Гражданское дело № 2-3156/2025

УИД: 77RS0016-02-2024-020813-52

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 мая 2025 года г. Москва

Мещанский районный суд г. Москвы

в составе председательствующего судьи Городилова А.Д.,

с участием прокурора Кулаковой И.В.,

при секретаре Аббазовой Ж.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3156/2025 по иску ФИО1 к ГБУ г. Москвы “Мой социальный помощник” о восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУ “МСП” о восстановлении на работе в должности социального работника, в связи с незаконным увольнением; взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 06.05.2024 года, указывая, что на протяжении 14 лет работала в ГБУ ТЦСО “Зеленоградский” (после слияния в 2024 году – ГБУ “МСП”) в должности социальный работник, добросовестно выполняла свои должностные обязанности. 16.11.2023 года истцом было подписано уведомление о предстоящем присоединении ГБУ ТЦСО “Зеленоградский” к ГБУ г. Москвы “Мой социальный помощник”, в котором работодателем не была указана дата окончания мероприятий по реорганизации, а также не отражены вопросы сохранения условий трудового договора, в связи с чем прокуратурой Зеленоградского округа г. Москвы 12.12.2023 года директору ГБУ ТЦСО “Зеленоградский” вынесено представление об устранении нарушений трудового законодательства, однако, нарушения устранены не были. 26.12.2023 года истцу на подпись был дан приказ № 647-к о приостановлении работы истца в период с 01.01.2024 года по 15.02.2024 года, в связи с чем истец была вынуждена находиться в простое по причине, не зависящей от работника и работодателя с оплатой 2/3 от оклада. С 15.02.2024 года по 10.03.2024 года документы о переводе из ГБУ ТЦСО “Зеленоградский” в ГБУ “МСП” истцу не выдавались. 06.03.2024 года директором ГБУ ТЦСО “Зеленоградский” ФИО1 было выдано уведомление о том, что в соответствии с ч. 2 ст. 74 ТК РФ в целях применения единого механизма организации деятельности социальных работников структурных подразделений социального обслуживания на дому и в соответствии с приказом ДТСЗН г. Москвы от 06.02.2023 года № 64 в должностную инструкцию истца будут внесены изменения организационных условий труда. В частности, установка на индивидуальное (личное) техническое устройство ведомственной информационной системы, мобильное приложение с возможностью геолокации в целях учета факта оказания социальных услуг, и, как следствие, дополнение должностных обязанностей соответствующей обязанностью; с 22.02.2024 года использование в работе мобильного приложения становится обязательным. Данное уведомление должно было быть выдано истцу за два месяца до вступления в силу изменения условий труда, однако, подписано ФИО1 в тот же день, т.е. 06.03.2024 года, что является нарушением трудового законодательства. 11.03.2024 года истцом были подписаны дополнительное соглашение к трудовому договору № 20 от 15.12.2010 года, заявление о переводе на должность социального работника в управление организации оказания социальных услуг по САО и ЗелАО на 0,5 ставки. Также, на подпись истцу была предложена должностная инструкция от 23.01.2024 года, в п. 2.5. которой указано, что социальный работник в целях учета факта оказания социальных услуг использует в своей работе ведомственную информационную систему – мобильное приложение с возможностью геолокации, самостоятельно установленное им на индивидуальное (личное) техническое устройство; использование мобильного приложения осуществляется им в порядке, предусмотренном техническими требованиями к устройствам и использованию мобильного приложения. Данное условие, по мнению истца, противоречит ст. 22 ТК РФ, где сказано, что работодатель обязан обеспечить работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей. Должностную инструкцию, нарушающую трудовое законодательство, истец подписывать отказалась. В течение последующих двух месяцев после отказа от подписания новой должностной инструкции работодатель не предложил истцу в письменной форме другую работу, что нарушает трудовое законодательство, а именно, п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. 06.05.2024 года истец была уволена, в связи с отказом от продолжения работы, в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, приказ № 5009-к), хотя условия трудового договора истца остались прежними. Изложенные обстоятельства явились основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Истец ФИО1 в судебное заседание явилась, требования поддержала, настаивала на их удовлетворении.

Представитель ответчика ГБУ “МСП” в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее представил письменные возражения.

Суд, выслушав истца, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что с 15.12.2010 года истец работала в организации ответчика в должности социального работника на условиях, определенных трудовым договором № 20 от 15.12.2010 года, заключенного на неопределенный срок, с изменениями, установленными дополнительными соглашениями № 1 от 08.10.2018 года, № 2 от 15.04.2022 года и дополнительным соглашением от 22.02.2024 года.

В период с 01.01.2024 года по 15.02.2024 года истец находилась в простое по причине, не зависящей от работника и работодателя, с оплатой труда в размере 2/3 от оклада (ч. 2 ст. 157 ТК РФ).

15.02.2024 года ГБУ ТЦСО “Зеленоградский” уведомило истца о необходимости обратиться в отдел кадров ГБУ “МСП” с целью ознакомления и подписания документов, необходимых для продолжения трудовой деятельности в должности социального работника.

