УИД 68RS0027-01-2025-000839-27

Дело № 2-713/2025

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

17 декабря 2025 года г. Уварово Тамбовской области

Уваровский районный суд Тамбовской области в составе:

председательствующего судьи Ходаевой М.О.,

при секретаре Крутских Е.Ю.,

с участием помощника Уваровского межрайонного прокурора Тамбовской области Пахотовой Т.М.,

истцов – ФИО6, ФИО7, ФИО8, представителя истца ФИО6 – ФИО12,

представителя ответчика ООО «ДСУ-4» – ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6,, ФИО7, ФИО8, ФИО15 к ООО «ДСУ-4» о взыскании компенсации морального вреда, затрат на погребение,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО15 обратились в суд с иском к ООО «ДСУ-4» о взыскании компенсации морального вреда, затрат на погребение, в обоснование которого указывают, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> на автодороге, проходящей по <адрес> водитель грузового автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № ФИО16, двигаясь со скоростью 60 км/ч, совершал маневр обгона транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2 В ходе маневра обгона водитель грузового автомобиля ФИО16 включил левый сигнал поворота и выехал на встречную полосу, в этот момент водитель второго автомобиля <данные изъяты> ФИО2 двигался со скоростью 20-30 км/ч. В момент, когда передняя часть грузового автомобиля приблизилась к задней части автомобиля марки <данные изъяты> на расстоянии 10 метров, водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2 неожиданно для водителя грузового автомобиля резко повернул налево, то есть на встречную полосу движения, где на тот момент осуществлял движение грузовой автомобиль <данные изъяты>. В результате чего произошло столкновение транспортных средств, которые получили механические повреждения, а водитель транспортного средства автомобиля <данные изъяты> ФИО2 и пассажир автомобиля <данные изъяты> ФИО9 от полученных травм скончались на месте ДТП.

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ № у гражданина ФИО2 обнаружены множественные телесные повреждения. Смерть ФИО2 наступила от множественной травмы груди и живота, осложнившейся острой обильной кровопотерей.

ФИО2 приходился ФИО3 сыном, ФИО10 мужем, ФИО1 и ФИО5 отцом.

Постановлением следователя <адрес> ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО16 по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, - за отсутствием в деянии состава преступления.

Грузовой автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № принадлежит на праве собственности ООО «ДСУ-4», в момент аварии находился под управлением ФИО16, который работал в ООО «ДСУ-4» в качестве <данные изъяты>.

Смертью ФИО2 членам его семьи причинены неизгладимые моральные страдания, выразившиеся в том, что <данные изъяты>.

Кроме того, на погребение погибшего его супругой ФИО2 были произведены затраты в общем размере <данные изъяты> рублей.

В связи с чем, просят суд взыскать с ООО «СМУ-4» в пользу ФИО8, ФИО15, ФИО7, ФИО6 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей каждому, причиненного в результате гибели ФИО2 в ходе дорожно-транспортного происшествия, взыскать с ООО «СМУ-4» в пользу ФИО8 затраты на погребение в размере <данные изъяты> рублей, произведенные в результате гибели ФИО4 в ходе дорожно-транспортного происшествия.

В судебном заседании истцы ФИО8, ФИО15, ФИО6 и ее представитель ФИО12 исковые требования поддержали в полном объеме по изложенным в нем основаниям, пояснив, что в просительной части искового заявления допущена техническая ошибка в части указания наименования организации ответчика, исковые требования предъявлены ими к ООО «ДСУ-4». Проверка по факту ДТП проведена неполно, не установлены значимые обстоятельства по делу, выводы экспертов не соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, вина ФИО2 в ДТП не была установлена. Полагают, что ДТП произошло вследствие несоблюдения Правил дорожного движения ФИО16, который ранее неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения. Постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ ими обжаловано не было.

Истец ФИО15 в судебное заседание, будучи надлежащим образом уведомленная о времени и месте рассмотрения дела, не явилась, в связи с чем в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, гражданское дело рассмотрено в ее отсутствие.

Представитель ответчика ООО «ДСУ-4» ФИО13 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, что в судебном заседании истцы пытаются оспорить протокол ДТП и вину погибшего ФИО2 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии. Вместе с тем в ходе проверки была установлена вина ФИО2, ООО «ДСУ-4» получило страховое возмещение по ОСАГО, в связи с чем ООО «ДСУ-4» не должно нести ответственности перед истцами по возмещению вреда.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО17 в судебном заседании пояснил, что в ходе проверки было проведено две экспертизы, его вина в ДТП не установлена. После ДТП звонил родственникам погибшего, извинялся, переводил ФИО6 <данные изъяты> рублей.

Привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО СК «Росгосстрах» в судебное заседание, будучи надлежащим образом уведомленное о времени и месте рассмотрения дела, явку своего представителя не обеспечило, в связи с чем в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, гражданское дело рассмотрено в его отсутствие.

Помощник прокурора Пахотова Т.М. полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда, законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

На основании ст. 150 ГК РФ здоровье является нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения, и подлежит защите.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Пунктом 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» установлено, что по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданский кодекс Российской Федерации).

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> на автодороге, проходящей по <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ООО «ДСУ-4» под управлением ФИО16, и автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2 В результате ДТП водитель ФИО2 от полученных травм скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.

Как следует из постановления следователя <адрес> ФИО11 об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, согласно заключению автотехнической судебной-эксперты № от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что в заданных условиях дорожной обстановки водитель автопоезда в составе автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и полуприцепа <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, должен был действовать в соответствии с требованиями абзаца 2 пункта 10.1 «Правил дорожного движения Российской Федерации». В заданных условиях дорожной обстановки водитель автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 8.1 «Правил дорожного движения Российской Федерации».

Согласно заключениям экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №№, в данной дорожной обстановке, при обстоятельствах, указанных в постановлении, а также с учетом приведенных исследований, водителю автопоезда в составе автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и полуприцепа <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, для выполнения маневра обгона и в дальнейшем, с технической точки зрения, необходимо было действовать в соответствии с требованиями п.п. 10.1, 10.2, 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения РФ.

При тех же обстоятельствах водителю автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, с технической точки зрения, для выполнения маневра левого поворота (разворота) следовало действовать в соответствии с требованиями п.п. 8.1 ч. 1, 8.2 и 11.3 Правил дорожного движения РФ. Это означает, что водителю автомобиля <данные изъяты> перед тем, как начать маневр поворота (разворота) налево, что сопряжено с выездом на сторону встречного движения, для информирования водителей других транспортных средств, необходимо было заблаговременно подать сигнал указателем левого поворота или рукой (п.п. 8.1 и 8.2), а также убедиться в том, что к моменту начала выполнения маневра поворота его никто не обгоняет, чтобы не препятствовать маневру обгона своими действиям (п. 11.3), при этом независимо от того, включал ли водитель автомобиля <данные изъяты> указатель левого поворота или нет.

В ходе проведения проверки было установлено, что водитель автомобиля <данные изъяты> не выполнил указанные требования ПДД РФ, не включил заблаговременно сигнал указателем левого поворота своего автомобиля или не выполнил его рукой, и не убедился в том, что к моменту начала выполнения им маневра левого поворота (разворота) его никто не обгоняет, чтобы не препятствовать маневру обгона своими действиями.

Столкновение автопоезда в составе автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и полуприцепа <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, произошло в левой (встречной) полосе по ходу движения автопоезда до начала образования следов поперечного смещения незаблокированных колес автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, зафиксированных на расстоянии 2 метра от левого края проезжей части и на расстоянии 34,7 м от конечного положения данного автомобиля.

В момент первоначального контакта автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, контактировал передней, преимущественно правой частью с левой частью автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. В момент первоначального контакта продольные оси ТС располагались под некоторым острым углом несколько менее развернутого (90°), установить точное числовое значение угла между продольными осями ТС в момент первоначального контакта не представилось возможным, поскольку между ТС происходило длительное взаимодействие, в процессе которого происходила обкатка кузовов ТС.

В заданных условиях дорожной обстановки водитель автопоезда в составе автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, и полуприцепа <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, двигаясь с заданной скоростью 60 км/ч, своевременно применив торможение, не успевал остановить свое транспортное средство до места столкновения с автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и тем самым не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие.

Механизм ДТП: до столкновения автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и автопоезд в составе автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и полуприцепа <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, движутся по <адрес> в попутных направлениях, при этом <данные изъяты> движется со скоростью более 57.3 (57.5) км/ч позади автомобиля <данные изъяты>, установить скорость движения которого достоверно методами автотехнической экспертизы не представилось возможным. Основываясь на пояснениях очевидцев и выводах экспертов, она была меньше, чем у движущегося позади <данные изъяты>. Далее водитель автомобиля <данные изъяты> начинает выполнять маневр поворота (разворота), в результате чего выезжает на левую (встречную) полосу движения, где в этот момент находился приближающийся сзади, а значит обгоняющий его <данные изъяты> попутный <данные изъяты>, в результате чего траектории движения вышеуказанных транспортных средств пересекаются и происходит их столкновение на левой, если смотреть по ходу первоначального направления движения обоих транспортных средств, стороне проезжей части, в районе начала образования следов бокового сдвига (юза) задних колес автомобиля <данные изъяты>.

