11RS0002-01-2022-002717-05
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Воркута Республики Коми 24 апреля 2023 года
Воркутинский городской суд Республики Коми, в составе:
председательствующего судьи Кораблевой Е.Б.,
при секретаре судебного заседания Маликовой О.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-68/2023 (2-2328/2022) по иску ФИО1 к ФИО2, государственному профессиональному образовательному учреждению «Воркутинский политехнический техникум», Министерству финансов Республики Коми, Министерству образования и науки Республики Коми о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 5 000 000 руб. В обоснование требований указала, что ответчик, занимая должность исполняющего обязанности директора государственного профессионального образовательного учреждения «Вятский горно-экономический колледж», приговором суда от <дата> признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, в результате которого наступила смерть ее брата – ФИО3, <дата> года рождения. В связи со смертью брата испытала сильные морально-нравственные страдания. Была вынуждена переехать обратно из <адрес> в <адрес>, чтобы помочь родителям справиться с тяжелой ситуацией. Кроме того, смерть брата переживал его дедушка ФИО4, от чего у него ухудшилось здоровье, и он умер в сентябре 2020 года из-за сердечной недостаточности. Также смерть сына переживала мать ФИО5, у нее ухудшилось здоровье вследствие болезни, и она умерла <дата>. Все это она (истец) наблюдала и переживала. Причиной всех ее страданий и страданий близких родственников явилась смерть А.. Таким образом, в связи с совершением ответчиком преступления, в результате которого причинена смерть брату, ей причинен моральный вред. Степень причиненных нравственных страданий оценивает в 5 000 000 руб.
В ходе рассмотрения дела, исходя из существа спорных правоотношений, определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены государственное профессиональное образовательное учреждение «Вятский политехнический техникум» (как правопреемник государственного профессионального образовательного учреждения «Вятский горно-экономический колледж», далее – ГПОУ «ВПТ»), Министерство образования и науки Республики Коми (как орган исполнительной власти Республики Коми, осуществляющий функции и полномочия учредителя ГПОУ «ВПТ»), Министерство финансов Республики Коми.
В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении иска настаивала, доводы искового заявления поддержала, дополнительно пояснила, что смерть брата имеет прямую связь с ее страданиями, а также со страданиям близких родственников, - мамы и дедушки, потому что все после смерти брата очень страдали, все переживания повлияли на физическое и психическое здоровье. Ранее они все обращались в суд с иском к ответчику за компенсацией морального вреда в рамках уголовного дела, но им пояснили, что данный вопрос будет решаться после признания ответчика виновным в совершении преступления. Дедушка и мама обращались самостоятельно с требованием о компенсации морального вреда. Ранее она (истец) просила взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 500 000 руб. Общая сумма компенсации морального вреда всех потерпевших была 10 000 000 руб. Сумма, которую она предъявляет, изменилась, поскольку увеличились растраты, а главное смерть А. повлекла смерть дедушки и мамы. Это подтверждается тем, что из-за сильнейших переживаний после смерти А., у них обострились все болезни, они не смогли справиться с этой эмоциональной трагедией. После смерти А. мама начала сильно пить и ее никто не мог остановить. А когда умер дед, стало еще хуже. Теперь она (истец) страдает от всех смертей близких родственников, поскольку осталась совсем одна. В 2019 году уехала из <адрес> на другое место жительства, устроилась на работу, потом приняла решение учиться. Вернулась в Воркуту в мае 2020 года вынужденно, после смерти брата, на его похороны и для поддержки родителей. До смерти А. семья жила дружно, после его смерти отец поддерживал маму, но не справлялся с тем, что она пьет, не выдержал и уехал. Семья на профилактическом учете не состояла. Дедушке было около 70 лет, он страдал повышенным давлением, умер от сердечной недостаточности. Мама страдала повышенным давлением, причина смерти, согласно справке, цирроз печени. Ранее мама с этой болезнью не наблюдалась, здоровье ухудшилось за эти тяжелые два года. В связи со смертью брата ей (истцу) тоже назначали лечение, какой диагноз точно поставили, не помнит, но назначали лечение, которое не помогло, боли не покидали, сковывало тело, дыхание было затруднено. Врачи сказали, что это на нервной почве. Ранее такого никогда не было. До настоящего времени эти боли есть и они беспокоят. Было тяжело морально, не могла никак прийти в себя, родители страдали, наблюдала за этим постоянно, нормально не спала, эмоциональная обстановка была очень тяжелая, все ходили потерянные, никто не мог начать жить дальше, видела как распадается брак родителей, как они теряют себя, до сих пор не знает как эту боль пережить. Когда проживала в Питере, и брат просил ему помочь, всегда откладывала работу и помогала ему с учебой. Она отправила брата в секцию на волейбол, старалась, чтобы из него вышел хороший, достойный человек. Созванивалась с братом каждый день, в том числе по видеосвязи, постоянно переписывались. До 18 лет сама проживала с семьей, а в 2016 году переехала к молодому человеку, брат приходил в гости, и она проводила с ним часто свободное время. С заработной платы брату всегда что-нибудь покупала. Были с братом очень близки. Брат ориентировался в безопасности дорожного движения и в иных разновидностях опасности. Когда он проник в трансформаторную подстанцию, то не знал, что это именно она, так как никаких знаков не было, он не ощущал, что это место опасно, замок там не закрывался.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания надлежащим образом извещен, направил для участия в судебном заседании своего представителя.
