Номер дела 48RS0001-01-2024-003011-29

Номер производства 2-62/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июня 2025 года г. Липецк

Советский районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего и.о судьи Винниковой А.И.

при секретаре Щербаковой Ю.В.

с участием прокурора Моисеевой А.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Публичного акционерного общества «Новолипецкий металлургический комбинат» к Государственному учреждению здравоохранения «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи №1» о признании незаконным медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести,

УСТАНОВИЛ:

Истец ПАО «НЛМК» обратилось в суд с иском к ответчику ГУЗ «ФИО3 СМП №1» о признании незаконным медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести.

В обоснование исковых требований истец указал, что в ПАО «НЛМК» с ДД.ММ.ГГГГ года по настоящее время работает ФИО4, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 работает машинистом насосных установок 6 разряда насосной станции ХОВ ДП-7 (резерв на невыходы) участка водоснабжения ХОВ ДП-7 отделения технического водоснабжения и водоотведения Цеха водоснабжения.

Согласно медицинскому заключению Ассоциации «Новолипецкий медицинский центр» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 была признана временно непригодной к выполнению отдельных видов работ сроком на ДД.ММ.ГГГГ

Распоряжением по Цеху водоснабжения № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с медицинским заключением Ассоциации «Новолипецкий медицинский центр» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ переведена в подчинение мастера ФИО5 с выдачей сменных заданий с учетом медицинских противопоказаний по исключению вредных факторов воздействия технических смесей углеводородов.

ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ на сменно-встречном собрании, которое проходило в <данные изъяты>, мастер участка ФИО5 выдал задание машинисту насосных установок бригады № ФИО7 на покраску перил лестницы в зале <данные изъяты> и пола в вентиляционной камере.

ФИО4 мастер ФИО5 выдал задание контролировать технологический процесс на пульте управления. В этот же день ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> ФИО4 самостоятельно обратилась в фельдшерский здравпункт КЦ-2 Ассоциации «Новолипецкий медицинский центр» с жалобами на головокружение, слабость, осиплость голоса после покраски оборудования.

От поездки в ГУЗ «Липецкая городская больница № «Свободный Сокол» в пульмонологическое отделение для консультации врача категорически отказалась. По настоянию пациента была доставлена в ГУЗ «ФИО3 СМП №» в токсикологическое отделение. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в ГУЗ «ФИО3 СМП №».

ДД.ММ.ГГГГ в адрес ПАО «НЛМК» ГУЗ «ФИО3 СМП №» было выдано медицинское заключение № от ДД.ММ.ГГГГ о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести. Данное медицинское заключение выдано ПАО «НЛМК» о том, что пострадавшая ФИО4, машинист насосных установок, поступила в ГУЗ «ФИО3 СМП №» в отделение острых отравлений ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ. Диагноз и код диагноза по МКБ-10- отравление парами краски Т65.6.

Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории «легкая» травма.

ПАО «НЛМК» считает указанное медицинское заключение незаконным и необоснованным, поскольку у ГУЗ «ФИО3 СМП №» отсутствовали основания для его выдачи. В трудовые обязанности ФИО4 проведение покрасочных работ не входит, покраска полов ДД.ММ.ГГГГ ей не поручалась, что свидетельствует об отсутствии оснований для расследования несчастного случая на производстве.

Кроме того, у работодателя имеются основания предполагать у ФИО4 наличие хронического заболевания, последствия которого повлияли на состояние здоровья ДД.ММ.ГГГГ. Как следует из письма заместителя начальника Управления здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № диагноз «Отравление парами краски (код МКБ Т65.6)» был установлен на основании данных анамнеза, жалоб и данных объективного осмотра. Указанное свидетельствует о постановке диагноза путем получения сведений от самого обследуемого, у которого имеются сопутствующие заболевания, клиническими исследованиями данный диагноз не подтвержден. Просили признать незаконным и отменить медицинское заключение № от ДД.ММ.ГГГГ о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести с указанием диагноза «отравление парами краски», выданное ГУЗ «ФИО3 СМП №» в отношении ФИО4.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора привлечены Государственная инспекция труда в <адрес>, ОСФР по <адрес>, ФИО4

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ с учетом определения суда об исправлении описки от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГУЗ «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» с включением в состав комиссии специалистов в области токсикологии и пульмологии- врача-токсиколога центра острых отравлений БУЗ ВО ВОКБ № ФИО1, врача-пульмонолога отделения пульмонологического БУЗ ВО ВОКБ №, ФИО2.

