УИД 86RS0014-01-2023-000098-32

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 марта 2023 г. г. Урай

Урайский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего судьи Бегининой О.А.,

при секретаре Гайнетдиновой А.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-218/2023 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования и содержания под стражей,

установил:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском. В обоснование требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ приговором Урайского городского суда он был признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет 6 мес. за каждое преступление, по ч. 2 ст. 228 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 4 года, и по ч. 1 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ. Окончательно назначено наказание в виде 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Этим же приговором он был оправдан по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Судебной коллегией по уголовным делам суда ХМАО-Югры от ДД.ММ.ГГГГ приговор был отменен, уголовное дело направлено на новое разбирательство. ДД.ММ.ГГГГ приговором Урайского городского суда ФИО1 был оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в связи с непричастностью к совершению данных преступлений, по ч. 1 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - за отсутствием события преступления. Приговором признано право на реабилитацию. Указанным приговором истец был признан виновным по ч. 2 ст. 228 УК РФ с назначением наказания в виде 4 лет 2 месяцев лишения свободы. Возбуждение уголовных дел, предъявление обвинения в совершении 4-х особо тяжких преступлений повлекло для него тяжкие последствия, причинило физические и нравственные страдания, моральный вред, повлекло расходы на оплату услуг адвокатов, для защиты от незаконного предъявленного обвинения. Просил взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 4000000 руб., причиненного в результате незаконного уголовного преследования; судебные расходы в размере 10000 руб. за оплату услуг адвоката по подготовке искового заявления.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО2 на удовлетворении иска настаивали в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о дате и времени извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил, об отложении не просил.

В судебном заседании представитель третьего лица Отдела Министерства внутренних дел России по г. Ураю, Управления Министерства внутренних дел по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югры ФИО3 настаивала на доводах, изложенных в письменных возражениях.

В судебном заседании представитель третьего лица Прокуратуры ХМАО – Югры ФИО4 полагала исковые требования подлежащими удовлетворению, размер компенсации морального вреда, заявленный ко взысканию сочла завышенным.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие ответчика.

Суд, выслушав объяснения сторон, показания свидетеля ФИО5, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Положениями ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации определено, что право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч.1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании ч.2 ст.136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски реабилитированного о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Пунктом 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Как следует из абз.3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии с п.1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст.151 кодекса).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий, что следует из п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 13.10.2013 на основании постановления старшего следователя по ОВД 3 отдела следственной службы Управления ФСКН по ХМАО – Югре возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ № 201322368/33 (л.д. 107-108).

26.12.2013 старшим следователем по ОВД 3 отдела следственной службы Управления ФСКН по ХМАО – Югре в отношении подозреваемого ФИО1 в рамках уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ № 201322368/33 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 112-113).

ДД.ММ.ГГГГ постановлением заместителя начальника Следственной службы – начальником 3 отдела следственной службы Управления ФСКН по ХМАО – Югре уголовное дело № было соединено в одно производство с уголовными делами №, 201302426/33, присвоив уголовному делу № (л.д. 109-111).

ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, была отменена, что подтверждается постановлением от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 114-115).

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления старшего следователя по ОВД 3 отдела следственной службы Управления ФСКН по ХМАО – Югре возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ в отношении ФИО1 (л.д. 122-123).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «б» ч. 3 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228 УК РФ (л.д. 124-126).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был привлечен в качестве обвиняемого по данному уголовному делу, предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «б» ч. 3 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228 УК РФ (л.д. 129-132). Вину в совершении преступлений не признавал, от дачи показаний отказался (л.д. 133-134).

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (л.д. 135-141), срок содержания под стражей ФИО1 в ходе предварительного следствия продлевался.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было перепредъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч.1 ст. 30 – п. «г» ч.4 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228 УК РФ (л.д. 150-153).

Приговором Урайского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении двух преступлений предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса РФ и назначено ему наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет 6 месяцев за каждое из преступлений, в совершении преступления предусмотренного ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса РФ и назначено ему наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года. ФИО1 признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 30 пункта «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса РФ и назначено ему наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет. В отношении подсудимого ФИО1 на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения ФИО1 не изменялась, оставлена в виде содержания под стражей. В срок наказания подсудимого ФИО1 зачтено время содержания его под стражей в период предварительного расследования и судебного разбирательства с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Этим же приговором ФИО1 оправдан в связи с его непричастностью к совершению преступления предусмотренного п. «б» ч.3 ст.228.1 Уголовного кодекса РФ, признано за ним право на реабилитацию и разъяснено ему право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (л.д. 25-36).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от ДД.ММ.ГГГГ приговор Урайского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ отменен, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство, мера пресечения ФИО1 оставлена без изменения (л.д. 37-45).

Приговором Урайского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, оправдан в связи с его непричастностью к совершению данных преступлений. По обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, ФИО1 оправдан за отсутствием события преступления.

За ФИО1 признано право на реабилитацию и разъяснено, что он имеет право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием в порядке, установленном главой 18 УПК РФ.

Этим же приговором, ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, и ему назначено наказание в виде 4 лет 2 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Мера пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу не изменена. В срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей до судебного разбирательства в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зачтено (л.д. 46-62).