В судебном заседании представитель ответчика адвокат Соловьев Р.Ю. пояснил, что ответчик исковые требования признает частично, поскольку приговор суда вступил в законную силу, возможность обжалования исчерпана. Однако размер компенсации морального вреда не соответствует принципам справедливости и разумности. Ответчик просит учесть характер и обстоятельства совершения преступления. Недопустимо ссылаться на страдания, которые пережили уже умершие родственники. Следует учесть среднюю тяжесть преступления, являвшегося не умышленным, совершенным по неосторожности. Приговором в качестве смягчающих обстоятельств суд признал пренебрежение правил личной безопасности самого пострадавшего. Имела место грубая неосторожность, в связи с которой значительно увеличился вред. При определенной разумности и осмотрительности этого бы не произошло. Имело место проникновение несовершеннолетнего. При допросе свидетель Другач и истец говорили, что потерпевшему всегда разъяснялось об опасности и недопустимости создания условий для опасности. Он был ориентирован в окружающей обстановке, в том, что необходимо соблюдать осторожность, однако, пренебрег правилами безопасности, в связи с чем произошла гибель. Просил учесть при определении размера возмещения вреда имущественное положение ответчика, нахождение на его иждивении двух детей, отсутствие работы по специальности, поскольку существует запрет на замещение должности, связанной с администрированием. На момент совершения преступления ответчик исполнял обязанности директора, у него были трудовые отношения с учреждением.
В судебном заседании представитель ответчика ГПОУ «ВПТ» ФИО6 иск не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях, представленных в материалы дела, в которых указано, что ГПОУ «ВПТ» является ненадлежащим ответчиком по делу. ФИО2 был назначен на должность ... приказом от <дата> ...-к и освобожден от должности приказом от <дата> ...-к в связи с осуждением. Земельный участок, на котором расположена трансформаторная подстанция (далее – ТП) и сама ТП находятся в собственности Республики Коми. При этом ТП на праве оперативного управления государственному профессиональному образовательному учреждению «Вятский горно-экономический колледж» (далее – ГПОУ «ВГЭК») не передавалось. Само по себе расположение ТП на земельном участке, где находится ГПОУ «ВГЭК» не означает возложение бремени его содержания и ответственность за состояние объекта на ГПОУ «ВГЭК» в смысле статей 209, 210, 296 ГК РФ.
Ответчики Министерство образования и науки Республики Коми и Министерство финансов Республики Коми о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в отсутствие представителей.
В письменных возражениях Министерство образования и науки Республики Коми указало, что с исковыми требованиями несогласно, поскольку несчастный случай, повлекший смерть ребенка произошел в результате неправомерного доступа путем взлома навесного замка входной двери в здание подстанции несовершеннолетними. Федеральное государственное образовательное учреждение профессионального образования «Вятский горно-экономический колледж»и его имущество передано в ведение Республики Коми распоряжением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 2413-з. при этом при передаче имущества трансформаторная подстанция в собственность Республики Коми не передавалась, в реестре государственной собственности Республики Коми не значилась, к объектам муниципальной собственности не отнесена. В отношении ТП на момент несчастного случая усматриваются признаки бесхозяйного имущества, соответственно она являлась в тот момент частью электросетевого хозяйства, с использованием которого сетевые организации оказывали услуги по передаче электроэнергии и получали соответствующую плату. Передача электроэнергии сетевой организацией с использованием оборудования подстанции свидетельствует о пользовании ею этим имуществом. В силу п. 1 ст. 38 Закона об электроэнергетике, оборудование подстанции на момент несчастного случая являлось неотъемлемой частью электросетевого хозяйства, соответственно, бремя содержания подстанции должно было осуществляться ПАО «МРСК». ГПОУ «ВГЭК» неоднократно обращалось к администрации муниципального образования городского округа «Воркута» и ПАО «МРСК» с требованием обслуживания ими трансформаторной подстанции. При этом действий по обслуживанию бесхозного объекта данными лицами принято не было. При рассмотрении требований истца необходимо с учетом требований разумности и справедливости прининять во внимание поведение самого пострадавшего и поведение ГПОУ «ВГЭК», его должностных лиц, которые принимали меры, направленные на обслуживание объекта энергоснабжающей организации.
