Решение по делу № 2-1755/2022 от 14.09.2022 - о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

Дело № 2-1755/2022

УИД 37RS0007-01-2022-002403-32

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Кинешма Ивановской области 14 сентября 2022 года

Кинешемский городской суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи Шустиной Е.В.,

при секретарях Гусевой О.С., Тюковой Е.А., помощнике судьи Кочеминой М.Л.,

с участием истца ФИО1, его представителя - адвоката Агапонова С.В., представителей ответчика Генеральной прокуратуры РФ в лице Прокуратуры Ивановской области Киселевой О.А., Румянцевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1755/2022 по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области, Генеральной прокуратуре Российской Федерации в лице Прокуратуры Ивановской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Кинешемский городской суд Ивановской области с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области, Генеральной прокуратуре Российской Федерации в лице Прокуратуры Ивановской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в котором, с учетом уточнений, просил взыскать в его пользу с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей; обязать Прокуратуру Ивановской области разместить на официальном интернет-сайте Прокуратуры Ивановской области сообщение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 по реабилитирующим основаниям.

Определением суда от 14 сентября 2022 года производство по иску ФИО1 к Прокуратуре Ивановской области об обязании разместить на официальном интернет-сайте Прокуратуры Ивановской области сообщение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 по реабилитирующим основаниям прекращено в связи с отказом истца от указанной части требований.

Исковые требования мотивированы тем, что 17 августа 2016 года в отношении истца СО по г.Кинешма СУ СК России по Ивановской области возбуждено уголовное дело № 2016510093 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ, по факту выплат компенсационного характера за работу с вредными и (или) опасными условиями труда сотрудникам ОБСУСО «Кинешемский психоневрологический интернат «Новинки»» в период с 01.04.2015г. по 31.03.2016г. в размере 303 495 рублей, излишнем перечислении страховых взносов в государственные внебюджетные фонды в сумме 91 655,49 рублей.

В тот же день СО по г.Кинешма СУ СК России по Ивановской области в отношении истца также возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ, по факту необеспечения в период с 01.01.2015г. по 01.01.2016г. проживающих в ОБСУСО «Кинешемский психоневрологический интернат «Новинки»» мягким инвентарем в размере 54,4% на сумму 2 867 438 рублей.

06.09.2017г. уголовные дела соединены в одно производство с присвоением соединенному уголовному делу №.

По уголовному делу истец в порядке и по основаниям, предусмотренным ст.ст. 91-92 УПК РФ, не задерживался, однако на период предварительного следствия избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

По результатам продолжавшегося почти год расследования 21.07.2017г. в отношении ФИО1 вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в его действиях составов преступлений, предусмотренных ч.3 ст.160, ч.1 ст.285 УК РФ.

22.11.2020г. указанное постановление руководством Следственного отдела по г.Кинешма СУ СК РФ по Ивановской области признано незаконным и отменено, производство предварительного расследования возобновлено для проведения дополнительного расследования, по результатам которого ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело и уголовное преследование вновь прекращены по тем же основаниям - п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в действиях истца составов преступлений, предусмотренных ч.3 ст.160, ч. 1 ст.285 УК РФ.

Общий срок предварительного следствия по уголовному делу, в течение которого истец подвергался незаконному и необоснованному преследованию, составил 1 год 4 суток.

Незаконным привлечением к уголовной ответственности, ограничением в Конституционных правах, выразившемся в избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении истцу причинены нравственные и моральные страдания, выразившиеся в следующем. С даты возбуждения уголовного дела его жизнь и как человека, гражданина, и как руководителя учреждения с большим штатом сотрудников, сложным в силу специфики возглавляемой организации контингентом проживающих, кардинально изменилась. С момента избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде, он оказался ограничен органами следствия в свободе передвижения, в свободе самостоятельно, без разрешения следователя, определять свои действия. Будучи невиновным, он был вынужден на постоянной основе регулярно участвовать в следственных действиях в качестве подозреваемого, давать следователю пояснения, а по сути - оправдываться о тех или иных своих действиях и решениях, а также сообщать о себе личные сведения. На продолжении всего периода расследования - без малого один год - его с завидной периодичностью вызывали в орган следствия, неоднократно допрашивали, в организации проходили многочисленные выемки предметов, документов, производились осмотры зданий и помещений, ему регулярно направлялись запросы на предоставление оправдательных документов, он обеспечивал явку сотрудников для допросов в орган следствия, знакомился с постановлением о назначении судебной экспертизы, значительным по своему объему заключением эксперта, проводились и иные следственные, процессуальные действия, затрагивавшие его права и законные интересы.

