Решение по делу № 2-656/2023 от 18.07.2023 - о взыскании суммы причиненного ущерба, денежных средств в виде упущенной выгоды, представительских расходов, расходов по оплате госпошлины и встречному иску ПАО «Промсвязьбанк» к <ФИО> <ФИО> и <ФИО> <ФИО> о признании договоров банковского вклада незаключенными и о признании обязанности Банка по выплате денежных средств по договорам вклада, отсутствующей.

07RS0001-02-2020-002178-44

Дело № 2-656/23

Решение

Именем Российской Федерации

18 июля 2023 года гор. Нальчик

Нальчикский городской суд в составе председательствующего судьи Безрокова Б.Т., при секретаре Гукетловой О.С., с участием прокурора Башиева Р.А. представителя ответчика ПАО «Промсвязьбанк» - по доверенности от 23.05.2023 г. ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 ФИО17 к ПАО «Промсвязьбанк» о взыскании суммы причиненного ущерба, денежных средств в виде упущенной выгоды, представительских расходов, расходов по оплате госпошлины и встречному иску ПАО «Промсвязьбанк» к ФИО2 ФИО17 и ФИО5 ФИО19 о признании договоров банковского вклада незаключенными и о признании обязанности Банка по выплате денежных средств по договорам вклада, отсутствующей,

Установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ПАО "Московский Индустриальный Банк" о взыскании суммы причиненного ущерба в размере 7000 000 руб., денежных средств, в виде упущенной выгоды в размере 332 354,20 руб., представительских расходов в сумме 50 000 руб. и расходов по оплате госпошлины в размере 31911,78 руб.

В обоснование иска истец указал, что 12.12.2018 в соответствии с договором о размещении денежных средств во вклад с ОО "РУ в г. Нальчике" филиала СКРУ ПАО "МИнБанк" им были внесены денежные средства в размере 1 500 000 руб. в качестве вклада "VIP-Накопительный" с условием выплаты процентов под 10,5% годовых.

В соответствии с Условиями по размещению денежных средств во вклад "VIP-накопительный" в рамках договора банковского обслуживания № от 12.12.2018 г. срок вклада установлен на 2 года, то есть до 12.12.2020 с ежегодной выплатой процентов по вкладу.

Во исполнение данного договора 12.12.2018 им были внесены наличным способом денежные средства в размере 1 500 000 руб. по банковскому ордеру № на счет открытый в Банке на его имя с проставлением печати ответчика и отметки об исполнении, т.е. об оприходовании внесенных денежных средств.

27.12.2019 г., по банковскому ордеру № им через свою дочь, ФИО4, которая действовала по доверенности от его имени, были получены в офисе ответчика начисленные за 1 год проценты по вкладу в размере 157 500 руб. наличным способом.

25.12.2018 между ним и Банком также был заключен аналогичный договор банковского вклада, в соответствии с которым он внес в Банк наличными денежные средства в размере 5 500 000 руб. сроком на 2 года, т.е. до 25.12.2020 под 10,5% годовых.

В соответствии с Заявлением о размещении денежных средств во вклад от 25.12.2018 г. "Условия по размещению денежных средств во вклад", настоящее заявление о размещении денежных средств во вклад с отметкой Банка о принятии данного заявления, являются заключенным договором банковского вклада, что и было сделано в лице управляющего Банком ФИО5 3.А.

25.12.2018 им были внесены денежные средства в Банк в сумме 5500000 руб., в подтверждение чего ответчиком был выписан банковский ордер № с отметкой об их приеме во вклад "VIP-Накопительный".

ДД.ММ.ГГГГ по банковскому ордеру № им через свою дочь, ФИО4, которая действовала по доверенности от его имени, были получены в офисе ответчика начисленные за 1 год проценты по вкладу в размере 630 000 руб. наличным способом.

12.05.2020 он обратился письменно в адрес ответчика с просьбой предоставить выписку по его счетам в банке по состоянию процентов по вкладам, где указано, что "в ОО "РУ в г. Нальчик" Филиала СКРУ ПАО "МИнБанк", на имя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, договор № от ДД.ММ.ГГГГ не заключался, счет № в валюте "Российский рубль" не открывался. Договор № от ДД.ММ.ГГГГ не заключался, счет № в валюте "Российский рубль" не открывался. По состоянию на 12.05.2020 г. открытых счетов нет, со стороны ФИО5 на лицо признаки мошенничества, рекомендовано обратиться в правоохранительные органы".

