Гражданское дело № ******
В мотивированном виде решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года
УИД № ******
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ДД.ММ.ГГГГ Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в составе:
председательствующего судьи Лукичевой Л.В.,
с участием истца ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5, ФИО5,
представителя истца ФИО13, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,
ответчика ФИО2 и его представителя адвоката ФИО16, действующего на основании удостоверения адвоката № ****** и ордера № ****** от ДД.ММ.ГГГГ,
помощника прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга – ФИО11,
при секретаре ФИО12,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5, ФИО6, к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3, действуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5, ФИО5, обратилась в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга с вышеуказанным исковым заявлением.
В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 12:40 до 12:50 часов на земельном участке <адрес> произошел конфликт между соседями при следующих обстоятельствах: ФИО2 залез и повис на заборе, разграничивающем земельные участки истца и ответчика таким образом, что фактически свисал над участком истца, выражая устное намерение перелезть через забор, производил видеосъемку истца и ее несовершеннолетних детей, насмехаясь и выражаясь нецензурной бранью. Кроме того, ответчик угрожал, что из-за неразрешимого конфликта между собственниками жилого дома, он его снесет, фактически лишив истца и ее детей единственного места жительства. Также в присутствии детей ответчик осквернял память покойного супруга истца (отца детей), выговаривая свое негодование о их взаимоотношениях. Все его высказывания сопровождались резким повышенным тоном сравнимым с «пьяным». Поведение ответчика было весьма неадекватным, носящим характер угрозы для истца и ее детей. Дети были напуганы поведением ответчика, поэтому истец отвела их в дом и вызвала полицию.
Согласно заключениям педагогов-психологов МБУ Екатеринбургский центр психолого-педагогической поддержки несовершеннолетних «Диалог» конфликтная ситуация между истцом и ответчиком стала травматичным событием для детей. При этом причинение морального вреда несовершеннолетним детям истца презюмирует наличие морального вреда у самой истицы.
В связи с чем, ФИО3 просит взыскать с ФИО2 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.; взыскать с ФИО2 в пользу несовершеннолетних ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб. в пользу каждого из детей; а также взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 600 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб., почтовые расходы в размере 1 000 руб.
В судебном заседании истец ФИО3, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей, на удовлетворении исковых требований настаивала по изложенным в иске основаниям. Дополнительно суду пояснила, что между ней и ответчиком сложились давние и длительные конфликтные отношения в связи с действиями ответчика по выяснению отношений по границам земельного участка.
ДД.ММ.ГГГГ на принадлежащем ей земельном участке кроме нее и детей никого не было, она со старшим сыном ФИО8 шли мимо забора, в то время как, неожиданно для нее, из-за забора появился сосед ФИО2, и, возвышаясь над забором по грудь, фактически повис над земельным участком истца, стал просить поговорить с ним по поводу переноса забора, на что она отказалась и попросила его обратиться к ее адвокату. Ответчик повис на заборе, его левая рука свисала над земельным участком истца, что было расценено истцом как нападение на ее земельный участок и нарушение границ личного пространства. Истец попросила ответчика удалиться, а он стал вести себя агрессивно, просить убрать забор, утверждая, что истец захватила его землю, стал выражаться нецензурной бранью и все это в присутствии детей истца, которые очень сильно испугались. Истец отвела ФИО9 и ФИО10 в дом, а ФИО8 остался на улице, при этом входная дверь в дом осталась открытой и ФИО9 с ФИО10 видели и слышали происходящее на улице. ФИО2 достал свой телефон и сказал, что будет все снимать на камеру. Испугавшись угроз соседа, что он может перескочить через забор, ФИО3 схватила с земли детскую пластиковую лопатку и стала ударять ей по рукам ответчика, чтобы он удалился от забора. В результате действий ответчика дети истца очень сильно переживали и спрашивали истца: «почему этот дядька перелез через забор и снимал их на телефон». ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в отдел полиции № ******, в момент ее обращения ФИО2 уже был в этом отделе полиции, она написала заявление о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности в связи с его нападением. После произошедшего конфликта дети категорически отказывались ехать на дачу, а при упоминании необходимости поездки на дачу ФИО9 брал в руки игрушечную биту, чтобы защищать свою мать. ФИО8, в связи с произошедшей ситуацией, до настоящего времени продолжает наблюдение у невролога.
В настоящее время земельный участок продан истцом ответчику, как он этого и хотел, поскольку дети боятся находится на данном земельном участке, боятся ответчика, что он повторит свои действия.
В судебном заседании представитель истца ФИО13 поддержал позицию своего доверителя, также указав на следующее. В момент конфликта истцу на праве собственности принадлежал земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>; ответчик ФИО2 проживает на смежном земельном участке по адресу <адрес>.
Согласно статье 261 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не установлено законом, право собственности на земельный участок распространяется на находящиеся в границах этого участка поверхностный (почвенный) слой и водные объекты, находящиеся на нем растения (пункт 2). Собственник земельного участка вправе использовать по своему усмотрению все, что находится над и под поверхностью этого участка, если иное не предусмотрено законами о недрах, об использовании воздушного пространства, иными законами и не нарушает прав других лиц (пункт 3).
