УИД № 65RS0001-01-2023-010714-50
Дело № 2-51/2025 (2-1511/2024; 2-8790/2023;)
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
25 апреля 2025 года г. Южно-Сахалинск
Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:
председательствующего судьи Волковой А.А.,
при секретаре Кыдыевой Н.В.,
с участием: истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о взыскании убытков, причиненных повреждением маломерного судна в результате его затопления,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании убытков, причиненных повреждением маломерного судна. В обоснование требований указала, что является собственником маломерного моторного судна <данные изъяты>, судовой билет №. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 передала указанное судно в аренду ФИО3 на основании договора аренды судна без экипажа № от ДД.ММ.ГГГГ на срок с 09-00 час. 06.09.2023 по 20-00 час. 07.09.2023. ФИО3, самостоятельно управляя судном, направился на о. Монерон, куда прибыл около 14-00 час., где самостоятельно пришвартовал судно к причалу о. Монерон носом к берегу, кормой к морю. К вечеру погодные условия ухудшились – поднялся сильный ветер, и поднялась высокая волна. В ночь с 06.09.2023 на 07.09.2023 судно затонуло у причала о. Монерон. В момент затопления ответчика на судне, либо на берегу рядом с судном не было. 07.09.2023 силами сотрудников о. Монерон катер поставлен на воду, отбуксирован в порт Невельск (в пункт отстоя судна). В ходе совместного осмотра катера 07.09.2023 с участием арендатора и арендодателя обнаружена пробоина выше ватерлинии по левому борту, небольшие пробоины ниже ватерлинии по левому борту. При открытии моторных колпаков виднелась морская вода, проверить работоспособность систем не представилось возможным в связи с попаданием в них морской воды. Присутствуют внешние дефекты на моторах в виде царапин, загнутых винтовых лопастей. Оторвана входная дверь в рубку, стаканы под удочки. Внутренняя электроника и навигационная система не работают из-за затопления. Арендатор полностью с составленным актом не согласился, однако из его объяснений следует, что ситуация начала развиваться с 22-00 часов 06.09.2023, когда испортилась погода. Собственника судна он в известность не ставил, к помощи специализированных спасателей не прибегал. Принял решение обходиться своими силами и помощью сотрудников о. Монерон. Признает, что судно необходимо было развернуть носовой частью к морю, но ссылается на невозможность данных действий из-за порывов ветра. До 2 часов ночи совместно с сотрудниками о. Монерон проводил действия по закреплению катера, чтобы он бортом не бился о причал. До 7 утра самостоятельно контролировал ситуацию. В 07 час. 10 мин. покинул причал. Судно затонуло ориентировочно в 07 час. 30 мин. 07.09.2023 в его отсутствие. Истец полагает, что арендатор ненадлежащим образом исполнил обязательства по договору аренды, что привело к повреждению судна и причинению истцу ущерба. Размер ущерба истцом рассчитан предварительно исходя из стоимости восстановительного ремонта согласно калькуляции, составленной истцом. Стоимость необходимого оборудования и запасных частей составляет 5 675 778 руб., стоимость ремонтных работ – 1 404 200 руб., всего – 7 079 987 руб. Судовладелец полагает, что причиной затопления явилась неправильная эксплуатация судна арендатором, а именно швартовка: в кормовую часть судна, обращенную к морю, стала поступать волна, что и вызвало затопление (катер полностью ушел под воду). Довод о ненадлежащем креплении веревок на носовой части является голословным. Арендатор не обеспечил должный контроль, в том числе в части приемлемости погодных условий для выхода в море в район о. Монерон, адекватные меры по недопущению затопления, и в итоге не обеспечил сохранность судна.
Просила суд взыскать с ответчика убытки в виде прямого действительного ущерба размере 7 079 987 руб.
Апелляционным определением судьи Сахалинского областного суда от 26.03.2024 по ходатайству истца ФИО1 были приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество ФИО3, находящееся у него или третьих лиц, в переделах заявленных исковых требований на сумму 7 079 987 руб.
