РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
9 февраля 2023 года город Губкин Белгородской области.
Губкинский городской суд Белгородской области в составе
судьи Бобровникова Д.П.
при секретаре Ходковой В.В.
с участием:
ответчика ФИО3Н
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Alpha Group Co.Limited (ФИО2 Ко. Лимитед, Китайская Народная Республика) к ФИО3 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,
установил:
компания Alpha Group Co.Limited (ФИО2 Ко. Лимитед, Китайская Народная Республика – далее «ФИО2») обратилась в суд с иском к ФИО3, в котором просило о взыскании компенсации за нарушение исключительных авторских прав на произведения изобразительного искусства – рисунки (изображения персонажей): «Игрушка Jett (в виде самолёта), «Игрушка Jett (в виде робота), «Игрушка Donnie (в виде самолёта), «Игрушка Donnie (в виде робота) «Игрушка Dizzy (в виде самолёта), «Игрушка Dizzy (в виде робота), Игрушка Jerome (в виде самолёта), «Игрушка Jerome (в виде робота), «Игрушка Mira (в виде самолёта), «Игрушка Mira (в виде робота), «Игрушка Paul (в виде самолёта), «Игрушка Paul (в виде робота), «Игрушка Grand Albert (в виде самолёта), «Игрушка Grand Albert (в виде робота), «Игрушка Bello (в виде самолёта), «Игрушка Bello (в виде робота), «Игрушка Todd (в виде самолёта), «Игрушка Todd (в виде робота), «Игрушка Chase (в виде самолёта), «Игрушка Chasse (в виде робота), «Игрушка Flip (в виде самолёта), «Игрушка Flip (в виде робота), «Игрушка Astra (в виде самолёта) в общем размере 115 000 руб., из расчёта по 5 000 руб. за каждый объект изобразительного искусства, а также в возмещение расходов на приобретение контрафактных товаров 420 руб., в возмещение почтовых расходов 157,80 руб., в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 3 500 руб.
В обоснование своих требований истец указывает на то, что является обладателем исключительных прав на 23 товарных знака, перечисленных выше, что подтверждается свидетельствами о регистрации творчества в соответствии с законодательством КНР.
Индивидуальный предприниматель ФИО3 в принадлежащих ему торговых точках реализовал контрафактный товар 24 декабря 2019 г. на сумму 220 руб. и 27 декабря 2019 г. на сумму 220 руб., чем нарушил исключительные права компании.
Размер компенсации истец определил в пределах 50% от минимального размера компенсации за использование каждого объекта изобразительного искусства.
В судебное заседание представитель истца компании «ФИО2» не явился, о рассмотрении дела в его отсутствие просил в письменно ходатайстве (том 2 л.д.211).
Ранее в судебном заседании при участии посредством фидеоконференц-свази представитель истца «ФИО2» по доверенности ФИО4 исковые требования поддержала.
Ответчик ФИО3 просил об отказе истцу в удовлетворении исковых требований, полагая, что истцом не доказан сам факт продажи контрафактных товаров, а в его действиях нет вины в нарушении интеллектуальных прав истца, что ответчик изложил в письменных возражениях на исковое заявление (том 2 л.д.101-104).
Изучив доводы искового заявления и возражений на него, исследовав и оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.
В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются произведения науки, литературы и искусства.
Статьёй 1225 ГК РФ определено, что результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).
Положения пункта 1 статьи 1227 ГК РФ указывают на то, что интеллектуальные права не зависят от права собственности и иных вещных прав на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.
Переход права собственности на вещь не влечёт переход или предоставление интеллектуальных прав на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, выраженные в этой вещи, за исключением случая, предусмотренного абзацем вторым пункта 1 статьи 1291 настоящего Кодекса.
Согласно пункту 4 статьи 1229 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.
Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.
Как разъяснено в пункте 82 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», с учётом пункта 3 статьи 1259 ГК РФ, согласно которому охране подлежат произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, под персонажем следует понимать совокупность описаний и (или) изображений того или иного действующего лица в произведении в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объёмно-пространственной форме и др.
