так и с иными доказательствам по делу. Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показания. В связи с указанным, суд принимает показания данных свидетелей как допустимые доказательства. Вопреки утверждению представителя ФИО15 оснований относиться к показаниям этих свидетелей критически, только лишь исходя из их близких родственных отношений не имеется.

Представленные ФИО1 письменные объяснения жителей <адрес>, суд признает недопустимыми доказательствами, которые не могут быть положены в основу решения суда, так как получены с нарушением закона, поскольку для принятия свидетельских показаний как доказательство по делу, они должны быть отобраны в соответствии с процессуальным законом, в том числе с разъяснением уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, что в данном случае отсутствует.

На представленных заявителем в материалы дела фотографических снимках отображены совместно ФИО1 и ФИО2, начиная с 1991 года. При этом, позиция представителя ФИО4 о том, что данных фотографий недостаточно, является лишь субъективным мнением. В свою очередь, суд оценивает в совокупности все имеющиеся по делу доказательства, в том числе и представленные фотографии.

Из материалов дела следует, что в рассматриваемый период ФИО1 был трудоустроен, а исходя из положений семейного законодательства, все доходы ФИО17, полученные ими в период брака являются общим имуществом супругов. При этом, выбранный ими способ расхода данных денежных средств в период брака не влечет изменение его правового характера как совместно нажитого имущества.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела нашел подтверждение факт того, что ФИО1 имел доход для содержания семьи, в том числе ФИО2

Вопреки доводу представителя ФИО16, то обстоятельство, что ФИО2 в несовершеннолетнем возрасте в период прохождения обучения в профессиональном учебном заведении в <адрес> проживал сначала в общежитии, а в последующем на квартире у девушки, не свидетельствует о том, что он находился на полном государственном обеспечении. Доказательств того, что ФИО1 не поддерживал А. в этот период времени материально не представлено.

В обоснование довода о том, что ФИО1 фактически не воспитывал ФИО2 представителем ФИО4 не представлено ни одного доказательства. Более того, как пояснил представитель, данную информацию ее доверитель получила от друзей. Однако, ходатайства о допросе этих лиц в качестве свидетелей не заявлено.

При этом, суд признает не основанной на нормах закона и ошибочной позицию представителя ФИО16, полагавшего о том, что заявитель не воспитывал ФИО2 не менее пяти лет до совершеннолетия, поскольку в период с сентября 2007 года последний находился на обучении в профессиональном учебном заведении.

Оценивая установленные по делу обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу, что ФИО1 с осени 1991 года по сентябрь 2007 года (поступление в профессиональное учебное заведение) и до совершеннолетия осуществлял функции воспитателя ФИО2, содержал его материально и с которым не утрачивалась связь в период прохождения военной службы, в связи с чем требование ФИО1 подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

признать ФИО1, <дата> года рождения, фактически воспитавшим и содержавшим (фактическим воспитателем) ФИО2 овича, <дата> года рождения, в течение не менее 5 лет до достижения им совершеннолетия.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий М.А. Моисеева