Дело №2-1-71/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
5 декабря 2022 г. г. Кашин Тверской области
ФИО1 межрайонный суд Тверской области в составе
судьи Чеботаревой Т.А.,
при секретаре судебного заседания Кузнецовой И.А.,
с участием третьего лица ФИО2,
прокурора Кириной Д.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Кашинского межрайонного суда Тверской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к Обществу с ограниченной ответственностью «Дорожная Строительная Компания» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО5 обратилась в суд с указанным иском, который мотивировала тем, что 19 июля 2021 г. Севастопольским межрайонным следственным отделом Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по республике Крым и городу Севастополь возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 5 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). В ходе предварительного расследования было установлено, что 19 июля 2021 г. около 18 часов грузовой самосвал Mercedes-BenzActоr 3341, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО12, двигаясь на 64 км. плюс 850 метров автодороги Ялта-Севастополь, совершил столкновение с 5-ю транспортными средствами: Mersedes Benz Sprinter, государственный регистрационный знак №, Daewoo Nexia, государственный регистрационный знак №, Renoult Koleos, государственный регистрационный знак №, Hyunday Santo Fe, государственный регистрационный знак №, Nissan Juke государственный регистрационный знак №. В результате дорожно-транспортного происшествия от полученных телесных повреждений наступила смерть 4-х пассажиров транспортного средства RenoultKoleos, государственный регистрационный знак №, - ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Погибшие пассажиры являются её дочерью, внуком и внучкой. 7 декабря 2021 г. постановлением следователя она была признана потерпевший по данному уголовному делу. В результате дорожно-транспортного происшествия погиб ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, водитель грузового самосвала Mercedes-BenzActоr 3341, государственный регистрационный знак №, который на момент столкновения являлся работником Общества с ограниченной ответственностью «Дорожная Строительная Компания» (далее – ООО «ДСК»). Грузовой самосвал Mercedes-BenzActоr 3341, государственный регистрационный знак №, принадлежит ООО «ДСК». Согласно заключению эксперта от 11 августа 2021 г. № тормозная система автомобиля Mercedes-BenzActоr 3341, государственный регистрационный знак №, находилась в неисправном состоянии, данная неисправность образовалась до происшествия, а именно – полный износ фрикционных накладок тормозных механизмов колёс передней оси, левых колёс среднего моста, правых колёс заднего моста образовался в процессе эксплуатации автомобиля и был образован в течение длительного времени. Данная неисправность могла быть выявлена лицами, ответственными за выпуск транспортного средства на линию при проведении ежедневного осмотра автомобиля. Эксплуатация данного транспортного средства производилась в нарушение требований пунктов 2.3.1 и 10.1 Правил дорожного движения, пунктов 3 и 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения и пунктов 1.1 и 1.5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств. Преступные действия ФИО12, водителя грузового автомобиля Mercedes-BenzActоr 3341, государственный регистрационный знак №, и руководителя организации ФИО13, как генерального директора ООО «ДСК», не обеспечившего должный контроль других лиц, ответственных за выпуск транспортного средства на линию, за проведение ежедневного и планового технического обслуживания, послужили причинной связью данного дорожно-транспортного происшествия, привёдшего к гибели её дочери, внука и внучки, что причинило ей значительный моральный вред. Гибелью её родных - несовершеннолетнего внука ФИО3, внучки ФИО4 и дочери ФИО7 - вследствие преступных действий группы ответственных лиц за эксплуатацию неуправляемого грузового автотранспорта ей причинён неизмеримый моральный вред. Это были три дорогие ей жизни, добрые и светлые, в самом расцвете лет, с прекрасными планами на будущее, любящие эту жизнь и традиционные семейные ценности. Она, как мама и бабушка погибших, всегда была счастлива от одного понимания того, что они рядом, они вместе, у них одни общие планы, они одна большая