РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 апреля 2023 г. г. Иркутск

Ленинский районный суд г. Иркутска в составе

председательствующего судьи Герасимовой Я.В.,

при ведении протокола секретарем Галиуллиным И.И.,

с участием истца, представителя истца ФИО12, представителя ответчика ФИО11, прокурора ФИО5,

в отсутствие ответчика, третьих лиц,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на медицинские препараты и средства реабилитации. В обоснование исковых требований указано, что ****год около 19-50 часов водитель ФИО2, являясь участником дорожного движения, управляя принадлежащим ему транспортным средством №, государственный регистрационный знак №, в состоянии алкогольного опьянения, следуя по <адрес> в <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в районе строения № по <адрес> в нарушение требований п. 9.10 ПДД РФ не соблюдал такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения со следовавшем впереди в попутном направлении автомобилем №, государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО10, под управлением последней, в результате чего допустил столкновение. После столкновения автомобиль №, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2 допустил столкновение с транспортным средством №, государственный регистрационный знак № принадлежащим истцу ФИО1, под его управлением, который следовал в попутном направлении и совершал маневр поворота направо. От полученного удара произошло опрокидывание автомобиля Киа Бонго, государственный регистрационный знак №. С места ДТП виновник скрылся, за что был привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ. В результате нарушения ФИО2 правил дорожного движения истцу ФИО1, были причинены телесные повреждения в виде тупой травмы груди с переломом девятого ребра слева, которые оцениваются как причинившие средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья сроком более 3-х недель. В результате закрытой травмы живота истец получил разрыв поджелудочной железы без открытой раны в брюшную полость. Истец поступил ****год в ГБУЗ Иркутскую ордена «Знак почета» областную больницу с диагнозом разрыв поджелудочной железы с осложнениями: посттравматический стерильный панкронекроз, ферментативный асцит-перитонит, аррозивное внутрибрюшное кровотечение, гидротракс слева. Истцу были проведены следующие операции: ****год – биопсия кожи и подкожной клетчатки, ****год – лапероценез, ****год – лапаротомия, копорокадуальная резекция поджелудочной железы, спленэктомия, санация, дренирования, тампонирование брюшной полости, ****год – программированная релапаротомия. Истцу установлена 2 группа инвалидности. ФИО1 просил суд взыскать с ответчика ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 3000000 руб., расходы по оплате медицинских услуг и средств реабилитации в размере 5900 руб., расходы на юридические услуги в размере 6000 руб.

В ходе рассмотрения дела, истец, в порядке ст. 39 ПК РФ, уточнил исковые требования увеличив сумму расходов по оплате медицинских услуг и средств реабилитации до 9880 руб., в остальной части требования остались без изменения.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО12 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснили, что не согласны с заключением судебной экспертизы, выводы экспертов содержат ошибки, полагали заключение экспертизы незаконным и необоснованным.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО11 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме, указала о том, что ответчик согласен с требованиями только в части причинения вреда здоровью в виде травмы груди с переломом девятого ребра. Указала, что ответчик в ходе рассмотрения дела предлагал урегулировать спор мирным путем, путем компенсации морального вреда, на что истец не согласился. Представитель полагала заключение судебной экспертизы надлежащим доказательством по делу, наличие ошибок, допущенных экспертами в выводах, не влияющими на ее правильность. Указала, что материалами дела не подтверждено наличие причинно-следственной связи между дорожно-транспортным происшествием и ухудшением состояния здоровья истца в декабре 2019 года его госпитализацией, разрывом поджелудочной железы, установлением группы инвалидности. Просила исковые требования удовлетворить с учетом разумности и справедливости.

Третьи лица ФИО10Ж., АО "АльфаСтрахование" в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Прокурор ФИО5, давая заключение по делу, полагала, что исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в размере, определенном судом, с учетом требований разумности и справедливости. Кроме того, указала, что из материалов дела не усматривается причинно-следственная связь между фактом ДТП и последующим ухудшением здоровья в декабре 2019 года, госпитализацией, разрывом поджелудочной железы и установлением инвалидности.

Выслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В части 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Как предусмотрено статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Согласно пункту 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Аналогичные разъяснения изложены в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 указано, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ****год на <адрес>. Иркутска произошло ДТП с участием трех автомобилей: №, государственный регистрационный знак № под управлением ответчика, №, государственный регистрационный знак № под управлением истца; №, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО10

Ответчик ФИО6, управляя транспортном средством №, государственный регистрационный знак №, следуя по <адрес> <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в районе строения № по <адрес> в нарушение требования п. 10.1 Правил дорожного движения, не соблюдая дистанцию, которая бы позволила ему избежать столкновения, допустил столкновение со следовавшим впереди в попутном направлении автомобилем №, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО10 ФИО7 столкновения автомобиль №, государственный регистрационный знак № допустил столкновение с транспортным средством №, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1, который следовал в попутном направлении справа и совершал маневр поворота направо. От полученного удара произошло опрокидывание автомобиля №, государственный регистрационный знак №

Согласно материалам административного дела №, ФИО2 управлял транспортным средством в отсутствие водительского удостоверения, не был включен в полис ОСАГО, с места дорожно-транспортного происшествия ФИО2 скрылся.

****год мировым судьей судебного участка № <адрес> <адрес> вынесено постановление о признании ФИО2 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде административного ареста сроком на 5 суток.

Согласно заключению ИОБСМЭ № от ****год, составленному по результатам судебно-медицинской экспертизы, в рамках дела об административном правонарушении, в результате произошедшего ДТП ФИО1 получил тупую травму груди с переломом девятого ребра слева, данная травма оценивается как причинившая средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья сроком более 3-х недель.

Постановлением Иркутского районного суда <адрес> от ****год ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему было назначено наказание в виде административного штрафа в размере 25000 рублей.

Таким образом установлена, что в результате нарушения ФИО2 Правил дорожного движения, водителю №, государственный регистрационный знак № ФИО1 причинены телесные повреждения в виде тупой травмы груди с переломом девятого ребра слева, оцениваются как причинившие средней тяжести вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья сроком более 3-х недель. Данные обстоятельства ответчиком в ходе судебного разбирательства не оспаривались, более того, ответчик свою вину в данной части признал.

Как следует из доводов искового заявления ****год ФИО1 поступил в ГБУЗ Иркутскую ордена «Знак почета» областную клиническую больницу с диагнозом разрыв поджелудочной железы с осложнениями: посттравматический стерильный панкронекроз, ферментативный асцит-перитонит, аррозивное внутрибрюшное кровотечение, гидротракс слева. Истцу были проведены операции: ****год – биопсия кожи и подкожной клетчатки, ****год – лапероценез, ****год – лапаротомия, копорокадуальная резекция поджелудочной железы, спленэктомия, санация, дренирования, тампонирование брюшной полости, ****год – программированная релапаротомия. Истцу установлена 2 группа инвалидности.

Из материалов дела МСЭ в отношении ФИО1 следует, что ****год ФИО1 впервые установлена третья группа инвалидности по заболеванию, полученному в период военной службы. В 2014-2015 г.г. группа инвалидности продлена. ****год ФИО1 установлена вторая группа инвалидности по заболеванию, полученному в период военной службы. В 2017 году группа инвалидности продлена. В ****год установлена третья группа инвалидности по заболеванию, полученному в период военной службы, бессрочно. ****год истцу установлена вторая группа инвалидности по заболеванию, полученному в период военной службы, бессрочно.

Из медицинских документов в отношении ФИО1 установлено, что ****год истец поступил в ОГАУЗ «ИГКБ №» в 1-е хирургическое отделение с жалобами на боли в животе и тошноту, слабость, с направленным диагнозом: острый панкреатит. Выписан ****год. Заключительный диагноз: острый отечный панкреатит.

****год истец поступил в ОГАУЗ «ИГКБ №» в 1-е хирургическое отделение с направленным диагнозом: острый панкреатит. Показаний к экстренному оперативному лечению не установлено. Рекомендовано наблюдение терапевта по месту жительства. Заключительный диагноз: хронический панкреатит.

****год ФИО1 поступил в ГБУЗ «ИОКБ» ****год с жалобами на слабость, утомляемость, снижение диуреза, аппетита, увеличение живота за счет асцита, периодически схваткообразные опоясывающие боли в животе, снижение АД. Диагноз: идеопатический тробоцитоз. Асцит. Показаний к экстренной операции и госпитализации в отделение не установлено.

****год в ОГБУЗ «ИГКБ №» ФИО8 проведено МСКТ брюшной полости. Диагностировано свободная жидкость в брюшной полости. Дегенеративно-дистрофические изменения поясничного отдела позвоночника. Атеросклероз аорты.

С ****год по ****год ФИО1 находился на лечении в ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница», в гастроэнтерералогичнском отделении. Ему проведены: ****год – биопсия кожи и подкожной клетчатки, ****год – лапероценез, ****год – лапаротомия, копорокадуальная резекция поджелудочной железы, спленэктомия, санация, дренирования, тампонирование брюшной полости, ****год – программированная релапаротомия.