При этом он продолжал руководить трудовым коллективом, исполнять свои прямые должностные обязанности, решать ежедневно возникающие, как в любой организации, проблемные ситуации в интернате.

Многочисленные публикации в СМИ о возбуждении в отношении ФИО1 уголовных дел еще более усугубляли сложившуюся ситуацию: в коллективе сложилась нервозная напряженная обстановка, ряд сотрудников под воздействием давящей атмосферы, многочисленных незапланированных проверок со стороны контролирующих органов в интернате, не выдержал и уволился.

Целый год истец пребывал в стрессовой ситуации, вынужден был беспричинно оправдываться перед государственными органами, ухудшились взаимоотношения внутри семьи.

Когда по истечении более 11 месяцев следствие разобралось в ситуации и вынесло единственно правильное и законное решение о прекращении уголовного дела за отсутствием в его действиях составов преступлений, надеялся, что сможет вздохнуть спокойно. Однако 18 мая 2022 года истец был уведомлен, что в Кинешемский городской суд Ивановской области направлено постановление и.о. СО по г.Кинешма СУ СК РФ о возбуждении ходатайства о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования.

31 мая 2022 года ФИО1 принимал участие в судебном заседании по рассмотрению постановления следственного органа, готовясь к заседанию, был вынужден заново переживать обстоятельства незаконного привлечения к уголовной ответственности, вновь приводить суду аргументы о своей правоте. Постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области от 01.06.2022г. в удовлетворении постановления и.о. СО по г.Кинешма СУ СК РФ с возбуждении ходатайства о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования отказано.

Обращение следственных органов в суд за разрешением отменить постановление о прекращении уголовного дела по прошествии 5 лет с момента его вынесения, по уголовному делу о событиях семилетней давности, сопряженное с угрозой нового уголовного преследования в отношении истца не оставило выбора обратиться в суд с настоящим иском.

Компенсацию нравственных и моральных страданий, причиненных незаконным привлечением к уголовной ответственности, истец оценивает в размере 300 000 рублей.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, направил в суд отзыв на иск, из содержания которого следует, что, безусловно, уголовное преследование невиновного лица влечет причинение ему морального вреда. Между тем, истец по данной категории дел полностью освобожден от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела, и в соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязан представить доказательства обосновывающие размер требуемого к возмещению морального вреда, характер, объём причиненных физических и нравственных страданий. Согласно постановлению от 21.07.2017 ФИО1 в порядке ст.ст. 91-92 УПК Российской Федерации не задерживался, обвинение ФИО1 не предъявлялось, мера пресечения не избиралась. Таким образом, доводы ФИО1 о вызванных применением меры пресечения неудобствах и ограничениях не могут быть приняты во внимание в качестве подтверждения факта причинения морального вреда и его размера.

Доказательств совершения в отношении ФИО1 должностными лицами государственных органов действий, превышающих обычную степень неудобств, связанных с уголовным преследованием, не имеется. Не имеется данных о том, что должностные лица, проводя следственные действия, выходили за рамки возложенных на них законом полномочий, оказывали давление. Продолжительность расследования была связана необходимостью проведения большого количества процессуальных действий, выяснением всех обстоятельств уголовного дела, допроса свидетелей. С учетом данных обстоятельств, длительность предварительного следствия не является чрезмерной. Кроме того, именно участие в следственных действиях дало возможность истцу доказать свою невиновность. Также следует учитывать, что в отношении истца восторжествовала справедливость, уголовное преследование было прекращено.

При определении размера компенсации морального вреда должны также учитываться индивидуальные особенности личности истца. В данном случае следует принять во внимание, что ФИО1 являлся руководителем учреждения, как указывает сам истец, сложного в силу специфики. Следовательно, истец обладает выдержкой и стрессоустойчивостью и умеет справляться со стрессами и различного рода переживаниями гораздо лучше, чем обычный человек.

Таким образом, истцом не представлено доказательств, подтверждающих перенесенные моральные страдания в заявленном размере. Сам факт привлечения к уголовной ответственности не является в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для освобождения от доказывания причинения морального вреда и его размера.