семья, которой в один миг внезапно не стало. Её угнетает одна лишь только мысль, что она не сможет их больше обнять и увидеть, выразить свои чувства любви и радости её дочери и любимым внукам. С дочерью она была очень эмоционально и душевно связана. В течение жизни дочь всегда помогала ей финансово и, являясь врачом, могла залечить её душевные и физические травмы. Она - пенсионер, и в последние годы она фактически находилась на иждивении у дочери, которая регулярно помогала ей деньгами и продуктами, оплачивала её лечение и лекарства, рекомендованный врачами ежегодный отдых на море и пансионатах. Её любимая дочь ФИО7 являлась значимым для общества специалистом высшей категории, около 30 лет работала старшей акушеркой родового отделения с операционными в ЦКБ г. Москвы Управления делами Президента РФ, дарила радость появления жизни десяткам тысяч детей и её младшему внуку ФИО27. За своими любимыми внуками ФИО3 и ФИО4 она ухаживала с самого рождения и была с ними рядом в болезнях и радостях. ФИО3 закончил с отличием 9-ый класс и по результатам ОГЭ был переведён в 10-й класс, имел блестящие спортивные перспективы, был увлечён вычислительной техникой, о чём имел множество спортивных наград и поощрительных грамот, своим трудолюбием и достижениями служил примером для младшего внука ФИО27. ФИО4 была увлечена художественной живописью и дизайном, являлась студенткой 1 курса Всероссийской академии внешней торговли Министерства экономразвития РФ. Большую часть своей жизни она жила только ради своих детей и внуков, сейчас ей очень плохо. Её нравственные страдания от потери любимой дочери и её детей выразились в форме душевных и физических страданий и переживаний от случившегося. На фоне этой шокирующей трагедии и полученного стресса у неё ослабился иммунитет, обстроились хронические болезни (гипертония с поражением сердца 3 ст., ревматоидный артрит, полиартрит), в октябре 2021 г. она попала в городскую клиническую больницу №67 с поражением лёгких и перечисленными болезнями. Она до сих пор испытывает горе, чувство утраты, непрекращающуюся подавленность, сильную и непередаваемую душевную боль. Моральный вред, причинённый в результате гибели её несовершеннолетнего внука ФИО3, она оценивает в 15 000 000 рублей, моральный вред, причинённый в результате гибели её внучки ФИО4, - в 15 000 000 рублей, моральный вред, причинённый в результате гибели её дочери ФИО7, - в 15 000 000 рублей.
Просит взыскать с ООО «ДСК» компенсацию морального вреда в размере 45 000 000 рублей.
Определениями суда от 24 августа 2022 г., 15 сентября 2022 г., 8 ноября 2022 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Государственное учреждение - Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, Государственная инспекция труда в Тверской области, САО «ВСК», ФИО2
Истец ФИО5, её представитель ФИО8, надлежащим образом извещённые о времени, дате и месте рассмотрении дела, в судебное заседание не явились, истец ФИО5 просила рассмотреть дело без её участия, ранее в судебном заседании истец ФИО5 и её представитель ФИО8 поддержали заявленные исковые требования.
Ответчик ООО «ДСК», извещённый о времени, дате и месте рассмотрении дела, в судебное заседание не явился по неизвестной причине, ранее в судебном заседании представитель ответчика ФИО9 исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в отзывах на исковое заявление, согласно которым по факту дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 19 июля 2021 г. с участием грузового самосвала Mersedes Benz Actros 3341, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО12 и автомобиля Renoult-Koleos, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО4, в результате которого наступила смерть ФИО12 и 4-х человек, находившихся в автомобиле Renoult-Koleos: ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО4, возбуждено уголовное дело по части 5 статьи 264 УК РФ. Данное уголовное дело прекращено, при этом никто из должностных лиц ООО «ДСК» не был признан виновным, в связи с чем утверждение истца о том, что преступные действия ФИО13 находятся в причинно-следственной связи между дорожно-транспортным происшествием и гибелью указанных лиц являются необоснованными. ООО «ДСК» оказало помощь в организации похоронно-ритуальных услуг, заключив с ИП ФИО10 договор от 22 июля 2021 г. №. Истец, заявляя требования о компенсации