Дело №2-2965/25
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
23 сентября 2025 года г. Смоленск
Ленинский районный суд г. Смоленска
в составе:
председательствующего (судьи) Шевцовой Н.Г.,
при секретаре Арбузовой Ю.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Министерству социального развития Смоленской области о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к Министерству социального развития Смоленской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. каждому, указав в обоснование иска, что ДД.ММ.ГГГГ при проведении работ в здании Министерства социального развития Смоленской области (до переименования Департамент Смоленской области по социальному развитию) с их мужем и отцом ФИО9 произошел несчастный случай, в результате которого им получена производственная травма. В этот же день он был госпитализирован в траматологическое отделение <данные изъяты> с диагнозом <данные изъяты> где длительное время находился на лечении, и ДД.ММ.ГГГГ скончался. Решением ДД.ММ.ГГГГ установлен юридический факт наступления ДД.ММ.ГГГГ смерти ФИО9 в результате несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. Действиями ответчика, повлекшими смерть мужа и отца, им причинен моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях. ФИО1 вынуждена была обращаться за помощью <данные изъяты>, которым ей установлен диагноз <данные изъяты> ухудшение состояния здоровья лишило ее возможности вести нормальный, привычный образ жизни, у нее появилась бессоница, повысилось давление, нервозность, от которой страдала не только она, но и ее близкие. Высокий уровень эмоциональной чувствительности не позволил ей спокойно пережить потрясение, которое она испытала в связи с утратой мужа. ФИО2 испытал глубокие душевные переживания, сопряженные с неизгладимой болью, причиненной утратой отца.
ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом; представитель ФИО1 ФИО3 в судебном заседании поддержал исковые требования по вышеуказанным доводам, просил удовлетворить их в полном объеме.
Представитель Министерства социального развития Смоленской области в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом; в ранее состоявшемся судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на то, что основной причиной несчастного случая на производстве явилась личная неосторожность ФИО9 при перемещении груза вручную по лестнице, нарушение ч.1 ст.215 ТК РФ. Медицинскими документами засвидетельствовано, что причина смерти ФИО9 от разрыва правой доли печени и кровоизлияния в брюшную полость не связана с перенесенной производственной травмой ДД.ММ.ГГГГ. Просила соизмеримо уменьшить сумму компенсации морального вреда с учетом степени вины Министерства.
Заслушав объяснения представителя истца ФИО1, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В силу положений абз.4 и абз. 14 ч.1 ст.21 ТК РФ ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз.4, 15,16 ч.2 ст.22 ТК РФ).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз.2 ч.1 ст.210 ТК РФ).
Частью 1 ст.212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз.2 ч.2 ст.212 ТК РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз.2,13 ч.1 ст.219 ТК РФ).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве право на такое возмещение вреда имеют названные в законе лица, которым причинен ущерб в результате смерти кормильца. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
В п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
По делу установлено, что ФИО1 является супругой ФИО9, ФИО2 является сыном ФИО9
ФИО9 с ДД.ММ.ГГГГ принят по основному месту работы в Министерство социального развития Смоленской области (до переименования Департамент Смоленской области по социальному развитию) на должность <данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ с ФИО9 заключен трудовой договор по совместительству по должности <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в здании Министерства социального развития Смоленской области (до переименования Департамент Смоленской области по социальному развитию) при перемещении трибуны из актового зала, расположенного на <данные изъяты> этаже здания на <данные изъяты> этаж, при движении по лестничному пролету между <данные изъяты> этажами с ФИО9 произошел несчастный случай, в результате которого он повредил ногу.
В этот же день он был госпитализирован в травматологическое отделение <данные изъяты> где установлен диагноз: <данные изъяты>. Осложнение: <данные изъяты>, где длительное время находился на лечении, и ДД.ММ.ГГГГ скончался.
В соответствии с заключением эксперта № при исследовании трупа ФИО9 обнаружены повреждения: разрыв правой доли печени с кровоизлиянием в брюшную полость, который образовался от воздействия твердого тупого предмета более <данные изъяты> недель до смерти и по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности в соответствии с п<данные изъяты> приложения к приказу №. Данное повреждение могло образоваться при падении с высоты роста или небольшой высоты и ударом областью живота об твердый тупой предмет; перелом левого бедра в верхней трети, который образовался более <данные изъяты> недель назад до наступления смерти, в результате воздействия твердого тупого предмета. Данное повреждение квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности в соответствии с п.<данные изъяты> приложения к приказу №. Возможно образование перелома левого бедра при падении с высоты собственного роста или небольшой высоты и ударе о твердый тупой предмет. В прямой причинно-следственной связи со смертью данное повреждение не состоит. Причиной смерти ФИО9 явилась тупая травма живота, сопровождавшаяся разрывом правой дом печени, осложнившаяся кровоизлиянием в брюшную полость (<данные изъяты> мл. жидкой крови и свертков) и развитием малокровия внутренних органов.
Согласно заключения №, каких-либо данных, позволяющих исключить возможность одновременного образования разрыва печени и перелома левого бедра, не имеется, равно как и при таком объеме информации исключить возможность образования разрыва печени в момент падения. В процессе проводимых ФИО9 лечебных мероприятий, каких-либо манипуляций, которые могли привести к разрыву печени, не проводилось. Разрыв печени и перелом левого бедра между собой никак не связаны. Разрыв печени не мог явиться следствием осложнения при лечении перелома бедра как основного заболевания. Основной судебно-медицинский диагноз – <данные изъяты>, сопутствующий – <данные изъяты>. Диагноз ФИО9 был установлен правильно, но не полно, не распознан подкапсульный разрыв печени.
