Дело № 2-13/2025

24RS0056-01-2024-005892-32

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 июня 2025 года гп. Северо-Енисейский

Красноярский край

Северо-Енисейский районный суд Красноярского края в составе:

Председательствующего - судьи М.А. Тявлиной,

при секретаре Тиспирековой Н.А.,

с участием: истца/ответчика ФИО2, путем ВКС с Новоселовским районным судом Красноярского края, представителя ответчика/истца ФИО3 – ФИО9, действующей на основании нотариальной доверенности, путем ВКС с Октябрьским районным судом г. Красноярска,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, истребовании транспортного средства, взыскании судебных расходов, компенсации морального вреда,

по встречному иску ФИО3 к ФИО2 о признании договора купли-продажи действительным, прекращении права собственности и признании права собственности на транспортное средство, взыскании судебных расходов, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, с учетом уточнений от 28.01.2025 года, обратился в суд с вышеуказанными исковыми требованиями к ФИО3, мотивируя тем, что истец в ноябре 2021 года через своего сына передал автомобиль Subaru Impreza 2000 года выпуска, номер кузова G62-CC2857, для продажи. Данный автомобиль был продан за 90 000 рублей. В дальнейшем истцу стало известно, что на него наложен запрет на регистрационные действия. Истец пытался найти покупателя своего автомобиля, чтобы разрешить с ним этот вопрос, но не смог. В дальнейшем в адрес истца стали поступать многочисленные штрафы на спорный автомобиль. После чего он был вынужден обратиться в ФССП, где ему и сообщили владельца автомобиля. При разговоре с ФИО3 достичь какого-либо соглашения по автомобилю стороны не смогли, в связи с чем истец вынужден был обратиться в суд и просит признать договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между сторонами, недействительным, истребовать у ФИО3 спорное транспортное средство, взыскать с ответчика судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 40 000 рублей и уплате государственной пошлины в размере 2900 рублей, и компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

ФИО3, с учетом уточнений от ДД.ММ.ГГГГ, обратился в суд со встречными исковыми требованиями к ФИО2 о признании договора купли-продажи действительным, прекращении права собственности и признании права собственности на транспортное средство, взыскании судебных расходов в размере 13250 рублей, расходов на представителя в размере 40 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. Встречные исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 приобрел транспортное средство <данные изъяты> за 270 000 рублей у молодого человека, у которого были заполнены экземпляры договора купли-продажи, был на руках паспорт ФИО2, документы на автомобиль и ключи от него, и он представился сыном ФИО2 В дальнейшем ФИО3 не смог поставить указанное транспортное средство на регистрационный учет в органы ГИБДД, в связи с тем, что на транспортное средство наложен запрет на регистрационные действия. ФИО3 стало известно о наличии кредитной задолженностей у ФИО2 с 2020 года. В ноябре 2022 года между ФИО3 и ФИО2 было достигнуто соглашение о взаимном погашении задолженностей и штрафов, однако до настоящего момента ФИО2 задолженность не погасил, в связи с чем, возникла необходимость обращения в суд.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснил, что действительно в ноябре 2021 года разрешил своему сыну – ФИО5 продать спорный автомобиль, в связи с чем они заполнили шапку договора-купли продажи машины, но подпись свою не ставил, передал ключи и СТС на автомобиль сыну, последний автомобиль продал за 90 000 рублей и денежными средствами распорядился по своему усмотрению. Утверждает, что спорный автомобиль ФИО3 не продавал, и никакого договора купли-продажи спорного транспортного средства ДД.ММ.ГГГГ не подписывал, в связи с чем в удовлетворении встречных исковых требований, просит отказать.

В судебное заседание ответчик ФИО3 не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен заказной почтой, о причинах неявки суд не уведомил, заявил ходатайство о проведении судебного заседания в свое отсутствие, доверил представление своих интересов ФИО9

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО9 в судебном заседании поддержала доводы, изложенные во встречном исковом заявлении и возражениях на первоначальный иск. Дополнительно пояснила, что ФИО2 выразил свою волю в продаже автомобиля неизвестным лицам. Автомобиль был продан ФИО3 за 270 000 рублей, о чем имеется подлинный договор купли-продажи, при этом денежные средства передавались наличными из рук в руки, в связи с чем какие-либо документы оплаты, отсутствуют.

