РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 октября 2025 года г. Самара

Октябрьский районный суд в составе:

председательствующего судьи Гильманова Р.Р.,

при секретаре судебного заседания Овод П.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3996/2025 по исковому заявлению ФИО1, действующей в интерсах несовершеннолетних детей: ФИО2, ФИО4, к ФИО6, ФИО7, о признании договора купли-продажи квартиры недействительной сделкой,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, ссылаясь на то, что решением Октябрьского районного суда г. Самара от дата. ее брак с ФИО6 расторгнут, местожительства их общих несовершеннолетних детей определено в следующем порядке: ФИО3, дата г.р., с ФИО6, ФИО4, дата г.р., с ФИО1. В период брака и после него истец совместно с детьми проживали и были зарегистрированы в квартире по адресу: адрес, принадлежавшей ответчику на праве собственности. В июне 2024г. ответчик обратился в Октябрьский районный суд г. Самары с иском к истцу о выселении из указанной квартиры, которая была продана по договору купли-продажи ФИО7 Обращаясь в суд с иском истец указывает, что данная сделка является мнимой, совершенной с целью прекращения права пользования жилым помещением несовершеннолетними детьми, и выселение из квартиры, ссылаясь в обоснование доводов на близкие отношения ответчиков, отсутствие факта освобождения квартиры от вещей ФИО1 и вещей детей, недостаточность доходов покупателя, фиктивную регистрацию детей по неизвестному адресу, а также фактическое пользование ответчиком спорной квартирой, как своей собственной. Считает, что данными действиями ответчик нарушил право несовершеннолетних детей на пользование жилым помещением. Ссылаясь на указанные обстоятельства, с учетом уточнений ФИО1 просила суд признать договор купли-продажи квартиры по адресу: адрес, кадастровый №... между ФИО6 и ФИО7 недействительным. В резолютивной части решения указать, что данное решение является основанием для внесения записей в Единый государственный реестр недвижимости о погашении записи о регистрации договора купли-продажи квартиры от дата., произведенной дата. №... и восстановления регистрационной записи в отношении собственника ФИО6 Взыскать с ответчиков в пользу истца сумму расходов на уплату государственной пошлины в размере 13 000 рублей.

Определением от 03.09.2025г. к участию в деле, в порядке части 3 статьи 37 ГПК РФ, привлечены несовершеннолетние ФИО3, дата г.р., и ФИО4, дата г.р.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО10, действующая на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, дав пояснения, аналогичные иску. Кроме того, пояснили, что покупатель ФИО7, обладая юридическим образованием и будучи осведомленной о факте регистрации и проживания детей в спорной квартире, не могла не знать о возможном нарушении их прав.

В судебном заседании ответчик ФИО6 возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в письменных возражениях, суть которых сводилась к отсутствию доказательств мнимости сделки.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала, ранее представила письменные возражения, в которых указывала на соответствие оспариваемой сделки требованиям закона, отсутствие нарушений прав несовершеннолетних, наличие у детей иного жилого помещения в виде долей в квартире по адресу: адрес, а также на то, что ФИО1 по условиям брачного договора получила значительное имущество. Аналогичные доводы истца о нарушении прав несовершеннолетних детей уже рассматривались судом по делу № 2-3727/2024, и в удовлетворении требований было отказано. Иск, по мнению ответчика, направлен не на защиту прав детей, а на причинение ущерба ответчику. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Несовершеннолетний ФИО2, извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие. В письменных пояснениях от 16.08.2025 года указал, что проживает с отцом в г. Казани по адресу: адрес, имеет в указанном жилом помещении регистрацию и обучается в школе №... г. Казани. Он сообщил, что обеспечен отдельной комнатой, необходимой для проживания и обучения, а также имеет в собственности 1/15 долю в квартире по адресу: адрес. На основании изложенного, ФИО2 полагает, что оспариваемая сделка по продаже квартиры его отца не затрагивает его жилищные права.