морального вреда в размере 45 000 000 руб., злоупотребляет своим правом поскольку исковое заявление подписано не истцом, а её представителем по доверенности ФИО17, поскольку подпись в исковом заявлении идентична подписи в исковом заявлении в Черёмушкинский суд г. Москвы, которое ФИО17 было подписано ранее. ФИО17, признанный потерпевшим по уголовному делу ранее в январе 2022 г. обращался с исковым заявлением в Черёмушкинский районный суд г. Москвы о взыскании с ООО «ДСК» материального ущерба в размере 1 664 920 рублей и компенсации морального вреда в размере 45 000 000 рублей. Определением Черёмушкинского районного суда г. Москвы от 28 апреля 2022 г. было утверждено заключённое между ФИО17 и ООО «ДСК» мировое соглашение о возмещении ФИО17 материального ущерба в размере 1 664 920 рублей и компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей. ООО «ДСК» выполнило свои обязательства по мировому соглашению, перечислив на расчётный счёт ФИО17 денежные средства в размере 4 664 920 рублей. ООО «ДСК» выполнило свои обязательства по всему кругу лиц в части возмещения как материального, так и морального вреда, связанного с дорожно-транспортным происшествием, в результате которого 19 июля 2021 г. погибли ФИО6, ФИО7, ФИО4 и ФИО3, поскольку при заключении мирового соглашения ФИО17 действовал от имени всей семьи З-вых и другого круга лиц, которые в соответствии с законодательством РФ имеют право на возмещение материального и морального вреда, связанного с дорожно-транспортным происшествием и гибелью семьи ФИО25, так как представленные ФИО17 документы о расходах на погребение с момента прибытия тел погибших в аэропорт до момента их захоронения, установление надгробного памятника, поминальные услуги оплачивал только ФИО17, и полная стоимость автомобиля, повреждённого в результате дорожно-транспортного происшествия, была перечислена на расчётный счёт ФИО17 Выдача ФИО5 ФИО17 28 апреля 2022 г. после заключения мирового соглашения доверенности на представление интересов ФИО5 в судах при подаче исковых заявлений и получение денежных средств свидетельствует о намерении ФИО17 предпринимать дальнейшие действия, направленные на получение денежных средств с ООО «ДСК», в связи с чем действия ФИО5 и ФИО17 направлены не на смягчение морально-психологического состояния, а являются способом зарабатывания денежных средств. Размер заявленного морального вреда в размере 45 000 000 не соответствует требованиям разумности и справедливости и свидетельствует о цели обогащения заявителя, а не о цели смягчения эмоционально-психологического состояния заявителя. При определении размера компенсации морального вреда в случае удовлетворения требований ФИО5 ООО «ДСК» просит учесть, что моральный вред, указанный в исковом заявлении ФИО5, является опосредственным, а не непосредственным, то есть возник вследствие смерти родственников, поэтому ссылка истца в исковом заявлении на пункт 32 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 о том, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические и нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается, а установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, является неосновательной; решение о виновности и степени вины должностных лиц ООО «ДСК» в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место 19 июля 2021 г., не принято, а выделено в отдельный материал проверки; истец в исковом заявлении не обосновал размер требуемой компенсации и причинённых ему нравственных и физических страданий и не обосновал того, что именно требуемая сумма в качестве компенсации позволит устранить или смягчить вызванные страдания, поражение на 55% лёгких истца связано не с перенесёнными страданиями, а заражением вирусной инфекцией в период пандемии; в настоящее время ООО «ДСК» имеет очень сложное финансовое положение, единственный участок ООО «ДСК», которому принадлежит 100% доли организации, вынужден был передать 30 июня 2022 г. свою долю в залог АО Россельхозбанк» (т. 1 л.д. 81-83, 210-211).
Третьи лица Государственное учреждение - Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, Государственная инспекция труда в тверской области, САО «ВСК», надлежащим образом извещённые о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своих представителей не направили, просили рассматривать дело в отсутствие их представителей.
