Дело №
36RS0005-01-2024-006660-34
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
13.02.2025г. г. Воронеж
Советский районный суд г. Воронежа в составе: председательствующего – судьи Зелениной В.В., при секретаре Судаковой А.В., с участием истца ФИО1, помощников прокурора Советского района г. Воронежа Хром И.А., ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании расходов, затраченных на лечение, компенсации морального вреда.
Установил:
ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к ФИО3, указав, что приговором Центрального районного суда г. Воронежа от 08.12.2023г. по делу №1-293/2023 ответчик ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ему назначено наказание с применением ст. 73 УК РФ, в виде шести месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком один год. Приговор суда вступил в законную силу. Истец была признана и выступала потерпевшей по указанному делу. Согласно приговора, ответчик 16.12.2022г. тайно для истца, посредством банкомата осуществил перевод денежных средств на сумму 12 200 рублей с банковского счёта ФИО1 на принадлежащий ему абонентский №, к которому подключена услуга «Мобильный Банк», похитив тем самым у нее указанную сумму. ФИО3 свою вину в предъявленном обвинении признал полностью, возместил причинённый кражей материальный ущерб, однако отказался компенсировать понесённые истцом расходы на лечение в сумме 35 000 руб. Также ФИО1 сильно переживала по поводу кражи у нее денежных средств, ей были причинены нравственные страдания, связанные с утратой денежных накоплений. Денежную компенсацию морального вреда истец оценивает в 15 000 рублей.
В связи с чем, истец просит взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 35 000 рублей, потраченных на лечение, 15 000 рублей компенсации морального вреда, причинённого преступлением.
Истец ФИО1 после перерыва в судебное заседание не явилась, ранее исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме. Суду пояснила, что болеет сердечной недостаточностью с 2013г., является инвалидом из-за гипертонии, которой болеет уже более 20 лет. Она принимает лекарства от гипертонии длительное время, однако после того, как ответчик совершил преступление, у нее сорвался сердечный ритм, приходится покупать более дорогостоящие лекарства, ей назначили «Пикамилон» и «Мексидол». ФИО3 ей звонил и угрожал, отчего она постоянно испытывает тревогу, стресс, не может спокойно спать, что причинило ей моральный вред.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен в установленном законом порядке, о причинах неявки суду не сообщил.
Пунктом 1 ст. 20 ГК РФ предусмотрено, что местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий.
В соответствии с ч. 2 ст. 3 Закона РФ от 25.06.1993г. № 5242-1 "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" граждане Российской Федерации обязаны регистрироваться по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации.
Направление судом корреспонденции в адрес ответчика отвечало требованиям ст. 113 ГПК РФ. Почтовая корреспонденция возвратилась с отметкой о невручении, в связи с истечением срока хранения. Исходя из действия принципов добросовестности и разумности, а также положений ст. 20 ГК РФ и ч. 2 ст. 3 Закона РФ "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", ответчик должен был обеспечить возможность получения почтовой и иной корреспонденции по тому адресу, где он зарегистрирован по месту жительства.
Учитывая положения ст. 165.1 ГК РФ, а также разъяснения, данные в п. 63-68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", извещение ФИО3 о времени и месте рассмотрения дела суд признает надлежащим, соответствующим ст. 118 ГПК РФ.
В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.
Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом первой инстанции дела по существу.
В связи с чем, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.
Суд, выслушав истца, изучив материалы дела, обозрев материалы уголовного дела № 1-293/2023, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что в удовлетворении исковых требований о взыскании расходов на лечение следует отказать, а в части требований о взыскании компенсации морального вреда производство по делу подлежит прекращению, ввиду их разрешения приговором Центрального районного суда г. Воронежа, приходит к следующему.
Как установлено в судебном заседании и усматривается из материалов дела, приговором Центрального районного суда г. Воронежа от 08.12.2023г., вступившим в законную силу 26.12.2023г., ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ему назначено наказание, в виде 6 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год.