В период с 16.02.2024 года по 06.03.2024 года истец находилась в простое по причине, не зависящей от работника и работодателя, с оплатой труда в размере 2/3 от оклада.

06.03.2024 года истцу было выдано уведомление № 664 о том, что в соответствии с ч. 2 ст. 74 ТК РФ в целях применения единого механизма организации деятельности социальных работников структурных подразделений социального обслуживания на дому и в соответствии с приказом ДТСЗН г. Москвы от 06.02.2023 года № 64 в должностную инструкцию истца будут внесены изменения организационных условий труда. В частности, установка на индивидуальное (личное) техническое устройство ведомственной информационной системы, мобильное приложение с возможностью геолокации в целях учета факта оказания социальных услуг, и, как следствие, дополнение должностных обязанностей соответствующей обязанностью; с 22.02.2024 года использование в работе мобильного приложения становится обязательным.

Также, истец предупреждена о том, что в случае не согласия на работу в изменившихся условиях, по истечении 2-х месяцев работодатель вправе расторгнуть с ней трудовой договор от 15.12.2010 года № 20 в соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ; при расторжении трудового договора ей будет выплачено выходное пособие в размере двухнедельного среднего заработка (ч. 3 ст. 178 ТК РФ).; в течение 2-х месячного срока с момента получения данного уведомления она должна выполнять возложенные на нее функции и соблюдать Правила внутреннего трудового распорядка учреждения.

06.03.2024 года работодателем составлен акт об отказе ФИО1 от подписания дополнительного соглашения к трудовому договору от 15.12.2010 года № 20, должностной инструкции и других документов.

11.03.2024 года истцом были подписаны дополнительное соглашение к трудовому договору № 20 от 15.12.2010 года, заявление о переводе на должность социального работника в управление организации оказания социальных услуг по САО и ЗелАО на 0,5 ставки.

Также, на подпись истцу была предложена должностная инструкция от 23.01.2024 года, в п. 2.5. которой указано, что социальный работник в целях учета факта оказания социальных услуг использует в своей работе ведомственную информационную систему – мобильное приложение с возможностью геолокации, самостоятельно установленное им на индивидуальное (личное) техническое устройство; использование мобильного приложения осуществляется им в порядке, предусмотренном техническими требованиями к устройствам и использованию мобильного приложения.

Данное условие, по мнению истца, противоречит ст. 22 ТК РФ, где сказано, что работодатель обязан обеспечить работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей. Должностную инструкцию, нарушающую трудовое законодательство, истец подписывать отказалась.

14.03.2024 года работодателем составлен акт о том, что 11.03.2024 года ФИО1 были выданы для подписи документы, часть которых ею подписана, а от подписания должностной инструкции по должности социальный работник она отказалась.

Приказом N 5009-к от 03.05.2024 года трудовой договор с истцом расторгнут на основании п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора.

С приказом истец ознакомлена 03.05.2024 года.

В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора, в том числе, является отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (ч. 4 ст. 74 настоящего Кодекса).

Согласно ст. 74 ТК РФ, в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом, работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 77 настоящего Кодекса.

Таким образом, положения трудового законодательства устанавливают обязанность работодателя уведомить работника о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора и о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, в письменной форме не позднее чем за два месяца, а предложение работнику другой имеющейся у работодателя работы, которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья, допускается в случае, если работник не согласен работать в новых условиях.

Из приведенных норм права следует, что обязательными условиями увольнения по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ являются изменение организационных или технологических условий труда, изменение определенных сторонами условий трудового договора в связи с изменением организационных или технологических условий труда, отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора, соблюдении работодателем процедуры увольнения (уведомление работника о предстоящих изменениях определенных сторонами условий договора в письменной форме не позднее чем за два месяца).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), необходимо учитывать, что исходя из ст. 56 ГПК РФ, работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора, явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например, изменений в технике и технологии производства, совершенствовании рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства. При отсутствии таких доказательств, прекращение трудового договора по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ не может быть признано законным.

Как разъяснено в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Статьей 56 ГПК РФ, предусмотрено, что работодатель обязан представить доказательства, подтверждающие, что изменение, определенных сторонами условий трудового договора, явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда.

Разрешая настоящий спор, суд отмечает, что доказательств наличия причин, влекущих изменение организационных или технологических условий труда, ответчиком в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Сама по себе необходимость в применении единого механизма организации деятельности социальных работников, о чем указано в уведомлении от 06.03.2024 года № 664, не может быть расценена как изменение организационных или технологических условий труда.

Кроме того, выданное истцу уведомление не содержит никаких указаний на условия трудового договора сторон, которые не могут быть сохранены и подлежат изменению, при этом, сами условия трудового договора остались прежними.

В этой связи работник не мог выразить свое согласие или несогласие на изменение условий трудового договора и продолжение работы в новых условиях.

Из приведенных выше нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации следует, что работодатели в целях осуществления эффективной экономической деятельности, рационального управления имуществом и управления трудовой деятельностью вправе принимать локальные нормативные акты. Нормы таких локальных нормативных актов не должны ухудшать положение работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, иначе они не подлежат применению, и отношения сторон трудового договора в этом случае регулируются трудовым законодательством, коллективным договором и соглашениями.