В письменных возражениях Министерство финансов Республики Коми просило в удовлетворении исковых требований к нему отказать, как заявленных к ненадлежащему ответчику. При этом указано на то, что вина ФИО2 в наступлении смерти брата истца установлена вступившим в законную силу приговором суда, факт причинения морального вреда близким родственникам отмечен в апелляционном определении Верховного суда Республики Коми от <дата>, исковые требования о взыскании морального вреда с ФИО2 подлежат удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости. Позиция ГПОУ «ВПТ» фактически направлена на переоценку выводов судов всех инстанций, определению виновных лиц, аналогичные доводы стороны защиты всесторонне исследовались судами, и нашли отражение в принятых ими судебных постановлениях. Поскольку ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ГПОУ «ВПТ», при этом должностным лицом государственных органов - Министерства образования и науки Республики Коми, Министерства финансов Республики Коми, не являлся, положения ст. 1069 ГК РФ применятся в рассматриваемом деле не могут.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы, материалы уголовного дела № 1-253/2021, суд пришел к следующему.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
Пунктом 2 ст. Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Статья 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Обратившись с настоящим иском, ФИО1 настаивает на взыскании компенсации морального вреда от преступления, совершенного ответчиком, в результате которого наступила смерть близкого родственника.
На основании ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.
По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии с положениями ст. 1068 ГК РФ, если вред причинен работником юридического лица при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта), то ответственность за его возмещение возлагается на это юридическое лицо.
Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй п. 1 ст. 1068 ГК РФ).
Как установлено судом и следует из материалов дела, <дата> в период времени с 16:00 до 17:07 несовершеннолетний ФИО3, <дата> года рождения, находясь на территории ГПОУ «ВГЭК», беспрепятственно проник в помещение трансформаторной подстанции, где находилось работающее электрооборудование мощностью 6 кВ, соприкоснулся с источником электропитания и получил поражение электрическом током, повлекшее его смерть.
Согласно заключению судебной медицинской экспертизы, причиной смерти несовершеннолетнего ФИО3 явилось поражение техническим электричеством в результате контакта с источником тока, что подтверждается установленными патоморфологическими признаками, что на основании п. <дата>. Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку развития угрожающего жизни состояния, в данном случае, приведшего к смерти.
В связи с указанным событием в отношении исполняющего обязанности директора ГПОУ «ВГЭК» ФИО2 было возбуждено уголовное дело.
На должность исполняющего обязанности директора ГПОУ «ВГЭК» ФИО2 был назначен <дата> приказом министра образования, науки и молодежной политики Республики Коми от <дата> ...-лс/р «Об исполнении обязанностей директора» Государственного профессионального образовательного учреждения «Воркутинский горно-экономический колледж» до назначения директора учреждения.
В соответствии с должностной инструкцией директора ГПОУ «ВГЭК» ответчик был обязан осуществлять руководство образовательной организацией в соответствии с законами и иными нормативными правовыми актами, уставом образовательной организации; обеспечивать системную административно-хозяйственную работу образовательной организации; обеспечивать охрану жизни и здоровья обучающихся во время образовательного процесса; в пределах своих полномочий распоряжаться бюджетными средствами, обеспечивать результативность и эффективность их использования; решать кадровые, административные, финансовые, хозяйственные и иные вопросы в соответствии с уставом образовательной организации.
Приговором Воркутинского городского суда Республики Коми от <дата> ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде трех лет лишения свободы условно, с испытательным сроком на два года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий в государственных учреждениях сроком на два года. Исковое заявление законных представителей потерпевшего (ФИО1 (сестра), ФИО5 (мать), ФИО7, ФИО4(дед)) о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда оставлено без рассмотрения.