Представители третьих лиц МРЭО ГИБДД МУ МВД России «Красноярское», ООО «Агентство по урегулированию споров», АО «Т-Банк», ВТБ 24 (ПАО) в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены заказной почтой, о причинах неявки суд не уведомили, ходатайств не поступало.

Изучив судебные извещения, выслушав мнение участников процесса, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав доводы и пояснения сторон, исследовав материалы дела и допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

По общему правилу, предусмотренному пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статьей 162 названного Кодекса установлено, что несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (пункт 1).

В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность (пункт 2).

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли (пункт 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях (п. 2 ст. 302 ГК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 34).

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 35).

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 постановления N 10/22).

По смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу (пункт 39).

В соответствии со статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения.

Из содержания указанных норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что несоблюдение простой письменной формы сделки само по себе не влечет ее недействительность; предусмотренная пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации двусторонняя реституция применяется, если иные последствия не установлены законом, при этом суд сам определяет, какие нормы материального права подлежат применению при разрешении спора; в случае приобретения имущества не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права его отчуждать, должны применяться положения статей 301 и 302 названного выше Кодекса, для которых юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются факт выбытия имущества из владения собственника по его воле либо помимо его воли, а также то, являлось ли приобретение возмездным и добросовестным.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 ГК РФ, при отчуждении транспортного средства по договору право собственности на него у нового приобретателя возникает с момента передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 1 ст. 223 ГК РФ). В этот же момент у нового собственника возникает правомочие по распоряжению транспортным средством.

В случаях когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

Поскольку транспортное средство является движимым имуществом, при его отчуждении действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя в момент передачи транспортного средства (п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017.

На основании положений пункта 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Как следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 продал ФИО3 автомобиль марки <данные изъяты>, Impreza г/н №, за 270 000 рублей.

Вместе с тем, согласно сведениям карточки учета транспортного средства <данные изъяты>, г/н № на ДД.ММ.ГГГГ собственником является ФИО2 (т. 1 л.д. 14).

Как утверждает представитель ответчика в судебном заседании и указано во встречном исковом заявлении, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в ГИБДД с целью поставить приобретенное вышеуказанное транспортное средство на учет, однако в данной услуге ему было отказано, поскольку на транспортное средство были наложены ограничения на регистрационные действия.

Из информации, предоставленной ГУ МВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что за период с августа 2022 года по настоящее время от гражданина ФИО2 поступило 6 обращений в адрес Центра автоматизированной фиксации административных правонарушений в области дорожного движения Госавтоинспекции ГУ МВД, с жалобой на постановления по делам об административных правонарушениях, в связи с тем, что автомобиль <данные изъяты> № ему не принадлежит с августа 2022 года. С заявлением о краже вышеуказанного транспортного средства с августа 2022 года по настоящее время ФИО2 не обращался (т. 1 л.д. 94).

В ходе судебного разбирательства, ФИО2 было заявлено ходатайство о проведении по делу почерковедческой экспертизы, мотивируя тем, что договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3, он не подписывал.

Определением Северо-Енисейского районного суда Красноярского края от 11 февраля 2025 года назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, подпись от имени ФИО2, расположенная в договоре купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенном между ФИО2 и ФИО3, в строке «подпись, фамилия продавца», выполнена не самим ФИО2, а другим лицом, с подражанием какой-то подлинной подписи ФИО2 (т. 2 л.д. 31-38).

Также, по ходатайству истца по первоначальному иску, в судебном заседании были допрошены свидетели.

Так, свидетель ФИО6 суду пояснил, что работает заместителем начальника ОГИБДД МО МВД России «Балахтинский», к ним в отделение обращался гражданин ФИО2 с заявлением о предоставлении государственной услуги по снятию транспортного средства с регистрационного учета, в предоставлении которой было отказано, поскольку на автомобиль <данные изъяты> были наложены ограничения – запрет регистрационных действий, при этом данный автомобиль на дорогах <адрес> он никогда не встречал.