Несовершеннолетняя ФИО4, извещена надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие. В письменных пояснениях от 27.08.2025 года указала, что после расторжения брака родителей проживает с матерью в съемной однокомнатной квартире. ФИО4 указала на негативные последствия продажи спорной квартиры: вынужденный отказ от спортивных занятий и занятий музыкой из-за удаленности нового места жительства, невозможность пользоваться инструментом, оставшимся в квартире, нежелание получать паспорт с регистрацией по адресу, по которому она никогда не проживала, затруднения с посещением привычного врача-офтальмолога, утрату возможности поддерживать общение с друзьями, ухудшение условий для общения с братом во время его приездов. На основании изложенного, просила суд защитить ее права.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства с точки зрения их допустимости, достоверности и достаточности, приходит к следующему.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (Далее - ГК РФ) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения приведенных выше требований, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3 указанной статьи).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статья 167 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 170 ГК РФ под мнимой сделкой понимается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в абзаце 2 пункта 86 Постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса РФ» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании решения Октябрьского районного суда г. Самары по гражданскому делу №2-213/2024 брак, зарегистрированный дата в Отделе ЗАГС Самарского района г. Самары Самарской области, актовая запись №..., между ФИО6, дата г.р. и ФИО1, дата г.р., расторгнут. Определено место жительства несовершеннолетней дочери ФИО4, дата года рождения, с матерью ФИО1, место жительство несовершеннолетнего сына ФИО2, дата года рождения, определено с отцом ФИО6 Данное решение вступило в законную силу.

Данным решением было установлено, что ФИО1 и несовершеннолетняя дочь ФИО4 были зарегистрированы и фактически проживали в квартире по адресу: адрес, принадлежащей на праве личной собственности ФИО6

В июне 2024г. ФИО6 обратился в Октябрьский районный суд г. Самары с иском к ФИО1 о выселении из жилого помещения, расположенного по адресу: адрес, ссылаясь на то, что данная квартира продана им дата. По договору купли-продажи ФИО7 Впоследствии истец отказался от данных требований, производство по делу в указанной части прекращено.

Рассматривая требования истца, суд исходит из того, что положения пункта 1 статьи 170 ГК РФ подлежат применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с п. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Согласно п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

В абзаце 2 пункта 2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО8" (далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П) указано на то, что применительно к реализации закрепленного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации права на жилище, которое рассматривается международным сообществом в качестве одного из элементов права на достойный жизненный уровень (статья 25 Всеобщей декларации прав человека, статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), правовое регулирование отношений по владению, пользованию и распоряжению объектами жилищного фонда должно обеспечивать каждому гарантированную статьями 45 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации государственную, в том числе судебную, защиту данного конституционного права, которая должна быть полной и эффективной.

Регулирование прав на жилое помещение, в том числе при переходе права собственности на жилое помещение, должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; при этом гарантии прав членов семьи собственника жилого помещения должны рассматриваться в общей системе действующего правового регулирования как получающие защиту наряду с конституционным правом собственности; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, т.е. не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел (абзац 7 пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища (абзац 1 пункта 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

Пункт 4 ст. 292 ГК РФ в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.Как усматривается из материалов дела, дата. между ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, кадастровый номер: №.... Указанный договор был зарегистрирован в установленном законом порядке, о чем в ЕГРН дата. сделана запись регистрации №....

Судом установлено, что оспариваемый договор купли-продажи от дата содержит все существенные условия, предусмотренные статьей 550 Гражданского кодекса Российской Федерации: предмет договора индивидуализирован указанием кадастрового номера и адреса; цена договора определена в размере 15 000 000 рублей, цена имущества, передаваемого с квартирой, составляет 2 000 000 рублей.

Согласно п. 3.7 Договора продавец, а также члены его семьи (члены его бывшей семьи) утрачивают право пользования жилым помещением в порядке ст. 292 ГК РФ с момента государственной регистрации перехода права собственности.

Фактически на момент заключения договора купли-продажи в квартире проживали ФИО1 с несовершеннолетней ФИО4, которым дата. ФИО6 направлено требование о выселении в срок до 25.05.2024г.

ФИО6 при заключении договора купли-продажи спорной квартиры за получением соответствующего разрешения на отчуждение жилого помещения в органы опеки и попечительства не обращался, указанная сделка совершена без соответствующего согласия (разрешения) указанного органа, причем оспариваемый договор купли-продажи квартиры не содержит ссылок на сохранение за несовершеннолетней ФИО4 права пользования квартирой.

Вместе с тем, согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" в силу положений Семейного кодекса Российской Федерации об ответственности родителей за воспитание и развитие своих детей, их обязанности заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка (пункт 1 статьи 55, пункт 1 статьи 63 СК РФ), в том числе на жилищные права. Поэтому прекращение семейных отношений между родителями несовершеннолетнего ребенка, проживающего в жилом помещении, находящемся в собственности одного из родителей, не влечет за собой утрату ребенком права пользования жилым помещением в контексте правил части 4 статьи 31 ЖК РФ.