Апелляционным постановлением Верховного суда Республики Коми от <дата> приговор в отношении ФИО2 оставлен без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.
Кассационным определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от <дата> приговор Воркутинского городского с уда Республики Коми от <дата> и апелляционное постановление Верховного суда Республики Коми от <дата> в отношении ФИО2 оставлено без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.
Из приговора следует, что ФИО2, являясь должностным лицом, не надлежащим образом исполнил свои обязанности по занимаемой должности вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, что по неосторожности повлекло смерть человека. Указано, что ФИО2, имея реальную возможность для исполнения должностных обязанностей, связанных с надлежащей эксплуатацией энергопринимающих устройств ТП-ВГТ, не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своего бездействия, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, не обеспечил наличие в образовательной организации подготовленного электротехнического персонала, оснащение трансформаторной подстанции предупреждающими знаками о наличии опасности для жизни и здоровья и надежными запорными устройствами, не обеспечил наличие для дополнительной защиты от прямого прикосновения устройства защитного отключения, барьеров, предназначенных для защиты от случайного прикосновения к токоведущим частям, допустил эксплуатацию трансформаторной подстанции с техническими неисправностями, не приостановил деятельность трансформаторной подстанции, не обеспечил безопасность лиц, обучающихся в ГПОУ «ВГЭК», и иных лиц, находящихся на территории ГПОУ «ВГЭК».
В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Таким образом, основанием для взыскания компенсации морального вреда является смерть несовершеннолетнего ФИО3 на месте происшествия в результате поражения электрическим током. Ответчик же, являясь руководителем ГПОУ «ВГЭК», привлечен к уголовной ответственности за то, что не обеспечил безопасную работу трансформаторной подстанции, допустил ее эксплуатацию с техническими неисправностями, не надлежащим образом исполнил свои обязанности по занимаемой должности, то есть в данном случае непосредственным причинителем вреда жизни потерпевшего ФИО2 не является.
Соответственно, в силу положений ст. 1068 ГК РФ гражданско-правовая ответственность в данном случае должна была быть возложена на ГПОУ «ВГЭК», а не на ФИО2, исполнявшего обязанности директора образовательного учреждения и несущего ответственность перед работодателем по возмещению вреда в порядке регресса в соответствии со ст. 1081 ГК РФ.
Согласно п. 1.2 Устава ГПОУ «ВГЭК» (утвержденного приказом Министерства образования и молодежной политики Республики Коми от <дата> ...), учредителем образовательного учреждения является Республика Коми. Полномочия учредителя учреждения от имени Республики Коми осуществляет Министерство образования и молодежной политики Республики Коми.
Пунктом 1.1 должностной инструкции директора ГПОУ «ВГЭК» предусмотрено, что директор назначается и освобождается от должности Министром образования и молодежной политики Республики Коми в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, уставом образовательной организации.
На основании постановления Правительства Республики Коми от 14.04.2022 № 195 «О реорганизации государственного профессионального образовательно учреждения «Воркутинский политехнический техникум», приказа Министерства образования, науки и молодежной политики Республики Коми от 18.04.2022 № 207п «О мероприятиях по реализации постановления Правительства Республики Коми от 14.04.2022 № 195 и передаточного акта от 15.09.2022, все права и обязанности, движимое и недвижимое имущество ГПОУ «ВГЭК» в порядке реорганизации в форме присоединения перешли к ГПОУ «ВПК».
В п. 1.2 Устава ГПОУ «ВПК» (утвержденного приказом Министерства образования и молодежной политики Республики Коми от 22.01.2016 № 22, в редакции изменений от 25.11.2016 № 393) указано, что учредителем образовательного учреждения является Республика Коми. Полномочия учредителя учреждения от имени Республики Коми осуществляет Министерство образования, науки и молодежной политики Республики Коми (в настоящее время - Министерство образования и науки Республики Коми).
Согласно ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем.
Работодатель - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.
В силу ст. 275 ТК РФ трудовой договор с руководителем государственного (муниципального) учреждения заключается на основе типовой формы трудового договора, утверждаемой Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
По смыслу ст. 34 ТК РФ представителями работодателей, в отношении которых функции и полномочия учредителя осуществляют федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, иные государственные органы, органы местного самоуправления, являются соответствующие федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, иные государственные органы, органы местного самоуправления.
