Решение по делу № 2-301/2023 от 07.11.2023 - о компенсации морального вреда, возмещении расходов.

78RS0002-01-2022-003442-35

Дело № 2-301/2023 07 ноября 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Выборгский районный суд Санкт-Петербурга в лице председательствующего судьи Т.П. Тяжкиной,

с участием прокурора Егорченковой И.В.,

истцов – ФИО2, ФИО3,

представителя ответчика – ФИО4,

третьего лица – ФИО5,

при помощнике Белоногой Ю.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Выборгского районного суда Санкт-Петербурга гражданское дело по иску ФИО6, ФИО2 к СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия», Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга, Комитету по здравоохранению Санкт-Петербурга, о компенсации морального вреда, возмещении расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6, ФИО2 обратились с иском к СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия», в котором просили взыскать расходы на погребение 435 494,92 руб., компенсацию морального вреда в размере 2 000 000,00 руб. в пользу каждого истца. В обоснование иска указав, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО1, приходящийся ФИО6 отцом, ФИО2 - супругом. Его смерть наступила в реанимационном отделении СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия», куда ФИО1 поступил 29 октября 2020 года с диагнозом «COVID-19. Внебольничная двусторонняя пневмония под вопросом». По мнению истцов, ФИО1 была оказана некачественная медицинская помощь, результатом которой стала смерть. Причиной тому – халатное отношение врачей к служебным обязанностям и слабый контроль со стороны руководства медицинского учреждения. В результате преждевременной смерти близкого человека, истцам причинен моральный вред, выразившийся в глубоких нравственных и физических страданиях, который они требует компенсировать с ответчика (л.д. 5-14 том 1).

Протокольным определением от 21 сентября 2023 года судом к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга, Комитет по здравоохранению Санкт-Петербурга (л.д. 118 том 3).

ФИО6, ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении иска настаивали.

Представитель ответчика – ФИО4 считала иск не основанным на законе и подлежащим отклонению в полном объеме. Доводы, изложенные в отзыве, поддержала (л.д. 137-140 том 1, 10-11 том 2, 139-141 том 3).

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица ФИО5 в судебном заседании выразила мнение об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Представители Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга, Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга, в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом (л.д. 137-138 том 3).

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица СПАО «Ингосстрах» извещен судом, не явился, ранее представил письменные возражения по иску (л.д. 178-184 том 1, 129 том 3).

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения и доводы участников процесса, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению в части компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В развитие закрепленной в ст. 46 Конституции РФ гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина ч. 1 ст. 3 ГПК РФ устанавливает, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Тем самым гражданское процессуальное законодательство, конкретизирующее положения ст. 46 Конституции РФ, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

В силу п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Из положений статьи 2 данного Федерального закона следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Статьей 98 указанного Федерального закона предусмотрено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно положениям ст. 1064 ГК РФ, регулирующей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред (ущерб), причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 151 ГК РФ, давая понятие компенсация морального вреда, гласит, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В свою очередь, в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №17 от 28 июня 2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Положениями ст. 14 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков товара услуги, подлежит возмещению в полном объеме исполнителем; изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Судом установлено, что ФИО6 и ФИО2 приходятся близкими родственниками ФИО1 – дочерью и супругой, соответственно (47-49 том 1).

Материалами дела, в частности медицинской картой № подтверждается, что 29 октября 2020 года ФИО1 поступил в экстренном порядке в СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия», госпитализирован в 10-е инфекционное отделение с диагнозом «COVID-19. Внебольничная двусторонняя пневмония под вопросом». 12.11.2020 года в связи с ухудшением состояния, ФИО1 был переведен на отделение реанимации, где 13 ноября 2020 года после жалоб на боли в области живота и осмотра хирургом, проведения инструментальных обследований, был прооперирован в экстренном порядке, ему выполнены диагностическая лапароскопия, лапаротомия, произведена резекция участка тонкой кишки. Послеоперационный диагноз «хроническая ишемическая болезнь органов пищеварения. Сегментарный тромбоз с некрозом участка петли тонкой кишки». Спустя три часа после операции ФИО1 скончался.

В связи с потупившей от истцов жалобой на качество оказания медицинских услуг ФИО1, ответчиком был проведен внутренний контроль качества и безопасности лечения, оформленный экспертным заключением 02.03.2021 года. Согласно выводам экспертов, медицинские услуги оказаны ФИО1 с дефектами (ведение медицинской документации, проведение лечебно-диагностических мероприятий), которые не повлияли на исход заболевания (л.д. 147-150 том 1).