Государственное учреждение - Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации представило в суд отзыв, в котором указало, что региональное отделение на основании Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» производит возмещение вреда, причинённого жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, путём предоставления застрахованному в полном объёме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, в том числе оплату расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию. ООО «ДСК» зарегистрировано в региональном отделении в качестве страхователя (рег. №). Региональным отделением несчастный случай, произошедший с работником ООО «ДСК» ФИО12 19 июля 2021 г., признан страховым случаем. Обстоятельства несчастного случая зафиксированы в Акте о несчастном случае на производстве по форме Н-1. Все предусмотренные Законом №125-ФЗ обязательства регионального отделения по данному страховому случаю выполнены в полном объёме. Взыскание ФИО5 с ООО «ДСК» компенсации морального вреда не затрагивает интересов регионального отделения (т. 1 л.д. 194).
САО «ВСК» представило отзыв на исковое заявление, в котором указало, что в связи с поступлением заявлений о возмещении вреда здоровью, выплате страхового возмещения по договору ОСАГО потерпевших в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 19 июля 2021 г., с участием транспортного средства Mersedes Benz Actros 3341 под управлением ФИО12, застрахованного в САО «ВСК», а также с участием иных транспортных средств, в том числе транспортного средства Рено Колеос, государственный номер №, страховщиком ФИО17 произведены выплаты в размерах 22 855 рублей (расходы на погребение ФИО7), 18 555 рублей (расходы на погребение ФИО4), 25 000 рублей (расходы на погребение ФИО3), ФИО5 произведена выплата по возмещению вреда здоровью в размере 475 000 рублей.
Третье лицо ФИО2 в судебном заседании пояснила, что у истца имеется право на компенсацию морального вреда, её сын ФИО12 работал водителем в ООО «ДСК» вахтовым методом, 19 июля ей позвонил сын, сказав что пообедал и поедет в рейс. На следующий день она узнала, что произошла авария, в которой погиб сын.
На основании положений 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав стороны, свидетеля, прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела и оценив их в совокупности, суд полагает заявленные исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.
Судом установлено, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлась матерью ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также бабушкой ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 1 л.д. 11-12).
ФИО12 на основании трудового договора являлся работником (водителем грузового самосвала) ООО «ДСК», которому принадлежит на праве собственности грузовой самосвал Mersedes Benz Actros 3341, государственный регистрационный знак № (т. 1 л.д. 33, 34, 35, 36, 122, 123-126, 127, 128, 129, 130, 176, 177).
19 июля 2021 г. с 17 часов 57 минут по 17 часов 00 минут, водитель ФИО12, управляя принадлежащим ООО «ДСК» грузовым самосвалом Mersedes Benz Actros 3341, государственный регистрационный знак №, который имел технические неисправности тормозной системы, осуществляя движение по автодороге Ялта-Севастополь, выехал на полосу встречного направления и совершил столкновение с движущимся впереди в попутном направлении автомобилем Daewoo Nexia, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО18, затем совершил столкновение с впереди движущимся автомобилем Mersedes Benz Sprinter, государственный регистрационный знак №, ФИО19, после чего выехал на полосу встречного движения, где на 64 км. плюс 850 метров автодороги Ялта-Севастополь, совершил столкновение с автомобилями: Renoult Koleos, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО4, Hyunday Santo Fe, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО20 и Nissan Juke государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО21, которые осуществляли движением во встречном направлении по своей полосе.
В результате данного дорожно-транспортного происшествия находившиеся в автомобиле Renoult Koleos граждане, в том числе дочь истца ФИО7, внучка истца ФИО4 и внук истца ФИО3, получили травмы, несовместимые с жизнью, и скончались на месте происшествия.
По факту дорожно-транспортного происшествия было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 5 статьи 264 УК РФ, а именно нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц (т. 1 л.д. 14-15).
В качестве потерпевшей по данному уголовному делу была признана ФИО5 - мать погибшей ФИО7, бабушка погибших ФИО4 и ФИО3 (т. 1 л.д. 11-13).
В ходе следствия по уголовному делу было установлено, что лицом, виновным в дорожно-транспортном происшествии, является водитель грузового самосвала Mersedes Benz Actros 3341 ФИО12, который, нарушив правила дорожного движения и, эксплуатируя автомобиль с техническими неисправностями тормозной системы, не приняв мер к аварийному торможению, выехал на полосу встречного движения в момент приближения автомобиля Renoult Koleos, вследствие чего произошло столкновение.