В заданных условиях и рассматриваемой ситуации с расстояния 10.0 метров, на котором водитель <данные изъяты> находился от места столкновения в момент начала непосредственного выполнения водителем автомобиля <данные изъяты> маневра левого поворота (разворота), водитель <данные изъяты> ФИО16, двигаясь с минимально возможной скоростью 57.3 (57.5) км/час, которая была определена экспертным (расчетным) путем, так и тем более с предельно допустимой в населенных пунктах (согласно требованиям п. 10.2 ПДД РФ) скоростью 60.0 км/час, не располагал технической возможностью остановиться до места столкновения с автомобилем <данные изъяты>.

В заданных условиях дорожной обстановки, в действиях водителя <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и полуприцепа <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, несоответствий требованиям абзаца 2 пункта 10.1 и 10.2 «Правил дорожного движения Российской Федерации» не усматривается. Действия водителя автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № не соответствовали требованиям п.п. 8.1 ч. 1, 8.2 и 11.3 «Правил дорожного движения Российской Федерации».

Для возбуждения уголовного дела по ст. 264 УК РФ в отношения лица, управляющего транспортным средством, необходимо наличие совокупности, как минимум двух оснований, именно: нарушении требований правил дорожного движения водителем и наличие причинной связи между нарушением правил и наступившими последствиями, повлекшими по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека или смертью человека. Такие сведения и данные в материалах проверки отсутствуют.

Вместо этого в материалах проверки присутствуют сведения, показывающие, что водитель <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № не выполнил требования п.п. 8.1 ч. 1, 8.2 и 11.3 «Правил дорожного движения РФ», то есть не включил заблаговременно сигнал указателем левого поворота своего автомобиля или не выполнил его рукой, и не убедился в том, что к моменту начала выполнения маневра левого поворота (разворота) его никто не обгоняет, чтобы не препятствовать маневру обгона своими действиями.

В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО16 по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, отказано по основанию, предусмотренному п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, - за отсутствием в деянии состава преступления.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу положений п.2 ст. 1064 ГК РФ общие оснований деликтной ответственности предполагают, что лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения в том случае, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса РФ).

Моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

В соответствии с положениями ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064) (пункт 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

При этом из пунктов 1 - 3 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что к делам по спорам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, относятся в том числе дела о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни или здоровью гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников.

При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:

а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;

б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

Из этого следует, что в случае взаимодействия нескольких источников повышенной опасности (в том числе столкновения) в результате нарушения Правил дорожного движения одним из владельцев недопустимо возложение ответственности за причинение вреда на других владельцев источников повышенной опасности, вина которых в данном взаимодействии не установлена.

Учитывая изложенное, на владельца источника повышенной опасности, не виновного в столкновении транспортных средств, не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, в том числе обязанность компенсировать моральный вред другому владельцу источника повышенной опасности, виновному в дорожно-транспортном происшествии, или его родственникам.

Данная правовая позиция отражена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «По жалобе гражданина ФИО14 на нарушение его конституционных прав статьями 1079, 1083 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором указано, что по смыслу оспариваемых заявителем статей 1079, 1083 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с его статьей 1064, устанавливаемое ими правовое регулирование нельзя рассматривать как не допускающее отказ в присуждении компенсации родственникам владельца источника повышенной опасности (транспортного средства), виновного в дорожно-транспортном происшествии - взаимодействии (столкновении) нескольких источников повышенной опасности (транспортных средств) - и погибшего в результате него, в том случае, когда другой участник столкновения Правила дорожного движения не нарушал и в столкновении не виновен.

Согласно абзацу 3 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» владелец источника повышенной опасности, виновный во взаимодействии источников повышенной опасности, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (статьи 1064, 1079 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из анализа приведенных норм материального права, постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, определения Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда здоровью водителя транспортного средства при взаимодействии двух источников повышенной опасности, юридически значимыми обстоятельствами для взыскания компенсации морального вреда являются установление вины владельцев источников повышенной опасности, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) владельца источника повышенной опасности и причинением вреда здоровью.

Таким образом, исходя из того, что в действиях водителя ФИО16, управлявшего транспортным средством, принадлежащим ООО «ДСУ-4», вины в ДТП не установлено, то в силу вышеуказанных положений закона и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, у истцов - членов семьи погибшего ФИО2, отсутствуют правовые основания требовать компенсации морального вреда, расходов на погребение от ООО «ДСУ-4», как владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии, в связи с чем суд отказывает в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО6,, ФИО7, ФИО8, ФИО15 к ООО «ДСУ-4» о взыскании компенсации морального вреда, исковых требований ФИО8 к ООО «ДСУ-4» о взыскании затрат на погребение, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тамбовского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Уваровский районный суд Тамбовской области.

Судья М.О. Ходаева

Мотивированное решение изготовлено 30.12.2025.

Судья М.О. Ходаева