Согласно акту о несчастном случае на производстве №, утвержденного руководителем Министерства социального развития Смоленской области (до переименования Департамент Смоленской области по социальному развитию) ДД.ММ.ГГГГ, в момент несчастного случая ФИО9 осуществлял трудовую деятельность в должности <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ему был проведен вводный инструктаж по охране труда, ДД.ММ.ГГГГ – повторный инструктаж; ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 был пройден обязательный периодический медицинский осмотр. Основной причиной несчастного случая является личная неосторожность ФИО9 при перемещении груза вручную по лестнице, нарушение им требований ч. 1 ст. 215 ТК РФ в части: «Работник обязан соблюдать требования охраны труда»; п. <данные изъяты> Инструкции по охране труда для столяра (плотника), утвержденной №, в части: «Если груз переносится вручную группой работников, каждый должен идти в ногу со всеми»; сопутствующие причины: ненадлежащее функционирование системы управления охраной труда, выразившееся в неполном выявлении работодателем опасностей, представляющих угрозу жизни и здоровью работника, при перемещении груза вручную по лестнице, а также в необеспечении работника специальной обувью. Нарушены требования: ч.2 ст.214 ТК РФ, абз.3,5,7 ч.3 ст.214 ТК РФ, ч.1 ст.221 ТК РФ, п.<данные изъяты> Приказа Минтруда России № «Об утверждении Примерного положения о системе управления охраной труда», п.<данные изъяты> Приказа Минтруда России № «Об утверждении Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», п. «е» Приложения к Приказу Минтруда России от № «Об утверждении Типовых норм бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам сквозных профессий и должностей всех видов экономической деятельности, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением», п<данные изъяты> Положения о системе управления охраной труда, утвержденного в Департаменте Смоленской области по социальному развитию.
Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО9, нарушивший требования ч. 1 ст. 215 ТК РФ, п. <данные изъяты> Инструкции по охране труда для столяра (плотника), утвержденной №; ФИО26, нарушивший требования ч. 2, абз. 3, 5, 7 ч. 3 ст. 214 ТК РФ, ч. 1 ст. 221 ТК РФ, п. <данные изъяты> Приказа Минтруда России № «Об утверждении Примерного положения о системе управления охраной труда», п. <данные изъяты> Приказа Минтруда России № «Об утверждении Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», п. «е» Положения к Приказу Минтруда России № «Об утверждении Типовых норм бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам сквозных профессий и должностей всех видов экономической деятельности, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением», п. 32 Положения о системе управления охраной труда, утвержденного в Департаменте Смоленской области по социальному развитию.
Факт грубой неосторожности со стороны пострадавшего ФИО9 комиссией по расследованию несчастного случая не установлен.
Вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ решением ДД.ММ.ГГГГ установлен юридический факт наступления ДД.ММ.ГГГГ смерти ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в результате несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. С <данные изъяты> в пользу ФИО1 взыскана единовременная страховая выплата в размере 1 000 000 руб.
В соответствии с представленным ФИО1 выписным эпикризом из медицинской карты стационарной больной, с ДД.ММ.ГГГГ последняя находилась на обследовании и лечении в <данные изъяты>» с диагнозом <данные изъяты>
Исходя из вышеизложенного, следует, что основной причиной несчастного случая, повлекшего смерть ФИО9 при исполнении трудовых обязанностей явилась его личная неосторожность при перемещении груза вручную по лестнице, при этом факт грубой неосторожности со стороны пострадавшего ФИО9 комиссией по расследованию несчастного случая, не установлен.
По смыслу действующего правового регулирования законодателем определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда, в связи с утратой близких людей. Компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.
Вопрос о том, кто именно из близких погибшего имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного в связи с его смертью, следует решать, опираясь на понятие «член семьи», которое нашло свое закрепление в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», в соответствии с которым членами семьи гражданина являются проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители. Членами семьи могут быть признаны и другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и нетрудоспособные иждивенцы).
Как указывалось выше, в связи с несчастным случаем на производстве умер супруг и отец истцов ФИО9 ввиду чего на ответчика (работодателя) возлагается обязанность по компенсации морального вреда, причиненного супруге, сыну погибшего работника. Судом учитывается, что смерть ФИО9 является для истцов невосполнимой утратой, сильнейшим психологическим ударом, в результате чего они испытывали и продолжают испытывать глубокие нравственные страдания, у них ухудшилось состояние здоровья, эмоциональное состояние, смертью ФИО9 нарушена целостность семьи и семейных связей. Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства, при которых произошел несчастный случай, то, что основной причиной несчастного случая, повлекшего смерть ФИО9 при исполнении трудовых обязанностей явилась его личная неосторожность, а также то, что такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевших, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности, и считает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу каждого истца в сумме 300 000 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194, 197 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.
Взыскать с Министерства социального развития Смоленской области в пользу ФИО1, ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей каждому.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Ленинский районный суд г. Смоленска в течение месяца.
Председательствующий: Н.Г. Шевцова
Мотивированное решение суда изготовлено 03.10.2025
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>