В ходе рассмотрения дела истцом заявленные требования были уточнены. Указала, что предметом оценки судебной экспертизы явился катер, находящийся в Сахалинской области. Аналоги взяты на материке. Корректировка на местонахождение экспертом не приведена, стоимость доставки до Сахалина не учтена. Согласно ответам транспортных компаний, перевозка данного катера из Санкт-Петербурга во Владивосток составит 1 050 000 руб., из Владивостока до порта г. Корсаков – 500 000 руб. Полагает, что определенную рыночную стоимость нельзя считать достоверной, поскольку не учтен и не скорректирован существенней элемент сравнения – местонахождение катера. При этом при расчете ремонта эксперт учитывает, что запасные части необходимо доставить на Сахалин. Ответ эксперта о том, что в цену катера уже включена доставка до местонахождения, несостоятелен, поскольку в стоимость оцениваемого и поврежденного катера включена доставка до г. Корсакова, а в цену оцениваемых аналогов – цена доставки по материку. Тем самым определенную рыночную стоимость катера надлежит увеличить на 1 550 000 руб., что на момент оценки увеличит стоимость катера до 4 162 000 руб. (2 216 000 + 1 550 000), т.е. рыночная стоимость катера составит сумму больше, чем стоимость ремонта на момент оценки, следовательно, ремонт вопреки утверждению оценщика, является целесообразным. Также оценщиком не учтена существенная разница в оборудовании оцениваемого катера и аналогов. Сам эксперт признает, что стоимость катера может различаться из-за различий в оборудовании, но далее указывает, что цены на аналогичные катера примерно равны и поэтому не корректируются. Поскольку экспертом выбраны примерно одинаковые аналоги, являющиеся таковыми по отношению к объекту оценки только с точки зрения модели, а по сути – корпуса, поэтому и цены на них одинаковы. Ссылка эксперта на отсутствие информации об оборудовании оцениваемого объекта не соответствует действительности и содержанию экспертного заключения, в котором оборудование катера было экспертом исследовано. Однако эксперт счел возможным не сравнивать даже двигатели оцениваемых аналогов и поврежденного катера, хотя на катере ФИО1 были установлены новые, не имеющие большого пробега, хорошие двигатели, значительно лучше по своим характеристикам двигателей аналогов. При этом основной двигатель катера нельзя отнести к дополнительному оборудованию, как это предлагает эксперт в своих письменных объяснениях. Дополнительное оборудование во внимание принято не было, хотя его наличие существенным образом влияет на стоимость катера. Стоимость годных остатков по сути не подсчитана. Из примененной формулы следует, что экспертом определен износ неработоспособного катера, хотя эксперт располагал перечнем годных остатков и имел возможность их оценить подетально. Эксперт не сообщил, какая методика им применена, привел только формулу, сузив ее до двух показателей, что делает определение стоимости годных остатков недостоверным. Как зафиксировано при осмотре катера экспертами, катер восстанавливается, ремонтируется, находится на плаву. Полагает, что в этой связи применению подлежит стоимость ремонта, а не рыночная стоимость катера. С учетом общего принципа о полном возмещении убытков, истец полагает, что применению подлежит стоимость ремонта на момент оценки, а не на дату происшествия. Также полагает, что необходимо использовать цену с условием ремонта с заменой поврежденного оборудования, поскольку, как следует из экспертного заключения, ремонт на Сахалине не осуществляется, на материке найти ремонтные организации также оказалось затруднительно. Только один (не официальный) ответ получен с уточнением, что ремонт может быть значительно дороже при выявлении повреждений в большем размере. С этими же сложностями столкнулась истец, из-за чего катер до конца не отремонтирован.
В окончательной редакции просит взыскать с ответчика убытки вы виде восстановительного ремонта поврежденного судна и оборудования в размере 4 118 676 руб.
В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования, с учетом уточнений, поддержала по основаниям, приведенным в иске и уточнениях к нему. Суду пояснила, что о маршруте перехода судна под управлением ФИО3 06.09.2023 не была осведомлена. Документы о пересечении границы РФ в пограничную службу не направляла, это было сделано капитаном судна. Данное судно ответчику сдала в аренду не первый раз. Пояснила, что за 2 часа до выхода судна капитан должен позвонить в пограничную службу и уведомить о маршруте перехода судна и составе экипажа. При подходе к 12-мильной зоне капитан должен сообщить о пересечении границы. Истец о группе туристов на борту не знала. Катер затонул у причала о. Монерон, а не при переходе 12-мильной зоны. На о. Монерон были другие лодки. Когда катер выходит в открытое море и становится на якорь, он не бьется о причал, качается на волнах и за счет естественной качки сохраняет плавучесть. Ответственность за прокладываемый маршрут лежит на лице, управляющем судном. Без соответствующего уведомления пограничной службы судно не имеет права пересекать границу. На период своего отсутствия ответчик при наличии шторма не поставил иное ответственное лицо следить за стоянием катера, в этот период катер и затонул. Администрация о. Монерон сообщала, что ответчик был ночью на катере, около 5 часов утра покинул судно, после чего через 2 часа катер затонул. Указала, что имеет судоводительское удостоверение на управление маломерными судами во внутренних водах.
Представитель истца ФИО2 в судебном заседании позицию своей доверительницы поддержала. Дополнительно суду пояснила, что ответчик нарушил условия договора аренды. Чрезвычайной ситуации в момент затопления катера не было. Ответчик в обоснование отсутствия своей вины ссылается на погодные условия, но они для капитана судна должны быть прогнозируемыми. Ответчик оказался в запрещенном районе плавания для указанного судна. В момент аварии действия капитана не соответствовали установленным правилам, т.к. он покинул судно в шторм. В тот день на о. Монерон были другие суда, которые были укрыты от ветра и не пострадали. Убытки, заявленные истцом, являются расходами на ремонт судна. Катер истцом частично восстановлен, в настоящее время на плаву. С экспертным заключением в части определения рыночной стоимости катера и стоимости годных остатков не согласилась с учетом письменных пояснений в заявлении об уточнении требований. Указала, что истец не будет действовать себе во вред, восстанавливая катер, если можно купить новый по сходной цене. Именно действиями ответчика причинен ущерб. Неразрешенный район плавания не повлиял на обязанность капитана наблюдать погодные условия. В момент аварии надлежащих действий предпринято не было. Условия для швартовки судна ответчиком не были оценены. В момент аварии капитан на судне отсутствовал. Полагает, что если бы ответчик остался на судне, то оно бы не затонуло. Доказательств факт ненадлежащего состояния крепления носового рыма не представлено. Отсутствие спасательного плота не является причиной оставить судно. Доказательств наличия согласия истца на переход на о. Монерон не представлено. Собственник в любом случае лишена возможности повлиять на решение капитана осуществить переход на о. Монерон. В момент происшествия ответчик не уведомил собственника об аварии, она узнала об этом от работников порта о. Монерон. Вина истца в рассматриваемом происшествии отсутствует.