УИД 56RS0N-38
Дело № 2-1455/2023 (2-9339/2022)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Оренбург 15 июня 2023 года
Ленинский районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Семиной О.В., при секретаре Коновалове М.И., с участием:
прокурора гражданско-судебного отдела Прокуратуры Оренбургской области ФИО1,
истцов ФИО2 и ФИО3,
представителя ответчика ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску первого заместителя прокурора Оренбургской области, действующего в интересах Российской Федерации, ФИО2, ФИО3, к обществу с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» об установлении факта трудовых отношений, внесении записей в трудовые книжки, понуждении уплаты страховых взносов, взыскании задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда,
установил:
Прокурор в интересах Российской Федерации, ФИО2, ФИО3 обратился с названным иском, указав, что в ходе проверки, проведенной прокуратурой области по обращению ФИО2, установлено, что с ... он приступил к исполнению трудовых обязанностей снабженца в ООО «Уралспецстрой-10». Размер заработной платы оговорил устно с директором ФИО5 в сумме 30 000 руб. в месяц и 12 000 руб. - в счет возмещения расходов на ГСМ. Истец указал, что имеется задолженность по заработной плате за период с ... по ..., за сентябрь и ноябрь 2020 года в сумме 180 000 руб., по возмещению расходов на ГСМ - 72 000 руб., а всего 252 000 руб. Факт осуществления трудовой деятельности подтверждается свидетельскими показаниями ШГГ, ФИО6, ГСМ и МСБ
В ходе проверки, проведенной прокуратурой области по обращению ФИО3, установлено, что он с ... осуществлял трудовую деятельность в ООО «Уралспецстрой-10» в должности бригадира. В настоящее время перед ним у работодателя имеется задолженность по заработной плате за август 2020 года в сумме 65 000 руб. Факт осуществления ФИО3 трудовой деятельности также подтверждается свидетельскими показаниями.
Прокурор указал, что работодатель не производил в отношении работников ФИО2 и ФИО3 обязательные отчисления страховых взносов и налоговых платежей, что повлекло нарушение социальных прав работников в связи с чем просил суд:
установить факт трудовых отношений между ФИО2 и ООО «Уралспецстрой-10» в период с ... по ...;
обязать ООО «Уралспецстрой-10» внести запись в трудовую книжку ФИО2 о приеме на работу с ... и об увольнении с ... по ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника);
обязать ООО «Уралспецстрой-10» исполнить, установленную законом обязанность по перечислению страховых взносов за период работы ФИО2 в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, ИФНС России по Ленинскому району г. Оренбурга;
взыскать с ООО «Уралспецстрой-10» в пользу ФИО2: задолженность по заработной плате за период с ... по ..., сентябрь 2020 года, ноябрь 2020 года - 180 000 руб., задолженность по премии согласно приказов от ... и от ... 41300 руб., в счет возмещения затрат на ГСМ - 72 000 руб., компенсацию морального вреда - 10000 руб.;
установить факт трудовых отношений между ФИО3 и ООО «Уралспецстрой-10» в период с ... по ...;
обязать ООО «Уралспецстрой-10» внести запись в трудовую книжку ФИО3 о приеме на работу с ... и об увольнении с ... по ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника);
обязать ООО «Уралспецстрой-10» исполнить установленную законов обязанность по перечислению страховых взносов за период работы ФИО3 в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, ИФНС России по Ленинскому району г. Оренбурга;
взыскать с ООО «Уралспецстрой-10» в пользу ФИО3 задолженность по заработной плате за период с ... по ... - 65 000 руб., компенсацию морального вреда - 10 000 руб.
Определением суда от 19 января 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5, определением суда от 20 февраля 2023 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены МИФНС России № 13 по Оренбургской области, ОСФР по Оренбургской области, ТФОМС по Оренбургской области.
В судебное заседание третье лицо ФИО5, представители третьих лиц МИФНС России № 13 по Оренбургской области, ОСФР по Оренбургской области, ТФОМС по Оренбургской области не явились, извещены судом надлежащим образом по правилам главы 10 ГПК Российской Федерации.
Третье лицо ТФОМС по Оренбургской области просило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.
На основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, при имеющихся сведениях об извещении.
В судебном заседании прокурор, истцы ФИО2, ФИО3 письменным заявлением просили о восстановлении срока для обращения в суд за разрешением трудового спора, указав, что полагали, что они будут признаны потерпевшими по уголовному делу и работодатель выплатит все суммы, а сроки давности подлежат применению только после признания отношения трудовыми. Заявленные требования поддержали в полном объеме, просили удовлетворить. Указали, что ФИО2 не было известно с какого числа он оформлен по трудовому договору. По уголовному делу они подавали жалобу на действия следователя, думая, что ФИО2 был признан потерпевшим, но руководитель следствия своим постановлением отменил постановление о признании потерпевшим, что обжалуется в порядке ст.125 УПК РФ, при этом с уголовным делом их не знакомили. ФИО5 изготовив документы, проставил всем, что работали за 14 000 руб. в месяц. Между тем, имел место фактический допуск к работе без трудового договора. Ссылались на копии график рабочего времени, учет явки на работу, на приказы о премировании. Возражая против доводов ответчика о том, что штатная должность была занята иным работником, указали, что сам факт наличия иного работника на определенной штатной должности не исключает принятия другого работника на аналогичную должность, а факт незаключения договора не подтверждает, что работа не велась ранее.