Свидетель ФИО5 суду пояснил, что приходится истцу сыном. В 2021 году, он через своего одноклассника, который организовал ему встречу с незнакомыми ему парнями по имени Антон и Руслан, намеревавшимися купить автомобиль его отца, продал последним автомобиль <данные изъяты>, за 90 000 рублей, передав им ключи и документы на данный автомобиль. Вырученные денежные средства он потратил на свои нужды. При этом договор купли-продажи составлялся в одном экземпляре, но на половину, подписи отца в нем не было, и его забрали вышеуказанные молодые люди, пояснив, что сами снимут автомобиль с учета в ГИБДД. Спустя три месяца ему позвонили покупатели и сказали, что на приобретенный ими вышеуказанный автомобиль, наложены ограничения по регистрации, в связи с чем он предложил им вернуть ему автомобиль, а он им деньги, но после этого разговора покупатели перестали выходить на связь, а в октябре 2022 года они узнали, что автомобиль находится у ранее не знакомого им ФИО3

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд полагает, что в данном случае не установлено отсутствие воли собственника ФИО2 на передачу владения иному лицу, поскольку в судебном заседании сам истец по первоначальному иску утверждал, что с его согласия его сын Антон продал спорный автомобиль за 90 000 рублей, деньги они получили; кроме того, согласно информации ГУ МВД России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ, в своих жалобах в адрес Центра автоматизированной фиксации административных правонарушений в области дорожного движения Госавтоинспекции ГУ МВД, ФИО2 утверждает, что автомобиль <данные изъяты> не принадлежит ему с августа 2022 года (т. 1 л.д. 94).

Достоверных и бесспорных доказательств выбытия автомобиля из владения ФИО2 помимо его воли в материалы дела не представлено. Напротив, передача ФИО10 автомобиля для продажи с ключами и всеми относящимися к автомобилю документами, длительное безразличное отношение истца к судьбе автомобиля, невыполнение правомочий собственника (уплата налогов, страхование гражданской ответственности), свидетельствуют о наличии волеизъявления истца на отчуждение транспортного средства.

Предполагается презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, возмездности договора, исходя из которой распределяется бремя доказывания (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 423 ГК РФ, ст. 56 ГПК РФ), которое в данном случае лежит на истце по первоначальному иску.

Факт отсутствия подписи продавца в договоре сам по себе не подтверждает отсутствие воли и не влечет признание сделки недействительной, учитывая, что наличие волеизъявления может устанавливаться совокупностью иных доказательств, и оно установлено судом, при этом судом учитываются конклюдентные действия самого истца, направленные на отчуждение автомобиля, а именно: передача автомобиля, ключей и документов от него для продажи сыну, и факт получения денежных средств за продажу данного транспортного средства.

При этом, доводы истца ФИО2 о том, что спорный автомобиль именно ФИО3 он не продавал, не имеют правового значения, поскольку, как поясняет сам истец в судебном заседании, он достоверно не знал, кому именно его сын продал его автомобиль, поскольку сам на данной сделке не присутствовал и договора купли-продажи транспортного средства после его отчуждения, сын ему не предоставил; кроме того, конкретизировать в какой день сын истца продал автомобиль двум неизвестным ему парням по имени Антон и Руслан, ни истец, ни свидетель ФИО5 в судебном заседании не смогли.

Оценивая действия ФИО3 на предмет добросовестности, суд принимает во внимание, что при приобретении автомобиля фактически ему были переданы оригиналы документов на транспортное средство, комплект ключей. Цена, за которую был приобретен спорный автомобиль, которую указывает ФИО3, фактически соответствовала рыночной.

Вопреки позиции истца, при продаже автомобиля ФИО3 были переданы не только свидетельство о регистрации транспортного средства, а также паспорт транспортного средства, который необходим для заключения сделок по отчуждению автомобиля и предъявления его в органы ГИБДД для регистрации нового владельца транспортного средства. Суд приходит к выводу о том, что автомобиль выбыл из владения ФИО2 по его воле, о чем ему было известно, и он имел намерение по отчуждению данного транспортного средства, что подтверждается пояснениями сторон, показаниями свидетеля ФИО5

Допустимых доказательств иному суду не представлено.

При установленных судом обстоятельствах в данном случае отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Вместе с тем, исходя из того, что суд оставляет первоначальные исковые требования ФИО2 без удовлетворения, встречные исковые требования ФИО3 к ФИО2 о признании договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, действительным, в данном случае являются излишне заявленными и удовлетворению не подлежат, в настоящем деле установлены иные обстоятельства правоотношений, в связи с чем отсутствует необходимость судебной защиты путем предъявления подобного рода требований.