В связи с изложенным, он был вынужден обратиться в суд с настоящим исковым заявлением. Полагает, что ему были причинены убытки в указанном выше размере и именно Банк, как работодатель управляющего ОО "РУ в г. Нальчик" филиала СКРУ ПАО "МИнБанк" ФИО5, который действовал от имени и в интересах ответчика, должен нести ответственность за причиненный ему вред своими незаконными действиями.

В свою очередь АО "МИнБанк" обратилось в суд с встречным исковым заявлением к ФИО3 и ФИО5, о признании незаключенными договоров банковского вклада и о признании обязанности Банка по выплате денежных средств по договорам вклада, отсутствующей.

В обоснование доводов встречного иска указано, что ФИО3 не доказал факт заключения договоров банковского вклада и внесения денежной наличности в кассу Банка, у Банка не возникла обязанность по зачислению указанных ФИО3 денежных средств на соответствующие счета и обязанность по возврату указанных денежных средств. Отсутствие в Банке типовых договоров, аналогичных договорам, подписанным ФИО3 свидетельствует о его доверительных отношениях с лицами, предложившими принять деньги на указанных условиях, а значит, и на его возможность влиять на договорные положения, не позволяет квалифицировать спорные договоры как сделки, отвечающие признакам публичного договора (ст. 426 ГК РФ), либо как сделки, имеющие признаки договора присоединения (ст. 428 ГК РФ), и, следовательно, считать ФИО3 слабой стороной в спорных правоотношениях.

Протокольным определением суда от 25.05.2023 года в порядке процессуального правопреемства в связи с реорганизацией путем присоединения произведена замена АО "МИнБанк" на ПАО «Промсвязьбанк».

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без своего участия.

Представитель ответчика ПАО «Промсвязьбанк» ФИО1, в судебном заседании встречные исковые требования поддержала, в удовлетворении первоначального иска, просила отказать. Представлены письменные возражения на иск.

Прокурор полагал иск подлежащим удовлетворению.

Выслушав доводы стороны ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, 12.12.2018 г. между ФИО3 и банком в операционном офисе ПАО "МИнБанк" в г. Нальчике заключен договор о размещении денежных средств во вклад "VIP-Накопительный" на сумму – 1500 000 руб. с выплатой 10,5% годовых на срок до 12.12.2020 г.

25.12.2018 г. между ФИО3 и банком в операционном офисе ПАО "МИнБанк" в г. Нальчике заключен договор о размещении денежных средств во вклад "VIP-Накопительный" на сумму – 5 500 000 руб. с выплатой 10,5% годовых на срок до 25.12.2020 г.

Указанные договора от имени банка подписаны представителем банка ФИО5

В соответствии с банковскими ордерами № 017998 от 12.12. 2018 г. и № 019608 от 25.12.2018 г. банк принял от истца денежные средства в общей сумме 7000 000 руб.

ФИО3 обратился в ПАО "МИнБанк" с заявлением, в котором просил вернуть внесенные денежные средства, а также проценты в соответствии с условиями договора.

Письмом от 12.05.2020 г. банк уведомил ФИО3 о том, что на его имя указанные договора не заключались, счета не открывались, в кассу банка деньги не поступали.

Приказом председателя правления банка от 12 мая 2020 г. ФИО5 освобожден от занимаемой должности на основании пункта 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с утратой доверия.

4 июня 2020 г. в отношении ФИО5 СЧ ГУ МВД России по СКФО возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В ходе расследования установлено, что ФИО5 путем обмана и злоупотребления доверием в рабочем кабинете, используя свое служебное положение, под предлогом размещения личных денежных средств граждан во вклады "VIP-Накопительный", сообщая заведомо ложные сведения о несуществующих, завышенных банковских процентных ставках по вкладам, не намереваясь разместить их на лицевых счетах в банке, в период времени с июня 2018 г. по декабрь 2019 г. похитил у физических лиц значительные денежные средства, включая спорные денежные средства ФИО3, в размере 7000000 руб.

Постановлением старшего следователя по особо важным делам 1 отдела СЧ ГУ МВД России по СКФО от 11.08. 2021 г. ФИО3, признан потерпевшим по уголовному делу, а постановлением от 03.03. 2021 г. потерпевшим признано ПАО "МИнБанк".

Пунктом 1 статьи 834 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

В силу пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации договор банковского вклада должен быть заключен в письменной форме.

Письменная форма договора банковского вклада считается соблюденной, если внесение вклада удостоверено сберегательной книжкой, сберегательным или депозитным сертификатом либо иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота.