Представитель ответчика ФИО4, действующий по ордеру, возражал против удовлетворения заявленных требований, указав, что пропущен срок давности обращения в суд за разрешением трудового спора, составляющий три месяца. Ссылался на то, что истцы знали, что срок пропущен, в суд не обращались, им было известно об отсутствии оформления правоотношений в 2020, 2021 годах. Пояснил, что срочный трудовой договор с ФИО2 был подписан с ..., с этого дня он знал, что его права нарушены. ФИО2 и ФИО3 являлись свидетелями по уголовному делу и на компенсацию рассчитывать не могли. Помимо того, ссылался на штатное расписание, положение об оплате труда и премировании в ООО «Уралспецстрой-10», а также договоры подрядов, пояснил, что работники были согласны не заключить трудовой договор для того, чтобы не исполнять обязательства перед государством, поэтому заключался гражданско-правовой договор. При заключении гражданско-правовых договоров отдельно был согласован вопрос об удержании налогов. На момент выполнения работ ООО «Уралспецстрой-10» еще не сотрудничало с ООО «...», только велась деловая переписка, не знали, будут ли заключены контракты. Ответчик не отрицал факт выполнения истцами работ, но настаивал на том, что сторон воля была направлена на заключение гражданско-правового договора. ФИО4 И.П. пояснил, что общество не перечисляло денег в адрес ФИО3 Указал также, что допрошенный ФИО6 заинтересован, показания искажает, так как между ФИО6 и ООО «Уралспецстрой-10» был заключен договор займа, деньги по которому не были возвращены. Решением суда иск ООО «Уралспецстрой-10» к ФИО6 удовлетворен, возбуждено исполнительное производство, наложен арест на имущество, следовательно имеет место конфликт между ответчиком и свидетелем. Ответчик указал, что суммы ко взысканию ничем не подтверждаются, пояснил, что на предприятии действовала система оплаты труда в виде окладов. Оплата фактически произведена по штатному расписанию. Трудовую книжку ФИО2 не передавал работодателю. Компенсацию морального вреда в сумме 10 000 руб. полагал чрезмерной. У ФИО3 была заинтересованность на выполнение конкретного договора. ФИО4 И.П. пояснил, что фактически ООО «Уралспецстрой-10» по просьбе ШГГ оказалось втянуто в спорные правоотношения и являлось номинальным участником договора с ООО «...», с которым ШГГ договор от своего имени заключить не смог и действовал через ООО «Уралспецстрой-10».
Заслушав мнение участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.
В силу ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации.
В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ статья 2 ТК РФ относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Об этом же говорит и пункт 13 Рекомендации № 198 о трудовом правоотношении принятой Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. в целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения. Данный пункт указывает на признаки существования трудового правоотношения. В частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; выполнение работы лично работником и исключительно или главным образом в интересах работодателя; выполняется с графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается с работодателем; выполнение работы имеет определенную продолжительность; требует присутствия работника; предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов.
Аналогичный смысл законодатель вкладывает в содержание трудовых отношений, давая определение трудового договора в ст. 56 ТК Российской Федерации. Это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Трудовые отношения возникают между работником и работодателем не только на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с ТКРоссийской Федерации, но также и на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ст.16 ТК РФ).
В силу ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, – не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.
В силу ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009года № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в ч.4 ст.11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ч.1 ст.1 ТК РФ, статьи 2 и 7 Конституции РФ).
Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ.
Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.3 п.8 и в абз.2 п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации ТК РФ», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч.4 ст.11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст.67 ТК РФ).
В соответствии со ст.19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Судом установлено, что между работниками ФИО2, ФИО3 и работодателем ООО «Уралспецстрой-10» трудовые договоры в письменной форме своевременно не были заключены.
В то же время суду представлены не оспариваемые сторонами доказательства: гражданско-правовой договор от ..., заключенный между ФИО3 и ООО «Уралспецстрой-10», на оказание в период с ... по ... услуг плотника-бетонщика с оплатой по фактически выполненному объему работ и срочный трудовой договор от ..., заключенный между ФИО2 и ООО «Уралспецстрой -10», согласно которому ФИО2 с ... по ... принят на работу по должности снабженца.
В соответствии с частью первой статьи 392 ТК Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
При рассмотрении настоящего спора ответчик указал на истечение трехмесячного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Действительно, с момента прекращения трудовых отношений между сторонами такой срок истек. Вместе с тем, разрешая требования истцов, суд приходит к выводу о восстановлении предусмотренного ст. 392 ТК Российской Федерации срока для подачи иска в суд.
При этом суд исходит из того обстоятельства, что истцами заявлено о его восстановлении и имеются уважительные причины пропуска срока, поскольку они полагали, что таким правом воспользовались, обратившись с заявлением в правоохранительные органы и прокуратуру, что соответствует нормам, изложенным в ч. 5 ст. 392 ТК Российской Федерации и обеспечивает соблюдение баланса интересов сторон.