Согласно доводам иска, ухудшение состояния здоровья, выразившиеся в госпитализации истца в ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница», и последующее установление второй группы инвалидности, являются следствием полученных травм при описанном выше ДТП.

По ходатайству истца, судом по настоящему делу назначена судебная комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводов, изложенных в заключении экспертов ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», анализом предоставленных медицинских документов установлено, что ФИО1 поступил в ГБУЗ «ИОКБ» ****год с жалобами на слабость, утомляемость, снижение диуреза, аппетита, увеличение живота за счет асцита, периодически схваткообразные опоясывающие боли в животе, снижение АД. Также при поступлении в стационар в биохимическом исследовании крови отмечается значительное повышение уровня амилазы до 877МЕ/л (при норме 20 - 110 МЕ/л). Выставлен предварительный диагноз: «Лейкемоидная реакция нейтрофильного типа. Вторичный тромбоцитоз». В дальнейшем проводился диагностический поиск и в рамках этого диагностического поиска были проведены консультации терапевта, нефролога, сосудистого хирурга, гематолога, проведен осмотр с зав. гастроэнтерологическим отделением, так же проведен ряд инструментальных исследований, в ходе проведения которых установлены следующие изменения: по УЗИ установлено наличие свободной жидкости в брюшной полости и диффузные изменения в поджелудочной железе; ФЭГДС, ЭХО-КГ. Так же в рамках диагностики проведен онкопоиск (УЗИ предстательной железы, анализ на онкомаркоеры), так же в ходе онкопоиска проведена биопсия слизистой кишечника и подкожно-жировой клетчатки на амилоид, видеоколоноскопия, проведена тонкоигольная диагностическая пункция брюшной полости, стернальная пункция, УЗИ щитовидной и паращитовидных желез. ****год проведено МСКТ исследование с контрастированием, в ходе исследования обнаружен дефект контрастирования линейной формы, толщиной до 8 - 9 мм, наличие которого не отмечалось согласно имеющемуся в этой медицинской карте МСКТ исследованию от ****год, проведенному в ОГБУЗ «ИГКБ №»: поджелудочная железа с ровными волнистыми контурами, однородной структуры не содержит полей патологической денситометрии, как при нативном, так и при контрастном исследовании. Так же, с диагностической целью проведена бесконтрастная МР-холангиография от ****год, установлено наличие дефекта тела поджелудочной железы, сообщающегося с просветом вирсунгова протока и с забрюшинным пространством. В виду ухудшения состояния (появления геморрагического отделяемого по дренажу из брюшной полости) проведено оперативное лечение в объеме корпорокаудальной резекции поджелудочной железы и программированная санационная релапаротомия. Исходя из результатов МСКТ-исследования от ****год, где каких-либо изменений в поджелудочной железе не уставлено, а так же, исходя из анамнестических данных (изменения в поджелудочной железе отмечаются уже с 2013 года, а с 2019 года отмечается лечение ФИО1 с острым панкреатитом), следует, что какой-либо (прямой или косвенной)причинно-следственной связи между дорожно-транспортным происшествием и оспитализацией ФИО1 в ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница» ****год (в том числе проводимыми в период стационарного лечения операциями и выставленными диагнозами), не имеется. Также, нет какой-либо (прямой или косвенной) причинно-следственной связи между фактом дорожно-транспортного происшествия и установлением ФИО1 2 группы инвалидности, так как 2 группа инвалидности была установлена истцу ранее, по заболеванию, полученному в период военной службы.

Анализом предоставленных медицинских документов установлено, что медицинская помощь оказывалась в соответствии с принятыми клиническими рекомендациями по лечению острого панкреатита. Каких- либо дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 в этот период времени экспертной комиссией не установлено.

Также нет какой-либо (прямой или косвенной) причинно-следственной связи между фактом оказания медицинской помощи в период момента ДТП по декабрь 2020 г., и установлением ФИО1 2 группы инвалидности, так как 2 группа инвалидности была установлена до ДТП, по заболеванию, полученному в период военной службы.

Установление 2 группы инвалидности никоим образом не связано ни с фактом дорожно-транспортного происшествия ни с фактом имеющегося у него с декабря 2019 года заболевания.

В соответствии с п. 24 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, прилагаемых к Приказу МЗиСР РФ от ****год № н, ухудшение состояния здоровья, вызванное заболеванием, не рассматривается как причинение вреда здоровью, таким образом, в данном конкретном случае степень тяжести вреда здоровью не устанавливается.