В суд поступило дело с экспертным заключением.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО8 исковые требования поддержала, ссылалась на те же доводы. Заключение судебной медицинской экспертизы ГУЗ «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», не оспаривала.

Представитель ответчика ГУЗ «ФИО3 СМП №» по доверенности- ФИО9 в судебном заседании иск не признала, полагая его необоснованным а медицинского заключения о характере полученных ФИО4 повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, верным и обоснованным.

3-е лицо ФИО4 и представитель третьего лица адвокат по ордеру ФИО10 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, оспаривали заключение судебной медицинской экспертизы ГУЗ «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», представили суду ряд документов, в том числе медицинских (мед. карта из НП «Новолипецкий медицинский центр»), выписные эпикризы из историй болезни, протокол ВК о прохождении медицинского осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, осмотр ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ врачом общей практики ГУЗ «Липецкая гор. поликлиника №», направление ФИО4 на исследование на наличие ядов и определения биологических показателей в химикотоксилогическую лабораторию БСМЭ, претензию начальнику Управления здравоохранения ЛО, ответы на письма из Управления здравоохранения ЛО, Министерства здравоохранения ЛО, протокол испытаний воздуха, в том числе на дату ДД.ММ.ГГГГ, и др. документы.

Указали, что данных документов у нее на момент назначения судебной медицинской экспертизы, не имелось.

ФИО4 ссылалась на фальсификацию медицинских и иных документов. Оспаривала наличие у нее заболевания бронхиальная астма, полагала, что экспертная комиссии должна была осмотреть ее. Представила суду письменные объяснения. Полагала заключение экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, основано на недостоверных исходных данных.

Судом на обсуждение сторон был поставлен вопрос о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы тому же экспертном учреждению и тем же экспертам, для проверки доводов 3-го лица и оценки новых документов, приобщенных в судебном заседании.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена дополнительная судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено тому же экспертному учреждению с включением в состав комиссии те же специалистов.

ДД.ММ.ГГГГ дело было возвращено экспертным учреждением без исполнения.

В судебном заседании по доверенности ФИО8 исковые требования поддержала, ссылалась на те же доводы. Заключение судебной медицинской экспертизы ГУЗ «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», не оспаривала.

Представитель ответчика ГУЗ «ФИО3 СМП №» по доверенности- ФИО9 в судебном заседании иск не признала, полагая его необоснованным.

3-е лицо ФИО4 и представитель третьего лица адвокат по ордеру ФИО10 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, оспаривали заключение судебной медицинской экспертизы ГУЗ «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

Представители третьего лица ОСФР по <адрес> по доверенностям ФИО11, ФИО12 полагали иск не подлежащим удовлетворению.

Представитель третьего лица Государственная инспекция труда в <адрес> в судебное заседание не явился, в письменном заявлении просили рассмотреть дело в свое отсутствие.

Выслушав объяснения лиц, присутствовавших в судебном заседании, заключение прокурора полагавшего требования законными и обоснованными, допросив экспертов, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с частью 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности:

- в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

Частью 5 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в частности, обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В соответствии со ст.229.3 ТК РФ, при выявлении сокрытого несчастного случая государственный инспектор труда проводит расследование самостоятельно.

Государственный инспектор труда проводит дополнительное расследование в следующих случаях: при поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая; при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования.

В силу ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) (здесь и далее нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных отношений) обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Порядок расследования несчастных случаев на производстве установлен в статьях 227 - 231 ТК РФ и в Положении об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденном Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. N 73 "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" (далее - Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях; действовавшим до 1 сентября 2022 г).