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился. Указал, что имеется несколько видов уведомления пограничной службы, одним из которых является уведомление судовладельца. На 20.08.2023 соответствующего уведомления он не подавал, предоставил только сведения о составе экипажа. Брал катер в аренду именно для перехода на о. Монерон, о чем судовладельцу было сообщено. Судовой билет на спорный катер при заключении договора аренды в порту не получал, с информацией, указанной в судовом билете о 12-мильной зоне, не был ознакомлен. Переход на о. Монерон на данном судне осуществлялся ответчиком не первый раз. При первом переходе вопросов у судовладельца не возникло. Судовладелец не выразила несогласия с планируемым переходом на о. Монерон. Указывает, что именно истец уведомляла пограничную службу о плане перехода на о. Монерон. На о. Монерон других судов не было. Сооружения для защиты порта от набегающей волны (волнорезы) отсутствуют. Ответчик узнал о неблагоприятных погодных условиях, когда высокая волна начала заходить в порт. Погода испортилась около 11 часов вечера. Путь от места отдыха до порта на о. Монерон составляет от 2 до 4 часов. Про усиление волны в море знал. Алкоголь по прибытии судна на о. Монерон не употреблял, поскольку на следующий день до обеда планировал выйти из порта. Из порта вывести судно не представилось возможным, поскольку была высокая волна, и это было опасно для жизни. По этой же причине не смог перешвартовать судно. Ответчик предпринял меры по оттяжке судна от причального сооружения, чтобы судно бортом не билось о причал. Полагает, что причиной затопления явился обрыв носового рыма, из-за чего судно развернуло, и оно начало биться о причал. Ответчик указал, что покинул судно на 15-20 минут, чтобы поставить телефон на зарядку и погреться. Не попросил других лиц проконтролировать состояние судна на период своего отсутствия, поскольку было ранее утро, решил не отрывать людей от отдыха и занятий. Утром катер сохранял плавучесть. Ответчик не думал, что за 15 минут отсутствия что-то произойдет.
Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился по снованиям, изложенным в письменном отзыве. Суду пояснил, что место крепления носового рыма проржавело. О. Монерон не располагает техническими средствами для поднятия судна на сушу. Спасательный плот на судне отсутствовал, что лишило ответчика возможности вывести судно в открытое море, поскольку при неблагоприятных погодных условиях и отсутствии спасательного плота это опасно для жизни. Судовладелец был в курсе маршрута перехода судна, возражений от нее не поступало. Предполагалось, что судно в ночное время будет находиться в открытом море. Взысканию полежит рыночная стоимость катера за вычетом стоимости годных остатков судна. Также полагает о наличии вины самого истца в виде грубой неосторожности, выраженной в выпуске судна без освидетельствования после установки дополнительного мотора, а также в выпуске судна в запрещенный район плавания. Если бы истец запретила ответчику переход на о. Монерон, а ответчик без ее согласия все-таки туда пошел, в таком случае абсолютная вина в рассматриваемом событии лежала бы на ответчике. Полагает о наличии вины в действиях как истца, так и ответчика, просит определить степень вины 50/50. Доводы о том, что если бы ответчик оставался на судне, то оно бы не затонуло, носят предположительный характер. Ответчик предпринял все возможные меры для предотвращения ущерба.
Выслушав пояснения, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО5 является собственником (судовладельцем) катера - маломерного моторного судна <данные изъяты>.
06.09.2023 между ФИО1 (арендодатель) и ФИО3 (арендатор) был заключен договор аренды судна без экипажа, предметом которого явилась аренда маломерного моторного судна <данные изъяты>, судовой билет № на срок с 09-00 час. 06.09.2023 до 20-00 час. 07.09.2023. Назначение судна – перевозка пассажиров.
Передача судна арендодателем арендатору, документов к нему (п. 22 акта приема-передачи) и установленного на судне оборудования (пп. 1-18 акта приема-передачи) произведена между сторонами по акту приема-передачи от 06.09.2023.
В соответствии с п. 5 акта приема-передачи судно передается в исправном состоянии и без повреждений, комплектность судна проверена.
В соответствии с п.п. 19 акта приема-передачи разрешенный район плавания судна класс 4 район 2.
Из пояснений ответчика следует, что на арендованном судне с пассажирами он из пункта отстоя судна в порту г. Невельск совершил переход на о. Монерон с заходом в порт о. Монерон, где самостоятельно пришвартовал судно к причалу о. Монерон носом к берегу, кормой к морю. К вечеру погодные условия ухудшились, поднялась высокая волна.
В ночь с 06.09.2023 на 07.09.2023 судно затонуло у причальной стенки о. Монерон, в момент затопления судна ответчика на судне или на берегу рядом с судном не было, 07.09.2023 силами сотрудников о. Монерон катер был поставлен на воду, отбуксирован в пункт отстоя судна в г. Невельск, что сторонами по делу не оспаривается.
В ходе совместного осмотра катера 07.09.2023 с участием арендатора и арендодателя, а также сотрудников о. Монерон, как следует из акта осмотра от 07.09.2023, ФИО3 прибыл на о. Монерон 06.09.2023 в вечернее время, самостоятельно пришвартовал катер к причалу носом к берегу, кормой к морю, правым бортом к причалу, прикрепил катер веревками к причалу с кормовой и носовой части, что согласно методикам и различным рекомендациям при условии наступления неблагоприятных погодных условий является недопустимым, поскольку при смене направления ветра, его скорости и изменении высоты волны в кормовую часть судна может заливаться вода. В ночь с 06.09.2023 на 07.09.2023 на о. Монерон наступили неблагоприятные погодные условия в виде сильного ветра и высокой волны. Первоначальная швартовка катера в данных погодных условиях была небезопасна и неправильна, волна начала поступать на кормовую часть катера, что в последующем привело к его полному затоплению. На момент смотра катер был поставлен на воду силами сотрудников о. Монерон. Со слов сотрудников катер полностью находился под водой, виднелась только крыша. Морская вода к приезду собственника была откачана.