Также СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия» подверглось проверкам со стороны Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга, страховщиком ООО «Капитал МС».

Указанными проверяющими органами были составлены акты проверок, выявлены нарушения ведение медицинской документации, проведение лечебно-диагностических мероприятий ФИО1 (л.д. 74-95, 141-146 том 1).

Постановлением следователя следственного отдела по Выборгскому району ГСУ СК России по СПб от 25 ноября 2022 года, отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению ФИО6 о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 109, п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ в связи с отсутствием события (л.д. 109-116 том 3).

В ходе судебного разбирательства, представитель СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия», оспаривая наличие причинно-следственной связи между оказанной ФИО1 медицинской помощью и наступившим летальным исходом пациента, заявил ходатайство о назначении судебной медицинской экспертизы. Определением от 09.02.2023 года по настоящему делу назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено ГКУЗ ЛО БСМЭ (л.д. 238-241 том 2).

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы № от 31 июля 2023 года (л.д. 23-90 том 3):

Смерть ФИО1 последовала от новой коронавирусной инфекции, вызванной вирусом SARS-Cov2 (COVID-19), с преимущественным поражением легких (в виде полисегментарной вирусной пневмонии с вовлечением всех долей легких), осложнившейся развитием острой легочно-сердечной недостаточности в терминальном периоде жизни.

Исходя из характера и степени выраженности патологических изменений легких на момент смерти, длительность течения вирусной пневмонии, вызванной SARS-Cov2 (COVID-19), исчисляется несколькими неделями (ориентировочно 2-3 недели). Наличие морфологически схожих патологических изменений во всех исследованных образцах легких свидетельствует об их одномоментном распространенном вирусном поражении.

Указанное инфекционное заболевание протекало на неблагоприятном преморбидном фоне в виде распространенного атеросклероза сосудов брыжейки кишечника с развитием хронической ишемической болезни органов пищеварения в виде стенозирующего атеросклероза верхней брыжеечной артерии и ее ветвей, со стенозом устья артерии до 60%, осложнившегося их тромбозом и развитием сегментарных геморрагических инфарктов стенки тонкой кишки.

Данное заболевание сосудов, приведшее к поражению органов пищеварения, способствовало декомпенсации компенсаторно-приспособительных механизмов организма в структуре неблагоприятного течения новой коронавирусной инфекции, вызванной вирусом SARS-Cov2 (COVID-19).

На этапе стационарного лечения в СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия» в период с 29.10.2020 года по 13.11.2020 года были выявлены следующие недостатки оказания медицинской помощи ФИО1:

1. Необоснованное назначение дексаметазона в первые дни нахождения пациента в стационаре (29.10.2020 и 30.10.2020).

2. Недостатки лабораторного обследования:

- при биохимическом анализе крови не определялись альбумин, лактат, лактатдегидрогеназа, тропонин, триглицериды;

- при исследовании показателей свертываемости крови не определялся фибриноген;

- несвоевременно было проведено исследования крови на прокальцитонин.

3. Отсутствие исследования газов артериальной крови с определением парциального давления кислорода и углекислого газа, рН, бикарбонатов, лактата при появлении признаков острой дыхательной недостаточности.

Установленная причина смерти ФИО1 свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между вышеуказанными недостатками и наступлением летального исхода. Выявленные недостатки не влияли на наступление смерти, учитывая выраженные изменения в легких, связанные с вирусной пневмонией, вызванной SARS-Cov2 (COVID-19) с давностью возникновения около 2-3 недель, в совокупности с развившимся жизнеугрожающим осложнением тяжелого атеросклеротического поражения сосудов кишечника в виде сегментарного некроза петель тонкой кишки (вследствие тромбоза мелких ветвей верхней брыжеечной артерии).

За исключением вышеуказанных недостатков, медицинская помощь на этапе стационарного лечения была оказана пациенту своевременно, адекватно имеющейся клинической ситуации и в полном объеме.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Согласно положениям ст. 56, 59, 67 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В рассматриваемом деле у суда не имеется оснований не доверять приведенному заключению экспертов, поскольку оно выполнено специалистами, имеющими высшее медицинское образование, значительный стаж работы, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, составлено с учетом данных медицинских документов, а также иных собранных по делу доказательств; отвечает требованиям Закона РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности» и ГПК РФ; выводы экспертов подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств, в связи с чем суд считает возможным положить заключение в основу судебного решения.