В соответствии со статьей 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации.
Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер (пункт 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).
В пункте 3 статьи 1252 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причинённых ему убытков.
Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учётом требований разумности и справедливости.
Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учётом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.
Как разъяснено в пункте 62 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).
По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.
Между тем, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершённому правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причинённого ущерба, учёт степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.
В Постановлении от 13 декабря 2016 г. №28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» Конституционный Суд Российской Федерации указал, что отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учётом возможности её снижения, многократно превышает размер причинённых правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции). Кроме того, отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применения на основании прямого указания закона санкции, являющейся – с учётом обстоятельств конкретного дела – явно несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности снизить её размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.
На этом основании Конституционный Суд Российской Федерации названным Постановлением признал положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, её статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учётом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учётом возможности её снижения, многократно превышает размер причинённых правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.
Судом установлено, что компания «ФИО2» является обладателем исключительных авторских прав в отношении следующих произведений изобразительного искусства – рисунки (изображения) персонажей: Игрушка Jett (в виде самолёта), «Игрушка Jett (в виде робота), «Игрушка Donnie (в виде самолёта), «Игрушка Donnie (в виде робота) «Игрушка Dizzy (в виде самолёта), «Игрушка Dizzy (в виде робота), Игрушка Jerome (в виде самолёта), «Игрушка Jerome (в виде робота), «Игрушка Mira (в виде самолёта), «Игрушка Mira (в виде робота), «Игрушка Paul (в виде самолёта), «Игрушка Paul (в виде робота), «Игрушка Grand Albert (в виде самолёта), «Игрушка Grand Albert (в виде робота), «Игрушка Bello (в виде самолёта), «Игрушка Bello (в виде робота), «Игрушка Todd (в виде самолёта), «Игрушка Todd (в виде робота), «Игрушка Chase (в виде самолёта), «Игрушка Chasse (в виде робота), «Игрушка Flip (в виде самолёта), «Игрушка Flip (в виде робота), «Игрушка Astra (в виде самолёта), что подтверждено свидетельствами о регистрации творчества (т.1 л.д.32-250, т.2 л.д.2-40).
Из выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 6 ноября 2020 г. усматривается, что ФИО3 с 26 ноября 2018 г. осуществлял предпринимательскую деятельность в сфере торговли розничными играми и игрушками в специализированных магазинах. Его регистрация в качестве индивидуального предпринимателя была прекращена 6 июля 2020 г. (том 2 л.д.47-48,49-50).
Судом установлено, что ФИО3 24 декабря 2019 г. и 27 декабря 2019 г. в торговом центре, расположенном по адресу: <адрес>, реализовал товар – игрушку в видевертолёта-трансформера и игрушку в виде самолёта-трансформера.
Данное обстоятельство подтверждено истцом видеозаписями закупки товара, представленными в форме QR-кодов с ссылками на видеозаписи на сервис облачного хранения «Яндекс.Диск» (т.1 л.д.6) и на материальном носителе формата CD-диск (т.2 л.д.162), а также кассовыми чеками на сумму 220 руб. от 24 декабря 2019 г. и на сумму 200 руб. от 27 декабря 2019 г. (т.2 л.д.123), приобщёнными истцом к делу вещественными доказательствами – двумя картонными коробками с игрушками в форме вертолёта-трансформера и самолёта-трансформера.
Факт реализации указанных товаров также подтверждается сведениями ПАО Сбербанк о произведённых операциях (том 1 л.д.29-30).
Доводы ФИО3 о том что, представленные в материалы дела чеки и сведения о операциях оплаты, а также видеосъёмка не позволяют установить кем, когда и какой товар был реализован, суд находит несостоятельным.
В силу статьи 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека, или иного документа, подтверждающего оплату товара.
При этом ответчик ФИО3 не отрицал, что оба чека подтверждают покупку реализовавшегося именно у него в отделах «Игрушки» торгового центра «Дом торговли» товара с использованием POS-терминала (терминала оплаты).