По результатам осмотра обнаружена пробоина выше ватерлинии по левому борту, небольшие пробоины ниже ватерлинии левому борту. При открытии моторных колпаков виднелась морская вода, проверить работоспособность систем не представилось возможным в связи с попаданием в них морской воды. Присутствуют внешние дефекты на моторах в виде царапин, загнутых лопастей гребного винта. Оторвана входная дверь в рубку, стаканы под удочки. Внутренняя электроника и навигационная система не работают, затоплены морской водой.
Арендатор не полностью согласился с составленным актом.
Из его объяснений следует, что ситуация начала развиваться с 22 часов 06.09.2023, когда испортилась погода. Собственника судна он в известность не ставил, к помощи специализированных спасателей не прибегал. ФИО3 принял решение обходиться своими силами и помощью сотрудников о. Монерон. Признает, что судно необходимо было развернуть носовой частью к морю, но ссылается на невозможность данных действий из-за порывов ветра. До 2 часов ночи совместно с сотрудниками о. Монерон проводил действия по закреплению катера, чтобы он бортом не бился о причал. До 7 утра самостоятельно контролировал ситуацию. В 7.10 покинул причал. Судно затонуло ориентировочно в 7.30 07.09.2023 в его отсутствие. Указал, что прикрепить судно кормовой часть к берегу не представилось возможным, т.к. крепление на носовой части по оценке ФИО3 было не совсем надежным, в случае отрыва носового крепления катер бы направился по направлению волны к причальной стенке и неизбежно разбился. ФИО3 и его друзьями было сделано все, чтобы катер оставался на воде. ФИО3 находился возле судна с момента крепления судна до 07-10 утра. Убедившись, что судно остается на плаву, без воды на палубе и порванных веревок, ьтон направился в жилой модуль, чтобы зарядить телефон и переодеться. За 30 минут отсутствия ФИО3 на судне произошел отрыв носового рыма и судно затонуло. Полагает, что контроль судна был соблюден полностью. Повреждения судна наблюдались только в кормовой левой части (угол), пробоина выше ватерлинии 30х25 см, трещины в корпусе на границе вертикальной части и горизонтальной 50-70 см.
Из объяснительной ФИО3 следует, что в 07-39 час. ему поступил звонок от арендодателя об изменившейся ситуации с катером. Прибыв на место (причал) увидел сорванную веревку (конец) и перевернутый на бок катер наполовину в воде. Причал о. Монерон не оборудован соответствующим образом. Затопление предположительно произошло из-за отрыва переднего рыма от корпуса катера.
В ходе подготовки дела к судебному разбирательству представителем ответчика ФИО4 было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы в области классификации маломерного судна и в области оценки и установления ущерба, возникшего в результате затопления судна.
Определением суда от 15.10.2024 по делу была назначена комплексная судостроительная и оценочная экспертиза с проведением натурного осмотра объекта исследования, производство которой поручено экспертам АНО ИЦ «Независимая экспертиза», расположенного по <адрес>
Перед экспертами были поставлены следующие вопросы:
1) Как повлияла на отстойчивостъ судна <данные изъяты> (<данные изъяты>) установка двух двигателей основного <данные изъяты> мощностью 115 л.с., весом 188 кг и дополнительного <данные изъяты> мощностью 6 л.с., весом 24,5 кг, установка основного двигателя по центру кормы, дополнительного двигателя в левой части кормы ближе к левому борту? Как повлияли установка двух двигателей, выбор мест установки двигателей и их массы на изменение:
- района плавания/категория класс Конструктивной категории.
- максимальной высоты волны;
- максимального расстояния до места убежища или берега?
2) Какова стоимость причиненного ущерба судну <данные изъяты> (<данные изъяты>) и установленному на нем оборудованию в результате затопления на дату затопления 07.09.2023 и на дату проведения оценки?
3) Какое из установленного на судне <данные изъяты> (<данные изъяты>) оборудования является поврежденным и подлежит ремонту и восстановлению или приобретению как не подлежащее восстановлению?
4) Является ли установленное на судне <данные изъяты> (<данные изъяты>) оборудование водонепроницаемым в силу его специфики и характеристик, установленных производителем? В случае установления водонепроницаемости оборудования установить причины попадания воды внутрь корпусов оборудования.
5) В случае невозможности или экономической нецелесообразности восстановления судна <данные изъяты> (<данные изъяты>), определить рыночную стоимость судна и установленного на нем оборудования и стоимость годных остатков судна и оборудования на дату затопления 07.09.2023 и на дату проведения оценки.
21.02.2025 в суд поступило заключение экспертов АНО ИЦ «Независимая экспертиза» № от ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с заключением установка одного подвесного мотора мощностью 115 л.с. и запасного мощностью 6,4 л.с. с левого борта никак не повлияли на отстойчивость и район плавания, высоту волны, максимальное расстояние от места убежища катера Лакедра (ответ на вопрос 1).
Стоимость причиненного ущерба судну <данные изъяты> и установленному на нем оборудованию составила (ответ на вопрос №):
- по варианту №, где все поврежденное оборудование под замену: на дату затопления 07.09.2023 в сумме 3 360 613 руб.; на дату оценки 04.02.2025 – 4 118 676 руб.
- по варианту №, где моторы могут быть отремонтированы: на дату затопления 07.09.2023 в сумме 3 180 079 руб., на дату проведения оценки 04.02.2025 – 3 607 577 руб.