В силу ч. 1 ст. 229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Порядок проведения расследования несчастных случаев урегулирован ст. 229.2 ТК РФ.

Так, согласно ч. 1 ст. 229.2 ТК РФ при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким: работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством (ч. 5 ст. 229.2 ТК РФ).

По каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой (ч. 1 ст. 230 ТК РФ).

Несчастные случаи, квалифицированные комиссией или государственными инспекторами труда, проводившими их расследование, как несчастные случаи на производстве, подлежат оформлению актом о несчастном случае на производстве по форме Н-1 (абзац 1 п. 26 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях).

Форма акта о несчастном случае на производстве утверждена Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. N 73, действовавшим до 1 сентября 2022 г.

Согласно утвержденной форме акта о несчастном случае на производстве в пункте 7 должна указываться краткая характеристика места (объекта), где произошел несчастный случай; в пункте 8 должны кратко излагаться обстоятельства, предшествовавшие несчастному случаю, описание событий и действий пострадавшего и других лиц, связанных с несчастным случаем, и другие сведения, установленные в ходе расследования; в пункте 8.2 должны указываться характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, а также медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья; в пункте 9 должны указываться причины несчастного случая (основная и сопутствующие причины несчастного случая со ссылками на нарушенные требования законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов); в пункте 10 должны указываться лица, допустившие нарушение требований охраны труда (фамилии, инициалы, должности (профессии) с указанием требований законодательных, иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, предусматривающих их ответственность за нарушения, явившиеся причинами несчастного случая, указанными в п. 9 настоящего акта, при установлении факта грубой неосторожности пострадавшего указать степень его вины в процентах).

Пунктом 27 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях установлено, что содержание акта формы Н-1 должно соответствовать выводам комиссии, проводившей расследование несчастного случая на производстве. В акте подробно излагаются обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указываются лица, допустившие нарушения установленных нормативных требований, со ссылкой на нарушенные ими правовые нормы законодательных и иных нормативных правовых актов.

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 15 апреля 2005 г. N 275 "О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производств" утверждены учетная форма 315/У "Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести" и учетная форма 316/У "Справка о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве".

Как следует из рекомендаций по заполнению учетной формы 315/У "Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести" данная учетная форма (медицинское заключение) заполняется в соответствии со Схемой определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 160, а выдается по запросу организации, индивидуального предпринимателя медицинской организацией, куда впервые обратился за медицинской помощью пострадавший в результате несчастного случая на производстве, незамедлительно после поступления запроса. В графе "Диагноз и код диагноза по МКБ-10" приводится полный диагноз с указанием характера и локализации повреждения здоровья и код диагноза по Международному классификатору болезней (МКБ-10), заключение о том, к какой категории относится имеющееся повреждение здоровья.

В соответствии с п. 1 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 160 (далее - Схема определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве) несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 категории: тяжелые и легкие.

Квалифицирующими признаками тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве являются: характер полученных повреждений здоровья и осложнения, связанные с этими повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения; последствия полученных повреждений здоровья (стойкая утрата трудоспособности) (п. 2 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве).

Наличие одного из квалифицирующих признаков является достаточным для установления категории тяжести несчастного случая на производстве.

Тяжелые несчастные случаи на производстве перечислены в пункте 3 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, к легким несчастным случаям на производстве относятся повреждения, не входящие в пункт 3.

Судом установлено, что ФИО4 работала в ПАО «НЛМК» с ДД.ММ.ГГГГ., с ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 работала машинистом насосных установок 6 разряда насосной станции ХОВ ДП-7 (резерв на невыходы) участка водоснабжения ХОВ ДП-7 отделения технического водоснабжения и водоотведения Цеха водоснабжения.