Кроме того, выводы, изложенные в заключении, были поддержаны в ходе судебного разбирательства экспертом Эксперт №1 (л.д. 160 том 2).

При таком положении, суд приходит к выводу о том, что истцами не доказан факт того, что выявленные недостатки при оказании медицинской помощи ФИО1 состоят в причинно-следственной связи с его смертью, что исключает возложение ответственности на ответчиков по возмещению вреда (убытков, расходов на погребение) и компенсации морального вреда. Неблагоприятный исход не обусловлен характером оказанной медицинской помощью. Он обусловлен совокупностью течения вирусной пневмонии, вызванной SARS-Cov2 (COVID-19) с развившимся жизнеугрожающим осложнением тяжелого атеросклеротического поражения сосудов кишечника в виде сегментарного некроза петель тонкой кишки.

При этом, несмотря на установленные в ходе судебного разбирательства дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 со стороны Больницы (дефекты ведения медицинской документации, неполнота проведения лечебно-диагностических мероприятий), именно тяжесть и развившееся жизнеугрожающее осложнение переносимого данным пациентом заболевания привели к летальному исходу ФИО1 вне взаимосвязи с действиями (бездействием) врачей СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия».

Также суд обращает внимание на то, что установленные в ходе судебного разбирательства дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 могли бы являться основанием для обращения пациента с требованиями о защите его личных имущественных и неимущественных прав, однако не свидетельствуют о возможности обращения с настоящими требованиями близких родственников умершего, поскольку по Закону о защите прав потребителей право требования возмещения возникает у пациента - потребителя, которому была некачественно оказана медицинская услуга, и это право, как неразрывно связанное с личностью, в порядке универсального правопреемства согласно статье 1112 ГК РФ к истцам не перешло.

Поскольку факт нарушения СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия» прав истцов не установлен, оснований для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда и расходов на погребение, не имеется.

При этом довод истцов о недопустимости такого доказательства, как заключение судебно-медицинской экспертизы, выполненной ГКУЗ ЛО БСМЭ по причине неполноты исследования, содержащихся в нем противоречий (без указания на таковые), судом во внимание не принимается.

Рассматриваемое экспертное заключение является понятным, основано на материалах дела и представленных сторонами документах, обоснованно, выводы экспертов являются категоричными и вероятностного толкования не допускают. Экспертное заключение допустимыми и достаточными доказательствами по делу не опровергнуто.

В то время как заключение комиссии экспертов СПб ГБУЗ БСМЭ от 28.07.2021 года № (л.д. 161-180 том 2), истребованное судом из материалов проверки по факту обращения ФИО6 в правоохранительные органы, не может быть положено в основу судебного решения, поскольку выводы, изложенные в нем опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств в рамках настоящего дела.

Вопреки суждению, изложенному в заключение от 28.07.2021 года о том, что неадекватная антибактериальная терапия, явились одним из факторов, оказавшим неблагоприятное влияние на течение и исход заболевания у ФИО1; между дефектами оказания медицинской помощи ФИО1 в СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия» и смертью пациента имеется причинно-следственная связь, которая носит непрямой (косвенный) характер (л.д. 179 том 2), судебной экспертизой достоверно установлено, что клинических данных, подтверждающих какую-либо причинно-следственную связь (прямую, косвенную) между оказанием медицинской помощи ФИО1 в период с 29 октября по ДД.ММ.ГГГГ года и наступившими последствиями (смертью), не имеется.

Как пояснила в судебном заседании эксперт Эксперт №1, комиссией экспертов при подготовке заключения непосредственно исследовались прижизненные (операционные) и посмертные гистологические архивы ФИО1, в состав комиссии для этих целей был включен эксперт-патологоанатом, в то время как СПб ГБУЗ БСМЭ проводили экспертизу по материалам дела (на что прямо указано в самом заключении), ограничившись изучением Протокола патологоанатомического исследования (л.д. 177 том 2).

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении исковых требований ФИО6, ФИО2 к СПб ГБУЗ «Городская больница Святого Великомученика Георгия», Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга, Комитету по здравоохранению Санкт-Петербурга, о компенсации морального вреда, возмещении расходов, - ОТКАЗАТЬ в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд через канцелярию Выборгского районного суда СПб в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья Т.П. Тяжкина

Решение в окончательной форме изготовлено 09.11.2023 года