В обоснование своих доводов истец ФИО3 в судебном заседании пояснил, что в июле 2020 года ему было предложено выполнить работы по установке забора в с. Ч района Оренбургской области. Объем требуемой работы он обговаривал в том числе с руководителем ООО «Уралспецстрой-10» ФИО5. Через 2 дня ... он и другие работники подписали. Директор объяснил, что расчет будет производиться через представителя. Им объяснили, что рухнула стена, в связи с чем нужно срочно выполнить определенные работы, представили чертеж. Потом ФИО6, которого им до этого представили как прораба, поручил им идти выполнять работы на строительстве пожарных резервуаров, осуществлять подводку труб. Была оговорена цена выполняемых работ в зависимости от метража. ФИО3 пояснил, что документы, определяющие объем работ, они не подписывали. На период работ им был предоставлен дом в с. Ч для проживания, на карту его жены перечислялись суточные на 6 человек: 1800 руб. на 6 человек, по 300 руб. на каждого. Договоры отдали на подпись руководителю, при этом работники не вникали, какой был составлен договор: гражданско-правовой или трудовой. ФИО3 пояснил, что по специальности он сварщик, фактически являлся бригадиром строительной бригады из 6-ти работников. По мере выполненных работ он отправлял видеоотчет ФИО6, который контролировал работу, полномочия которого не проверял. Работы были прекращены в связи с произошедшим конфликтом, после чего они сдали инструменты ФИО6, при этом какие-либо акты выполненных работ не составлялись. Заработную плату они не получили.
В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
Обосновывая свою позицию, ответчик ссылается на волю сторон договора от ... к заключению именно гражданско-правового договора.
Между тем, тот факт, что для ФИО3 при заключении договора от ... не имел значения его характер, не исключает обязанности работодателя исполнять нормы Трудового кодекса РФ и не возлагает на работодателя обязанность при наличии фактических трудовых отношений с работником заключать договор гражданско-правового характера, напротив свидетельствует о нарушении работодателем трудового законодательства заключением притворной сделки, тем более при том обстоятельстве, что впоследствии работник заявил о наличии трудовых отношений. Материалами дела подтверждено, что ФИО3 самостоятельным хозяйствующим субъектом при выполнении работ в пользу ООО «Уралспецстрой-10» не являлся, поскольку какая-либо документация, определяющая объем порученных ему работ, а также акты приема-сдачи выполненных работ ответчиком не представлена. В ходе рассмотрения дела установлено, что он подчинялся заданиям, исходившим от работодателя, соблюдая трудовой распорядок и выполнял работы с помощью предоставленных работодателем инструментов и материалов и за его счет.
Потому такое обоснованием ответчика не может быть принято судом во внимание. Имеющиеся доказательства подтверждают, что между ФИО3 и ООО «Уралспецстрой-10» достигнуто соглашение о выполнении работы по должности плотника-бетонщика в соответствии со штатным расписанием в интересах, под управлением и контролем работодателя.
По представленному в материалы дела штатному расписанию от ... следует, что по штату в ООО «Уралспецстрой-10» имелась должность плотника-бетонщика в количестве 12 единиц при отсутствии должности бригадира строительной бригады.
По договору от ... фактический результат, в котором заинтересовано ООО «Уралспецстрой-10» сторонами не оговорен, что свидетельствует о заключении договора на выполнение трудовых функций и подтверждает, что конкретный вид работы по специальности истца оговаривался сторонами в ходе выполнения таких трудовых функций.
Таим договором доказано и фактическое с ведома и по поручению руководителя ООО «Уралспецстрой-10» допущение к работе в должности плотника-бетонщика.
На подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка указывает то обстоятельство, что истцу был установлен режим рабочего времени с 8 час. до 17 час. ежедневно.
Оценивая доводы истца ФИО2 суд обращает внимание как на тот факт, что между ним и ООО «Уралспецстрой-10» ... заключен срочный трудовой договор по должности снабженца, что подтверждено в письменном виде как договором N, так и приказом о приеме на работу от ....
Период его действия сторонами определен до ..., когда работодатель, получив ... заявление ФИО2 от ... об увольнении по собственному желанию, его уволил по инициативе работника приказом от ... N.
По представленному в материалы дела штатному расписанию от ... следует, что по штату в ООО «Уралспецстрой-10» имелась должность снабженца в количестве 1.
Кроме того, факт трудовой занятости в спорный период ФИО2, ФИО3 подтверждается не только письменными доказательствами, но и показаниями допрошенных по ходатайству истца в качестве свидетелей ШГГ, МСБ, ГСМ, ШНА, ФИО6, МИВ, КЮА, СНЯ