Согласно медицинскому заключению Ассоциации «Новолипецкий медицинский центр» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 была признана временно непригодной к выполнению отдельных видов работ сроком на ДД.ММ.ГГГГ

Решением врачебной комиссии Ассоциации «Новолипецкий медицинский центр» ФИО4 признана временно непригодной сроком на ДД.ММ.ГГГГ по состоянию здоровья к выполнению отдельных видов работ, о чем ДД.ММ.ГГГГ выдано медицинское заключение №.

В связи с чем, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 в порядке перевода исполняла трудовые обязанности на участке по эксплуатации механооборудования, на основании распоряжений №-№ от ДД.ММ.ГГГГ., №-№ от ДД.ММ.ГГГГ на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по ее просьбе переведена в подчинение мастера ФИО6 в Цех водоснабжения, установлена обязанность выдавать сменные задания ФИО4 с учетом медицинских противопоказаний по исключению вредных факторов воздействия технических смесей углеводородов.

ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, находясь на смене, обратилась в здравпункт КЦ2 Ассоциации «Новолипецкий медицинский центр» в связи с ухудшением состояния здоровья, которое, по ее мнению, произошло после покраски оборудования. Впоследствии бригадой скорой медицинской помощи доставлена в токсикологическое отделение ГУЗ ЛГБ СМП №. Выписана по выздоровлению ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратилась в Государственную инспекцию труда в <адрес> с заявлением о проведении расследования. Аналогичное заявление поступило и работодателю ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес ПАО «НЛМК» ГУЗ «ФИО3 СМП №» было выдано (оспариваемое в настоящем деле) медицинское заключение № от ДД.ММ.ГГГГ о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести. Данное медицинское заключение выдано ПАО «НЛМК» о том, что пострадавшая ФИО4, машинист насосных установок, поступила в ГУЗ «ФИО3 СМП №» в отделение острых отравлений ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ. Диагноз и код диагноза по МКБ-10- отравление парами краски Т65.6.

Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории «легкая» травма.

После получения ДД.ММ.ГГГГ ПАО «НЛМК» медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести № от ДД.ММ.ГГГГ, распоряжением №-№ от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «НЛМК» создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве, по результатам которого несчастный случай квалифицирован как не связанный с производством, о чем работодателем составлен акт о расследовании легкого несчастного случая по форме № от ДД.ММ.ГГГГ.

Так, в результате расследования работодателем было установлено, что ФИО4 выполняла работу по покраске напольных покрытий в помещениях венткамеры и узла ввода, которая не была ей поручена ее непосредственным руководителем, чем нарушила п. 1.5.2 Инструкции по охране труда. При этом, к данному виду работ она приступила без инструктажа по охране труда, без записи в персональном журнале регистрации инструктажей, не известив впоследствии руководителя об ухудшении состояния здоровья. Указано также на нарушение со стороны мастера участка водоснабжения ПАО «НЛМК» ФИО6, не проконтролировавшего выполнение работниками бригады выданного задания на смену.

Одновременно, в связи с обращением ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, старшим государственным инспектором труда ФИО14 также проведено расследование произошедшего несчастного случая, по результатам которого ДД.ММ.ГГГГ составлено заключение, согласно которому произошедший несчастный случай квалифицирован как связанный с производством.

Согласно п. 4 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденных Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 20 апреля 2022 г. N 223н, острые или хронические профессиональные заболевания (отравления), в отношении которых имеются основания предполагать, что их возникновение обусловлено воздействием вредных производственных факторов, подлежат расследованию в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 05.07.2022 N 1206 "О порядке расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников".

Пунктом 2 Правил расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 05.07.2022 N 1206 "О порядке расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников" установлено, что расследование и учет проводятся в отношении профессионального заболевания (отравления), возникшего у работника в результате однократного (в течение не более одного рабочего дня, одной рабочей смены) воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшего временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (далее - острое профессиональное заболевание), или в результате длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшего временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (далее - хроническое профессиональное заболевание), при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем.

При установлении работнику предварительного диагноза - острое профессиональное заболевание медицинская организация обязана в течение суток направить извещение об установлении указанного предварительного диагноза в органы государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора) в соответствии с их компетенцией по месту нахождения объекта, где работником выполнялась работа, и работодателю по форме, установленной Министерством здравоохранения Российской Федерации (п. 4 вышеуказанных Правил).