Из материалов дела усматривается, что в спорной квартире были зарегистрированы несовершеннолетние ФИО3, дата г.р., и ФИО4, дата г.р., с дата. (л.д.143).

Судом установлено, что ответчик на основании повторного свидетельства о рождении ФИО4, дата г.р., серия №..., выданного дата. ОЗАГС Октябрьского района г.о. Самара Управления ЗАГС Самарской области снял несовершеннолетнюю дочь с регистрационного учета по адресу: адрес, зарегистрировав ее без согласия и уведомления матери по адресу: адрес, что подтверждается свидетельством о регистрации №... от дата. (л.д.142). По указанному же адресу ответчиком был зарегистрирован и несовершеннолетний ФИО2, дата г.р.

Оценивая данные обстоятельства, суд приходит к следующим выводам.

Смена регистрации ребенка, проживающего с другим родителем, без его уведомления представляет собой нарушение принципа равенства прав и обязанностей родителей (ст. 61 СК РФ) и может рассматриваться как действие, нарушающее право другого родителя на участие в воспитании ребенка.

Совершение указанных действий в период бракоразводного процесса и непосредственно перед оспариваемой сделкой свидетельствует о наличии у ответчика ФИО6 целенаправленных действий по созданию формальных оснований для отчуждения жилого помещения без учета интересов детей.

Фиктивный характер изменения регистрации подтверждается тем, что, как установлено судом, дети фактически не проживали по новому месту регистрации, а продолжали пользоваться спорной квартирой по адрес.

Указанные обстоятельства имеют правовое значение для оценки добросовестности сторон оспариваемой сделки, поскольку свидетельствуют о сознательном создании условий, формально позволяющих произвести отчуждение жилого помещения без учета фактического места жительства несовершеннолетних детей.

Таким образом, действия ответчика ФИО6 по изменению регистрации несовершеннолетних детей без уведомления второго родителя, совершенные в преддверии оспариваемой сделки, являются одним из доказательств недобросовестного поведения сторон и направленности сделки на нарушение жилищных прав несовершеннолетних детей.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела установлено и не оспаривалось сторонами, что регистрация по указанному адресу являлась формальной, без намерения фактического проживания несовершеннолетних детей по указанному адресу.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела доводы истца о том, что в нарушение требований статьи 556 ГК РФ, передача квартиры по передаточному акту носила формальный характер, нашли свое подтверждение и согласуются с позицией Верховного суда, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 16.04.2013 N 4-КГ13-2.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 08.06.2010 N 13-П В силу ч. 2 ст. 38 и ч. 1 ст. 40 Конституции РФ во взаимосвязи с ее ч. 3 ст. 17, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей. При любых обстоятельствах действия родителей не должны приводить к лишению детей жилища.

Вместе с тем, анализ представленных в материалы дела доказательств позволяет суду прийти к выводу о мнимости оспариваемой сделки.

В соответствии с заявленным ходатайством, 03.09.2025 в судебном заседании был допрошен свидетель ФИО5, показания которой также свидетельствуют об отсутствии фактической передачи спорного жилого помещения покупателю и о продолжении и пользования жилым помещением продавцом, который неоднократно входил в жилое помещение, открывая дверь своим ключом. У суда не имеется оснований не доверять пояснениям указанного свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

В соответствии с ходатайством истца от 15.10.2025 к материалам дела приобщена видеозапись с системы видеонаблюдения оператора "Дом.ру", сделанная в лифте подъезда № 3 дома по адресу: адрес, за период с июля 2024 по декабрь 2024 года. Исследованная судом видеозапись подтверждает регулярное использование ФИО6 квартиры №... после ее продажи по оспариваемому договору, а также о сохранении между ответчиками отношений, что свидетельствует об отсутствии реальной передачи жилого помещения.

Оснований для признания указанного доказательства недопустимым у суда не имеется, поскольку видеозапись осуществлялась в общедоступном месте.

В обоснование мнимости оспариваемой сделки истец ссылается, в том числе, на ненадлежащее исполнение условий договора купли-продажи, в частности на нарушение пункта 3.7, обязывавшего ФИО6 освободить квартиру от вещей до дата.

Оценивая данный довод в совокупности с другими доказательствами по делу, суд устанавливает, что указанное обязательство ответчиком ФИО6 в установленный срок исполнено не было. При этом со стороны покупателя - ФИО7 - какие-либо требования об исполнении данной обязанности либо претензии в связи с ее нарушением не заявлялись.

