УИД: 26RS0№-71
Дело №
РЕШЕНИЕ
И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И
05 мая 2023 года <адрес>
Предгорный районный суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи Кучерявого А.А.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО4,
с участием:
истца ФИО1,
представителя истца – ФИО11, действующего на основании доверенности <адрес>5 от ДД.ММ.ГГГГ и ордера № С 292655 от ДД.ММ.ГГГГ,
ответчика ФИО2, его представителя ФИО12, действующего на основании доверенности <адрес>9 от ДД.ММ.ГГГГ, и ордера № С 292655 от ДД.ММ.ГГГГ,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Предгорного районного суда <адрес> с применением аудио-протоколирования гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании сделки – договора дарения недействительной, истребования имущества из чужого незаконного владения,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в Предгорный районный суд <адрес> с исковыми требованиями к ФИО2 о признании недействительным договора дарения <адрес>, с кадастровым номером 26:29:110117:308, общей площадью 38,5 кв.м., заключенного в простой письменной форме между ФИО2 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки, вернув стороны в первоначальное положение, прекращении права собственности за ФИО3 в отношении <адрес>, с кадастровым номером 26:29:110117:308, общей площадью 38,5 кв.м.
В обоснование заявленных требований истец указывает, что в период брака с ФИО2 ими была приобретена квартира с кадастровым номером 26:29:110117:308, общей площадью 38,5 кв.м. расположенная по адресу: <адрес>, предгорный район, <адрес>, кВ. 57.
Указанная квартира приобретена за счет личных и кредитных средств по договору купли-продажи квартиры с рассрочкой платежа, удостоверенным нотариусом Предгорного нотариального округа ФИО5 в реестре №.
В ноябре 2022 года истцу стало известно, что вышеуказанная квартира передана в собственность родному брату ответчика ФИО3 на основании договора дарения, без нотариально удостоверенного согласия супруги – ФИО1
На момент отчуждения квартиры, брак между истцом и ответчиком расторгнут не был, и являлся действительным. Кроме того, истец указывает, что ФИО3 является родным братом её супруга – ответчика ФИО2, и он не мог не знать о необходимости нотариально удостоверенного согласия супруга на отчуждение спорной квартиры, являющейся совместно нажитым имуществом.
В связи с изложенным ответчик ФИО3 не может считаться добросовестным приобретателем указанного спорного объекта недвижимости.
На основании изложенного следует, что спорная квартира выбыла из владения сособственника помимо его воли, посредством договора дарения, заключенного между ответчиком и его родным братом, что дает основания признать сделку недействительной.
Участвующие по делу лица извещались публично путем заблаговременного размещения в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" информации о времени и месте рассмотрения дела на интернет-сайте Предгорного районного суда <адрес>, а также заказным письмом с уведомлением.
В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО11 поддержали доводы, изложенные в исковом заявлении, и просили его удовлетворить в полном объеме.
Ответчик ФИО2, и его представитель ФИО12 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, указывая на то, что спорная квартира была приобретена в большей степени за счет средств, подаренных ответчику его бабушкой.
В судебное заседание не явился ответчик ФИО3, несмотря на то, что о дате и месте его проведения извещен надлежащим образом.
Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> в судебное заседание не явился, представив ходатайство о рассмотрении дела без его участия.
Суд считает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие не явившегося ответчика, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.
Выслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности, как в отдельности, так и в совокупности, а установленные судом обстоятельства - с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, суд приходит к следующему.
Согласно пункту 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.
В силу пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемой сделки, для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.
В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.
Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно договора купли-продажи квартиры с рассрочкой платежа, с использованием собственных и кредитных средств <адрес>8, <адрес>9, <адрес>0, <адрес>1 от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО6, ФИО7 и ФИО2, квартира с кадастровым номером 26:29:110117:561, расположенная по адресу: <адрес> передана в собственность ФИО2
Согласно п. 2.1 Договора, указанная квартира приобретается покупателем у продавцов в собственность в валюте Российской Федерации за цену 1 030 000 рублей, из них: за счет собственных средств в сумме 540 000 рублей, и за счет кредитных средств в сумме 490 000 рублей, предоставленных покупателю ПАО «Сбербанк России» в кредит согласно кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ПАО «Сбербанк» с одной стороны, и созаемщиками ФИО2, ФИО1 (супругой покупателя).
Как следует из п. 2.2. указанного Договора, кредит предоставляется покупателю в размере 490 000 рублей для целей приобретения в собственность покупателя квартиры, указанной в п. 1.1. настоящего договора, со сроком возврата кредита по истечении 120 месяцев с даты фактического предоставления кредита.
В соответствии с нотариально заверенным согласием <адрес>8 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 дала согласие на возможное отчуждение ОАО «Сбербанк России» любым способом за цену и на любых условиях указанного объекта недвижимости при неисполнении условий кредитного договора.
В данном согласии имеется запись о том, что установленный законом режим совместной собственности всего общего имущества не изменен. Данное согласие было получено ответчиком в целях регистрации права собственности на спорное имущество на свое имя. Сама ФИО1 не оспаривала, что она присутствовала при составлении данного согласия и знала об его содержании.
В связи с чем, они приобрели статус участников совместной собственности и распоряжение совместным имуществом осуществлялось на основании положений Гражданского кодекса Российской Федерации.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор дарения квартиры с кадастровым номером 26:29:110117:308, общей площадью 38,5 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, предгорный район, <адрес>.