ПАО «НЛМК» полагало, что у ФИО4 имеется хроническое заболевание, последствия которого повлияли на состояние здоровья ДД.ММ.ГГГГ

Так, ДД.ММ.ГГГГ в ПАО «НЛМК» из Управления Роспотребнадзора по <адрес> поступило извещение об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, выданное Федеральным государственным бюджетным научным учреждением «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика ФИО15».

В соответствии с данным извещением ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ установлен предварительный диагноз профессионального заболевания — бронхиальная астма аллергическая и неаллергическая.

При этом, при обращении в фельдшерский здравпункт ДД.ММ.ГГГГ КЦ-2 Ассоциации «НМЦ» ФИО4 ссылалась на головокружение, слабость и осиплость голоса, что могут быть признаками бронхиальной астмы.

Оспариваемое заключение не было выдано ПАО «НЛМК» ДД.ММ.ГГГГ в день обращения в медицинское учреждение в нарушение абз. 1 Приложения № к Приказу Минздравсоцразвития РФ от 15.04.2005 N 275 «Рекомендации по заполнению учетной формы № «Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести». Заключение было выдано ДД.ММ.ГГГГ

Извещение об установлении работнику предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), ГУЗ «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи №» в ПАО «НЛМК» не направляло.

Как следует из письма заместителя начальника Управления здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № № ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на лечении в отделении острых отравлений. Диагноз «Отравление парами краски (код МКБ Т65.6)» был установлен на основании данных анамнеза, жалоб и данных объективного осмотра. Указанное свидетельствует о постановке диагноза путем получения сведений о самого обследуемого, у которого имеются сопутствующие заболевания, клиническими исследованиями данный диагноз не подтвержден.

При этом, письмом начальника ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждено, что в результате проведенного исследования крови, мочи гр. ФИО4 не обнаружены: метиловый, этиловый, пропиловые, бутиловые, амиловые спирты, хлороформ, дихлорэтан, трихлорэтилен, четыреххлористый углерод, бензол, толуол, ксилолы, ацетон.

Данное обстоятельство, по мнению истца также указывает на отсутствие оснований для установления диагноза: «Отравления парами краски».

Истец указал, что информация о недостоверном диагнозе из оспариваемого медицинского заключения, выданного ГУЗ «ФИО3 СМП №», влияет на расследование несчастного случая на производстве, в то время как имеются основания полагать о наличии у работника общего заболевания. Изложенное явилось основанием для подачи данного искового заявления в суд.

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы, подготовленного экспертами ГУЗ «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» с включением в состав комиссии специалистов врача-токсиколога центра острых отравлений БУЗ ВО ВОКБ № ФИО1, врача-пульмонолога отделения пульмонологического БУЗ ВО ВОКБ №, ФИО2 №.№ оконченного ДД.ММ.ГГГГ, в представленной медицинской документации на имя ФИО4 отмечены жалобы на головокружение, общую слабость, осиплость голоса, в дальнейшем - наличие кашля, что было расценено врачами, как "отравление парами краски ингаляционное".

Абсолютным доказательством отравления человека каким-либо веществом наличии соответствующих клинических данных, являются положительные результаты химического исследования его выделений, крови, при котором это вещество выявлена количествах значительно превышающих предельно допустимые концентрации.

Косвенными признаками отравления являются данные клинического наблюдения повреждения слизистой в виде ожогов, расстройства центральной нервной системы, дыхательной, сердечно-сосудистой и т.д.

Согласно данным представленной медицинской документации у ФИО4 при поступлении в ГУЗ "Липецкая ГБСМП № отмечена следующая объективная клиническая картина: нормотония (АД 130/90 мм рт.ст.), тахикардия (ЧСС 96 в 1 мин.), норм; частота дыхания (ЧДД 17 в минуту), нормальное насыщение кислородом (сатурация) (SpO2 - 96%).