При ответе на вопрос № эксперт счел возможным:
- отремонтировать следующее оборудование: оба мотора катера, помпу гидравлическую, комплект интерцепторов, якорную лебедку и пульт дистанционного управления прожектором;
- определив под замену следующее оборудование: воздушный отопитель, рацию стационарную, рацию ручную, радар и стойку радара, картплоттер реймарин аксиом, автопилот, магнитолу, телевизор, музыкальные колонки Fusion и колонки Ground Zero.
Относительно оборудования: помпа гидравлическая, комплект интерцепторов, якорная лебедка, оба мотора, указал, что на Сахалине нет авторизованных мастерских, которые могут указанный ремонт произвести.
По водонепроницаемому оборудованию (ответ на вопрос №) показал, что в случае помпы гидравлической вода попала на электрические контакты, клеммы, есть вероятность короткого замыкания; комплект интерцепторов – от затопления пострадал компьютер, кабели, клеммы и система пришла в негодность. Перечень водонепроницаемого и водопроницаемого оборудования приведен в сравнительной таблице
При ответе на вопрос № эксперт пришел к выводу, что судно экономически нецелесообразно восстанавливать, т.к. стоимость замены поврежденного оборудования существенно превышает стоимость покупки аналогичного судна на вторичном рынке.
Рыночная стоимость судна и установленного на нем оборудования на дату оценки 04.02.2025 составила 2 612 000 руб., на дату затопления 07.09.2023 составила 2 302 000 руб.; стоимость годных остатков на дату оценки составила 723 000 руб., на дату затопления – 637 000 руб.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 8 декабря 2017 г. N 39-П, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 г. N 13-П и от 7 апреля 2015 г. N 7-П, определения от 4 октября 2012 г. N 1833-О, от 15 января 2016 г. N 4-О, от 19 июля 2016 г. N 1580-О и др.). Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
По смыслу приведенных положений гражданского законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
В соответствии с ч. 1, 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
Разрешая спор, с учетом приведенных норм действующего законодательства, установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом требований и необходимости возложения на ответчика обязанности по возмещению истцу имущественного вреда, причиненного затоплением судна в силу следующего.
Из материалов дела следует, что судно <данные изъяты>, судовой билет №, затонуло у причальной стенки о. Монерон около 7 часов утра 07.09.2023 в период действия договора аренды маломерного судна без экипажа, заключенного между арендодателем ФИО1 и арендатором ФИО3
В соответствии со ст. 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.
В силу ст. 643 ГК РФ договор аренды транспортного средства без экипажа должен быть заключен в письменной форме независимо от его срока. К такому договору не применяются правила о регистрации договоров аренды, предусмотренные пунктом 2 статьи 609 настоящего Кодекса, т.е. он не подлежит обязательной государственной регистрации.
Как следует из положений статей 644-646 ГК РФ арендатор в течение всего срока договора аренды транспортного средства без экипажа обязан поддерживать надлежащее состояние арендованного транспортного средства, включая осуществление текущего и капитального ремонта. Арендатор своими силами осуществляет управление арендованным транспортным средством и его эксплуатацию, как коммерческую, так и техническую. Если иное не предусмотрено договором аренды транспортного средства без экипажа, арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства, его страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией.
В соответствии с п. 1.3 договора аренды, заключенного между сторонами, судно передается в целях его использования для морской рыбалки.
Согласно п. 4 договора аренды, арендодатель обязан осуществлять эксплуатацию судна в соответствии с его назначением и классом, а также целями, предусмотренными договором аренды; самостоятельно и за свой счет осуществить укомплектование судна экипажем; по истечении срока действия договора возвратить судно в том состоянии, в котором оно было получено, с учетом нормального износа; предпринимать все действия, направленные на сохранность и целостность вверенного судна.
Из п. 6.3 договора следует, что арендатор несет полную ответственность, в том числе материальную, перед арендодателем за гибель или повреждение судна, установленное на нем оборудование, а также за вред, причиненный третьим лицам, в соответствии с законодательством РФ и на основании средней рыночной стоимости поврежденного имущества, включая транспортные расходы. Стоимость укомплектованного судна оценена сторонами в размере 10 000 000 руб.
Оспаривая свою вину и степень своей вины в рассматриваемом споре ответчик ссылается на те обстоятельства, что истец достоверно знала о намерении ответчика осуществить переход на о. Монерон вне разрешенного класса и района плавания судна; что судно не прошло внеочередное освидетельствование после установки на него дополнительного мотора, что могло повлиять на отстойчивость судна и привести к его затоплению; что ответчик не был уведомлен о разрешенном классе и районе плавания судна; что имелось ненадлежащее состояние носового рыма (ржавчина крепления), что привело к его отрыву и затоплению судна.
Из материалов дела следует, что спорное судно первично было освидетельствовано 17.05.2023 в Российском морском регистре судоходства, о чем был выдан соответствующий акт (том 1 л.д. 217-221).
Из акта следует, что на судне установлен один главный мотор мощностью 66,2 кВт, без установки вспомогательных моторов.
По результатам первичного освидетельствования был выдан судовой билет № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 222, 231) с разрешенным районом плавания и категорией (классом) IV-4: плавание в прибрежных морских районах при максимальной высоте волны 1%-ной обеспеченности 0,6 м. с максимальным расстоянием до места убежища или берега – 2,7 мили (5 км).
Согласно акту внеочередного освидетельствования судна (том 1 л.д. 229-230) и выданному по его результатам судовому билету № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 232) судну был присвоен разрешенный район плавания и категория (класс) IV-1: плавание в прибрежных морских районах при максимальной высоте волны 1%-ной обеспеченности 1,8 м. с максимальным расстоянием до места убежища или берега – 12 миль (22 км). При этом на судне также установлен один главный мотор мощностью 66,2 кВт.