Данное обстоятельство, исследованное во взаимосвязи с показаниями свидетеля ФИО5 о продолжении пользования ответчиком ФИО6 спорным помещением после заключения договора, а также с видеозаписью, подтверждающей его регулярное присутствие в квартире, свидетельствует о согласованности действий сторон сделки и отсутствии у них намерения на реальное исполнение обязательств, что является одним из признаков мнимости оспариваемой сделки.

Наряду с этим, суду не представлено доказательств фактической передачи денег от покупателя ФИО7 продавцу ответчиками не представлено. При этом в ходе рассмотрения дела суду не представлено доказательств существования финансовой состоятельности и наличии в действительности денежных средств у ответчика ФИО7 на приобретение спорного жилого помещения.

С учетом указанного выше, суд приходит к выводу о том, что исполнение ФИО7 обязательств по договору купли-продажи квартиры от дата перед ФИО6 в части передачи ему денежных средств за квартиру материалами дела и собранными по делу доказательствами не подтвержден. Соответственно, данное обстоятельство исключает обязанность продавца возвратить указанную денежную сумму.

В материалы дела истцом представлена копия нотариальной доверенности от ФИО6 на имя ФИО7 от дата, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от дата (л.д.22). Указанные документы свидетельствуют о доверительном характере отношений между сторонами сделки и отсутствии у покупателя реального коммерческого интереса в приобретении спорного имущества. Подтверждают, что ФИО7 действовала не как независимый и заинтересованный покупатель, а как лицо, действующее по согласованию с ФИО6

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 1 постановления от 23.06 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.06.2017 года № 16-П "По делу о проверке конституционности положения п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца" указано на необходимость учета при рассмотрении вопроса о добросовестности приобретателя была ли проявлена гражданином разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество; производился ли приобретателем осмотр имущества до его приобретения и ознакомился ли он со всеми правоустанавливающими документами; иные факты, обусловленные конкретными обстоятельствами дела, в том числе связанными с возмездностью приобретения имущества.

Таким образом, сделкой купли-продажи квартиры, одним из участников которой был отец несовершеннолетних ФИО6, нарушены права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего ребенка - ФИО4 на проживание в спорном жилом помещении, прекращении права пользования спорным жилым помещением.

Довод ответчиков о том, что несовершеннолетний ФИО2 проживает с отцом в г. Казани по адресу: адрес, имеет там в настоящее время регистрацию, не является достаточно обоснованным и опровергающим мнимость сделки на момент ее совершения.

Оценивая довод ответчика ФИО7 о наличии у несовершеннолетних детей иного жилого помещения в виде долей в квартире по адресу: адрес, суд принимает во внимание доказательства, представленные истцом и исследованные в судебном заседании. Так, согласно Акту проверки системы газоснабжения №... от дата, указанная квартира является нежилой и неотапливаемой, газовый котел не подключен, плита отсутствует. Согласно Справке №... от дата от ТСН «Эко-Квартал» квартира находится в черновой отделке и не имеет расходов электроэнергии и водоснабжения.

В соответствии с ходатайством истца от 15.10.2025 к материалам дела приобщена видеозапись от дата, которая визуально фиксирует состояние данной квартиры как непригодное для постоянного проживания. Указанные доказательства, оцененные судом в совокупности, подтверждают, что владение долей в помещении, объективно непригодном для постоянного проживания, не может считаться надлежащим обеспечением жилищных прав ребенка.

Таким образом, в результате оспариваемой сделки дети были лишены единственного благоустроенного жилья на территории проживания, посещения образовательного учреждения, их жилищные права и охраняемые законом интересы нарушены.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ФИО7 указывала на то, что доводы истца о нарушении прав несовершеннолетних детей уже являлись предметом судебного разбирательства по делу № 2-3727/2024, по которому решением Октябрьского районного суда г. Самары от 07.10.2024 в удовлетворении требований было отказано, а указанное решение подтверждено определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 07.05.2025 по делу № 23-7114/2025.

Оценивая данный довод, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 220 ГК РФ, суд прекращает производство по делу в случае, если имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда.