Так, согласно заключению эксперта от 4 октября 2021 г. №, выполненному Экспертно-криминалистическим центром УМВД России по г. Севастополю, водитель грузового автомобиля Mersedes Benz Actros 3341 ФИО12 должен был руководствоваться требованиями пунктов 2.3.1, 10.1 ПДД, пунктов 3, 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лицу по обеспечению безопасности дорожного движения и пунктами 1.1, 1.5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств. Техническая возможность избежать происшествия для водителя ФИО12. заключалась в выполнении им перечисленных выше требований правил. Действия водителя грузового автомобиля Mersedes Benz Actros 3341 ФИО12, а также лиц, ответственных за выпуск транспортного средства на линию, проведение ежедневного и планового технического обслуживания, несоответствующие комплексу требований указанных выше требований, с технической точки зрения находятся в причинной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием (т.1 л.д. 16-22).
Постановлением старшего следователя Севастопольского межрайонного следственного отдела Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по республике Крым и городу Севастополь от 19 мая 2022 г. возбужденное по указанному факту уголовное дело было прекращено в связи со смертью виновного в совершении преступления лица – ФИО12, потерпевшей ФИО5 разъяснено право на подачу гражданского иска в соответствии с частью 4 статьи 213 УПК РФ (т. 1 л.д. 37-48).
В соответствии с актом № о несчастном случае, проведённом работодателем с 19 июля 2021 г. по 28 декабря 2021 г., причиной, вызвавшей несчастный случай, послужило дорожно-транспортное происшествие, произошедшее 19 июля 2021 г. около 17 часов 55 минут на 64 км + 850 м автодороги Ялта-Севастополь, в результате которого наступила смерть водителя грузового автомобиля Mersedes Benz Actros 3341 ФИО12 и 4-х пассажиров транспортного средства RenoultKoleos, государственный регистрационный знак №, - ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО4 (пункт 8 акта). Согласно пункту 10 лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, является ФИО12 (т.1 л.д. 131-135).
В исковом заявлении истец ФИО5 указывает на то, что погибшие ФИО7 и ФИО4 и ФИО3. являлись её дочерью и внуками соответственно, их смерть повлекла причинение ей нравственных страданий.
Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьёй 151 Кодекса.
Как следует из статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.
В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека, в частности переживания в связи с утратой родственников.
Право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего согласно абзацу третьему пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.
Статьёй 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 ГК РФ). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй пункта 1 статьи 1064 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причинённый его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
Согласно разъяснениям, содержащихся в пунктах 20-21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причинённый работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).
Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (пункт 20).
Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ) (пункт 21).
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признаётся владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 ГК РФ).
Согласно абзацу второму статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Из содержания приведённых норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признаётся владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 ГК РФ и не несёт ответственности перед потерпевшим за вред, причинённый источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причинённого его работником при исполнении трудовых обязанностей.
Таким образом, на работодателя ООО «ДСК» как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению компенсации морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей, поскольку судом установлено, что ФИО12, управлявший в момент дорожно-транспортного происшествия грузовым самосвалом Mercedes-BenzActоr 3341, состоял в трудовых отношениях с владельцем этого транспортного средства - ООО «ДСК», не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство передавалось ФИО12 для использования в его личных целях или он завладел транспортным средством противоправно. Кроме того, судом установлена вина работника ООО «ДСК» ФИО12, в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 19 июля 2021 г., и установлено то, что его действия находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями (смертью семьи ФИО25).
Статьёй 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пунктах 25-30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).
Тяжесть причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинён вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учётом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).
Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).
Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29).
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учётом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учётом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Судом установлено, что истцу ФИО5 в настоящее время исполнилось 72 года, с 2005 года она является получателем пенсии по старости (т. 1 л.д. 49).
Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного ФИО5 находилась на стационарном лечении в Городской клинической больнице №67 имени Л.А. Ворохобова (г. Москва) с 18 октября 2021 г. по 28 октября 2021 г. в связи с коронавирусной инфекцией, вызванной вирусом COVID-19, при этом указано, что ФИО11 имеет сопутствующие заболевания: <данные изъяты> (т.1 л.д.50-51).