Из представленных фотографий судна после его затопления, а также осмотра спорного судна экспертами после его затопления и представленного акта приема-передачи судна от арендатора к арендодателю следует, что на судне установлены два мотора мощностью 115 л.с. и 6 л.с. соответственно, что сторонами по делу не оспаривалось.
Установка на судне дополнительного (вспомогательного) мотора подтверждает то обстоятельство, что маломерное судно на дату выхода из пункта отстоя 06.09.2023 не прошло внеочередного освидетельствования при наличии модификации – установки дополнительного мотора. Доказательств прохождения внеочередного освидетельствования материалы дела не содержат и истцом суду не представлено.
Вместе с тем, доводы стороны ответчика о том, что установка на судне дополнительного мотора без прохождения судном внеочередного освидетельствования привело к его затоплению, поскольку повлияло на отстойчивость судна, судом отклоняются, поскольку как следует из заключения судебной экспертизы в ответе на вопрос № установка одного подвесного мотора мощностью 115 л.с. и запасного мощностью 6,4 л.с. с левого борта никак не повлияли на отстойчивость и район плавания, высоту волны, максимальное расстояние от места убежища катера Лакедра.
Оценивая доводы ответчика о том, что он не знал о разрешенном районе плавания судна, опровергаются материалами дела, в частности, акт приема-передачи судна в п.п. 19 содержит сведения о разрешенном районе плавания судна: класс 4 район 2, что соответствует морскому району или внутреннему водному бассейну с высотой волны однопроцентной обеспеченностью до 2,0 метров с расстоянием от места убежища (берега) не далее 20 миль (32,19 км). В соответствии с актом приема-передачи судна ответчику также была передана документация на судно, в том числе судовой билет, соответственно он не мог не знать о разрешенном районе плавания.
В соответствии с публичными картами района о. Монерон, кратчайшее расстояние от о. Сахалин до о. Монерон по морю составляет не менее 43 км, от порта г. Невельск до о. Монерон – 66 км.
Доказательств того, что ответчик уведомлял истца о намерении осуществить переход на о. Монерон, в материалах дела не имеется и суду не представлено.
Вопреки доводам ответчика о том, что аренда судна им производилась именно для целей морского перехода на о. Монерон, пункт 1.3 договора аренды судна предусматривает разрешенное использование судна для морской рыбалки.
При этом, суд полагает необходимым обратить внимание на то обстоятельство, что судно затонуло непосредственно у причала о. Монерон, а не при переходе на о. Монерон от пункта отстоя. Таким образом, само по себе нарушение разрешенного района плавания судна, по мнению суда, не состоит в причинной связи с затоплением катера. Из пояснений ответчика, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что в период перехода из порта г. Невельск до о. Монерон происшествий на судне не было, все работало в штатном режиме, погодные условия были удовлетворительными.
Также по ходатайству стороны ответчика судом были истребованы материалы из Пограничной службы ФСБ России по Сахалинской области (том 1 л.д. 234-240), в соответствии с которыми истцом ФИО1 в пограничную службу дано уведомление от 10.08.2023 о намерении неоднократного пересечения государственной границы РФ на море, согласно которому планируется пересечение судном Лакедра в период с 20.09.2023 по 15.11.2023 государственной границы по маршруту перехода порт Невельск – о. Монерон для морских прогулок и любительского рыболовства.
20.08.2023 ответчиком ФИО3 в пограничную службу дана судовая роль, согласно которой дата выхода из порта Невельск 20.08.2023, дата прибытия в порт Невельск 20.08.2023.
В соответствии с телефонограммой сотрудника ПУ ФСБ России по Сахалинской области ФИО от 25.04.2025 на каждый выход судна должна предоставляться судовая роль со списком пассажиров и планом перехода судна. Уведомление действительно на весь срок, указанный в нем. Представленная судовая роль от 20.08.2023 и план перехода судна на о. Монерон на момент дачи ответа от 18.07.2024 являлись единственными документами по указанному судну за запрошенный период.
При таких обстоятельствах, с учетом отсутствия в ПУ ФСБ России по Сахалинской области судовой роли на 06.09.2023 с планом перехода судна на о. Монерон, суд полагает, что доводы ответчика о том, что истец достоверно знала о запланированном переходе судна 06.09.2023 именно на о. Монерон, не подтверждаются.
Доводы ответчика о ненадлежащем состоянии носового швартова (носового рыма) в связи с его проржавевшим состоянием судом отклоняются как необоснованные, поскольку надлежащих доказательств приведенному доводу стороной ответчика не представлено, в соответствии с п. 5 акта приема-передачи судно передается в исправном состоянии и без повреждений, комплектность судна проверена. Ответчиком указанный акт приема-передачи подписан без замечаний. Соответствующего вопроса о причине порыва носового рыма в рамках судебной экспертизы стороной ответчика не ставилось, вместе с тем именно на ответчике лежит обязанность доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности.
Оценивая доводы истца в части нарушения ответчиком правил швартовки судна, суд находит указанные доводы несостоятельными, поскольку Общие правила плавания и стоянки судов в морских портах Российской Федерации и на подходах к ним, утв. Приказом Минтранса России от 26.10.2017 N 463, Международные правила предупреждения столкновений судов в море, утв. Конвенцией от 20.10.1972, требований к обязательной швартовке судна у причала кормой к берегу не содержат. Соответствующих правил швартовки, утвержденных для порта о. Монерон, не имеется.
