УИД 66RS0015-01-2022-002763-34

Дело № 33-10505/2023

(№ 2-331/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 19.07.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Ивановой Т.С., судей Мурашовой Ж.А., Ершовой Т.Е.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиозаписи помощником судьи Кривоноговой Н.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области к ФИО1 о взыскании незаконно полученной суммы федеральной социальной доплаты,

по апелляционной жалобе истца на решение Асбестовского городского суда Свердловской области от 27.02.2023.

Заслушав доклад судьи Мурашовой Ж.А., объяснения представителя истца ФИО2, судебная коллегия

установила:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (далее – Отделение) обратилось с иском к ФИО1, в обоснование которого указало, что ответчику установлена федеральная социальная доплата к пенсии по случаю потери кормильца. С апреля 2021 года выплата федеральной социальной доплаты к пенсии прекращена, поскольку по сведениям истца ФИО1 с марта 2021 года трудоустроена в Свердловскую дирекцию управления движением – структурное подразделение центральной дирекции управления движением - филиала ОАО «РЖД». При этом, ответчик была извещена об обязанности незамедлительно сообщать об обстоятельствах, влияющих на выплату пенсии и федеральной социальной доплаты к пенсии. Полагает, что ответчику излишне выплачена сумма федеральной социальной доплаты за период с 01.04.2021 по 31.05.2021 в размере 6450 руб. 78 коп., в связи с чем просит взыскать с ответчика незаконно полученную сумму федеральной социальной доплаты в размере 6450 руб.78 коп.

Решением Асбестовского городского суда Свердловской области от 27.02.2023 исковые требования Отделения к ФИО1 о взыскании незаконно полученной суммы федеральной социальной доплаты оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, требования удовлетворить. В обоснование доводов жалобы указывает, что вывод суда первой инстанции о недоказанности недобросовестности со стороны ответчика опровергается представленным в материалы дела заявлением от 25.09.2019, из которого следует, что ФИО1 была уведомлена об обязанности незамедлительно сообщать об обстоятельствах, влияющих на выплату пенсии и федеральной социальной доплаты к пенсии, в том числе о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, в период осуществления которой она подлежит обязательному пенсионному страхованию. Указанную обязанность ответчик не исполнила, каких-либо объективных и допустимых доказательств наличия обстоятельств, препятствовавших выполнению указанной обязанности, суду не представила. Также указывает, что суд не дал надлежащей оценки тому обстоятельству, что сведения о трудоустройстве ответчика в марте 2021 года были отражены на ее лицевом счете лишь в мае 2021 года, т.е. после формирования выплаты пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к ней. Полагает, что судом сделан необоснованный вывод о том, что в распоряжении пенсионного органа имелись сведения о трудоустройстве ответчика, однако им на протяжении длительного времени не предпринимались должные меры по контролю расходования денежных средств.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала.

Ответчик в заседание суда апелляционной инстанции не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации о слушании дела в порядке ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на официальном сайте Свердловского областного суда. На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам считает возможным рассмотреть дело в ее отсутствие.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение суда таким требованиям соответствует.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании заявления ( / / )5 от 20.11.2006, 16.02.2007 истцом принято решение о назначении ответчику государственной пенсии по случаю потери кормильца, а также об установлении федеральной социальной доплаты к пенсии до величины прожиточного минимума пенсионера в субъекте Российской Федерации в соответствии со ст. 12.1 Федерального закона от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» (л.д. 15, 23).

Согласно сведениям о трудовой деятельности с марта 2021 года ФИО1 трудоустроена (л.д. 32).

Протоколом о выявлении излишне выплаченных сумм пенсии и социальных выплат №749128/21 ФСД от 22.07.2021 установлен факт излишней выплаты федеральной социальной доплаты за период с 01.04.2021 по 31.05.2021 в размере 6450 руб. 78 коп. (л.д.33).

В соответствии с ч. 1 ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом (ч. 2 ст. 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют дети, умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами.

Согласно ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (в редакции от 03.06.2006, действовавшей на момент назначения ФИО1 пенсии по случаю потери кормильца), физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты трудовой пенсии, а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных пунктом 4 статьи 23 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату трудовых пенсий, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ч. 2 ст. 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»).

В случаях невыполнения или ненадлежащего выполнения обязанностей, указанных в пункте 1 настоящей статьи, и выплаты в связи с этим излишних сумм трудовой пенсии работодатель и пенсионер возмещают пенсионному органу, производящему выплату трудовой пенсии, причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»).

Из частей 1 и 2 статьи 28 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 данного федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных нормативных положений неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

По смыслу положений п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (часть 3 статьи 17), соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.

Таким образом, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках правоотношений, связанных с получением отдельными категориями граждан мер социальной поддержки в виде пенсий по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к пенсии.

Обращаясь в суд с иском о взыскании неосновательно полученной ФИО1 федеральной социальной доплаты, Отделение ссылается на то, что ответчик не исполнил обязанность по своевременному сообщению пенсионному органу о своем трудоустройстве, и, соответственно, об утрате права на получение вышеуказанной выплаты.

Между тем, излишне выплаченная ФИО1 сумма федеральной социальной доплаты в силу положений п. 1 ст. 1102 и подп. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть возвращена получателем в случае установления недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

Поскольку взыскание излишне выплаченных гражданину денежных средств, в виде сумм федеральной социальной доплаты, не может быть произведено без установления факта недобросовестности (противоправности) в действиях такого гражданина, суд первой инстанции, не установив в действиях ФИО1 недобросовестности, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Судебная коллегия соглашается с таким выводом суда первой инстанции, поскольку он основан на законе и соответствует установленным по делу обстоятельствам.

Доводы апеллянта о том, что недобросовестность ответчика подтверждается заявлением от 25.09.2019, из которого следует, что ФИО1 была уведомлена об обязанности незамедлительно сообщать об обстоятельствах, влияющих на выплату пенсии и федеральной социальной доплаты к пенсии, в том числе о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, в период осуществления которой она подлежит обязательному пенсионному страхованию, признаются судебной коллегией несостоятельными.

Давая правовую оценку действиям ФИО1 судебная коллегия принимает во внимание и учитывает уровень образования ФИО1, ее несовершеннолетний возраст на момент подписания заявления, которые в достаточной степени не позволяли ей понять содержание указанной в заявлении об изменении персональных данных обязанности по уведомлению пенсионного органа об обстоятельствах, влекущих прекращение выплаты доплаты к пенсии, в частности в случае поступления на работу.

С учетом указанных обстоятельств, судом первой инстанции правомерно не установлено недобросовестности со стороны ФИО1 либо совершение ею умышленных действий по сокрытию обстоятельств, которые могли бы повлиять на выплату пенсии.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что при рассмотрении настоящего гражданского дела судом первой инстанции не допущено нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного постановления.

В целом доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба истца не содержит. Ее содержание по существу повторяет позицию апеллянта в суде первой инстанции, которой судом дана соответствующая оценка, что основанием для отмены либо изменения решения суда явиться не может. Оснований для иной оценки установленных обстоятельств и представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Асбестовского городского суда Свердловской области от 27.02.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий Т.С. Иванова

Судьи Ж.А. Мурашова

Т.Е. Ершова