Свидетель ШГГ в судебном заседании пояснил суду, что знаком с ФИО2 около 10 лет, ему известно об обстоятельствах работы ФИО2 Свидетель пояснил, что к нему в начале апреля 2020 года обратился директор ООО «...» ..., которому необходимо было найти подрядчика для выполнения работ в апреле 2020 года. Он (свидетель) тогда пригласил своих бывших сотрудников, для подготовки документов, смет, для выполнения работ и рекомендовал ООО «Уралспецстрой-10». С апреля полтора месяца проводилась работа по подготовке к заключению договоров. Он сам был в роли руководителя проекта. ФИО5 обещал ему платить 80000 руб. в месяц. ФИО2 являлся снабженцем, он возил на замеры, участвовал в подготовке документации. В мае месяце 2020 года написали заявление на имя ФИО5 о трудоустройстве, при этом заработную плату каждый обговаривал с руководителем ООО «Уралспецстрой-10» самостоятельно, ему известно, что другим обещали по 30 тысяч ежемесячно. Свидетель подтвердил, что по написании заявления трудовой договор не был заключен. Все вместе написали заявления и отнесли в бухгалтерию ООО «Уралспецстрой-10» бухгалтеру .... Он сам неоднократно обращался к ФИО5 с вопросом о заключении трудовых договоров, но, единственное что сделали, это оформили пропуск на мясокомбинат. Свидетель также подтвердил, что ФИО6 являлся прорабом от ООО «Уралспецстрой-10». ФИО2 занимался доставкой опалубки, гвоздей, щитов и подчинялся ФИО5 ФИО5 утверждал и давал задание ФИО7 ШГГ подтвердил, что видел, как работал ФИО2, осуществляя доставку материалов. Свидетель пояснил, что к выполнению работ на объекте ООО «...» приступили после майских праздников 2020 года, но договор подписан позже в связи с обнаруженными ошибками в документах. Со слов свидетеля акты выполненных работ подписывались ФИО6, который подсчитывал объем необходимых работ. Кроме того, свидетель ШГГ подтвердил, что знаком с ФИО3, это бригадир, бригада которого жила в домике, арендованном ФИО5 в с. Ч .... ГЮИ занимался на работах по строительству резервуара пожарного депо, коммуникаций, где они вручную вычищали иловые наносы, выполняли земляные и монолитные работы. В бригаде 5 человек. Указания им давал ФИО6 как начальник участка, которого пригласил ФИО5 Свидетель пояснил, что ФИО3 работал примерно в июле, августе, но работу не закончили, так как заработная плата не была выплачена. Он сам (свидетель) по договорённости с ФИО5 просил ФИО2 вложить свои средства для выплаты аванса, но у людей было подозрение, что денежных средств не будет, не получив оплату, люди бросили лопаты и ушли. Свидетель пояснил, что и ФИО2 и ГЮИ выдавалась спецодежда, которую закупал ФИО5 у Столповского. При ее выдаче работникам документы оформлялись в бухгалтерии, выдавали ботинки Ч, форму песочного цвета. Режим рабочего времени был установлен с 8 утра до 8 вечера, люди обязаны были работать с 8 утра, их привозили на работу, в 20:00 была развозка, на территорию объекта проходили по пропускам. На проходной их отмечала охрана, явку фиксировали в рабочем табеле. Пояснил, что сам признан пострадавшим по уголовному делу, так как не может получить заработную плату. По оплате труда договаривались на 4 тысячи руб. за куб железобетона, размер такой указывали в заявлениях работники.
Свидетель МСБ в судебном заседании пояснил суду, что ему знаком ФИО2, с которым они начинали делать документацию по строительству объектов для ООО «...», знает, что ему согласовали оклад по 30 тысяч руб. в месяц. ФИО2 был принят снабженцем, а он инженером ПТО с апреля 2020 года. В заявлении о приеме работу им сказали дату не ставить, ссылаясь на то, что потом поставит работодатель. Заявление о приеме на работу писали на имя директора ООО «Уралспецстрой-10», передавали СНИЛС, паспорт. Трудовую книжку не предавали. ФИО2 присутствовал ежедневно, работа в ООО «Уралспецстрой-10» была его основным местом работы без определения конкретного рабочего места. Пояснил, что для работы получили спецодежду. Первый раз деньги за работу он получил в сентябре 30 тысяч руб. Свидетель МСБ подтвердил, что ему знаком и ГЮИ, работавший на строительстве резервуара, где он вычищал, делал опалубку и стены. ГЮИ залил объём около 10 кубов бетона. Всего работы велись по 4-м объектам ООО «...», из которых строительство КПП, курительной комнаты, резервуара пожарного были выполнены на 100 процентов. Фундамент на строительстве забора выполнен на 70-80 процентов.
При дополнительном допросе МСБ пояснил, что договор с ООО «...» был подписан в мае 2020 года, но его потом переделали, так как были ошибки. До июня на объектах велась подготовительная работа, земляные работы производились.
Свидетель ГСМ в судебном заседании пояснил суду, что знаком с ФИО2 и ГЮИ по совместной работе в ООО «Уралспецстрой-10» на объекте, расположенном в с. Ч, где он сам работал бетонщиком с августа по сентябрь 2020 года. ФИО2 работал снабженцем в ООО «Уралспецстрой-10», привозил материал для работы. Зарплата была сдельная, договорились на 4000 руб. за куб бетона. Работали бригадой. Свидетель подтвердил, что ГЮИ видел, но не часто, примерно 1 месяц в 2020 году в августе. ФИО2 видел часто, так как к нему обращались, если нужно было привезти что-то из инструментов. Прораб ФИО6 вел учет табелей рабочего дня, фиксировал объём выполненной работы. Заявление на трудоустройство он (свидетель) писал на имя директора ООО «Уралспецстрой-10» и отдал ФИО6, а он предположительно передал в отдел кадров. Свидетель подтвердил, что заявление о приеме на работу они писали прежде чем начать работать, весь пакет документов передали ФИО5, а именно: копию трудовой книжки, копию паспорта, ИНН, СНИЛС. Договор заключили, но какого характера он не помнит, записей в трудовой книжке не произведено. При устройстве на работу им сказали, что рабочий день с 8 часов утра до 5 часов вечера, через проходную записывались. Работали бывало до 6-7 часов вечера. Сам работал с 1 августа, точно число когда ушел не помнит, к концу сентября. Получали деньги под роспись в тетради, не в кассе ООО «Уралспецстрой-10», а у охранника на пропускном пункте на всю бригаду. Полученную сумму потом делили самостоятельно. В период работы ООО «Уралспецстрой-10» обеспечивало их спецодеждой. Свидетель пояснил, что ФИО5 приезжал на объект и осматривал выполненную работу. Инструктаж по технике безопасности проводил РАП.