Вместе с тем, доводы истца в части оставления ответчиком в период неблагоприятных погодный условий судна, что привело к его затоплению, заслуживают внимания.
Так, в соответствии с ч. 2 ст. 30 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации от 07.03.2001 N 24-ФЗ на капитана судна возлагается управление судном, в том числе судовождение, принятие мер по обеспечению безопасности плавания судна, поддержанию порядка на судне, защите водной среды, предотвращению причинения вреда судну, находящимся на судне людям и грузу.
В соответствии с ч. 7 названной статьи в случае, если, по мнению капитана судна, судну грозит неминуемая гибель, капитан судна после принятия всех мер по спасанию пассажиров разрешает членам экипажа судна оставить судно. Капитан судна оставляет судно последним после принятия всех зависящих от него мер по спасанию судового журнала, машинного журнала, карт маршрута следования судна, судовой печати, документов и ценностей.
Согласно ч. 1, 6 ст. 64 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации арендатор обязан осуществлять эксплуатацию судна в соответствии с его назначением и классом, а также целями, предусмотренными договором аренды. Арендатор вправе требовать от арендодателя передачи всех документов, предусмотренных законодательством в области внутреннего водного транспорта Российской Федерации, для эксплуатации арендуемого судна. Арендатор несет ответственность перед арендодателем за гибель или повреждение судна, а также за вред, причиненный третьим лицам, в соответствии с законодательством Российской Федерации.
В соответствии с п. 63 Приказа Минтранса России от 12.11.2021 N 395 "Об утверждении Общих правил плавания и стоянки судов в морских портах Российской Федерации и на подходах к ним" любое технически исправное судно, находящееся в морском порту и не имеющее погодных или технических ограничений, по требованию капитана морского порта должно на время шторма покинуть морской порт.
Суда при стоянке у причального устройства (причала) должны быть ошвартованы способом, позволяющим избежать перемещения судна под воздействием ветра, течения и волнения, влияния приливов и отливов, а также вследствие изменения осадки при грузовых операциях (п. 74 Общих правил).
На судне, стоящем у причала, должен быть выставлен вахтенный у трапа (п. 80 Общих правил).
Из объяснений ФИО3 следует, что в период неблагоприятных погодных условий (при наличии ветра и высокой волны, т.е. шторма) до 2 часов ночи 07.09.2023 совместно с сотрудниками о. Монерон проводил действия по закреплению катера, чтобы он бортом не бился о причал. До 7 утра самостоятельно контролировал ситуацию. В 7.10 покинул причал. Судно затонуло ориентировочно в 7.30 07.09.2023 в его отсутствие.
При этом при даче пояснений в ходе судебного разбирательства ФИО3 указал, что покинул причал после того, как убедился, что судно стоит на воде, надежно пришвартовано к причалу, вода на палубе отсутствует, т.е. не имеет предпосылок к затоплению. Иное ответственное на период своего отсутствия лицо не поставил, поскольку не хотел отрывать иных лиц от отдыха и занятий.
Вместе с тем, оставление ФИО3 судна в период неблагоприятных погодных условий, отсутствие привлечения к наблюдению за состоянием судна иного ответственного лица в период временного отсутствия капитана, по мнению суда, не позволило вовремя заметить предпосылки возможного затопления судна и принять комплекс мер, препятствующих затоплению.
Кроме того, суд полагает необходимым обратить внимание на то обстоятельство, что погодные условия являются одним из основополагающих условий безопасной эксплуатации судов, являются прогнозируемыми. ФИО3 как капитан судна мог и должен был предвидеть наступление неблагоприятных погодных условий, обратившись к соответствующим погодным сводкам, обеспечить получение информации об изменениях погодных условий в режиме реального времени, чего не сделал.
При таких обстоятельствах, полагать об отсутствии вины ответчика в затоплении судна, о наличии грубой неосторожности самого истца, что привело к причинению ущерба, и необходимости определения степени вины участников спорных правоотношений 50/50 оснований у суда не имеется.
Оценивая размер причиненного истцу действиями (бездействием) ответчика ущерба, суд полагает необходимым руководствоваться заключением судебной экспертизы в части определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного судна с учетом замены поврежденного оборудования в размере 4 118 676 руб. в силу следующего.
Как установлено экспертом в рамках производства судебной экспертизы, судно находится на плаву (плавучесть восстановлена посредством устранения пробоин и трещин корпуса), герметичность восстановлена, утилизация не требуется.
При расчете стоимости ремонта корпуса и замены/ремонта поврежденного оборудования экспертом произведены расчеты с условием доставки необходимого оборудования и материалов в г. Южно-Сахалинск, тогда как при расчете рыночной стоимости экспертом корректировка на стоимость доставки не учтена, что, по мнению суда привело к необоснованному снижению рыночной стоимости катера в доаварийном состоянии. Кроме того, при определении рыночной стоимости катера экспертом при подборе соответствующих аналогов на вторичном рынке не принято во внимание установленное дополнительное оборудование на катере, что также привело к необоснованному снижению рыночной стоимости объекта.
На странице 58 заключения эксперт указывает о том, что стоимость катера может различаться из-за различий в оборудовании.
Приводя аналоги для определения рыночной стоимости катера, эксперт указывает аналоги (стр. 111-113), при этом сравнения установленного на катерах оборудования не имеется вовсе. Однако, на основе данных предложение эксперт делает вывод о том, что цены на аналогичные катера 2007 г.в. примерно равные и различия в используемом оборудовании не оказывают сильной разницы на стоимость катера.
Указанные выводы эксперта судом признаются ошибочными.