Ответчик подтвердил также, что на видеозаписях запечатлены два факта покупки товара у него в отделах.
Статьёй 14 ГК РФ допускается самозащита гражданских прав. Способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения.
Исходя из этой нормы осуществление видеосъёмки представителем истца для фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. Рассматриваемая видеосъёмка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений.
Следовательно, видеозапись и товарный чек являются допустимым средством доказывания по рассматриваемому спору.
На видеозаписях отчётливо видны как названные выше кассовые чеки, так и приобретённый товар – коробки с игрушками, которые представлены суду в качестве вещественных доказательств.
Доказательств в подтверждение того, что ответчиком был реализован иной товар, нежели представленный в материалы дела истцом, ответчик не представил.
При исследовании судом вещественных доказательств путём сравнительного анализа как игрушек, упакованных в картонные коробки белого и синего цвета, так и изображений на этих упаковках суд признает явное сходство изобразительных обозначений персонажей вертолёта-трансформера и самолёта-трансформера и охраняемых законом изображений, исключительные права на которые принадлежат истцу, по графическому (визуальному) признаку, по расположению персонажей, их цветовой гамме.
Таким образом, использование ответчиком игрушек в форме вертолёта-трансформера и самолёта-трансформера, в упаковках с изображениями в общем количестве 23 единицы, исключительные права на которые принадлежат «ФИО2», в отсутствие соответствующего разрешения осуществлено является незаконным, то есть имеет место нарушение исключительных прав истца.
Довод ФИО3 о том, что он не является производителем товара, содержащего принадлежащие истцу изображения, приобрёл его на оптовых складах, но не знал о том, что рисунки на упаковочных коробках могут нарушать авторские права, являются несостоятельными, не освобождают его от ответственности перед правообладателем.
В соответствии со статьёй 2 ГК РФ под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.
Таким образом, при осуществлении предпринимательской деятельности ответчик должен осознавать наличие потенциальной возможности наступления или ненаступления событий, которые могут повлечь неблагоприятные имущественные последствия для деятельности предпринимателя.
При предложении к продаже и продаже любого товара ответчик должен осознавать, что помимо технических вопросов существуют вопросы, связанные с соблюдением интеллектуальных прав. Информацию о правообладателе, охраняемых товарных знаках, изображениях, лицензиатах и иные сведения, необходимые для осуществления предпринимательской деятельности, можно получить из открытых и общедоступных источников.
Отсутствие времени и желания ознакомиться или получить указанную информацию не может являться обстоятельством, исключающим ответственность и вину нарушителя исключительных прав.
При этом реализованный ответчиком ФИО3 товар обладал всеми очевидными признаками контрафактной продукции. Как правильно указал представитель истца в дополнениях к исковому заявлению, на картонных коробках (упаковке) отсутствуют обязательные атрибуты, подтверждающие права компании «ФИО2» на объекты исключительных прав, а также сведения о производителе (лицензиате).
Помимо того, как следует из представленной истцом информации о стоимости товаров, оригинальный (лицензионный) товар реализуется по цене 4 402 руб. за единицу товара (т.2 л.д.198-199).
Оценив в порядке статей 55, 67, 71 и 73 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд признаёт установленным факт принадлежности истцу исключительных прав на объекты авторского права – игрушки и изображения персонажей в форме вертолёта-трансформера и самолёта-трансформера, а также факт нарушения ответчиком этих исключительных прав путём реализации контрафактного товара.
Ответчик ФИО3 в своих возражениях на исковое заявление просил о снижении размера компенсации до минимального размера ссылаясь на то, что в настоящее время он прекратил свою деятельность индивидуального предпринимателя, просил также учесть, что двадцать три изображения, на которое зарегистрировано право истца, расположены на двух коробках с игрушками, что не свидетельствует о массовом и значительном нарушении прав истца. Имело место фактическая реализация двух товаров по принципу схожести упаковок правообладателя.