В силу положений ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.
Факт причинения вреда на территории истцов подтверждается рапортом УУП ОП № 6 от ДД.ММ.ГГГГ, где отражен адрес конфликта – <адрес>, т.е. на земельном участке истца.
Сам ФИО2 и свидетели с его стороны подтверждают, что ответчик возвышался над забором по торс (плечи), державшись левой рукой за забор.
Истцы утверждают, что ФИО2 возник над забором неожиданно, чем напугал их, а в последующем угрожал сносом их «избушки».
Как сам ФИО2, так и ФИО3 указывают, что ФИО3 в день конфликта не желала разговаривать с ответчиком, просила его все вопросы обсудить с ее адвокатом, который занимался земельными вопросами. ФИО2 провоцировал конфликт, угрожая сносом дома, демонтажем забора и тем, что выгонит истца на улицу.
Из пояснений психолога ФИО14 следует, что у истца обостренное чувство справедливости и обостренный материнский инстинкт, что она способна встать на защиту детей и правды, даже при явной несоразмерности сил оппонентов.
ФИО2 утверждает, что получил удары по левой части лица, при этом из представленного видео конфликта видно, что ФИО3 ударяла по железному забору не менее 3 раз, тем самым сигнализируя, чтобы ФИО2 вернулся на свой участок (слез с забора), прогоняла его со своей территории, но ударов по лицу не наносила.
Истец допускает, что действуя в состоянии крайней необходимости, защищая себя и детей, пресекая незаконное вторжение ответчика на ее земельный участок, могла попасть по пальцам левой руки ФИО2
Допрошенные в судебном заседании специалисты МБУ ЕЦ ППДН «Диалог» подтвердили факт причинения психологической травмы именно от ситуации с соседом, произошедшей в 2022 году.
Дети расценивали ситуацию как реальную угрозу их жизни и здоровью, а ФИО3 видела в действиях ФИО2 действия и высказывания, свидетельствующие о наличии реальной угрозы совершения общественно опасного посягательства.
В судебном заседании ответчик ФИО2 против удовлетворения заявленных требований возражал, в том числе по доводам письменного отзыва, из которого следует, что инициатором конфликта была сама ФИО3 Ранее суд обязал ФИО3 перенести забор вглубь ее территории на некоторое расстояние. Желая разрешить вопрос миром, он решил предложить ФИО3 добровольно исполнить решение суда. ДД.ММ.ГГГГ в период времени, указанный истцом в иске, ФИО2 услышал голос истца, доносившийся с ее участка, который является смежным по отношению к земельному участку ответчика, при этом земельные участки разделяет забор из металлического профнастила высотой 2 метра. Поставив лесницу-стремянку к забору со стороны своего участка, он поднялся по ней и увидел, что истец находится на территории своего участка, более на участке никого не наблюдалось. Обратившись к ней спокойным тоном, ответчик предложил решить судебный спор миром и добровольно исполнить решение суда, после чего истец ответила резким отказом и начала оскорблять ФИО2, при этом громко выражаясь нецензурной бранью и высказывая угрозы. В это время вышел сын истца и стал наблюдать за происходящим. Ответчик попытался успокоить истца, при этом нецензурной бранью не выражался, голос не повышал, говорил вежливо, никаких угроз и оскорблений ни в чей адрес не высказывал. Находился исключительно на своей территории и через забор перелазить не собирался. Кроме того, ответчик не залезал и не повисал на заборе, как о том указывает истец, так как не смог бы этого сделать физически: сверху забор ничем не закрыт и его кромка представляет довольно острую и тонкую грань, на которую невозможно опереться. ФИО3, после просьб ответчика успокоиться, возбудилась еще сильнее и продолжала оскорблять ответчика и начала приближаться к нему. Для фиксации ее противоправного поведения ответчик достал телефон и начал снимать происходящее на видео, после чего истец схватила детскую лопатку, подбежала к забору и ударила ответчика лопаткой по лицу и рукам не менее трех раз, отчего ответчик пошатнулся, оступился и подвернул ногу.
После случившегося ФИО2 обратился в ОП № ****** УМВД России по г. Екатеринбургу с заявлением по указанному факту. В отношении ФИО3 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1. КоАП РФ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 13-00 часов на земельном участке <адрес> в ходе конфликта ФИО15 умышленно нанесла ФИО2 не менее трех ударов детской пластиковой лопаткой в левую часть лица, чем причинила ему физическую боль и телесные повреждения в виде кровоподтека в области левой половины лица, которые, согласно акту СМО № ****** от ДД.ММ.ГГГГ квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Своими действиями ФИО3 совершила побои, не повлекшие последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, то есть совершила административное правонарушение, предусмотренное ст. 6.1.1. КоАП РФ. Таким образом, именно противоправное поведение ФИО3 (спровоцировавшей конфликтную ситуацию, громко выражавшейся нецензурной бранью, применившей к ФИО2 насилие) было причиной, по которой могли получить психологическую травму ее дети. Не исключено, что именно это послужило выводом заключения психолога, в котором ребенок описал «встречу с соседом по даче». Ребенок, наблюдая за агрессивными действиями своей матери в отношении ответчика, не мог объективно оценить ситуацию, естественным образом посчитал источником агрессии именно ответчика, тогда как в действиях ответчика никакой вины не имелось, ответчик не планировал и не совершал никаких противоправных действий в отношении истца и ее детей и не мог предположить, что ФИО3 поведет себя таким образом. Вопреки доводам истца, двое детей во время конфликта на земельном участке не находились и наблюдать конфликт не могли. Возможно, дети находились в это время в доме и могли слышать крики их матери, что также могло повлечь определенные психологические последствия.