Из представленного истцом заказа-наряда № от ДД.ММ.ГГГГ и товарных накладных к нему (том 2 л.д. 54-68) следует, что в 2022 году большая часть оборудования была впервые установлена на катер, часть имеющегося оборудования была заменена на новое (например, был установлен воздушный отопитель, эхолот, произведена замена насоса усилителя руля, произведен ремонт проводки).
Соответственно, экспертное заключение в части определения рыночной стоимости катера в доаварийном состоянии (ответ на вопрос №) признается судом недостоверным.
Оценивая стоимость годных остатков судна, экспертом проанализированы предложения по продаже катеров, которые не на ходу. Аналогичных объекту исследования катеров не на ходу в продаже не найдено. При расчете использована средняя рыночная стоимость катера с поправкой на его износ, установленный по таблицам справочника оценщика машин и оборудования за 2023 год.
С учетом того, что представленное заключение в части ответа на вопрос о средней рыночной стоимости катера признано судом недостоверным, с учетом использования экспертом установленной средней рыночной стоимости катера для расчета годных остатков, суд не может признать достоверной определенную экспертом стоимость годных остатков.
Оценивая стоимость ущерба по моторам, эксперт указал на возможность их ремонта, при этом с достаточной степенью достоверности стоимость указанного ремонта не определена, поскольку, как следует из полученного экспертом ответа от компании «Форс Марин» (контакт ФИО6) сумма ремонта может быть уменьшена после полной диагностики и разборки моторов, а может стать совершенно неподъемной, если очаги поражения от соленой воды окажутся глубокими.
Ответ о возможности ремонта был получен только от одной мастерской, что не позволяет сравнить обоснованность представленного коммерческого предложения.
Соответствующих мастерских, которые могли бы провести ремонт оборудования, определенного экспертом под ремонт, на Сахалине не имеется.
Из пояснений истца, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что при выяснении возможности ремонта моторов ФИО1 столкнулась с той же проблемой, поскольку не смогла найти авторизованные мастерские, готовые такой ремонт произвести, в том числе на материке.
При таких обстоятельствах, оснований принимать расчет стоимости восстановительного ремонта судна и оборудования с учетом ремонта моторов у суда не имеется.
Оценивая доводы стороны ответчика о том, что стоимость восстановительного ремонта должны определяться на дату затопления, суд признает их ошибочными.
Так, исходя из предписаний статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации в целях обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты как одного из основных начал гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1) закрепляет в статье 15 в качестве общего принципа правило о возмещении убытков, причиненных лицу, право которого нарушено, в полном объеме (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П).
Убытки могут возникать как в виде чисто денежных потерь (например, напрасно понесенные расходы или неполученные денежные доходы), так и иметь натуральное содержание (например, уничтожение или порча принадлежащей собственнику вещи), но возмещаются убытки всегда в деньгах. Цель такого денежного возмещения состоит в том, чтобы, насколько это возможно, за счет присуждения денежной компенсации восстановить имущественное положение пострадавшего лица и перенести его в такое материальное положение, в котором он находился бы, если бы соответствующее нарушение или иное основание для возмещения убытков не возникало.
При этом размер ущерба определяется по правилам главы 59 и ст. 15 ГК РФ, то есть возмещению подлежат расходы, которые потерпевший произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые он получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 13. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
С учетом приведенных разъяснений, истец при возмещении убытков в настоящем деле должна быть поставлена в то положение, в котором она находилась бы, если бы затопления катера не произошло. При этом в рассматриваемом споре обязанность доказать, что восстановление нарушенного права истца возможно иным, менее затратным способом, возлагается на ответчика, оспаривающего размер причиненных истцу убытков.
Соответствующего ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы в части определения рыночной стоимости катера и его годных остатков суду не заявлено.
При таких обстоятельствах, определение суммы подлежащего возмещению ущерба на дату затопления катера не поставит истца в то положение, в котором она существовала до нарушения ее прав, поскольку не позволит восстановить поврежденный катер по тем ценам, которые имеются на материалы и оборудование в настоящее время.
С учетом изложенного, суд полагает возможным принять экспертное заключение в части ответа на вопрос о стоимости восстановительного ремонта поврежденного имущества истца на дату проведения оценки, т.е. на 04.02.2025, а не на дату происшествия – 07.09.2023.
Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию убытки, причиненные повреждением маломерного судна в результате его затопления, в сумме 4 188 676 руб.
В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Истцом при подаче в суд настоящего искового заявления понесены расходы на оплату государственной пошлины в размере 58 200 руб.
С учетом уточнения истцом в ходе рассмотрения дела заявленных требований в сторону из уменьшения, принимая во внимание, что уточненные требования удовлетворены в полном объеме, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины пропорционально заявленным (уточненным) требованиям в порядке ст. 333.19 НК РФ (в редакции, действующей на дату подачи иска) в сумме 28 793 руб. 38 коп.
В порядке пп. 1 п. 1 ст. 333.40 НК РФ истцу подлежит возврату излишне уплаченная по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ государственная пошлина в размере 29 406 руб. 62 коп.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании убытков, причиненных повреждением маломерного судна в результате его затопления, - удовлетворить.
Взыскать с ФИО3 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты> убытки, причиненные повреждением маломерного судна в результате его затопления, в размере 4 118 676 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 28793 руб. 38 коп.
Возвратить ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) в порядке пп. 1 п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации излишне уплаченную по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ государственную пошлину в размере 29 406 (двадцать девять тысяч четыреста шесть) руб. 62 коп.
Решение суда может быть обжаловано в Сахалинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.
Председательствующий А.А. Волкова