Учитывая изложенное, Минфин России считает, что справедливой и разумной в рассматриваемом случае является компенсация в сумме, не превышающей 50000 рублей, поскольку истцом не представлены доказательства причинения морального вреда в большем размере (л.д. 41-42).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Следственное управление России по Ивановской области, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не уведомил, в материалы дела представлены письменные возражения на исковое заявление, в которых подтвержден факт незаконного уголовного преследования, однако указано, что истцом не представлено достоверных и убедительных доказательств того, что незаконное уголовное преследование каким-либо негативным образом отразилось на истце, условиях его жизни, состоянии здоровья. Полагают, что размер компенсации морального вреда подлежит существенному снижению с учетом требований разумности и справедливости (л.д. 36-37).

Суд, с согласия лиц, участвующих в деле, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находит возможным рассмотреть дело по существу при данной явке лиц в судебное заседание.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель адвокат Агапонов С.В. исковые требования поддержали по основаниям, указанным в исковом заявлении, истец дополнительно пояснил, что работает в должности директора Бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания Ивановской области «Кинешемский психоневрологический интернат «Новинки» с 13 декабря 2013 года. За это время в отношении него не было ни одного дисциплинарного взыскания, интернат регулярно занимал призовые места в смотрах-конкурсах по благоустройству территорий, закрепленных за организациями, подведомственными Департаменту социальной защиты населения Ивановской области. Истец награжден медалью «За отличие в воинской службе» 1 степени, является ветераном труда. 12 августа 2015 года сотрудники ФСБ вместе с сотрудниками Следственного комитета произвели выемку документов. Аналогичная ситуация произошла 12 августа 2016 года. Уголовные дела возбудили в 2017 году. Расследование проходило целый год. За это время сотрудники прокуратуры и ФСБ периодически приходили в учреждение, просили предоставить им различные документы, делали запросы, на которые он отвечал. Сотрудники следственных органов допрашивали его в качестве подозреваемого; он присутствовал при всех выемках, знакомился с результатами экспертизы, которая имеет большой объем. Из-за напряженной обстановки в учреждении, стали увольняться сотрудники. Все близкие родственники знали о возбуждении в отношении него уголовного дела, появилась нервозность в семье. Дочка училась в пограничном институте ФСБ. Из-за возбуждения уголовного дела была вынуждена отчислиться из института со 2 курса. Переживали, что если его осудят, её отчислят принудительно. Об обстоятельствах возбуждения уголовного дела следственными органами было сообщено средствам массовой информации, в результате чего на интернет ресурсах «Кинешемец», 168 часов», «Слухи и факты», Россия24 – ГТРК, «Ивтелерадио» появились соответствующие статьи.

Представитель истца – адвокат Агапонов С.В. дополнительно пояснил, что истец, обращаясь в суд с настоящим иском, не преследует корыстные цели, денежные средства будут перечислены в благотворительный фонд.

В судебном заседании представители ответчика Ивановской областной прокуратуры старший помощник прокурора Румянцева А.А., старший помощник прокурора Киселева О.А. исковые требования в части компенсации морального вреда признали частично по основаниям, указанным в возражениях на исковое заявление (л.д. 55-56), не отрицали, что фактом незаконного уголовного преследования нарушены личные неимущественные права ФИО1, полагали, что заявленный к взысканию размер морального вреда подлежит значительному снижению.

Выслушав истца, его представителя, представителей ответчика Прокуратуры Ивановской области, исследовав материалы уголовного дела 1-2016510093, материалы контрольного производства №, материалы рассматриваемого гражданского дела, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

В силу статей 17 (части 1 и 2) и 18 Конституции Российской Федерации закрепленное ее статьей 46 право на судебную защиту в числе других основных прав и свобод человека признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации является непосредственно действующим, определяет смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, что, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагает не только право на обращение в суд, но и гарантии, позволяющие реализовать его в полном объеме и обеспечивающие эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства (постановления от 14 июля 2005 года № 8-П, от 26 декабря 2005 года № 14-П, от 25 марта 2008 года № 6-П и др.).