Обстоятельства отсутствия вины в действиях ответчика подтверждаются показаниями свидетелей, допрошенных в судебных заседаниях, а также видеозаписью с телефона ответчика, на которой зафиксировано противоправное поведение истца.
Из устных пояснений ответчика, данных суду, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов дня он услышал, что его соседка ФИО3 ходит по своему участку и решил поговорить с ней по поводу переноса забора, так как имеется решение суда о необходимости переноса такового, при этом конфликтная ситуация относительно переноса общего забора длится с 2007 года. Данный забор является общим и разделяет земельные участки истца и ответчика, его высота составляет 2 метра и он выше роста ответчика, а потому ФИО2 физически не мог на нем повиснуть. Он взял стремянку, поднялся по ней на вторую ступеньку и, держась за поручни стремянки, стал спрашивать ФИО3 когда она даст разрешение о переносе забора; за края забора он не держался, т.к. они острые. ФИО3 шла одна со стороны бани, старшего сына рядом не было, он стоял ближе к воротам, примерно в метрах 10-15 от того места, где были стороны, остальных детей рядом не было. ФИО3 стала ругаться нецензурной бранью и угрожать ему, а он достал телефон и начал снимать происходящее на камеру, попросив истца повторить угрозы, при этом он одной рукой держал телефон, а второй держался за поручень стремянки. В это время ФИО3 взяла детскую лопатку и стала бить ФИО2 по рукам и в лицо, он защищался рукой, пошатнулся, подвернул ногу и слез со стремянки. Больше контакта с истцом не было. Во время произошедшей конфликтной ситуации на земельном участке ФИО2 находились его дочь, жена и соседка ФИО1, которые все слышали.
При этом ответчиком ФИО2 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ принесены извинения в адрес истца относительно того, что он, возможно, неверно себя повел, решив поговорить с истцом.
В судебном заседании представитель ответчика адвокат ФИО16 против удовлетворения исковых требований возражал, указав на то, что именно противоправное поведение ФИО3, спровоцировавшей конфликтную ситуацию и применившей к ФИО2 насилие, было причиной, по которой могли получить психологическую травму ее дети. Истцом не доказана необходимая совокупность условий, для наступления гражданско-правовой ответственности в отношении ФИО2, поскольку нарушен принцип наличия вины в его действиях. В рассматриваемой ситуации имел место обоюдный конфликт, а потому переживания детей могли возникнуть как от действий ответчика, так и от действий истца.
Суд, заслушав пояснения истца ФИО3 и ее представителя ФИО13, ответчика ФИО2 и его представителя адвоката ФИО16, а также заключение помощника прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга ФИО11, полагавшего заявленные исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом размера компенсации морального вреда, определенного судом, исследовав материалы гражданского дела, в том числе показания допрошенных свидетелей и специалистов, находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.
Материалами дела установлено, что истец ФИО3 является матерью несовершеннолетних детей: ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 24), ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 25), ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 26).
Также материалами дела установлено и сторонами не оспаривалось, что на дату ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 и ФИО2 являлись долевыми собственниками как смежных земельных участков, так и смежных домов, расположенных по адресу: <адрес> (л.д. 50-52). При этом земельные участки были разделены общим забором из металлического профнастила высотой около 2 метров.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 произошел конфликт, обстоятельства которого описываются сторонами по разному.
Так, заявляя о причинении морально вреда, ФИО3 указала, что конфликт произошел при следующих обстоятельствах: ФИО2 залез и повис на заборе, разграничивающем земельные участки истца и ответчика таким образом, что фактически свисал над участком истца, выражая устное намерение перелезть через забор, производил видеосъемку истца и ее несовершеннолетних детей, насмехаясь и выражаясь нецензурной бранью. Кроме того, ответчик угрожал, что из-за неразрешимого конфликта между собственниками жилого дома, он его снесет, фактически лишив истца и ее детей единственного места жительства. Также в присутствии детей ответчик осквернял память покойного супруга истца (отца детей), выговаривая свое негодование о их взаимоотношениях. Все его высказывания сопровождались резким повышенным тоном сравнимым с «пьяным». Поведение ответчика было весьма неадекватным, носящим характер угрозы для истца и ее детей. Дети были напуганы поведением ответчика, поэтому истец отвела их в дом и вызвала полицию.