Работодатель также имеет право по своей инициативе изменять определенные сторонами условия трудового договора (за исключением изменения трудовой функции работника) в случае изменения организационных и технологических условий труда и невозможности в связи с этим сохранения прежних условий трудового договора. Вводимые работодателем изменения не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями, а при их отсутствии - по сравнению с трудовым законодательством, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, для решения вопроса о законности действий работодателя, направленных на изменение условий трудового договора, юридически значимыми обстоятельствами являются установление фактов того, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменения организационных или технологических условий труда и невозможности в связи с этим сохранения прежних условий трудового договора, и что такое изменение определенных сторонами условий трудового договора не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения, а при их отсутствии - по сравнению с трудовым законодательством, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Как предусмотрено п. 4 ч. 2 ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей.

Разработка и принятие локальных нормативных актов, к которым относится и должностная инструкция, в соответствии со ст. 8 ТК РФ относятся к компетенции работодателя.

Статьей 22 ТК РФ обязанность по соблюдению трудового законодательства возложена на работодателя.

Вместе с тем, п. 2.5. должностной инструкции, предусматривающий, что социальный работник в целях учета факта оказания социальных услуг использует в своей работе ведомственную информационную систему – мобильное приложение с возможностью геолокации, самостоятельно установленное им на индивидуальное (личное) техническое устройство; использование мобильного приложения осуществляется им в порядке, предусмотренном техническими требованиями к устройствам и использованию мобильного приложения, противоречит положениям ст. 22 ТК РФ.

В нарушение требований, предусмотренных абз. 2, 4 ч. 2 ст. 22 ТК РФ, ответчик фактически не выполнил обязанности по предоставлению истцу (работнику) работы, обусловленной трудовым договором и не обеспечил истца (работника) оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей.

Помимо вышеизложенного, согласно ст. 3 Федерального закона от 27.07.2006 года N 152-ФЗ "О персональных данных" любая информация, которая прямо или косвенно относится к физическому лицу, является его персональными данными и разглашению не подлежит.

Следовательно, обязать работника использовать свое личное техническое устройство и личный номер телефона в служебных целях работодатель не вправе. Это возможно только по соглашению сторон трудового договора, при наличии письменного согласия работника на обработку его персональных данных, таких как номер личного телефона, а также при условии компенсации ему расходов на использование личного имущества в служебных целях, предусмотренной ст. 188 ТК РФ.

При этом, если ответчик полагает, что использование ведомственной информационной системы, мобильного приложения с возможностью геолокации является обязательным условием труда, то тогда он обязан обеспечить работника данным техническим устройством, что предусмотрено ст. 22 ТК РФ.

Доказательств того, что ответчик обеспечил истицу необходимым оборудованием (смартфоном, телефоном и т.п.) для исполнения указанной обязанности, суду не представлено.

Более того, ответчиком также нарушена процедура увольнения по указанному им основанию в части предложения истцу вакантных должностей, поскольку доказательств того, что такие должности истцу предлагались либо отсутствовали в организации, суду не представлено.

С учетом изложенного, увольнение истца по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ нельзя признать законным, в связи с чем суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о восстановлении на работе в ранее занимаемой должности социального работника Управления организации оказания социальных услуг по САО и ЗелАО с 07.05.2024 года.

В ходе судебного разбирательства стороной ответчика было заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд с иском о защите трудовых прав, а истцом заявлено ходатайство о восстановлении указанного срока со ссылкой на состояние здоровья ее сына, плановую госпитализацию истца в стационар, юридическую неграмотность и ожидание решения вопроса прокурором и государственной инспекцией труда.

В силу ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (ч. 5 ст. 392 ТК РФ).

В абз.5 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

В п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" также указано, что, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Рассматривая представленные истцом документы, в частности, медицинские документы истца и ее сына, учитывая вышеизложенные обстоятельства, в том числе, обращение истца в прокуратуру, Департамент труда и социальной защиты населения г. Москвы и государственную инспекцию труда по вопросу нарушения ее трудовых прав, которые стороной ответчика не опровергнуты, суд приходит к выводу об уважительности причин пропуска истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора и считает необходимым указанный срок восстановить.

Согласно ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения. Статьей 139 ТК РФ определено, что при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

В связи с удовлетворением требования истца о восстановлении на работе, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула с 07.05.2024 года по 21.05.2025 года на основании ст. 394 ТК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ГБУ г. Москвы “Мой социальный помощник” о восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула удовлетворить.

Восстановить ФИО1 на работе в должности социального работника Управления организации оказания социальных услуг по САО и ЗелАО с 07 мая 2024 года.

Взыскать с ГБУ г. Москвы “Мой социальный помощник” в пользу ФИО1 среднюю заработную плату за период вынужденного прогула с 07 мая 2024 года по 21 мая 2025 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Мещанский районный суд г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме 12 декабря 2025г.

Судья А.Д. Городилов