Несоблюдение письменной формы договора банковского вклада влечет недействительность этого договора. Такой договор является ничтожным (пункт 2 этой же статьи).

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 27 октября 2015 г. N 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО6, ФИО7, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО11" федеральный законодатель, давая нормативную дефиницию договора банковского вклада в статье 834 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал на наличие двух последовательных юридических фактов, необходимых для совершения договора, - заключение в письменной форме соглашения между банком и вкладчиком и фактическую передачу банку конкретной денежной суммы, зачисляемой на счет вкладчика, открытый ему в банке (пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, договор банковского вклада считается заключенным с момента, когда банком были получены конкретные денежные суммы, а право требования вклада, принадлежащее вкладчику, и корреспондирующая ему обязанность банка по возврату вклада возникают соответственно лишь в случае внесения средств вкладчиком.

Исходя из того, что пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, то есть перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами.

При этом несение неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения возлагается непосредственно на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается особым видом предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, незнакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, то есть без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.

Суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с его статьей 166, как ничтожный или незаключенный договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключен неуполномоченным работником банка и в банке отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счет денежных средств), в тех случаях, когда - принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику банка не опровергнуты. В таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.

При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (заключить договор в здании банка, передать денежные суммы работникам банка, получить в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ). Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что гражданин-вкладчик, учитывая обстановку, в которой действовали работники банка, имел все основания считать, что полученные им в банке документы, в которых указывается на факт внесения им денежных сумм, подтверждают заключение договора банковского вклада и одновременно удостоверяют факт внесения им вклада. Иное означало бы существенное нарушение прав граждан-вкладчиков как добросовестных и разумных участников гражданского оборота.

В связи с этим положения, закрепляющие требования к форме договора банковского вклада, не препятствуют суду на основании анализа фактических обстоятельств конкретного дела признать требования к форме договора банковского вклада соблюденными, а договор - заключенным, если будет установлено, что прием от гражданина денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами, которые были выданы ему банком (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени банка) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств, и что поведение гражданина являлось разумным и добросовестным.

В подтверждение факта заключения договоров банковского вклада от 12 и 25.12.2018 г. и внесения денежных средств во вклад в общем размере 7000 000 руб. ФИО3, представлены Условия по размещению денежных средств во вклад, а также банковские ордера.

Данные документы подписаны со стороны вкладчика ФИО3, со стороны Банка - управляющим операционным офисом Банка ФИО5, на них проставлены оттиски печати Банка.

При этом, ФИО5 являлся руководителем операционного офиса, согласно должностной инструкции в его полномочия входило: подписание кредитных, хозяйственных договоров, а также договоров банковского счета/банковского вклада, договоров купли-продажи векселей Банка, приложений и дополнений к ним и иных договоров и документов, обеспечивающих работу оперативного офиса, на основании доверенности, выданной Банком.

С учетом изложенного, из обстановки явствовало наличие у ФИО5 полномочий на заключение с истцом договора вклада и на получение от него денежных средств, на подписание и выдачу указанных выше документов от имени Банка.

Отсутствие надлежащего контроля со стороны банка за деятельностью его сотрудников, правильностью оприходования и зачисления на расчетный счет полученных от вкладчика денежных средств не может являться основанием для освобождения банка от ответственности за неисполнение принятых на себя обязательств.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 данного Кодекса, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Вопреки доводам ответчика, представленные банковские ордера, которые : были выданы. управляющим операционным офисом банка ФИО5, то есть лицом, которое исходя из обстановки заключения договора воспринималось гражданином как действующее от имени банка, и в тексте которых отражен. факт внесения соответствующих денежных средств и реквизиты банка, отвечают требованиям относимости и допустимости доказательств, подтверждающих прием от ФИО3 денежных средств, для внесения во вклад, соответственно, реального внесения денежных средств, в кассу банка на счета по договорам банковского вклада.

При этом суд также исходит из того, что ФИО3 не является лицом, обладающим профессиональными, знаниями в сфере банковской деятельности и не имел реальной возможности изменить содержание : предлагаемого от имени банка набора, документов, необходимых для заключения данного договора.

Истцу, как потребителю, не профессиональность которых предполагается, не могло быть известно о неправомерности действий управляющего ОО "РУ в г. Нальчике" филиала СКРУ ПАО "МИнБанк".

Проявив должную осмотрительность, он заключил договоры банковского вклада в здании банка, передал денежные суммы работнику банка, получил в: подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ, в данном случае банковские ордера.

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 06.12.2022 г. № 21-КГ22-7-К5.