Возражая против удовлетворения исковых требований ФИО2 указал, что именно противоправное поведение ФИО3, спровоцировавшей конфликтную ситуацию, громко выражавшейся нецензурной бранью, применившей к ФИО2 насилие, было причиной, по которой могли получить психологическую травму ее дети.
Судом установлено, что всего имеется три материала КУСП по факту обращений как ФИО3, так и ФИО2 в полицию по заявленному ими событию от ДД.ММ.ГГГГ.
Так, материалы № ****** от ДД.ММ.ГГГГ и № ****** от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрированы по факту обращения в отдел полиции № 6 УМВД России по г. Екатеринбургу ФИО3 По обоим материалам постановлениями от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано, из постановлений следует, что материалы зарегистрированы по факту обращения ФИО3 по поводу конфликта с соседом по дому, расположенному по адресу <адрес> – ФИО2 В ходе проводимых проверок из объяснений ФИО3 следовало, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>. В это время ее сосед ФИО2 навис на заборе, разделяющем земельный участок и просил с ним поговорить, на что она ответила отказом, после чего ФИО2 сообщил, что будет снимать ее на камеру сотового телефона. Испугавшис, что он перепрыгнет через забор, ФИО3 схватила детскую пластиковую лопатку и стала бить ФИО2 по рукам.
Из объяснений ФИО2 следовало, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на своем земельном участке, где через забор разговаривал с соседкой по дому ФИО3 по поводу разграничения земельного участка. В ответ он услышал нецензурную брань в его адрес, а также ФИО3 нанесла ему телесные повреждения, по факту нанесения которых он обратился в полицию.
Из истребованного судом материала проверки № ****** от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в отделе полиции № ****** УМВД России по г. Екатеринбургу также зарегистрировано обращение ФИО2 о привлечении к уголовной ответственности ФИО3 за нанесенные ему телесные повреждения и словестные угрозы.
Из объяснений ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, данных сотруднику полиции, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 12:40 часов она убиралась на своем земельном участке по адресу: <адрес>, с ней рядом были трое ее несовершеннолетних детей. Проходя по дороге вдоль забора, разделяющего земельные участки, высота которого составляет 2,2 м., у нее над головой выпрыгнул сосед ФИО2 наполовину своего туловища и попросил ее с ним поговорить, на что она отказала, так как все вопросы относительно продажи принадлежащего ей земельного участка он решает с ее адвокатом, и попросила его удалиться с ее территории. ФИО2 стал ее обзывать, кричать, чтобы она немедленно освободила свой участок, что сейчас он будет переносить забор, что она заняла его землю, достал телефон и подпрыгнул на заборе еще выше, крича, что будет снимать на камеру ее и ее детей. Она испугалась как за свою жизнь, так и за жизнь своих детей, так как одна воспитывает их после смерти мужа, подумала, что сосед пьян и перепрыгнет через забор к ним на участок, взяла маленьких детей и завела их в дом, в испуге схватила детскую пластиковую лопатку и стала бить ФИО2 по рукам, чтобы он не смог держаться за забор и перелезть к ним, помочь ей было некому. Лопатка сломалась. Она схватила старшего сына, который находился рядом, так как боялся оставить ее одну в опасности, они вбежали в дом и закрыли двери. Полицию она вызвала находясь в доме. Она и дети были сильно напуганы. Сотрудник полиции перезвонил и сказал, чтобы она сама приехала в отдел полиции и написала заявление. Опасаясь нападок со стороны ФИО2, она вызвала такси и уехала с детьми в отдел полиции. Со дня конфликта она боится посещать свой земельный участок. Она применила средство самообороны, так как боялась за жизнь своей семьи. ФИО25 вынудил ее использовать детскую лопатку, провоцируя и оскорбляя, а у нее была цель уберечь своих детей.
Из объяснений ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, данных сотруднику полиции, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов он начал разговаривать с ФИО3 У них единый дом, разделенный на две половины, где он имеет право собственности 3/6 доли и участка земли. Разговор был связан с участком земли, где забор стоит неправильно, то есть на 2 метра больше занятой ФИО26. Он попросил передвинуть забор на 2 метра, так как неверно распределена земля, а он платит налоги за неиспользуемую землю. В ответ он услышал, что ФИО3 некогда и что она не хочет на эту тему разговаривать. На вопрос почему не хочет разговаривать, ответила нецензурной бранью. В это время она взяла детскую пластиковую лопатку и начала его бить. Все это происходило на его участке (он стоял на стремянке-лестнице, а она была на своем), разделенном забором. Вследствие ударов лопаткой ему был нанесен физический урон (гематома на лице и повреждение глаза), также он подвернул правую ногу. В его адрес были угрозы от ФИО3
В дополнительных объяснениях (без даты) к ранее данным пояснениям ФИО2 указал, что ДД.ММ.ГГГГ у него с соседкой по дому ФИО3 произошел конфлик по земельному вопросу. Выйти во двор соседка отказалась, тогда он залез на стремянку и через забор между их участками начал с ней разговор. При этом она вела себя агрессивно. В ходе словестного конфликта ФИО3 взяла детскую пластиковую лопатку и начала наносить ему не менее трех ударов в левую половину лица. В момент ударов он поскользнулся и нога соскользнула со стремянки и он подвернул ногу, а также порезал палец на левой кисти, схватившись за металлический забор, для того, чтобы удержаться.
ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 составлен протокол № ****** об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ. На момент рассмотрения заявленных ФИО3 исковых требований процессуального решения по административному протоколу не принято, что не препятствует рассмотрению заявленных ФИО3 в настоящем деле исковых требований, поскольку, по мнению суда, даже возможное наличие в действиях ФИО3 противоправных действий в отношении ФИО2 по нанесению ему побоев, не исключает одновременное причинение действиями ФИО2 детям истца и самому истцу нравственных страданий, повлекших моральный вред.
В силу положений ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).
Абзац 10 ст. 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).
Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 ГК РФ).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" установлено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).
Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты личных неимущественных прав путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.
С учетом совокупности исследованных судом доказательств, касающихся действий ответчика ФИО2, совершенных ДД.ММ.ГГГГ и повлекших возникновение у детей ФИО3 психологических травм из-за чувства страха, незащищенности при нахождении на своем земельном участке, а также чувство беспокойства у ФИО3 за психологическое состояние своих детей, суд соглашается с доводами истца о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда.
Так, из представленных истцом в материалы дела заключений МБУ Екатеринбургский Центр психолого-педагогической поддержки несовершеннолетних «Диалог» следует, что:
ДД.ММ.ГГГГ педагогом-психологом данного центра ФИО14 проводилось психолого-педагогическое исследование несовершеннолетнего ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с целью выявления эмоционального состояния мальчика после конфликтной ситуации, свидетелем которой он стал. В результате исследования установлено, что у ребенка повышен базовый личностный уровень тревожности, что является индивидуальной особенностью мальчика, свидетельствует об устойчивой склонности воспринимать большой круг ситуаций как угрожающих (например, ситуация конфликта с соседом по даче, свидетелем которой стал мальчик), реагировать на такие ситуации состоянием тревоги. Результаты исследования ФИО4 позволяют констатировать наличие повышенного базового уровня личностной тревожности, проявляющегося ощущением неопределенной угрозы, напряжения, тревожного ожидания; склонности к отстаиванию своей позиции не наблюдается, предпочтение отдается стратегиям ухода от столкновений интересов; высокая эмоциональная уязвимость в стрессогенных обстоятельствах, потенциально конфликтные ситуации (в том числе ситуация ссоры с соседом по даче) способны спровоцировать невротическую реакцию у подростка (л.д. 13-14).
ДД.ММ.ГГГГ педагогом-психологом данного центра ФИО17 проводилось психолого-педагогическое исследование несовершеннолетнего ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с целью выявления эмоционального состояния мальчика после конфликтной ситуации, свидетелем которой он стал. В результате исследования установлено, что когда разговор заходил о травматичных для ребенка событиях (встреча с соседом по даче), он замыкался в себе, переставал отвечать на вопросы, смотрел в одну точку, для выведения его из этого состояния требовалось время. При описании большинства картинок у ФИО9 преобладает основная тема нападения взрослого человека на маленького мальчика. Фигура взрослого описывается ребенком как образ мужчины. Испытуемый идентифицирует себя с образом маленького мальчика, подвергшегося нападению взрослого мужчины. На вопрос: «На какую ситуацию из твоей жизни это похоже?», Алеша начал описывать встречу с соседом по даче: «Когда он хотел перелезть через забор, (…) я очень испугался». Конфликтная ситуация между мамой и данным мужчиной, свидетелем которой стал ФИО9, стала для мальчика травматичным событием, провоцирующим повышенную тревожность ребенка. Результаты исследования позволяют констатировать, что ФИО9 испытывает страх от возможной встречи с мужчиной-соседом; конфликтная ситуация между мамой и данным мужчиной, свидетелем которой стал ФИО9, стала для мальчика травматичным событием, провоцирующим повышенную тревожность ребенка; мальчик находится в состоянии психологического стресса, компенсируемого механизмом психологической защиты – избеганием (как возможности встреч с соседом, так и разговоров о ситуации конфликта с ним); полученная психологическая травма может влиять и на проявления заторможенности, общей скованности мальчика; переживаемая ребенком угроза безопасности (собственной и близких) может привести к развитию психосоматического заболевания (л.д. 15-17).
ДД.ММ.ГГГГ педагогом-психологом данного центра ФИО18 проводилось психолого-педагогическое исследование несовершеннолетней ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с целью выявления эмоционального состояния, уровня тревожности и возможных сфер компенсации эмоциональных трудностей девочки после того, как она стала свидетелем конфликтной ситуации между матерью и соседом по даче. В результате исследования установлено, что при воспоминании о конфликте на даче Аня испытывает значительное напряжение, которое проявляется в скованных, замирающих позах, застывающей в момент рассказа мимике. Ребенок начинает испытывать страх, который отражается в ее мимике и позе. Из выводов следует, что ребенок испытывает страх перед соседом по даче, переживает из-за сложившихся трудных отношений, что может способствовать развитию невротизации у девочки; в семье Ани преобладают позитивные эмоциональные отношения, прочные теплые связи и привязанности, которые помогают восстановлению эмоциональной сферы ребенка; личностные особенности девочки, ее застенчивость, могут способствовать развитию и закреплению страхов у ребенка; уровень развития девочки соответствует возвратной норме.