Указанным приговором установлено, что 16.12.2022г., примерно в 12 часов 00 минут, к ФИО3, находившемуся в помещении отделения ПАО «Сбербанк», расположенного по адресу: <адрес>, обратилась ранее незнакомая ФИО1 с просьбой помочь ей оплатить квитанцию, на что ФИО3 ответил согласием. ФИО1 передала ему квитанцию, после чего приложила принадлежащую ей банковскую карту ПАО «Сбербанк» к банкомату и ввела ПИН-код. ФИО3 на экране банкомата увидел баланс денежных средств, имеющихся на банковской карте ФИО1, затем помог ей оплатить квитанцию на сумму 1 181,00 руб. После чего, воспользовавшись тем, что ФИО1 не обращала на него внимание, посредством банкомата ФИО3 тайно осуществил перевод денежных средств на общую сумму 12 120,00 руб., принадлежащих ФИО1 с банковского счета ПАО «Сбербанк», открытого на ее имя, на принадлежащий ему абонентский номер, к которому подключена услуга «Мобильный банк». Затем ФИО3 с места совершения преступления скрылся, распорядившись похищенными денежными средствами по своему усмотрению. В результате указанных действий ответчика, ФИО1 причинен материальный ущерб на общую сумму 12 120,00 руб. (л.д. 10-13, 47-50).
Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
В ходе рассмотрения уголовного дела № 1-293/2023 в отношении ФИО3, ФИО4 был заявлен гражданский иск о взыскании с ответчика денежных средств, затраченных на приобретение лекарственных средств, а также компенсации морального вреда в размере 15 000,00 руб.
Приговором суда от 08.12.2023г. требования истца о взыскании затрат на лечение оставлены без рассмотрения, поскольку не относятся к причиненному ущербу, признанному судом доказанным в описательной части приговора. В иске о взыскании компенсации морального вреда ФИО4 отказано, поскольку совершенное ФИО3 преступление посягает исключительно на отношения собственности, а законодательством не предусмотрена компенсация морального вреда в случае тайного хищения имущества.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда.
Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вопросы возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, урегулированы параграфом вторым главы 59 ГК РФ (ст.ст. 1084 - 1094 ГК РФ).
В силу п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе, расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
В пп. «б» п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.
Обращаясь в суд с данным иском, истец свои требования мотивировала тем, что ответчик ФИО3 похитил у нее денежные средства и в процессе рассмотрения уголовного дела писал ей СМС-сообщения с угрозами, в связи с чем у нее ухудшилось состояние здоровья, пришлось принимать лекарственные средства, стоимость которых составила 35 000,00 руб.
В подтверждение указанных доводов ею представлены чеки на приобретение лекарственных средств (л.д. 23-26), а также выписка из истории болезни БУЗ ВО «ВОКБ № 2», согласно которой ФИО1 находилась на стационарном лечении в период с 23.04.2024г. по 02.05.2024г. с диагнозом: «Хронический паренхиматознеый панкреатит, рецидивирующее течение, умеренное обострение с болевым, диспепсическим и астено-невротическим синдромами, умеренной внешнесекреторной недостаточностью. Холестероз желчного пузыря, полиповидная форма. Дискинезия желчевыводящих путей. Хронический антральный атрофический гастрит с функциональной диспепсией, обострение. Дискинезия толстого кишечника. Дивертикулы сигмовидной кишки. Спайки брюшной полости. Стеатогепатоз кисты печени» (л.д. 32-37).
В силу положений ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.
В соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Из материалов дела и пояснений истца следует, что она является инвалидом второй группы с 10.06.2004г. (л.д. 20), указанные лекарственные средства она принимает на регулярной основе в течение длительного времени ввиду наличия многочисленных хронических заболеваний.