Таким образом, оспариваемый истцом договор дарения спорной квартиры заключен ДД.ММ.ГГГГ, то есть в период брака ФИО1 и ФИО2
Из материалов дела также следует, что при рассмотрении спора о признании сделки по названному договору дарения недействительной, стороны представляли доказательства принадлежности денежных средств, на которые куплена спорная квартира. Однако, суд приходит к выводу, что данное юридически значимое обстоятельство должно устанавливаться в рамках гражданского дела по спору о разделе совместно нажитого имущества.
Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.
В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.
Исходя из положений вышеприведенных правовых норм, суду при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, следует установить наличие или отсутствие полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки.
Также суд должен установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.
Следовательно, для правильного рассмотрения настоящего дела суду необходимо установить, имелись ли у ФИО2 полномочия на отчуждение спорной квартиры ФИО3 по договору дарения. В случае несогласия ФИО1 на распоряжение ФИО2 квартирой следует установить, знала или должна ли была знать об этом ФИО1
Указанные обстоятельства являются юридически значимыми и подлежащими установлению для правильного разрешения дела.
Из материалов дела следует, что истец не знала о заключении оспариваемого договора дарения до обращения в суд с иском о разделе общего имущества. Согласия на отчуждение имущества не давала. Указанные выводы не опровергается ответчиками какими-либо доказательствами.
Так, оспариваемая сделка была заключена в период брака ФИО2 с ФИО1
Таким образом, при заключении оспариваемой сделки ответчиками достоверно было известно о том, что спорная квартира являлась предметом спора между супругами. Однако, в отсутствие согласия истца на отчуждение спорной квартиры, между ответчиками был заключен договор дарения указанной недвижимости.
В соответствии с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.
По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.
При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.
Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Принимая во внимание, что истец не выражал в каком-либо виде согласия ФИО2 на отчуждение спорной квартиры, являющейся на ДД.ММ.ГГГГ совместной собственностью супругов, у ответчика ФИО2 отсутствовали полномочия на совершение сделки от имени супруги по распоряжению общим имуществом.
Суд приходит к выводу о том, что ФИО3 не были приняты все разумные меры, не проявлена соответствующая степень заботливости и осмотрительности для установления полномочий дарителя ФИО2 на дарение спорной квартиры, в том числе в отношении определения юридической судьбы соответствующего гражданского дела по спору о разделе квартиры между бывшими супругами, что свидетельствует о том, что ФИО3 не может быть признан лицом, которое не знало и не могло знать об отсутствии у ФИО2 права на отчуждение спорной квартиры.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО3 заведомо должен был знать об отсутствии полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки.
По ходатайству представителя ответчика – ФИО12 были допрошены свидетели ФИО8 и ФИО9
Свидетель ФИО8 пояснила суду, что она является бабушкой ФИО2 и ФИО3 Совместно со своим супругом они накопили денежную сумму в размере 500 000 тысяч рублей, вложив ее в первоначальный взнос на покупку квартиры. Квартира приобреталась для ФИО3, но оформлена была на ФИО2 О том, что договор ипотеки был составлен на истца и ответчика ей было не известно.
Свидетель ФИО9 пояснила суду, что она является супругой ФИО3, и ей известно, что спорная квартира приобреталась для ее супруга ФИО3 и по настоящий момент времени они там проживают. Данное решение было изначально обговорено между семьями.
Оценивая свидетельские показания свидетелей ФИО8 и ФИО9 по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности с представленными суду документами, суд критически относится к показаниям указанных свидетелей, так как они являются близкими родственниками ответчиков, а следовательно являются лицами, заинтересованными в исходе настоящего дела.
При таких обстоятельствах, исходя из требований ст. 168 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что заключенный между близкими родственниками ФИО2 и ФИО3 (братьями) договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ подлежит признанию недействительным как сделка, не соответствующая требованиям закона, а именно положениям ст. 253 ГК РФ, поскольку ФИО2 распорядился находящимся в общей совместной собственности имуществом без согласия участника совместной собственности ФИО1
В соответствии со статьей 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом и только собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, в том числе отчуждать его другим лицам.
Следовательно, дарение имущества предполагает отчуждение собственником по своему усмотрению и в своем интересе. Учитывая, что отчуждение спорного недвижимого имущества в пользу ФИО3 было произведено помимо воли истца, то последующая сделка по отчуждению квартиры не породила тех юридических последствий, ради которых они совершались, в том числе, переход титула собственника к приобретателям.
Поскольку в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесены сведения о государственной регистрации договоров дарения спорного объекта недвижимости и о регистрации права собственности ФИО3, необходимо применить последствия недействительности сделки в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о переходе права собственности и записи регистрации права собственности указанных лиц на спорный объект недвижимости.
С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании сделки – договора дарения недействительной, истребования имущества из чужого незаконного владения в полном объеме.
Руководствуясь ст.ст. 191-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании сделки – договора дарения недействительной, истребовании имущества из чужого незаконного владения – удовлетворить.
Признать недействительным договор дарения <адрес>, с кадастровым номером 26:29:110117:308, общей площадью 38,5 кв.м., заключенного в простой письменной форме между ФИО2 и ФИО3.
Применить последствия недействительности сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
Прекратить право собственности за ФИО3 в отношении <адрес>, с кадастровым номером 26:29:110117:308, общей площадью 38,5 кв.м.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам <адрес>вого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, через Предгорный районный суд <адрес>.
Судья А.А. Кучерявый
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.