ДД.ММ.ГГГГ педагогом-психологом данного центра ФИО17 проводилось психолого-педагогическое исследование истца ФИО3 с целью определения ее эмоционального состояния и индивидуально-психологических особенностей, согласно выводам которого ФИО3 социально адаптивна, эмоционально сохранна, неагрессивна, повышено стремится к компромиссам, не склонная переоценивать уровень опасности происходящего. При этом в данный момент у нее наблюдается повышенный уровень тревожности. Проявляющийся в беспокойстве, эмоциональном напряжении и нервозности. Данное состояние с высокой степенью вероятности, обусловлено конфликтом с соседом по даче, повлекшим за собой обращение в суд. В стрессовой/постстрессовой ситуации (смерть мужа и конфликт с соседом, поведение которого воспринимается ФИО3 как опасное для жизни и психического здоровья детей) у нее усиливается эмоциональность реакций и проявляется упорство в принятом решении: «остановить обидчика, защитить детей». Потребность защиты детей является основной движущей силой в поступках испытуемой.
Опрошенный в судебном заседании в присутствии педагога-психолога ФИО14 ФИО4 суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он вместе со своей семьей: мамой, братом и сестрой приехали на дачу чтобы поработать, вкусно покушать и отдохнуть. Приехав на дачу, переоделись и пошли с мамой в баню, чтобы взять ведра. Когда проходили мимо забора, над их головами резко выскочил сосед, он (ФИО8) сильно испугался. Они с мамой отошли к брату и сестре. Сосед сказал, что надо поговорить, а мама сказала, что ей некогда, на что сосед ответил: «что нет и пяти минут чтобы поговорить», а мама попросила его отойти от забора, так как он нарушает их территорию. На это сосед сильно разозлился и стал говорить, чтобы они все забирали и что он будет переносить забор, стал снимать их на телефон. В это время мама схватила сестру и брата и занесла их домой, а он (ФИО8) остался на улице. Сосед говорил, что сейчас «снесет их избушку». Потом мама взяла детскую лопатку, а когда стала подходить к забору, то сосед перекинулся на свой участок, а мама кинула лопаткой и она сломалась. Потом он и мама забежали домой, он попросил закрыть все, так как боялся, что сосед погонится за ними. В доме сестра Аня сидела под столом, ревела и боялась, а брат ФИО9 также ревел, стоял с игрушечной битой и спрашивал почему кто-то хочет снести их крышу. Они вызвали полицию и такси. Когда сосед стоял у забора, то его было видно по грудь, при этом левую руку он перекинул через забор, а правой рукой держался за кромку забора. При этом мама ему говорила спокойно, чтобы он ушел.
Опрошенная в качестве специалиста ФИО14 суду пояснила, что она проводила опрос ФИО4 в связи с обращением его матери ФИО3, при этом мать описала, что ее сын пережил стрессовую ситуацию – ссору с соседом по даче. При беседе с ФИО8, он понимал, что беседа с ним проводится именно по определенной конфликтной ситуации – ссоре с соседом по даче. Данный ребенок достаточно остро реагирует на любую стрессовую ситуацию. Ей удалось увидеть и определить, что ФИО8 уходит от разрешения конфликта, а не решает его. Острые стрессовые ситуации для него могут спровоцировать отклонение психики. ФИО8 было сложно говорить о конфликте, что выражалось в больших паузах между словами, настроение понизилось. У нее как у психолога ФИО8 не наблюдается, но посещал тренинговую группу для подростков. Именно данный ребенок (ФИО8) воспринял конфликтную ситуацию с соседом по даче как нечто угрожающее.
Опрошенный в судебном заседании в присутствии педагога-психолога ФИО17 ФИО5 относительно ситуации от ДД.ММ.ГГГГ суду пояснил, что они с мамой приехали на дачу, чтобы с сестрой и братьями искупаться в бане. На даче еще был сосед. Они с сестрой Аней играли в песке на участке, а сосед достал телефон и сказал, что снесет забор. Они с сестрой Аней забежали в дом, но так как дверь осталась открытой, то он видел, что мама лопаткой по рукам соседа ударяла. Он сильно испугался, так как подумал, что сосед может перелезть через забор и побить их. Сосед возвышался над забором по грудь, в руках у него был телефон, он его достал не сразу, а попозже. Сосед стал говорить: «убирайтесь отсюда, я буду сносить забор». В настоящее время его в школу отводит бабушка, так как ему одному страшно ходить в школу, потому что не все люди хорошие. Такое восприятие у него связано с соседом по даче.