Свидетель ШНА в судебном заседании пояснил суду, что знаком с ФИО2 по работе в ООО «Уралспецстрой-10» на объекте, расположенном в с. Ч с мая 2020 года, где он сам работал до июля в должности бетонщика в бригаде ФИО8, состоящей из 6-8 человек. Он работал на строительстве курилки и КПП ООО «...», под емкость заливали площадку. При трудоустройстве они разговаривали и с ФИО5 ФИО2 работал снабженцем, привозил материалы. В обязанности входили сборка, разборка опалубки, каркасы. Объёмы по работе бригады составляли прорабы, из этого определялось вознаграждение. Внутри бригады полученное вознаграждение распределялось поровну. Распределял в основном ФИО8. Распорядок рабочего дня у них был с 8 утра до 6 вечера. Инструктажи по технике безопасности проводились прорабом. Спецодежду для работы оплачивало ООО «Уралспецстрой-10».
Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснил суду, что знаком с ФИО2 по совместной работе на объектах ООО «...» с конца мая 2020 года, где ФИО2 уже работал в качестве снабженца от ООО «Уралспецстрой-10». Сам он был трудоустроен начальником участка строительства в с. Ч. По своим полномочиям руководил строительством объекта. Работал с конца мая примерно с 18-22 числа до сентября-октября. В его обязанности входило ведение табелей учета рабочего времени, составление нарядов на выполненную работу, проведение инструктажей по технике безопасности. Табели он сдавали в управление ООО «Уралспецстрой-10» в производственный отдел ФИО9. ГЮИ он также знал по работе на этом объекте. Свидетель подтвердил, что в начале июня 2020 года ему пришлось выпрашивать у ФИО5 денег для оплаты работникам, так как бригада ФИО8 отказывалась работать, пока не заплатят, шла речь о 100-150 тысяч рублей, при этом ФИО5 просил ФИО2, чтобы где-то перехватили деньги. Деньги эти передавал ФИО8. ФИО10 и ФИО10 в начале августа примерно появились, проработали месяц с небольшим. Свидетель подтвердил, что ФИО3 ничего не выплатили. Оплата труда в бригадах была сдельная, зависела от количества кубометров залитого железобетона, кубометр стоил около 5 тысяч руб. В основном в работе было строительство забора и благоустройство. Для ООО «...» осуществлялось строительство и мелких объектов: КПП, курилка, приямок, резервуар. Со слов свидетеля у ФИО2 оклад составлял 30000 руб. Дополнительно пояснил, что КЛЮ не знает. Работал с конца мая, но до него был другой прораб.
Свидетель МИВ в судебном заседании пояснила суду, что знакома с ФИО2 с 2016 года. В 2020 году он снабженцем работал в ООО «Уралспецстрой-10», где она являлась бухгалтером, он занимался приобретением материалов. С ним был заключен трудовой договор, оплата производилась по штатному расписанию. Начисление производила она по табелю. Пояснила, что приказ о трудоустройстве изготавливался в фактическую дату.
Свидетель КЮА в судебном заседании пояснила суду, что работает инспектором отдела кадров. Знакома с ФИО2, он был принят в ООО «Уралспецстрой-10» с августа 2020 года снабженцем. Работал, потом ушел на больничный, и больше не вышел. Был уволен в декабре наверно. Запись в трудовую книжку не вносили, т.к. он не передавал трудовую книжку. До августа 2020 года она его не видела. Приказ о приеме на работу был издан в августе, тогда же им написано заявление. С приказом не ознакомили, т.к. он не являлся. Со слов свидетеля КЮА она вела табель учета рабочего времени на основании табелей, которые ей сдают прорабы. Табель в отношении ФИО2 она заполняла не имея сведений о его выходе на рабочее место. Приказы о премировании она готовила на основании распоряжения директора. До августа 2020 года директор ей не отдавал заявление ФИО2 о трудоустройстве, поэтому она его не оформляла. Помимо кадровой работы, она еще и сметчик. Ей передавали сведения по объему выполненных работ. свидетель подтвердила, что заказчиком работ являлось ООО «...», подрядчиком выступало ООО «Ураспецтрой-10». Заработная плата выплачивалась исключительно на карту. Со слов свидетеля ГЮИ действительно являлся работником ООО «Ураспецтрой-10», но его договор передали Шеловскому и обратно не вернули. Выплачивалась ли зарплата ФИО10 она не знает, ведение на него табеля не помнит. Работники по гражданскому договору в основном были только в 2020 году.
Свидетель СНЯ в судебном заседании пояснил суду, что знаком с ФИО2 по совместной работе в ООО «Уралспецстрой-10», где он сам работал с апреля. Спецодежду для работы им выдали 4-5 мая. Писали заявление о приеме на работу. С руководителем ФИО5 оговаривали оплату труда по 4000 руб. за куб железобетона, земляные работы - по 1000 руб. Работал до .... ФИО2 тоже работал, видел его примерно 1 раз в неделю. Бросили работать в июле в связи с проблемами по оплате труда, тогда снабженец ФИО2 выплатил свои деньги 150 тысяч. Инженером ПТО был РАП. Заработную плату всей бригаде полностью выплатили лишь после возбуждения уголовного дела 31 декабря.
У суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности показаний свидетелей, которые были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, доказательств их личной заинтересованности в исходе дела не имеется.