Таким образом, клинических признаков, характерных для отравления у ФИО4 не отмечено, при проведении химико-токсикологического исследования крови, мочи каких-либо изменений не обнаружено. Отмеченная у ФИО4 клиническая симптоматика в виде жалоб может сопровождать различные заболевания и состояния, в числе, наблюдаться при хронических заболеваниях (хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ), бронхиальной астмы, артериальной гипертензии, дисциркуляторная энцефалопатия (ДЭП), центральная венозная болезнь (ЦВБ), которые обнаружены у ФИО4 в анамнезе. Резюмируя вышесказанное, эксперты не располагают объективными данными, которые позволили бы судить о факте отравления и его степени.

Во избежание обнаружения противоречий между выводами настоящей экспертной оценкой состояния потерпевшего врачом при обследовании в медицинской организации эксперты считают необходимым разъяснить сущность действующего в отечественной медицине, так называемого принципа «презумпции патологии».

В соответствии с этой общепринятой в медицине позицией пациент признается больным или травмированным с момента обращения за медицинской помощью и считается таковым до тех пор, пока не будет установлено, что он более не нуждается в медицинской помощи. При этом все сомнения (сведения и клинические признаки неоднозначного толкования), при прочих равных условиях, трактуются врачом в пользу заболеваний более тяжелых по характеру, осложнениям, более высокой вероятности по частоте встречаемости (так называемая «гипердиагностика» в интересах больного).

Гуманность такой позиции лечащего врача, а следовательно, и ее общественная полезность, безусловно, правильна. Однако клинический принцип оценки информации не соответствует основополагающим принципам судебно-медицинской экспертизы для оценки достаточности информации.

Более высокие стандарты доказывания в судебно-медицинской практике и методология проведения подобных судебно-медицинских экспертиз требуют от экспертов критически оценивать имеющиеся в представленной медицинской документации сведения и опираться только на объективные данные.

На основании данных, подробно изложенных в разделе "Оценка результатов исследования" и в соответствии с п. 27 "Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" степень тяжести вреда, причиненного здоровью ФИО4, не определяется, так как в представленной медицинской документации отсутствуют достаточные объективные сведения, позволяющие однозначно высказаться о наличии у ФИО4 отмеченного «отравления парами краски», а также сущности вреда, причиненного её здоровью.

Проводимая инфузионная и дезинтоксикационная терапия направлена на выведение токсических веществ и продуктов их распада из организма. Однако, следует отметить, что в представленной медицинской документации не указано время проведения инфузионной терапии взятия объектов на исследование у ФИО4 в связи с чем высказаться о влиянии проводимой инфузионной терапии на результата анализов в данном случае не представляется возможным.

Анализируя представленные доказательства, суд принимает во внимание указанное заключение экспертов, как допустимое доказательство, поскольку заключение судебной экспертизы соответствует нормам статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подробно мотивировано, содержит все необходимые сведения, исследовательская часть соответствует выводам, заключение содержит категоричные ответы на поставленные судом экспертные вопросы, выводы, изложенные в заключение судебной экспертизы, научно обоснованы, последовательны, оснований для сомнения в объективности данного заключения не имеется. Компетентность экспертов по ответам на поставленные вопросы у суда сомнений не вызывает. Экспертному исследованию подвергалось достаточное количество материала для заключения по поставленным вопросам, исследовались материалы дела, в том числе все представленные экспертом медицинские документы.

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, оснований для сомнения в их объективности и компетентности у суда не имеется.

Исследование представленной документации проводилось по общепринятой в судебной практике методике исследования такого рода объектов путем их изучения, сопоставления, системного анализа, проверки содержащихся в них сведений, в соответствии с хронологией имеющихся в них записей, при этом использовались методы визуального восприятия информации, опосредованного наблюдения, сравнительного анализа, экспертной оценки, неполной аналогии, синтеза.

Оценка полученной совокупности сведений производилась с позиции их соотносимости к предмету экспертного исследования достоверности и допустимости их использования с позиции объективной достаточности для ответа на поставленные вопросы и обоснование выводов.

Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

По смыслу положений статей 55, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Допрошенные в судебном заседании с использованием видеоконференцсвязи в качестве экспертов ФИО17 и ФИО1 полностью подтвердили обоснованность проведенного исследования, ответили на все вопросы участников процесса и суда и указали, что представленные ФИО4 дополнительные доказательства, касающиеся в том числе имевшихся у нее ранее в анамнезе заболевания астма (при этом вид астмы не имеет значения), и не могли повлиять на выводы экспертного заключения, в случае предоставления экспертной комиссии данных документов ранее.

Доводы 3-го лица ФИО4 озвученные в судебном заседании и имеющиеся в ее письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ(т.3 л.д.172-183) в том числе о наличии фальсификаций в медицинских документах, касающиеся недостоверной информации о наличии у нее заболевания бронхиальная астма до ДД.ММ.ГГГГ, неверного указания ее диагноза и др., судом во внимание не принимаются, поскольку правового значения для дела не имеют.

Судом установлено, что у ФИО4 диагноз - отравление парами краски Т 65.6 по коду МКБ-10, не подтвержден, следовательно, его указание в медицинском заключении № от ДД.ММ.ГГГГ незаконно.

В представленных суду медицинских документах есть сведения о наличии у ФИО4 установленного ранее события, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, диагноза астма. Однако в ряде медицинских документов указаны различные виды диагностированной у ФИО4 астмы в том числе: бронхиальная астма, неуточненная, персистирующая, неконтролируемая (код МКБ J45.9) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, астма с преобладанием аллергического компонента; Бронхиальная астма, атопическая персистирующая, частично контролируемая (код МКБ J45.0); смешанная астма ( код МКБ J45.8).

Между тем само по себе различное диагностирование у ФИО4 вида астмы до ДД.ММ.ГГГГ, не может повлиять на выводы суда, поскольку как указали допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО17 и ФИО1 разновидность астмы установленной у ФИО4 не влияет на выводы эксперта.

Ссылки ФИО4 на проведенное ей инфузионное и дезинтоксикационное лечение (промывание при помощи капельницы) при поступлении в стационар ДД.ММ.ГГГГ, что по ее мнению могло отразиться на результатах анализов крови и мочи, носит предположительный характер и не может изменить выводы суда, поскольку как следует из материалов дела время проведения инфузионной терапии ФИО4 в медицинской карте стационарного больного не отражено, что не позволяет с достоверностью оценить результат данного промывания и его последствия для полученных параметров анализов крови и мочи, в которой данных по отравлению парами краски не обнаружено.

Доводы представителя ответчика о правомерности действий Государственному учреждению здравоохранения «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи №» при госпитализации, лечения и диагностировании у ФИО4 заболевания по коду МКБ - Т 65.6, не могут повлечь иной вывод суда. Действия ответчика согласуются с общепринятой в медицине позицией, когда пациент признается больным или травмированным с момента обращения за медицинской помощью и считается таковым до тех пор, пока не будет установлено, что он более не нуждается в медицинской помощи «гипердиагностика» в интересах больного.

Таким образом, при рассмотрении дела диагноз, указанный в медицинском заключении № от ДД.ММ.ГГГГ – № у ФИО4 не подтвержден, равно как не подтверждена и степень его тяжести – легкая.

Учитывая изложенное, требования истца признаются судом обоснованными и подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Публичного акционерного общества «Новолипецкий металлургический комбинат» к Государственному учреждению здравоохранения «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи №1» о признании незаконным медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, удовлетворить.

Медицинское заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, выданное Государственным учреждением здравоохранения «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи №1» о характере полученных ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, в котором установлен диагноз и код диагноза по МКБ-10 Отравление парами краски Т 65.6, степень тяжести – легкая, признать незаконным.

Решение суда может быть обжаловано в Липецкий областной суд через Советский районный суд г. Липецка в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.И. Винникова

мотивированное решение

изготовлено 04.07.2025.