Опрошенная в качестве специалиста ФИО17 суду пояснила, что она проводила опрос ФИО5 в связи с обращением его матери ФИО3, для выявления его эмоционального состояния. Уровень личностной тревожности у ФИО9 очень высокий, это было видно и по внешним и по внутренним признакам. Как только ФИО9 задавался вопрос относительно конфликта на даче, он переставал отвечать на вопросы, делал очень большие паузы, замыкался, тревожность резко повысилась, он начинал испытывать негативные переживания. Большинство показываемых ему картинок он интерпретировал как нападение взрослого на ребенка и что это похоже на ситуацию из его жизни: «когда ОН хотел перелезть через забор», «когда ОН кричал». Состояние ФИО9 идентично «травме свидетеля», что для ребенка является тяжелой травмой.
Относительно опроса ФИО3 опрошенная в качестве специалиста ФИО17 суду пояснила, что ФИО3 не агрессивна, но повышено тревожна по соблюдению норм и правил. Поведение соседа вызвало ее бурную реакцию, что могли наблюдать дети. Интересы детей для нее стоят на первом месте, она очень стремится их защищать. Нарушение интересов детей вызывает у ФИО3 бурную реакцию, но при этом она стремится действовать социально-приемлемыми способами.
Совокупный анализ как пояснений ФИО3, данных суду, так и ее письменных объяснений в рамках материалов КУСП, свидетельствует о том, что они последовательны и неизменны, из описываемых ей событий следует, что она не желала беседовать с ФИО2, а на ее земельном участке находились трое несовершеннолетних детей, тогда как, напротив, пояснения ФИО2 не последовательны, изменчивы и направлены на желание избежать ответственности относительно причинения детям его поведением психологической травмы в виде сильного испуга. Из пояснений самого же ФИО2, данных ДД.ММ.ГГГГ в рамках опроса по материалу КУСП № ******, следует, что изначально он просил ФИО3 выйти во двор и поговорить с ним, на что получил от нее отказ. Не остановившись на этом, он поставил лестницу-стремянку к общему забору, разграничивающему их земельные участки, и, возвысившись над забором, начал выяснять у ФИО3 вопрос судьбы их общего забора, при том, что последняя отказывалась от беседы, а, более того, какого-либо решения суда относительно вопроса переноса общего забора – не существует, такового ответчиком в материалы дела не представлено, а имеется только определение об утверждении мирового соглашения от ДД.ММ.ГГГГ относительно порядка пользования спорным земельным участком, то есть принятое 15 лет назад. При этом ФИО2 не мог не заметить на земельном участке нахождение детей. Как со слов истца, так и со слов ее детей ФИО8 и ФИО9, поведение соседа являлось агрессивным, что вызвало у детей чувство страха и незащищенности даже на своем земельном участке.
Оценивая пояснения как истца ФИО3, так и ее детей ФИО8 и ФИО9, суд отмечает, что они не содержат каких-либо существенных противоречий, позволяющих усомниться в достоверности изложенных ими сведений.
При этом суд повторно отмечает, что в рамках заявленных требований судом не дается оценка наличию или отсутствию в действиях ФИО3 признаков административного правонарушения, а также причинения или непричинения ей физических травм ФИО2, поскольку не является предметом заявленных требований. При этом ФИО2 не лишен права на обращение в суд с самостоятельными исковыми требованиями. А потому, представленная ответчиком в материалы дела видеозапись с телефона ответчика, которая длится 3 секунды, не оценивается судом в части действий истца, и лишь подтверждает нахождение на земельном участке, принадлежащем истцу, на момент съемки ФИО4.
Пояснения допрошенной по ходатайству истца в качестве свидетеля ФИО19, давшей характеристику ответчику ФИО2, правового значения для заявленных требований не имеют, поскольку непосредственным свидетелем заявленных событий она не являлась.
Допрошенная по ходатайству ответчика в качестве свидетеля ФИО20 суду пояснила, что знает как истца, так и ответчика, они являются ее соседями по даче, ее садовый участок находится напротив участка истца. ДД.ММ.ГГГГ она прибирала свой участок и услышала, что кто-то ругается, затем увидела, что это ругается ФИО3, которая, в том числе, выражалась нецензурной бранью. Над ее забором виднелась голова ФИО2, который пытался ее успокоить. Также она увидела, что ФИО3 несколько раз ударила ФИО2 чем-то по лицу. Начало развития конфликта она не видела.
Допрошенная по ходатайству ответчика в качестве свидетеля ФИО21 суду пояснила, что знает истца и ответчика как соседей по даче. ДД.ММ.ГГГГ она пришла к супруге ответчика ФИО22, разговаривала с ней на улице, при этом они находились на земельном участке ответчика, стояли примерно в трех метрах от забора. Видела, что ФИО2 пошел за стремянкой, поднялся по ней и через забор стал спрашивать у ФИО3 по поводу переноса забора, его тон был не конфликтный, при этом ФИО3 стала отвечать ему агрессивно. Потом в сторону ФИО2 полетел какой-то предмет похожий на детскую лопатку, он оступился и упал со стремянки. При этом конфликт длился примерно 3-4 минуты.