В обоснование своих доводов истец ФИО2 в судебном заседании пояснил, что он приступил к работам с 3 апреля, сначала занимался документацией для заключения договора с ООО «...», все было на доверии, не возникало сомнений в трудоустройстве. Договор как со снабженцем с ним заключили в мае. В мае подавали списки на пропуска. В заявлении на трудоустройство просили не ставить число. Официально же его трудоустроили с .... Просил проставить запись о принятии снабженцем с ....
Вместе с тем, согласно представленным по запросу суда материалам уголовного дела N, на основании определения уполномоченного должностного лица СК России проведена строительно-техническая экспертиза, по результатам которой, оформленным заключением от ..., эксперт пришел к выводу о том, что работы на объекте ООО «...» проводились в период с ... по ....
Данное экспертное заключение в полном объеме отвечает требованиям ст.86 ГПК Российской Федерации, принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют у суда и сторонами оно не оспорено.
Такие выводы эксперта, с которыми суд соглашается, не позволяют определить началом периода трудоустройства ФИО2 в ООО «Уралспецстрой-10» ..., поскольку на выполнение иных работ помимо объекта ООО «...» в период с ... по с ... истец не ссылается. Исследованными доказательствами в их совокупности, включая показания свидетелей, подтверждена лишь работа ФИО7 в качестве снабженца по поручению руководителя ООО «Уралспецстрой-10» на объектах ООО «...», тогда как выполнение подготовительной работы к заключению договоров подряда, как установлено судом, не было обусловлено поручением ФИО5 и возложением на истца каких-либо должностных обязанностей, оказание помощи МСБ и ШГГ в подготовке смет для последующего заключения договоров подряда в период с апреля 2020 года до ... производилась по личному волеизъявлению ФИО2 и по приглашению ШГГ, в связи с чем оснований для установления трудовых правоотношений и возложения на ООО «Уралспецстрой-10» обязанности по оплате труда за этот период не имеется.
Вместе с тем после заключения договоров подряда с ООО «...» и начала строительных работ на объектах в с. Ч, выступая исполнителем работ по договору и нуждаясь в выполнении работ по снабжению рабочих инструментами и строительными материалами, ООО «Уралспецстрой-10», являлось работодателем ФИО7, который по поручению руководителя своим личным трудом осуществлял работу снабженца.
В ходе рассмотрения настоящего гражданского спора ответчиком не доказано отсутствие трудовых отношений с ФИО2 в спорный период с ... по ... и с ФИО3 в спорный период с ... по ..., напротив, исследованными судом доказательствами в их взаимной связи в совокупности подтверждены доводы истцов о фактическом их допущении к работе от имени и по поручению руководителя ООО «Уралспецстрой-10» в указанные периоды как письменными доказательствами по делу, так и свидетельскими показаниями.
Вопреки требованиям Трудового кодекса Российской Федерации, возлагающим бремя доказывания отсутствия нарушения трудовых прав на работодателя, ответчик не представил суду доказательств того, что работник ФИО3 оказывал услуги на основании гражданско-правового договора, а ФИО2 до ... не оказывал их вовсе.
Исследованные доказательства подтверждают, что в нарушение норм трудового права ООО «Уралспецстрой-10» фактические трудовые правоотношения с работником ФИО2 не были оформлены трудовым договором в период с ... до ..., тогда как имели место, а с работником ФИО3 не были оформлены трудовым договором, тогда как заключенным между сторонами гражданско-правовым договором в спорный период фактически были урегулированы трудовые правоотношения с ... до ....
Согласно ст. 265 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов.
С учетом изложенного суд признает факт сложившихся трудовых отношений между ФИО2 и ООО «Уралспецстрой-10» в должности снабженца, в связи с чем считает исковые требования в данной части подлежащими удовлетворению по периоду с ... по ...; суд признает факт сложившихся трудовых отношений между ФИО3 и ООО «Уралспецстрой-10» в должности плотника-бетонщика, в связи с чем считает исковые требования в данной части подлежащими удовлетворению по периоду с ... до ....
В соответствии со статьей 66 Трудового кодекса РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.
Форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.
Абзацем 3 ст. 66 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется).
Судом установлено, что трудовые отношения между сторонами сложились, а решение об увольнении являлось добровольным волеизъявлением истца, основания увольнения ответчик не оспаривал.
В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ N от ... «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Добровольное волеизъявление работников на увольнение стороны не оспаривают.
Исходя из требований ст. 22 ТК РФ, ст. 56 ГПК РФ, ответчик несет обязанность по оформлению документов о выплате заработной платы, отпускных и соответственно бремя доказывания выплаты заработной платы работнику возложено на работодателя, однако таких доказательств суду не представлено.
Учитывая отсутствие в трудовых книжках истцов записей о приеме на работу и об увольнении с работы, суд приходит к выводу об удовлетворении требований о внесении в трудовую книжкузаписей о приеме на работу: ФИО2 с ... на должность снабженца и запись об увольнении с ... по пункту 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - расторжение трудового договора по инициативе работника; ФИО3 с ... на должность плотника-бетонщика и запись об увольнении с ... по пункту 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - расторжение трудового договора по инициативе работника, возложив такую обязанность на ООО «Уралспецстрой-10».
Представленным суду штатным расписанием ООО «Уралспецстрой-10», утвержденным на период с ... по ..., подтверждено, что в организации имелась должность снабженца в количестве одной единицы с окла... руб., а также должность плотника-бетонщика в количестве 12 штатных единиц с окла... руб.
Поскольку достоверных письменных доказательств согласования иной оплаты труда истцов не имеется, суд руководствуется утвержденным штатным расписанием при определении размера оплаты труда работников.
Оценивая доводы истца ФИО2 о невыплате заработной платы, суд не может руководствоваться расчетом, представленным истцом, поскольку в своем расчете истец указывает на наличие задолженности за период с апреля 2020 года по ноябрь 2020 года при ежемесячной заработной плате в 30000 руб., в то время как требования об установлении факта трудовых отношений удовлетворены за период с ... по ..., при штатной оплате труда в 14000 руб., в связи с чем требования о взыскании заработной платы с ... до ... нельзя признать обоснованными. А кроме того, при расчете заработка истцом не были учтены представленные приказы о премировании ФИО2 N/п от ... и N/п от ....
Оценивая доводы истца ФИО3 о невыплате заработной платы, суд также не может руководствоваться расчетом, представленным истцом, поскольку в своем расчете истец указывает на наличие задолженности за период с ... по ... при ежемесячной заработной плате в 65000 руб., в то время как требования об установлении факта трудовых отношений удовлетворены за период с ... по ..., при штатной оплате труда в 14000 руб., в связи с чем требования о взыскании заработной платы с ... по ... нельзя признать обоснованными.
Согласно статье 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.
Согласно ст. 135Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.
В силу ст. 140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.
Разрешая заявленные требования о взыскании заработной платы, суд учитывает, что согласно штатного расписания она определена обоим истцам в размере 14000 руб., что не менее установленного Федеральным законом от 29 декабря 2020 года N 473-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" минимального размера оплаты труда, а с учетом уральского коэффициента составляет 16 100 руб. (14000?15%+14000).
Оценивая доводы истца о невыплате заработной платы, суд учитывает, что бремя доказывания выплаты заработной платы в полном размере лежит на работодателе.
Доказательств выплаты заработной платы ФИО3 и отсутствия задолженности за период его работы без оформления трудовых отношений ответчик не представил.
В подтверждения оплаты труда ФИО2 ответчиком представлены платежные поручения N от ... о выплате аванса за август 2020 года в размере 12 000 руб., N от ... о выплате заработной платы за август 2020 года в размере 30021 руб., N от ... о выплате заработной платы за октябрь 2020 года и компенсации за отпуск в общем размере 27 687,42 руб., N от ... о выплате зарплаты за октябрь 2020 года в размере 1174,94 руб., N от ... о выплате компенсации за несвоевременную выплату зарплаты в размере 148,41 руб., что подтверждает частичную выплату заработной ответчиком.
Произведя самостоятельный расчет, суд приходит к выводу об обязанности работодателя выплатить ФИО3 при 21 рабочем дне в августе 2020 года и фактически отработанных 20 днях в период с ... по ... заработную плату в размере 15 333,33 руб. (16100?21?20), в том числе налог на доходы физических лиц в размере 13 %, что составляет 1993,33 руб.
При расчете заработка за июнь 2020 года необходимо учитывать, что Указом Президента РФ от 29 мая 2020 года N 345 "О проведении военных парадов и артиллерийского салюта в ознаменование 75-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов и Парада Победы 24 июня 1945 г." Объявить 24 июня 2020 года был объявлен нерабочим днем с сохранением за работниками заработной платы. Письмом Минтруда России от 17 июня 2020 года N 14-1/В-735 даны разъяснения «О порядке оплаты труда работников 24 июня и 1 июля 2020 г.», согласно которым за этот день работник должен получить столько, сколько получил бы, если бы отработал этот день полностью (отработал норму рабочего времени при повременной оплате, выполнил норму труда при сдельной оплате).
С учетом изложенного, произведя самостоятельный расчет, суд приходит к выводу об обязанности работодателя выплатить ФИО2 с ... по ... 83796,66 руб. при 21 рабочем дне в июне 2020 года с учетом ... и фактически отработанных 19 днях заработную плату за июнь в размере 14 566,66 руб. (16100?21?19), за полностью отработанные июль-октябрь – 64 400 руб. (16100?4). За ноябрь 2020 года при 20 рабочих днях в ноябре 2020 года и фактически отработанных 6 днях размер заработной платы составит 4830 руб. (16100?20?6).
Приказом директора ООО «Уралспецстрой-10» о премировании сотрудника от ... N/п подтверждено, что за добросовестный труд ФИО2 назначена премия в размере 35300 руб. (л.д. 67 т. 1), приказом от ... N/п ФИО2 назначена премия в размере 6000 руб.
Таким образом, с учетом начислению подлежала назначенная премия в общей сумме 41 300 руб.+15% уральского коэффициента, что составит 47495 руб., а всего 131 291,66 руб. Из этой суммы подлежал удержанию налог на доходы физических лиц в сумме 17 067,92 руб., что оставит 114 223,74 руб.
Согласно расчетным листкам при выплате заработной платы работодателем удержан налог в сумме 9716 руб., в связи с чем в составе заработка, подлежащего взысканию с ответчика суд взыскивает сумму налога на доходы физических лиц – 7351,60 руб.
При расчете суд принимает во внимание, что о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск истцом не заявлено, в связи с чем суд не производит расчет компенсации и не учитывает при расчете заработной платы сумму 7417,1 руб., в том числе НДФЛ 853 руб., выплаченную ФИО2 по платежному поручению от ... в качестве компенсации за неиспользованный отпуск.
Исключив из вышеуказанной суммы выплаченную ФИО2 заработную плату согласно исследованным судом платежным поручениям (114223,74-12000-30021–21123,32-1174,94), суд приходит к выводу о том, что истцу ФИО2 недоплачено ООО «Уралспецстрой-10» 49 904,48 руб., что с учетом налога составит 56550,81 руб.
Оценивая требования ФИО2 о взыскании расходов на горюче-смазочные материалы, суд исходит из следующего.
В соответствии со статьей 188 Трудового кодекса Российской Федерации при использовании работником с согласия или ведома работодателя и в его интересах личного имущества работнику выплачивается компенсация за использование, износ (амортизацию) инструмента, личного транспорта, оборудования и других технических средств и материалов, принадлежащих работнику, а также возмещаются расходы, связанные с их использованием. Размер возмещения расходов определяется соглашением сторон трудового договора, выраженным в письменной форме.
Из изложенного следует, что возмещение расходов производится работодателем, если использование личного имущества работника, в частности, автомобиля, обусловлено интересами организации. Работник использует личное имущество с согласия работодателя, что предполагает наличие соглашения между ними об использовании личного имущества работника и документов, подтверждающих такие расходы, которое между сторонами спора отсутствует.
Сам по себе факт использования истцом личного автомобиля, осведомленность работодателя об использовании им личного транспорта для служебных поездок при отсутствии письменного соглашения между работником и работодателем об использовании личного транспорта и установления порядка и размера возмещения расходов при использовании имущества работника не влечет возникновение у работодателя обязанности компенсировать работнику такие расходы, а потому следует отказать в указанных требованиях истца.
Положениями ст.22 Трудового кодекса РФ установлена обязанность работодателя, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном Федеральными законами.
В связи с принятием Федерального закона от 3 июля 2016 года № 250-ФЗ вопросы исчисления и уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное и медицинское страхование с 1 января 2017 года регулируются главой 34 НК РФ.
В соответствии с п.2 ч.2 ст.4.1 Федерального закона от 29 декабря 2006 N255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы.
Согласно п. 1 ч. 1 ст. 419 Налогового кодекса РФ плательщиками страховых взносов являются страхователи, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, в том числе организации.
Статьей 19 Налогового Кодекса РФ предусмотрено, что налогоплательщиками и плательщиками сборов признаются организации и физические лица, на которых в соответствии с НК РФ возложена обязанность уплачивать соответственно налоги и (или) сборы.
Требованиями п. 1 ст. 23 Налогового Кодекса РФ на налогоплательщиков возложена обязанность уплачивать законно установленные налоги.
В соответствии с требованиями п. 6 ст. 226 Налогового Кодекса РФ налоговые агенты обязаны перечислять суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня, следующего за днем выплаты налогоплательщику дохода.
Учитывая, что ответчик ООО «Уралспецстрой-10» своей обязанности по уплате страховых взносов в отношении ФИО2 за период с ... по ... и в отношении ФИО3 за период с ... по ... не исполнил, суд приходит к выводу о возложении на него обязанности произвести уплату страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование за указанные периоды работы истцов в Межрайонную ИФНС России № 13 по Оренбургской области.
В соответствии со ст.237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, отраженной в постановлении «О применении судами Российской Федерации ТК РФ», учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
При определении суммы компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что со стороны ответчика допускались нарушения трудовых прав работника в виде ненадлежащего оформления трудовых правоотношений и невыплаты заработной платы, и, учитывая личность истцов, степень перенесенных им нравственных страданий, исходя из принципа разумности и справедливости, суд считает возможным в соответствии с требованиями ст.237 ТК РФ взыскать с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. в пользу каждого, полагая, что размер компенсации морального вреда, определенный истцами, завышен и подлежит снижению.
Руководствуясь ст. 24, 56, 67, 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования заместителя прокурора Оренбургской области, действующего в интересах Российской Федерации, ФИО2, ФИО3, к обществу с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» об установлении факта трудовых отношений, внесении записей в трудовые книжки, понуждении уплаты страховых взносов, взыскании задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между ФИО2 (СНИЛС N) и обществом с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» (ИНН <***>) в период с 3 июня 2020 года по 10 ноября 2020 года.
Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» обязанность внести в трудовую книжку ФИО2 запись о его приеме на работу с ... на должность снабженца и запись об увольнении с ... по пункту 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации - расторжение трудового договора по инициативе работника.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» в пользу ФИО2: заработную плату в размере 56550,81 руб., в том числе налог на доходы физических лиц - 7 351,60 руб., компенсацию морального вреда – 5000 руб.
Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» обязанность произвести уплату страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование за период работы ФИО2 с ... по ... в Межрайонную ИФНС России № 13 по Оренбургской области.
Установить факт трудовых отношений между ФИО3 (ИНН N) и обществом с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» (ИНН <***>) в период с ... по ....
Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» обязанность внести в трудовую книжку ФИО3 запись о его приеме на работу с ... на должность плотника-бетонщика и запись об увольнении с ... по пункту 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации - расторжение трудового договора по инициативе работника.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» в пользу ФИО3: заработную плату в размере 15 333,33 руб., в том числе налог на доходы физических лиц 1993,33 руб. компенсацию морального вреда – 5000 руб.
Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» обязанность произвести уплату страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование за период работы ФИО3 с ... по ... в Межрайонную ИФНС России № 13 по Оренбургской области.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой-10» в доход бюджета муниципального образования «город Оренбург» государственную пошлину 2956,52 руб.
Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г.Оренбурга в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.
Решение судом в окончательной форме принято 14 июля 2023 года.
Судья ...
...
...
...