Ссылку истца в исковом заявлении и возражениях на отзыв ответчика на решения Арбитражного суда Белгородской области по делу А-08-10295/2022 (У) и А08-10979/2022, в подтверждение того, что ФИО3 допустил повторное нарушение исключительных прав независимо от правообладателя, что должно быть учтено при определении судом размера компенсации, суд находит не состоятельной.
Так Арбитражным судом Белгородской области решение по делу А-08-10295/2022(У) принято в порядке упрощённого производства, поэтому не содержит обстоятельств, которые были им установлены, а решение по делу А08-10979/2022 не вступило в законную силу.
Из настоящего дела следует, что ответчиком ФИО3, при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием нарушены права на несколько объектов исключительных прав, при этом истец не представил в дело расчёт размера фактических или потенциальных (возможных) убытков от действий ответчика.
Из обстоятельств дела не следует, что нарушение исключительных прав является существенной частью предпринимательской деятельности ответчика.
Сведения, о том, что правонарушение совершено ответчиком не впервые, в материалы дела не представлено. Из материалов дела не следует, что разовая реализация спорного товара является в данном случае нарушением, носящим грубый и систематический характер.
Также суд отмечает, что в рассматриваемом случае выручка от реализации контрафактного товара была минимальной, составила в сумме 420 руб., реализация товара имела место в розничной сети, а товар, реализованный ответчиком, предназначался для использования физическими лицами в личных потребительских целях, которые не подразумевали его дальнейшее распространение, что по своей сути исключает возможность получения значительной выгоды от введения товара в оборот, а также свидетельствует о незначительности нарушения имущественных интересов правообладателя.
Суд также учитывает то, что ответчик ФИО3 предпринимательскую деятельность прекратил, поэтому установлении размера компенсации в пределах 50% от минимальной величины с учётом положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ будет для него явно излишне обременительным.
Учитывая характер допущенного ответчиком правонарушения, отсутствие в материалах дела доказательств ранее совершённых ответчиком нарушений исключительного права истца, доказательств вероятного размера своих убытков, необходимость сохранения баланса прав и законных интересов сторон, суд считает целесообразным и разумным снизить размер требуемой компенсации и взыскать с ответчика в пользу истца за нарушение исключительных прав на названные выше произведения изобразительного искусства в количестве 23 единиц до 2 000 руб. за каждое изображение, всего в сумме 46 000 руб.
С ответчика в пользу истца по правилам статьи 15 ГК РФ подлежат взысканию 420 руб. в качестве возмещения убытков, понесённых им на приобретение контрафактного товара.
В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию 157 рублей 80 копеек в возмещение почтовых расходов и 1 580 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.
В остальной части требования истца к ФИО3 удовлетворению не подлежит.
Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.
На этом основании вещественные доказательства – две картонных коробки с игрушками в форме вертолёта-трансформера и самолёта-трансформера по вступлении настоящего решения в законную силу подлежат уничтожению.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
иск Alpha Group Co.Limited к ФИО3 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав удовлетворить в части.
Взыскать с ФИО3 в пользу Alpha Group Co.Limited компенсацию за нарушение исключительных авторских прав:
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Jett (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Jett (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Donnie (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Donnie (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Dizzy (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Dizzy (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Jerome (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Jerome (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Mira (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Mira (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Paul (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Paul (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Grand Albert (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Grand Albert (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Bello (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Bello (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Todd (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Todd (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Chase (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Chasse (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Flip (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Flip (в виде робота) в размере 2 000 рублей;
на произведение изобразительного искусства – рисунок «Игрушка Astra (в виде самолёта) в размере 2 000 рублей.
Взыскать с ФИО3 в пользу Alpha Group Co.Limited 420 рублей в возмещение расходов на приобретение контрафактных товаров, 157 рублей 80 копеек в возмещение почтовых расходов и 1 580 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Вещественные доказательства – две картонных коробки с игрушками в форме вертолёта-трансформера и самолёта-трансформера по вступлении настоящего решения в законную силу уничтожить.
Решение может быть обжаловано в судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда путём подачи апелляционной жалобы через Губкинский городской суд Белгородской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья: