Дело № 2а-2150/2025

59RS0027-01-2025-004252-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Кунгур 01 октября 2025 года

Кунгурский городской суд Пермского края в составе

председательствующего судьи Исаковой О.В.,

при секретаре Оноховой В.А.,

с участием административного истца ФИО4

представителя административных ответчиков ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференцсвязи административное дело по административному иску ФИО3 к начальнику Федерального казенного учреждения Исправительная колония № 40 ГУФСИН по Пермскому краю ФИО1, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России об оспаривании бездействия, выразившегося в нарушении условий содержания под стражей, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился с административным исковым заявлением к начальнику Федерального казенного учреждения Исправительная колония № 40 ГУФСИН по <адрес> об оспаривании бездействия, выразившегося в нарушении условий содержания под стражей в части не обеспечения права на труд, взыскании компенсации морального вреда.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены - начальник Федерального казенного учреждения Исправительная колония № 40 ГУФСИН по <адрес> ФИО1, Главное управление Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации (л.д. 45).

В обоснование заявленных требований административный истец указал о том, что отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-40. Находясь в исправительном учреждении, в период с 07.10.2021 по 14.09.2022 он не был трудоустроен на оплачиваемую работу по вине администрации исправительного учреждения, что подтверждается данными прокурорской проверки. Полагая, что бездействие административного ответчика привело к нарушению его прав на надлежащее материально-бытовое обеспечение, создало препятствие реализовать право на привлечение к труду, на его оплату, истец просил признать его незаконным, нарушающим требования статьи 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, и взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 350000 рублей.

В судебном заседании истец на удовлетворении административного иска настаивал по доводам, указанным в заявлении.

Представитель административных ответчиков - начальника ФКУ ИК № 40 ГУФСИН по <адрес> ФИО1, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований. Указала о том, что привлечения и отстранения осужденных к лишению свободы к труду администрация исправительного учреждения решает самостоятельно, с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья, специальности. Кроме того, одним из условий привлечения осужденных к труду является наличие свободных мест; в спорный период времени в учреждении не имелось вакантных рабочих мест с учётом ограничений к труду по здоровью у ФИО3 (л.д. 34-35)

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Положения части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства РФ предоставляют гражданину право обратиться в суд с требованиями об оспаривании решения, действия (бездействия) органа публичной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, если он полагает, что нарушены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов.

Вступившим в силу 27.01.2020 Федеральным законом от 27.12.2019 N 494-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в главу 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, регламентирующую производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, введена статья 227.1, устанавливающая особенности рассмотрения требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительных учреждениях (статья 3).

В силу частей 1, 5 статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии со статьей 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет требование об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в том случае, если оспариваемое решение, действие (бездействия) противоречит нормативным правовым актам и нарушает права административного истца (пункт 1 части 2). При отсутствии совокупности указанных условий, суд отказывает в удовлетворении заявленных требований (пункт 2 части 2).

В силу части 2 статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации общественно полезный труд является одним из основных средств исправления осужденных.

В части 1 статьи 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Таким образом, трудоустройство осужденных в местах отбытия ими наказания по приговору суда не является результатом свободного волеизъявления осужденного и обусловлено его обязанностью трудиться в период отбытия наказания.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 18.04.2019 осужденный ФИО3 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-40 ГУФСИН России по Пермскому краю (л.д. 18).

В период с 20.07.2021 по 07.10.2021 ФИО3 был трудоустроен в цех № 2 швеей 2 разряда, что подтверждается соответствующими справками и приказами о приеме/увольнении, а также справкой об отработанном времени (л.д. 14, 43, 77, 99-100, 98).

Согласно справке начальника планово-экономического отдела центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-40 ФИО8 по <адрес> от 15.11.2021 осужденный ФИО3 привлечен к труду на швейный участок исходя из наличия свободных рабочих мест; в заявлении осужденного имеется отметка медицинского работника о том, что ФИО3 трудоспособен без тяжелого физического труда (л.д. 82, 85).

Обращаясь в суд с иском, административный истец указывает о том, что в период с 07.10.2021 по 14.09.2022 по вине административного ответчика он не был привлечен к осуществлению трудовой оплачиваемой деятельности, в результате чего был лишен возможности трудиться в исправительном учреждении, лишен ежемесячного дохода для удовлетворения личных нужд и потребностей, не имел возможности приобрести лекарственные средства, продукты питания (фрукты), канцелярские принадлежности.

Возражая относительно заявленных истцом требований, представитель ответчика ссылался на отсутствие в учреждении в рассматриваемый период вакантных рабочих мест с учётом ограничений к труду по здоровью у ФИО3

Разрешая по существу заявленные требования, суд исходит из следующего.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пункте 3 постановления Пленума от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" судам разъяснено, что унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности (абзац 5). При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания (абзац 6). Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (абзац 7).

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (пункт 14 постановления Пленума от 25 декабря 2018 года N 47).

Уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации устанавливаются общие положения и принципы исполнения наказаний, применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации; порядок и условия исполнения и отбывания наказаний, применения средств исправления осужденных (часть вторая статьи 2 Уголовно-исполнительного кодекса РФ), к которым относится и общественно полезный труд (часть вторая статьи 9 названного Кодекса), не имеющий основной целью получение трудового дохода (заработка) (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2010 года N 805-О-О).

Обеспечивая привлечение к труду осужденных к лишению свободы, статья 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, действительно, возлагает на администрацию исправительных учреждений обязанность трудоустройства осужденных с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест (часть первая).

При привлечении осужденных к труду осужденные не могут рассматриваться в качестве работников, поскольку отношения по привлечению осужденных к труду трудовыми отношениями применительно к Трудовому кодексу РФ (статья 15) в полной мере не являются. Поскольку общественно полезный труд, как средство исправления (статья 9 Уголовно-исполнительного кодекса РФ) и обязанность (статьи 11 и 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ) осужденных, является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.

Между лицом, осужденным к лишению свободы и привлекаемым к труду, с одной стороны, и учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим наказание в виде лишения свободы, где труд основан не свободным волеизъявлением осужденного, а его обязанностью трудиться в определенных местах и на работах, не возникают трудовые отношения, регулируемые исключительно и безусловно Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 105 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде, однако, при этом законодатель не отнес указанную категорию граждан к лицам, работающим по трудовым договорам, то есть состоящим в трудовых правоотношениях с учреждениями (организациями, предприятиями), в которых они трудоустраиваются на период отбывания наказания. Более того, в силу части 5 статьи 129 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные выведены из под правового регулирования законодательства Российской Федерации о труде в части правил приема на работу, увольнения с работы и перевода на другую работу.

Таким образом, поскольку истец привлекается к труду в связи с отбыванием наказания, то правоотношения, возникшие между сторонами, не основаны на трудовом договоре, соответственно, истец не может требовать ни восстановления на работе, ни взыскания оплаты за вынужденный прогул на основании норм Трудового кодекса Российской Федерации.

В данном случае материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что в период с 07.10.2021 по 14.09.2022 осужденный ФИО3 на оплачиваемую работу трудоустроен не был (л.д. 21).

Также из материалов дела следует, что 07.10.2021 осужденный ФИО3 был привлечен к дисциплинарной ответственности за отказ 03.10.2021 выполнять работы без оплаты труда по благоустройству исправительного учреждения и прилегающих к нему территорий согласно графику, к нему применено взыскание в виде водворения в ШИЗО на 13 суток (л.д. 16-17, 137-142).

26.07.2022 ФИО3 обратился в Пермскую прокуратуру по надзору за соблюдение законов в исправительных учреждениях по вопросу непринятия администрацией исправительного учреждения мер к его трудоустройству (л.д. 13). Пермской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях проведена проверка по обращению ФИО3, по результатам которой факт бездействия администрации ФКУ ИК-40 по трудоустройству нашёл подтверждение, в связи с чем прокуратурой в адрес ГУФСИН России по <адрес> внесено представление об устранении нарушений законодательства (л.д. 30).

В представлении от 02.08.2022 № заместителем прокурора <адрес> указано о том, что осужденный ФИО6 был трудоустроен в качестве швеи с июля 2021 года, с 07.10.2021 уволен по инициативе администрации. Несмотря на наличие у него на принудительном исполнении исполнительных документов, в том числе по возмещению морального вреда, с 07.10.2021 по настоящее время осужденный не трудоустроен в учреждении, чем грубо игнорируются требования закона (л.д. 23-29).

Вместе с тем, представленные по запросу суда материалы прокурорской проверки по обращению ФИО3 не содержат сведений о наличии в исправительном учреждении вакантных мест, подходящих данному осужденному с учетом его пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья, специальности.

В своем объяснении от 12.08.2022 в рамках прокурорской проверки ФИО3 указал о том, что работу ему не предлагают по причине наличия у него паховой грыжи (л.д. 22).

Опрошенный в рамках прокурорской проверки мастер цеха № ЦТАО ФИО7 указал о том, что осужденный ФИО3 был трудоустроен в швейный цех для выполнения швейных операции, однако обязанности осужденный не выполнял по состоянию здоровья (л.д. 96).

В ответе от 13.09.2022 на представление начальник ФИО8 по <адрес> указал о том, что ФИО3 был уволен по медицинским показаниям в связи с необходимостью облегченных условий труда; осужденный будет трудоустроен с 14.09.2022 в цех № 3 ЦТАО (л.д. 116-120).

По данным филиала «Медицинская часть № 9» ФКУЗ МСЧ-59 ФИО2 в апреле и сентябре 2021 года осужденный ФИО3 был осмотрен фельдшером по поводу трудоустройства, в анамнезе указан диагноз «паховая грыжа», дано заключение - трудоспособен без физических нагрузок (л.д. 15).

В соответствии со справкой начальника отряда ОВРСО от 11.08.2022 осужденный ФИО3 не трудоустроен по медицинским показаниям в связи с ограничениями по здоровью (л.д. 14).

Согласно предоставленным административным ответчиком в материалы дела сведениям осужденный ФИО3 был уволен по статье 103 УИК РФ приказом № 390-ос от 11.10.2021, поскольку с учётом имеющегося у него диагноза ему необходимо трудоустройство на должность с облегченными условиями труда, однако вакантных должностей с облегченными условиями труда в учреждении не имелось (л.д. 151-152).

Согласно справке инспектора по охране труда рабочие места литейного участка цеха № 1 относятся к вредным условиям труда (3 класс), за исключением профессии – формовщик машинной формовки, уборщик служебных помещений (класс 2 – допустимые); рабочие места участка деревообработки цеха № 3 относятся к вредным условиям труда – станочник деревообрабатывающих станков (класс 3.1), сборщик изделий из древесины, подсобный рабочий, сушильщик (класс 2 – допустимые); рабочие места швейного цеха № 2 – швея, раскройщик относятся к допустимым условиям труда (2 класс) (л.д. 78)

Согласно приказу от 13.09.2022 №-ос ФИО3 трудоустроен в цех № 3 (участок деревообработки) сборщиком изделий из древесины 2 разряда с 14.09.2022 (л.д. 31).

Таким образом, анализируя представленные по делу доказательства и установленные на их основе обстоятельства, имеющие значение для административного дела, применительно к нормам материального права, подлежащим применению к рассматриваемым правоотношениям, суд приходит к выводу о том, что не привлечение администрацией исправительного учреждения на основании положений статьи 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, направленных на исправление осужденных, ФИО3 к труду в период отбывания им наказания в ФКУ ИК-40 (с 07.10.2021 по 14.09.2022) само по себе о нарушении прав административного истца со стороны исправительного учреждения, а также о ненадлежащих условиях отбывания наказания в обозначенном в административном иске аспекте не свидетельствует.

Правовые поводы и основания для признания условий содержания административного истца нарушенными в той мере, в которой они сами по себе влекут в силу действующего законодательства присуждение компенсации, в рассматриваемом случае отсутствуют.

Суд исходит из того, что в спорный период времени в учреждении отсутствовали вакантные рабочие места, в том числе для лиц, которым предписаны облегченные условия труда, в связи с чем отсутствуют предусмотренные законом основания для вывода о наличии оспариваемых действий (бездействия) исправительного учреждения в части не обеспечения надлежащих условий содержания административного истца и, как следствие, правовые поводы для взыскания в пользу административного истца компенсации за нарушение условии содержания в исправительном учреждении.

Кроме того, с учетом установленных фактических обстоятельств дела (совершение истцом административного взыскания, за которое на него возложено наказание в виде водворения в ШИЗО), суд не усматривает в действиях администрации учреждения по отстранению истца от выполнения оплачиваемых работ незаконного лишения истца возможности трудиться.

То обстоятельство, что ФИО3 в силу объективных причин не был трудоустроен, не влечет нарушение его прав и законных интересов, поскольку в силу части третьей статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства.

Материалами дела подтверждено, что ФИО3 в спорный период времени был обеспечен необходимыми лекарственными средствами, продуктами питания, канцелярскими принадлежностями и средствами личной гигиены (л.д. 59-60, 63-75).

Согласно амбулаторной медицинской карте за период с октября 2021 по сентябрь 2022 осужденному ФИО3 лист-заказ на приобретение личных медикаментов не оформлялся (л.д. 76).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку правовые основания для признания незаконным бездействия административного ответчика по фактам не привлечения истца к труду не установлены, как и не установлено нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца, в связи с чем отсутствуют основания для присуждения компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Кроме того, в соответствии с частью 1 статьи 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. Лицам, пропустившим срок обращения в суд по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен (ч.7 ст. 219 КАС РФ).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч.8 ст. 219 КАС РФ).

Из материалов дела следует, что оспариваемое административным истцом бездействие, выразившегося в нарушении условий содержания под стражей в части не обеспечения права на труд, имело место в период с 07.10.2021 по 14.09.2022, ответ по результатам прокурорской проверки, содержащий суждение о незаконном бездействии ответчика истцу направлен в августе 2022 года, вместе с тем, иск был подан в суд в августе 2025 года, при этом административным истцом не приведены какие-либо доводы об уважительных причинах пропуска срока для обращения в суд.

Из представленных документов не следует, что имеются основания для восстановления заявителю пропущенного процессуального срока.

Каких-либо доказательств тому, что истец был лишен реальной возможности обратиться в суд за защитной прав в установленные законом, суду не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что имеются основания для отказа в удовлетворении требований административного иска, в том числе и в связи со значительным пропуском срока на обращения.

Руководствуясь статьями 175-180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ,

РЕШИЛ:

ФИО3 в удовлетворении административных исковых требований к начальнику Федерального казенного учреждения Исправительная колония № 40 ГУФСИН по <адрес> ФИО1, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России об оспаривании бездействия, выразившегося в нарушении условий содержания под стражей в части не обеспечения права на труд, взыскании компенсации морального вреда, об оспаривании бездействия, взыскании компенсации, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кунгурский городской суд Пермского края в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья (подпись)

Копия верна. Судья О.В. Исакова

Мотивированное решение изготовлено 15 октября 2025 года

Подлинное решение подшито в материалы дела № 2а-2150/2025, которое хранится в Кунгурском городском суде Пермского края