В соответствии со ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту УПК РФ) уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Согласно УПК РФ лица, незаконно или необоснованно подвергнутые уголовному преследованию, имеют право на реабилитацию. Под реабилитацией понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (ст. 5 п. 34 УПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно п.п. 1,3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Правила статьи 133 УПК РФ не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, за исключением случаев вынесения судом постановления, предусмотренного пунктом 1 части третьей статьи 125.1 настоящего Кодекса (ч. 4 ст. 133 УПК РФ).

Реализуя указанные принципы, законодатель в п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) установил, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Таким образом, для возмещения вреда по правилам статьи 1070 ГК РФ нет необходимости устанавливать вину должностного лица, вред компенсируется во всех случаях подтверждения факта причинения вреда, при наличии причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной ответственности, принятыми процессуальными мерами в ходе производства по делу и наступившими последствиями.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 12 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу пункта 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», а именно необходимость установления при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) нанесены нравственные или физические страдания, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 17.08.2016 следственным отделом по г. Кинешма следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ивановской области возбуждено уголовное дело № по ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении директора бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания Ивановской области Кинешемский психоневрологический интернат «Новинки» (далее - интернат) ФИО1 по факту выплат компенсационного характера за работу с вредными и (или) опасными условиями труда сотрудникам ОБСУСО «Кинешемский психоневрологический интернат «Новинки»» в период с 01.04.2015г. по 31.03.2016г. в размере 303 495 рублей, излишнем перечислении страховых взносов в государственные внебюджетные фонды в сумме 91 655,49 рублей.

В тот же день следственным отделом по г. Кинешма следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ивановской области в отношении истца возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ, по факту необеспечения в период с 01.01.2015г. по 01.01.2016г. проживающих в ОБСУСО «Кинешемский психоневрологический интернат «Новинки»» мягким инвентарем в размере 54,4% на сумму 2 867 438 рублей.

06.09.2016 уголовные дела № и № соединены заместителем руководителя следственного отдела по г. Кинешма следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ивановской области в одно производство под №.

21.07.2017 в отношении ФИО1 вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в его действиях составов преступлений, предусмотренных ч.3 ст.160, ч.1 ст.285 УК РФ.

Согласно постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ не задерживался, обвинение ему не предъявлялось, мера пресечения не избиралась.

Постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области от 01 июня 2022 года и.о. руководителя СО по г.Кинешма СУ СК РФ по Ивановской области ФИО2 отказано в удовлетворении ходатайства о разрешении отмены постановления, вынесенного 21 июля 2017 года старшим следователем СО по г.Кинешма СУ СК РФ по Ивановской области ФИО3 о прекращении уголовного дела № и уголовного преследования по ч.3 ст.160, ч.1 ст.285 УК РФ в отношении ФИО1 по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 3 ст. 27 УПК РФ (л.д. 26-27).

Из искового заявления и постановления и.о. руководителя СО по г.Кинешма СУ СК России по Ивановской области от 13 мая 2022 года о возбуждении ходатайства о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования), следует, что 22.11.2020 постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 21 июля 2017 года руководителем Следственного отдела по г.Кинешма СУ СК РФ по Ивановской области отменено, 22.12.2020г. уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено.

Вместе с тем, ни в материалах уголовного дела, ни в материалах контрольного производства указанных документов не содержится. Представитель истца в судебном заседании пояснил, что об отмене указанного постановления их в известность не ставили, узнали при рассмотрении ходатайства о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) в 2022 году.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (пункт 2).

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи.

В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Судом установлено, что ФИО1 с 13 декабря 2013 года работает в должности директора ОБСУСО «Кинешемский дом-интернат», предметом деятельности которого является предоставление социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания: гражданам пожилого возраста (мужчины старше 60 лет, женщины старше 55 лет) и инвалидам I и II групп, страдающим хроническими психическими заболеваниями, и признанным уполномоченным исполнительным органом государственной власти Ивановской области нуждающимися в социальном обслуживании; гражданам пожилого возраста и инвалидам, нуждающимся в социальном обслуживании в специальном отделении. За время его руководства учреждением интернат неоднократно занимал призовые места в смотрах-конкурсах по благоустройству территорий, закрепленных за организациями, подведомственными Департаменту социальной защиты населения Ивановской области (л.д. 80,81).

Истец ФИО1 награжден медалью «За отличие в воинской службе» 1 степени, является ветераном труда (л.д. 78,79).