Из представленной выписки из истории болезни также следует, что указанными в ней заболеваниями ФИО1 страдает более 10 лет, кроме того, за лечением истец обратилась лишь в апреле 2024г., то есть спустя более года после совершения в отношении нее ФИО3 преступления.
Каких-либо доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что обострение имеющихся у истца хронических заболеваний наступило именно в результате противоправных действий ответчика ФИО3, в материалы дела не представлено.
Таким образом, оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает, что причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими для истца неблагоприятными последствиями, в виде ухудшения состояния здоровья, в материалы дела не представлено.
Сам по себе факт приобретения ФИО1 лекарственных препаратов не является, в отсутствие иных данных, достаточным доказательством связи приема этих лекарств с причинением вреда здоровью истца, если таковой был реально ей причинен действиями ответчика. Более того, из представленных кассовых чеков следует, что истцом приобретались лекарства за период с 11.08.2022г. (то есть до похищения у нее денежных средств) вплоть до мая 2024г., что не позволяет сделать однозначный вывод о необходимости их приобретения именно в связи с противоправными действиями ответчика.
Исходя из изложенного, в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ответчика расходов на лечение в размере 35 000,00 руб. следует отказать.
Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 15 000,00 руб., суд приходит к следующему.
Приговором Центрального районного суда от 08.12.2023г. в иске ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда отказано, поскольку совершенное ФИО3 преступление посягает исключительно на отношения собственности, а законодательством не предусмотрена компенсация морального вреда в случае тайного хищения имущества.
Согласно п. 64 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в случае предъявления требования о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, которое ранее разрешалось в порядке уголовного судопроизводства и в удовлетворении которого было отказано или производство по гражданскому иску было прекращено (статья 220 ГПК РФ), суду следует отказать в принятии искового заявления, а если заявление принято - прекратить производство по делу (абзац третий статьи 220 ГПК РФ).
Обращаясь в суд с данными требованиями, ФИО1 ссылается на то, что ФИО3 похитил у нее денежные средства, писал ей сообщения с угрозами и оскорблениями, в результате чего у нее ухудшилось здоровье, ей причинены нравственные страдания.
В силу положений ст. 151 ГК РФ моральный вред (физические или нравственные страдания) подлежит возмещению, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.
Согласно п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
Как следует из разъяснений, приведенных в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", судам следует учитывать, что гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (ч. 1 ст. 151, ст. 1099 ГК РФ и ч. 1 ст. 44 УПК РФ).
В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.
Согласно приведенного правового регулирования компенсация морального вреда при совершении мошенничества возможна в случае, если в результате преступления вред причиняется не только имущественным, но также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам.
Федеральным законом на основании положений ст. ст. 151, 1099 ГК РФ в данном случае прямо не предусмотрена возможность компенсации морального вреда за нарушение имущественных прав, в том числе нарушенных в результате преступления.
Вышеуказанным постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, может быть связан с потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Вместе с тем истцом не представлены доказательства того, что в рамках преступного посягательства объектом являлись не имущественные отношения, а предметом преступления, соответственно, денежные средства, а личные неимущественные права или иные нематериальные блага, принадлежащие потерпевшему (ст. 150 ГК РФ).
Доводы истца о причинении ей ответчиком нравственных страданий, ввиду ухудшения состояния здоровья, своего подтверждения при рассмотрении дела не нашли, поскольку ФИО1 страдает рядом хронических заболеваний более десяти лет, является инвалидом с 2004г., причинно-следственной связи между данными болезнями и хищением у истца денежных средств судом не установлено.
Кроме того, каких-либо доказательств того, что ответчиком ФИО3 в адрес ФИО1 высказывались оскорбления либо угрозы в ходе рассмотрения уголовного дела, либо в иной период, истцом суду не представлено.
Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.
Руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд
решил:
В иске ФИО1 к ФИО3 о взыскании расходов, затраченных на лечение, компенсации морального вреда – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через Советский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Зеленина В.В.
В окончательной форме решение принято 26.02.2025 года.