В ходе судебного разбирательства был допрошен эксперт, который суду пояснил, что в выводах заключения имеется ошибка в части указания даты ДТП, между тем, данная ошибка на выводы экспертов не влияет, поскольку инвалидность истцу установлена задолго до ДТП, кроме того инвалидизация вызвана заболеванием, полученным в период военной службы. В части заболевания поджелудочной железы, указал, что данное заболевание на момент ДТП у истца имелось, более того с аналогичными жалобами и последующим установлением диагноза острый отечный панкреатит, ФИО1 обращался в медицинское учреждение незадолго до даты ДТП. С учетом наличия знаний в области медицины, эксперт указал, что при тех травмах, которые были получены истцом в результате ДТП, не могло произойти разрыва поджелудочной железы. Ее разрыв мог быть спровоцирован наличием у истца заболевания – панкреатит. Разрыв поджелудочной железы вызывает тяжелое состояние, больной подлежит госпитализации и оперативному вмешательству. Более того, ****год в ОГБУЗ «ИГКБ №» было проведено МСКТ исследование, по результатам которого не установлено каких-либо изменений в поджелудочной железе. Таким образом, ухудшение стояние здоровья ФИО1 с последующей госпитализацией в в ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница» ****год и установлением 2 группы инвалидности, не связано с полученными травмами в результате ДТП от ****год.

При таком положении, учитывая заключение экспертизы, суд приходит к выводу о том, что между произошедшим дорожно-транспортным происшествием и госпитализацией ФИО1 в ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница» ****год с установлением в последующем диагноза - разрыв поджелудочной железы, а также установлением истцу 2 группы инвалидности, отсутствует причинно-следственная связь, в связи с чем, отсутствуют основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда, в связи с указанными выше обстоятельствами.

Между тем, учитывая, что в результате описанного ДТП, в связи с нарушением ответчиком Правил дорожного движения, ФИО1 причинены телесные повреждения в виде тупой травмы груди с переломом девятого ребра слева, что ответчиком не оспаривалось, суд с учетом приведенных норм материального права, приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, в связи с причинением ответчиком вреда здоровью истца в виде тупой травмы груди с переломом девятого ребра.

Принимая во внимание фактические обстоятельства, при которых причинен моральный вред, объем и тяжесть причиненного истцу вреда здоровью, длительность нетрудоспособности, индивидуальные особенности истца, характер и степень физических и нравственных страданий истца, принцип разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца должен быт определен в размере 300000 руб.

Согласно п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Рассматривая заявленные исковые требования ФИО1 о взыскании денежных средств, потраченных на приобретение лекарственных средств, суд приходит к выводу, что компенсации подлежат расходы истца на оплату компьютерной томографии органов грудной полости в размере 2000 руб. (товарный чек от ****год), поскольку несение данных расходов связано с причиненными повреждениями здоровью истца в результате дорожно-транспортного происшествия ****год, проведение МСКТ рекомендовано врачом, что следует из заключения эксперта №, права на их получение в ином порядке истец не имеет.

Во взыскании расходов на лечение в остальной части истцу надлежит отказать, поскольку данные расходы понесены истцом в 2020-2021 г.г. и вызваны проведенными медицинскими вмешательствами после госпитализации истца в ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница» ****год, что как уже установлено судом не состоит в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП..

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

Истцом понесены расходы на оплату юридических услуг по консультированию и составлению искового заявления, в сумме 6000 руб., что подтверждается квитанциями Иркутской областной коллегии адвокатов (филиал Кировский) от ****год.

Учитывая частичное удовлетворение исковых требований, суд полагает заявление о взыскании судебных расходов подлежащим частичному удовлтервнеию, в размере 1214,40 руб., во взыскании расходов в большем размере надлежит отказать.

В соответствии с п.п. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины освобождаются истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

Согласно п. 2 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации положения этой статьи применяются с учетом особенностей, указанных в статье 333.20 НК РФ.

Истец ФИО1, в силу ст. 333.36 НК РФ, освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, суд приходит к выводу, что с ответчика ФИО2 в доход бюджета муниципального образования «г. Иркутск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300000 руб., расходы по оплате медицинских услуг в размере 2000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 1214,40 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований, взыскании судебных расходов в большем размере, отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход муниципального бюджета «г.Иркутск» госпошлину в размере 700 руб.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца с момента его вынесения в окончательной форме.

Срок вынесения решения суда в окончательной форме ****год.

Судья Я.В. Герасимова