Как усматривается из материалов дела № 2-3727/2024, предметом рассмотрения являлось требование ФИО6 к ФИО1 о выселении из жилого помещения. В рамках указанного дела ФИО1 заявляла возражения, касающиеся факта заключения оспариваемого в настоящем деле договора купли-продажи и возможного нарушения прав несовершеннолетних детей. Однако, разрешая требование о выселении, суд не был наделен полномочиями по исследованию и оценке оспариваемой сделки на предмет ее мнимости и недобросовестности, а также по применению последствий ее недействительности. Предметом и основаниями для предъявления настоящего иска являются самостоятельные требования о признании сделки недействительной (ничтожной) и применении последствий ее недействительности, которые не подлежали рассмотрению в рамках дела о выселении.

Таким образом, суд приходит к выводу, что отсутствует тождество предмета и оснований, заявленных в настоящем деле исковых требований с предметом и основаниями ранее рассмотренного дела № 2-3727/2024. Ссылка ответчика на наличие вступившего в законную силу судебного акта по тождественному спору является необоснованной и не влечет прекращения производства по настоящему делу.

Исследуя доводы ответчиков относительно брачного договора и объема имущества ответчика ФИО6, суд находит следующее. В судебном заседании ответчик ФИО7, указала на то, что между ФИО1 и ФИО6 был заключен брачный договор, в соответствии с которым спорная квартира была признана личной собственностью ФИО6

ФИО1 в письменных пояснениях от 15.10.2025, заявленных в порядке ст. 35 ГПК РФ, не оспаривая самого факта наличия брачного договора, указала на несоответствие действительности утверждений ответчика ФИО7 о переходе практически всего имущества к истице, сославшись на то, что на момент расторжения брака ФИО6 обладал значительным имуществом, в частности: квартирой в г. Бугульма;, нежилыми помещениями по адрес;, автомобилем Фольксваген Тигуан, долей в квартире по адресу: адрес;, квартирой по адрес; таунхаусом в г. Казань.

Исследуя данные доводы, суд находит следующее.

Представленный в материалы дела брачный договор сам по себе не опровергает доводы истца о мнимости сделки по отчуждению данного имущества, поскольку право собственности ответчика ФИО6 на спорное жилое помещение истцом не оспаривается.

Вместе с тем, наличие брачного договора, определяющего судьбу имущества супругов, не отменяет обязанности родителей соблюдать права и охраняемые законом интересы своих несовершеннолетних детей, в том числе их жилищные права, как того требуют положения ст. 65 СК РФ и разъяснения, данные в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.06.2010 N 13-П.

Суд считает необходимым отметить, что вопрос о распределении всего объема имущества между супругами в рамках брачного договора не имеет существенного значения для разрешения настоящего спора, поскольку предметом судебного разбирательства является оценка конкретной сделки, совершенной ответчиком ФИО6 после расторжения брака, на предмет ее действительности и соответствия требованиям добросовестности.

Таким образом, довод ответчиков о наличии брачного договора, равно как и довод истца об объеме имущества, сохранившегося у ответчика ФИО6, не оказывают влияния на установление наличия или отсутствия признаков мнимости в оспариваемой сделке купли-продажи и не являются правовым препятствием для удовлетворения заявленных исковых требований.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца и признании недействительной сделкой договора купли-продажи квартиры с кадастровым номером №... расположенной по адресу: адрес, заключенный дата между ФИО6 и ФИО7

Как разъяснено в абзаце втором пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Следовательно, признание договора купли-продажи квартиры от дата недействительным и возвращение сторон в первоначальное положение является основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в том числе для погашения записей о регистрации договора купли-продажи от дата, произведенной дата. №... и о праве собственности ФИО6 на спорное жилое помещение.

В соответствии с требованиями ч.1 ст. 98 ГПК РФ, с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию сумма государственной пошлины в размере 13 000 руб., оплаченная истцом при подаче иска в суд, в равных долях по 6 500 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетних детей: ФИО2, ФИО4, к ФИО6, ФИО7 о признании договора купли-продажи квартиры недействительной сделкой – удовлетворить.

Признать недействительной сделкой договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером №..., расположенной по адресу: адрес, заключенный дата между ФИО6 и ФИО7.

Решение суда является основанием для внесения записей в Единый государственный реестр недвижимости о погашении записи о регистрации договора купли-продажи квартиры от дата, произведенной дата за №... и восстановления регистрационной записи в отношении собственника ФИО6.

Взыскать с ФИО6, ФИО7 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 000 рублей в равных долях, т.е. по 7500 рублей с каждого из ответчиков.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Октябрьский районный суд г. Самары в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательном виде.

Мотивированное решение изготовлено 29.10.2025.

Судья Р.Р. Гильманов