При этом, в ходе судебного разбирательства установлено, что при заключении договора купли-продажи транспортного средства <данные изъяты> расчет по договору ФИО3 произведен в полном объеме; транспортное средство находится во владении ФИО3, который несет бремя его содержания, что подтверждается, в том числе, сведениями из страховой компании АО «АльфаСтрахование» от ДД.ММ.ГГГГ, о том, что в отношении спорного транспортного средства оформлен договор ОСАГО серии ХХХ № на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, собственником и страхователем по которому является ФИО3, он же допущен к управлению данным транспортным средством; кроме того, из постановления оперуполномоченного ОУР ОП № МУ МВД РФ «Красноярское» ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ по проверке по заявлению ФИО2 (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ) следует, что ФИО3 самостоятельно оплачивает штрафы по спорному автомобилю, предоставив квитанции об оплате. Не доверять данным, указанным в постановлении сотрудника полиции, у суда оснований не имеется.

Кроме того, факт оплаты штрафов за спорный автомобиль ФИО3 подтверждает и сам истец в судебном заседании, также данное обстоятельство подтверждается представленными в материалы дела доказательствами (т. 2 л.д. 104-112).

С учетом изложенного, встречные исковые требования ФИО3 в части прекращения права собственности ФИО2 и признания за ним права собственности на транспортное средство <данные изъяты>, подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Поскольку в удовлетворении основных требований ФИО2 отказано, оснований для возмещения ответчиком понесенных истцом судебных расходов, как производных требований от основных, у суда не имеется.

При обращении в суд истцом по встречному иску ФИО3 понесены расходы на оплату представителя в размере 40 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 250,00 рублей.

При этом уплата государственной пошлины ФИО3 подтверждается заявлением на перевод № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 107), в связи с чем подлежит возмещению истцом/ответчиком ФИО2 по встречному иску в полном объеме.

Разрешая исковые требования ФИО3 о взыскании с ФИО2 судебных расходов за оплату услуг представителя, что подтверждается договором оказания юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, счетом № от ДД.ММ.ГГГГ на оплату, квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ об оплате ФИО3 40 000 рублей по договору оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, а также расходы на оплату услуг представителей.

На основании ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Как указывает истец по встречному иску, в ходе рассмотрения дела он понес расходы в общем размере 40 000 рублей на оплату юридических услуг представителя ФИО9, которая на основании доверенности представляет интересы истца в суде первой инстанции, а также за составление возражений на иск, встречного искового заявления.

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца ФИО9 при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовала в четырех судебных заседаниях (т. 1 л.д. 60, 186, 239, т. 2 л.д. 53) подготовила в суд возражения на иск (т. 1 л.д. 44), встречное исковое заявление (т. 1 л.д. 97), уточнения встречных исковых требований (т. 2 л.д. 162), а также объем и характер оказанных представителем услуг.

Таким образом, с учетом разумности и справедливости, суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с истца/ответчика в его пользу 25 000 рублей.

Разрешая требования истца/ответчика ФИО3 о компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ (ст. 1099 ГК РФ).

На основании статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Размер компенсации определяется в каждом конкретном случае, исходя из заслуживающих внимания обстоятельства, при этом ее размер должен носить реальный, а не симоволический характер.

Учитывая вышеуказанные нормы права и установленные обстоятельства, суд полагает, что оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда не имеется, поскольку истец не доказал причинение такого вреда ответчиком, а также степень физических и нравственных страданий, претерпеваемых им, с указанием, в чем они выражаются, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями.

В связи с чем, в данной части исковые требования ФИО3 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, истребовании транспортного средства, взыскании судебных расходов, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требования ФИО3 (паспорт № № выдан ДД.ММ.ГГГГ ТП УФМС России по <адрес> в <адрес>) удовлетворить частично.

Прекратить право собственности ФИО2 на транспортное средство <данные изъяты>, цвет кузова белый.

Признать за ФИО3 право собственности на транспортное средство <данные изъяты>, цвет кузова белый, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с ФИО2 (паспорт № выдан 1606.2012 года ТП УФМС России по <адрес> в <адрес>) в пользу ФИО3 судебные расходы в размере 38 250,00 рублей.

В остальной части в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца с момента составления мотивированного решения, подачей апелляционной жалобы через Северо-Енисейский районный суд Красноярского края.

Председательствующий М.А. Тявлина

Мотивированное решение изготовлено 01 июля 2025 года.