Как следует из правовой позиции, выраженной в абз.3 п. 3.1 постановления Конституционного Суда РФ от 27.10.2015 N 28-П, что касается неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения, то их несение возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 ГК Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

Кроме того, Конституционный Суд РФ неоднократно указывал о защите. потребителя как экономически более слабой и зависимой стороны в гражданско- - правовых отношениях с коммерческой организацией (постановления от 23.02.1999 г. №4-П, от 27.10.2015 г. № 28-П, определение от 04.10.2012 г. № 183 Г-О и др,).

Учитывая должностное положение ФИО5 и круг его служебных полномочий, предпринятые им преступные действия противоречат интересам службы и со всей очевидностью свидетельствуют о невыполнении им как, сотрудником ПАО «МИнБанк», возложенных на него функциональных обязанностей, ненадлежащем, исполнении требований внутренних нормативных актов банка и об отсутствии со стороны банка, несмотря на письмо Центрального Банка РФ от 11.06.2015 г. № 04-41-2/5159, надлежащего контроля за деятельностью операционного офиса «Регионального управления в гор. Нальчике» филиала «Северо-Кавказского регионального управления ПАО «МИнБанк».

Таким образом, исходя из установленные по делу обстоятельств того, что во время совершения преступления в отношении ФИО3 в силу трудового договора ФИО5 являлся действующим работником ПАО «МИнБанк», действия по завладению денежными средствами истцов совершены ФИО5 в рабочее время на рабочем месте с использованием служебного положения работника банка по отношению к клиентам банка под видом заключения договоров банковского вклада, принимая во внимание положения ст. 1068 ГК РФ, суд приходит вводу о том, что ПАО «Промсвязьбанк», как правопреемнику ПАО «МИнБаик», подлежит возмещению, вред, причиненный его работником при исполнении своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей, в виде выплаты ФИО3 сумм вкладов в общем размере 7000000 руб.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 838 Гражданского кодекса Российской Федерации банк выплачивает вкладчику проценты на сумму вклада в размере, определяемом договором банковского вклада.

Расчет подлежащих возмещению убытков произведен в соответствии с требованиями ст. 839 Гражданского кодекса Российской Федерации, и суд полагает обоснованным доводы ФИО3 о причинении ему убытков в виде процентов, подлежащих выплате на сумму вклада – 1500000 руб., за период с 12.12.2018 по 05.06.2020 в сумме 75686,50 руб. и на сумму вклада – 5500000 руб., за период с 25.12.2018 по 05.06.2020 в сумме 256666,70 руб. вследствие ненадлежащего исполнения банком обязательств из договоров банковского вклада от 12.12.2018 г. и от 25.12.2018 г.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч. 2 ст. 110 АПК РФ).

Гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения расходов, в том числе на оплату услуг представителя, является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования, установление связи указанных расходов с рассмотрением дела, их необходимости, оправданности и разумности.

Как следует из материалов дела, истцом заявлены судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб., уплаченные по договору на оказание юридических услуг от 05.06.2020 года.

В судебных заседаниях по делу принимал участие представитель истца – ФИО12

Принимая во внимание сложность данного дела, количество и значительную продолжительность судебных заседаний с участием представителя, объем оказанной правовой помощи при рассмотрении дела, цены иска, предмета спора, суд приходит к выводу о взыскании суммы в возмещение оплаты услуг представителей в заявленном размере 50 000 руб., полагая, что данная сумма является разумной.

При подаче искового заявления истцом была оплачена госпошлина в размере 10000 руб., что подтверждается чек-ордером от 08.06.2020 года (т.1 л.д. 5). Уплата госпошлины в большем размере (31911,78 руб.), не подтвержден.

С учетом изложенного судебные расходы истца на оплату госпошлины подлежат возмещению за счет ответчика в размере 10000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО2 ФИО17 удовлетворить.

Взыскать с ПАО «Промсвязьбанк» в пользу ФИО2 ФИО17 сумму причиненного ущерба в размере 7000000 руб., денежные средства в виде упущенной выгоды в размере 332354,20 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 50000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 10000 руб. Всего 7392354,20 руб.

Встречные исковые требования ПАО «Промсвязьбанк» к ФИО2 ФИО17 и ФИО5 ФИО19 о признании договоров банковского вклада незаключенными и о признании обязанности Банка по выплате денежных средств по договорам вклада, отсутствующей, оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано, а прокурором принесено представление, в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда КБР, через Нальчикский городской суд, в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения в окончательной форме.

Дата составления мотивированного решения 20 июля 2023 года.

Судья Безроков Б.Т.