Как следует из выписки из медицинской карты амбулаторного больного, выданной 29 октября 2022 г. ГБУЗ «ДКЦ №1 ДЗМ», ФИО5 наблюдается с диагнозом «<данные изъяты>.», принимает постоянную антигип. терапию.
Согласно справке от 3 ноября 2022 г. №, выданной Одинцовской подстанцией №20 ГБУЗ Московской области «Московская областная станция скорой медицинской помощи», 1 ноября 2022 г. был осуществлён выезд бригады скорой медицинской помощи к ФИО5, от которой поступили жалобы – «плохо с сердцем», при осмотре у ФИО11 было <данные изъяты>, ей оказана медицинская помощь, после терапии состояние улучшилось.
В судебном заседании истец ФИО5 суду пояснила, что её дочь ФИО7 и зять ФИО6 были по образованию врачами. Дочь 30 лет проработала акушеркой в больнице, зять работал ортопедом-хирургом и учился в аспирантуре. Она стала проживать совместно с дочерью, когда у дочери родилась внучка ФИО4, так как дочь и зять работали сутками. Она сидела с внучкой, водила её в садик, гуляла с ней. Через 3 года родился внук ФИО3, дочь её попросила уйти с работы, чтобы им помогать. Она водила внуков в различные кружки, в музыкальную, художественную школу, школу английского языка. Каждое лето дочь с зятем брали им путёвки, она отдыхала с внуками то в пансионате, то в санатории. Зять её лечил, возил к врачам, дочь делала капельницы, уколы, они приобретали ей лекарства. Когда дочь с семьёй ездили отдыхать, они привозили ей подарки, один раз подарили ей шубу. Дочь ей всегда звонила несколько раз в день. Она вырастила хорошую дочь и хороших внуков. В этот раз дочь и её семья уехали отдыхать в Крым, они каждый вечер ей звонили. В день трагедии утром дочь ей позвонила из Севастополя, она поехала на кладбище, где почувствовала себя плохо, по дороге домой по радио она услышала, что в Севастополе погибло 5 человек, вечером звонка от дочери не было. Она позвонила сама, никто трубку не взял. На следующий день ей сообщили о гибели всей семьи дочери, ей сразу вызвали скорую помощь. В настоящее время она не знает, как ей теперь жить, живёт на успокоительных препаратах. Ей ни разу не позвонили, не извинились из-за смерти дочери и её семьи.
Свидетель ФИО24, супруга сына истца ФИО5, в судебном заседании пояснила, что сестру супруга ФИО7 она знала с 1993 года, её супруга ФИО6 - с 2001 года, их детей - с момента их рождения. С 1993 года ФИО5 помогала по хозяйству своей дочери ФИО7, потому что ФИО7 очень много работала. ФИО5 растила внуков, водила их на кружки, она фактически постоянно проживала с ними, они отдыхали вместе, ФИО7 и ФИО6 финансово помогали Юлии Сергеевне, лечили Юлию Сергеевну, очень её любили и дарили всегда хорошие подарки. После трагедии состояние Юлии Сергеевны очень сильно ухудшилось, она каждый плачет, в последнее время не спит, у неё в жизни образовалась невосполнимая пустота. Юлия Сергеевна - гипертоник, после гибели дочери и внуков у неё часто обостряется гипертония, на прошлой неделе у неё снова случился приступ, она задыхалась, ей вызывали бригаду скорой помощи. Семья ФИО7, Юлия Сергеевна и её семья были дружной семьёй, всегда собирались на семейные праздники.
Представленные суду фотоснимки за период с 1998 года по 2020 год и поздравительные открытки свидетельствуют о том, что между ФИО5 и дочерью ФИО7, внуками ФИО4 были близкие взаимоотношения, основанные на взаимной любви и уважении.
Из материалов дела следует, что ФИО7 работала старшей акушеркой родового отделения с операционными корпуса №4 ФГБУ «ЦКБ с поликлиникой» Управления делами Президента Российской Федерации более 27 лет, где неоднократно отмечалась благодарностью главного врача, проявила себя высококвалифицированным специалистом, пользовалась заслуженным авторитетом в коллективе. ФИО4 являлась студенткой ФГБОУВО «Всероссийская академия внешней торговли Министерства экономического развития Российской Федерации». ФИО3 являлся выпускником 9 «б» класса ГБОУ Школа №1293, был награжден за спортивные достижения на уроках физической культуры (т. 1 л.д. 52-69).