Допрошенная по ходатайству ответчика в качестве свидетеля ФИО22 пояснила, что она является супругой ответчика, ДД.ММ.ГГГГ находилась на принадлежащем им земельном участке, разговаривала с соседкой по даче ФИО21, стояла примерно в пяти метрах от забора и все хорошо слышала. Ее муж ФИО2 решил выяснить у соседки ФИО3 когда она перенесет забор, для этого взял стремянку и, поставив ее рядом с забором, поднялся по ней и стал спокойно разговаривать с ФИО7, а затем услышала нецензурную брань от ФИО7 и звуки по забору, а потом ее муж упал со стремянки, на его лице была гематома. При этом ее муж при разговоре за забор не держался, а держался за поручень стремянки, стоял по отношению к ней (свидетелю) спиной и поэтому она не видела когда он достал свой телефон, чтобы снимать происходящее.
Допрошенная по ходатайству ответчика в качестве свидетеля ФИО23 пояснила, что она является дочерью ответчика, ДД.ММ.ГГГГ находилась на принадлежащем им земельном участке. Шла со стороны бани и увидела, что ее отец стоит на стремянке и спрашивает у соседки по поводу переноса забора, на что соседка стала повышать голос и говорить нецензурной бранью. Она находилась от отца примерно в трех метрах. При этом ее отец просто стоял на стремянке и не пытался наклоняться на забор, поскольку он является острым и на него невозможно опереться. В руках отца был телефон, он снимал конфликт, держал телефон около пяти минут, стал снимать происходящее когда соседка стала выражаться нецензурной бранью. Потом она увидела, что предмет зеленого цвета ударил папе по лицу, это была детская лопатка, отец уклонялся от ударов, но ему все равно попало, он оступился со стремянки и упал. Соседку ФИО7 она не видела, но слышала ее голос.
К допрошенным со стороны ответчика свидетельским пояснениям суд относится критически, поскольку, во-первых, свидетели ФИО22 и ФИО23 являются явно заинтересованными по отношению к ответчику лицами, а, во-вторых, все свидетели находились более в трех метрах от забора, ФИО2 стоял к ним спиной, и они не могли видеть опирался ли ФИО2 на забор или нет, а также не могли видеть конкретные действия истца.
Заявленное ДД.ММ.ГГГГ ответчиком ходатайство о назначении по делу судебной психолого-педагогической экспертизы расценено судом как явное злоупотребление правом, поскольку заявлено спустя значительное количество времени после начала судебного процесса (спустя 7 месяцев), часть поставленных вопросов не относится к компетенции судебных экспертов, а направлены на дачу оценки представленным истцом заключениям, при этом представленные истцом заключения каким-либо образом не оспорены и не опорочены.
С учетом изложенного, поскольку материалами дела установлен факт нарушения действиями ответчика ФИО2 личных неимущественных прав несовершеннолетних ФИО4, ФИО5, ФИО6, что выразилось в неприкосновенности частной жизни, агрессивном поведении в присутствии детей, повлекшим у детей чувство страха, что подвержено результатами психолого-педагогических исследований, незащищенности при нахождении на своем земельном участке; а также неприкосновенность частной жизни ФИО3 и безусловное чувство беспокойства у ФИО3 за психологическое состояние своих детей, суд, учетом требований ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу каждого из детей компенсации морального вреда в размере 20 000 руб., а в пользу ФИО3 компенсации морального вреда в размере 5 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.
В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Истцом заявлено требование о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб. В обоснование представлены договор на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 30-31) с указанием в конце договора о произведенных истцом оплатах по нему на общую сумму 30 000 руб.
С учетом требований разумности и справедливости, суд взыскивает с ФИО2 в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в заявленном размере 30 000 руб., полагая данную сумму разумной и справедливой с учетом сложности дела, объема работы, проделанной представителем истца.
Также с ответчика в пользу истца подлежит взысканию уплаченная при подаче иска государственная пошлина в размере 600 руб. (л.д. 4), а также почтовые расходы в размере 408 руб. (204 руб. + 204 руб.) (л.д. 5, 7), доказательств несения почтовых расходов на сумму 1 000 руб. истцом не представлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5, ФИО6, к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (паспорт: № ******) в пользу ФИО4 в лице законного представителя ФИО3 (паспорт: № ******) компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.
Взыскать с ФИО2 (паспорт: № ******) в пользу ФИО5 в лице законного представителя ФИО3 (паспорт: № ******) компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.
Взыскать с ФИО2 (паспорт: № ******) в пользу ФИО6 в лице законного представителя ФИО3 (паспорт: № ******) компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.
Взыскать с ФИО2 (паспорт: № ******) в пользу ФИО3 (паспорт: № ******) компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.
Взыскать с ФИО2 (паспорт: № ******) в пользу ФИО3 (паспорт: № ******) расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб., почтовые расходы в размере 408 руб.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи жалобы через Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в течение одного месяца со дня изготовления решения в мотивированном виде.
Судья Л.В. Лукичева