Департаментом социальной защиты населения по Ивановской области ФИО1 характеризуется как добросовестный, профессиональный руководитель, обладающий необходимыми теоретическими знаниями и практическим опытом работы, организаторскими способностями, творческой инициативой. Умеет оперативно принимать решения, свою работу организует в соответствии с должностными обязанностями. Ответственно относится к порученному делу. Ему присущи такие качества, как тактичность, исполнительность, уважительное отношение к людям, принципиальность, требовательность к себе и подчиненным, настойчивость в достижении цели. ФИО1 в коллективе сотрудников учреждения и среди коллег пользуется авторитетом, уважением и доверием (л.д. 76-77).

В ходе рассмотрения дела ФИО1 представлены доказательства, подтверждающие факт распространения в средствах массовой информации сведений о возбуждении в отношении него уголовных дел. Распространение информации о расследуемом уголовном деле среди широкого круга лиц, в том числе посредством средств массовой информации отразилось на жизни, карьере, деловой репутации и будущих профессиональных планах истца, и, конечно же, не могло не оказать негативного влияния на его психологическое состояние.

Уголовное преследование длилось с 17 августа 2016 года по 21 июля 2017 года, из них с 15 сентября 2016 года по 30 марта 2017 года по нему проводилась бухгалтерская экспертиза; 13 апреля 2017 года истец ознакомился с заключением бухгалтерской экспертизы; 19 сентября 2016 года, 13 февраля 2017 года ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого.

31 мая 2022 года ФИО1 принимал участие в судебном заседании по рассмотрению ходатайства и.о. руководителя СО по г.Кинешма СУ СК РФ по Ивановской области ФИО7 о разрешении отмены постановления, вынесенного 21 июля 2017 года старшим следователем СО по г.Кинешма СУ СК РФ по Ивановской области ФИО8 о прекращении уголовного дела № и уголовного преследования по ч.3 ст.160, ч.1 ст.285 УК РФ в отношении ФИО1 по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 3 ст. 27 УПК РФ. Готовясь к заседанию, был вынужден заново переживать обстоятельства незаконного привлечения к уголовной ответственности, вновь приводить суду аргументы о своей правоте.

В качестве основания для возмещения морального вреда истцом указано, в том числе, на избрание в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела данное обстоятельство не нашло своего подтверждения. Как в постановлении о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 21 июля 2017 года, так и в иных процессуальных документах, имеющихся в материалах уголовного дела и материалах контрольного производства, указано на то, что мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась. Доказательств обратного истцом не представлено, судом не установлено. Доказательств, подтверждающих обращение ФИО1 к следователю с целью получения разрешения на выезд за пределы места жительства, а также получение отказа в данных просьбах, не представлено.

С учетом того, что уголовное преследование истца по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.160, ч.1 ст.285 Уголовного кодекса Российской Федерации, являлось незаконным, учитывая факт возбуждения в отношении истца уголовных дел, совершения в отношении него процессуальных действий в ходе производства по уголовному делу, учитывая, что истец незаконно и необоснованно был подвергнут уголовному преследованию, что, безусловно, нарушило личные неимущественные права ФИО1, его требование о компенсации морального вреда подлежит частичному удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает: длительность уголовного преследования, проведение следственных действий с участием истца; индивидуальные особенности личности истца (является ветераном труда, имеет государственную награду, на протяжении нескольких лет является руководителем учреждения социального обслуживания, которое неоднократно признавалось лучшим среди учреждений данного уровня, положительно характеризуется работодателем); причинение ущерба деловой репутации истца в результате незаконного уголовного преследования; в средствах массовой информации распространялись сведения о данных обстоятельствах, в связи с чем, о возбуждении уголовного дела было известно широкому кругу людей; испытанный истцом стресс в связи с вынужденным отчислением дочери из высшего учебного заведения; а также в связи с незаконным обвинением в совершении им тяжкого преступления и преступления средней тяжести экономического характера, суд полагает взыскать в пользу истца в возмещение морального вреда денежные средства в размере 80000 рублей.

Именно такая сумма, по мнению суда, соразмерна степени нарушения прав истца, отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные им страдания.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 80000 (восемьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решениеможет быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областнойсудчерез Кинешемский городскойсудв течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: Е.В.Шустина

Мотивированное решение составлено 21 сентября 2022 года.