Из анализа приведенных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что Министерство образования и науки Республики Коми в трудовых правоотношениях с ФИО2 имело правовой статус учредителя ГПОУ «ВГЭК», - представителя работодателя, при этом права и обязанности работодателя по заключенному договору возникли у самого образовательного учреждения - ГПОУ «ВГЭК» (в настоящее время - ГПОУ «ВПК»).
Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).
В соответствии с п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Согласно п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.
Факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
В п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 закреплено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).
Согласно п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).
В п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).
Из приведенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, при разрешении спора о компенсации морального вреда подлежат оценке в совокупности конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнесение их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности. Также подлежат учету заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
Копиями свидетельств о рождении подтверждается, что ФИО1 приходится ФИО3 (потерпевшему по уголовному делу) сестрой.
Оценка представленных доказательств в их совокупности позволяет суду прийти к выводу, что причинение истцу морального вреда состоит в прямой причинно-следственной связи с виной ответчика в совершенном преступлении.
Принимая во внимание, что вина ФИО2 в совершении преступления установлена вступившим в законную силу приговором суда, вред причинен истцу смертью близкого родственника, наступившей в связи с исполнением ФИО2 своих должностных обязанностей в рамках трудовых правоотношений с ГПОУ «ВГЭК», суд полагает необходимым взыскать денежную компенсацию морального вреда с ответчика ГПОУ «ВПК» (правопреемника ГПОУ «ВГЭК»), и отказать в удовлетворении требований к ответчикам ФИО2, Министерству образования и науки Республики Коми и Министерству финансов Республики Коми.
Судом отклоняются доводы ответчика ГПОУ «ВПК» об отсутствии у него полномочий в отношении трансформаторной подстанции, поскольку они направлены на переоценку обстоятельств, установленных вступившими в законную силу постановлениями суда по уголовному делу, имеющими при рассмотрении настоящего дела преюдициальное значение, и не освобождают работодателя от возмещения вреда, причиненного его работником при исполнении служебных обязанностей, при доказанности вины работника в совершении преступления.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания. Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.
Определяя размер денежной компенсации морального вреда подлежащей взысканию, суд исходит из того, что ФИО2 непосредственным причинителем вреда жизни потерпевшего ФИО3 не являетсяч, временно исполняя обязанности директора образовательного учреждения, он предпринимал меры по разрешению ситуации с трансформаторной подстанцией, расположенной на территории образовательного учреждения, несмотря на то, что их оказалось недостаточно для обеспечения безопасности граждан. Вина ФИО2 в совершении преступления выражается в форме неосторожности. Пострадавший ФИО3, пренебрегая правилами личной безопасности, проник в помещение, которое не являлось общедоступным и принадлежало постороннему лицу. При этом суд учитывает, что наступила смерть несовершеннолетнего, и произошла невосполнимая утрата близкого ФИО1 человека, - родного брата, в воспитании и жизни которого она принимала непосредственное участие.
Суд оценивает степень нравственных страданий истца, связанных со смертью брата, поскольку физические страдания допустимыми доказательствами подтверждения не нашли.
Суд принимает во внимание тяжесть причиненных истцу нравственных страданий, выразившихся в чувстве скорби из-за потери близкого человека, в эмоциональном стрессе, переживаниях, угнетенном психическом состоянии. При этом отклоняет доводы истца о страданиях связанных со смертью матери и деда, о взаимосвязи их смерти со смертью брата, поскольку переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью, в частности о возмещении вреда жизни и здоровью, не допускается.
Учитывая приведенные выше обстоятельства и требования закона, суд находит разумной относительно обычного уровня жизни денежную компенсацию морального вреда, которая позволит сгладить остроту страданий истца, в размере 700 000 руб.
В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика в бюджет муниципального образования подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден, в сумме 300 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к государственному профессиональному образовательному учреждению «Воркутинский политехнический техникум» удовлетворить частично.
Взыскать с государственного профессионального образовательного учреждения «Воркутинский политехнический техникум» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 700 000 руб.
В остальной части иска к государственному профессиональному образовательному учреждению «Воркутинский политехнический техникум» и в иске к ФИО2, Министерству финансов Республики Коми, Министерству образования и науки Республики Коми отказать.
Взыскать с государственного профессионального образовательного учреждения «Воркутинский политехнический техникум» государственную пошлину в бюджет муниципального образования городского округа «Воркута» в размере 300 руб.
На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Верховный суд Республики Коми через Воркутинский городской суд Республики Коми.
Судья Е.Б. Кораблева
Мотивированное решение составлено 02 мая 2023 года.