На основании изложенного суд приходит к выводу, что для истца ФИО5 смерть близких ей людей ФИО7, ФИО4, ФИО3 стала невосполнимой моральной утратой, до настоящего времени истец не может смириться с утратой любимых дочери и внуков, их гибелью истцу причинён существенный моральный вред, выразившийся в переживаемых ею тяжелых нравственных страданиях, после их смерти у истца ухудшилось состояние здоровья, на фоне душевных переживаний обостряется гипертоническая болезнь. В связи с гибелью дочери и внуков необратимо нарушено личное неимущественное право истца - право на семейные, родственные отношения между ними, относящегося к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения. Смерть дочери и внуков принесла существенные нравственные страдания истцу, которая навсегда лишилась возможности видеть своих дочь и внуков, возможности общения с ними, лишилась их любви, заботы, их материальной и моральной поддержки. В связи с этим, по мнению суда, является очевидным тот факт, что ФИО5 испытала безутешное горе, нервное потрясение и психологическую травму, выразившиеся в душевных переживаниях после смерти близких ей людей, испытывает и неизбежно будет испытывать на протяжении всей жизни глубокие душевные переживания в связи с безвозвратной утратой близких и родных ей людей - дочери и внуков - несмотря на время, прошедшее после их гибели.
Учитывая фактические обстоятельства дела, неосторожную форму вины причинителя вреда, оценивая характер родственных отношений, сложившихся между истцом и потерпевшими при их жизни, степень эмоционального потрясения истца, степень перенесённых истцом нравственных страданий из-за внезапной, трагической смерти дочери и внуков, невосполнимой утраты родных людей, возраст и состояние здоровья ФИО5 и её индивидуальные особенности, финансовое положение ответчика, принимая во внимание требования разумности и справедливости, иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд определяет компенсацию морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, в связи со смертью дочери ФИО7 в размере 1 500 000 руб. 00 коп., внучки ФИО4 в размере 1 500 000 руб. 00 коп., внука ФИО3 в размере 1 500 000 руб. 00 коп., всего 4 500 000 руб. 00 коп. Указанная сумма, по мнению суда, соразмерна последствиям нарушения и компенсирует истцу перенесенные ею нравственные страдания, сгладит их остроту.
Довод ответчика о том, что компенсация морального вреда выплачена в рамках другого гражданского дела ФИО17, суд находит несостоятельным, поскольку смертью дочери и внуков истцу ФИО5 лично причинены невосполнимые нравственные страдания, то обстоятельство, что в рамках гражданского дела в пользу ФИО17 (брата погибшей ФИО7) была взыскана денежная сумма в счет компенсации морального вреда, само по себе не является основанием для лишения ФИО5 права на компенсацию причинённого лично ей морального вреда в связи с утратой дочери и внуков.
Довод ответчика относительно того, что исковое заявление подписано не истцом, являются несостоятельным, поскольку исковое заявление подписано ФИО17, действующим от имени ФИО5 на основании доверенности, имеющейся в материалах дела.
В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.
В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Как следует из материалов дела, истец ФИО5 оплатила государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп., что подтверждается чеком-ордером от 17 августа 2022 г. (т. 1 л.д. 9)
В силу вышеуказанных норм ГПК РФ указные судебные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.
Взыскать с ООО «ДСК» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 (серия и номер документа, удостоверяющего личность, №) компенсацию морального вреда в размере 4 500 000 руб. 00 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. 00 коп., всего 4 500 300 (четыре миллиона пятьсот тысяч триста) руб. 00 коп..
В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ООО «ДСК» о взыскании компенсации морального вреда в размере 40 500 000 (сорок миллионов пятьсот тысяч) руб. 00 коп. отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд с подачей апелляционной жалобы через ФИО1 межрайонный суд Тверской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Решение в окончательной форме принято 12 декабря 2022 г.
Судья