В соответствии с п. 55 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное преследование - это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Обвиняемым согласно ч. 1 ст. 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации признается лицо, в отношении которого: 1) вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого; 2) вынесен обвинительный акт; 3) составлено обвинительное постановление.

Исходя из названных процессуальных норм, уголовное незаконное преследование в отношении истца длилось с момента вынесения постановления о привлечении истца в качестве обвиняемого с ДД.ММ.ГГГГ в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, и по преступлению, предусмотренному ч.1 ст. 30 – п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ с ДД.ММ.ГГГГ и до вступления в законную силу приговора суда – ДД.ММ.ГГГГ. В указанный период истец находился под бременем ответственности за преступление, которое он фактически совершил, а также за четыре особо тяжких преступления, которые он не совершал, и за которые предусмотрена уголовная ответственность в виде лишения свободы.

Таким образом, при рассмотрении настоящего гражданского дела судом установлено, что ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении нескольких преступлений, он был осужден за свершение тяжкого преступления, при этом, по четырем преступлениям, относящихся к категории особо тяжких, приговором суда он был оправдан, за ФИО1 признано право на реабилитацию и обращение в суд с требованиями о возмещении имущественного и морального вреда.

В силу ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации одной из целей уголовного судопроизводства является защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения прав и свобод.

Поскольку уголовное преследование в отношении ФИО1 обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч.1 ст. 30 – п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ оказалось несостоятельным, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку в рассматриваемом случае основанием возникновения ответственности государства является факт незаконного уголовного преследования в отношении истца, которое прекращено в связи с отсутствием события преступления и непричастностью истца к их совершению. Указанные обстоятельства сами по себе причиняют гражданину нравственные страдания в виде переживаний по этому поводу, то есть свидетельствуют о причинении истцу морального вреда.

Исходя из разъяснений, данных в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», судам следует учитывать, что нормами ст.1069 и 1070, абз.3,5 ст. 1100 ГК РФ рассматриваемыми в системном единстве со ст.133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

В соответствии со ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при определении размера компенсации морального вреда подлежат оценке конкретные незаконные действия органов дознания, предварительного следствия в соотношении с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий, индивидуальными особенностями его личности, иными обстоятельствами заслуживающими внимания.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных же обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

Довод истца, о том, что у него ухудшилось здоровье в связи с уголовным преследованием именно по эпизодам, по которым ФИО1 был оправдан, не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Суд полагает, что истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств причинения ему нравственных страданий в связи с избранием меры пресечения и содержанием под стражей в период уголовного преследования.

Из материалов дела достоверно следует, что мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была избрана в отношении подозреваемого ФИО1 в рамках уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, и спустя месяц после предъявления обвинения, в том числе и по преступлению, по которому он был в последующем осужден (ч.2 ст. 228 УК РФ) в отношении истца была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей.

Доводы истца о том, что в случае возбуждения уголовного дела и предъявления обвинения только в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 228 УК РФ, в отношении него могла быть избрана иная мера пресечения, не связанная с лишением свободы, являются надуманными и объективно не чем не подтверждены, так, преступление, предусмотренное ч.2 ст. 228 УК РФ в силу ст. 15 УК РФ относится к тяжким, действующее законодательство предусматривает возможность избрания обвиняемым (подозреваемым) меры пресечения в виде содержания под стражей по данной категории преступлений, при этом, начиная с 25.04.2014 ФИО1 изменялась мера пресечения на залог, который последовательно уменьшался, но не был им внесен, в последующем при вынесении приговора указанный срок содержания был зачтен в срок отбывания наказания. Кроме того, как указано в п. 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», содержание лица под стражей, осуществляемо на законных основаниях, само по себе не порождают у него право на компенсацию морального вреда (л.д. 154-169).

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень нравственных страданий истца, причинение которых в случае незаконного уголовного преследования общеизвестно, длительность уголовного преследования, которая составила 1442 дня по преступлениям, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, по преступлению, предусмотренному ч.1 ст. 30 – п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ – 1349 дней, в течение которого истец испытывал бремя наступления уголовной ответственности, объем и тяжесть обвинения - 4 особо тяжких преступления, конкретные обстоятельства по делу, а также с учетом того, что сам по себе факт уголовного преследования, сопряженный с проведением следственных мероприятий по делу и нахождения под бременем ответственности за преступления, которые не совершал, влечет переживания, повышенную психологическую нагрузку, индивидуальные особенности истца, который ранее был судим, отбывал наказание местах лишения свободы, принесение официального извинения от прокурора от имени государства, суд полагает возможным взыскать компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, что отвечает принципам разумности, соразмерности последствиям неправомерного привлечения к уголовной ответственности и полностью компенсирует причиненные истцу нравственные страдания.

Министерство финансов Российской Федерации, в силу ст. 15, 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации выступает от имени казны Российской Федерации, а, следовательно, является надлежащим ответчиком по делу, с которого подлежит взысканию компенсация морального вреда в пользу истца.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Закрепляя правило о возмещении стороне понесенных расходов на оплату услуг представителя, процессуальный закон исходит из разумности таких расходов (ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 21.12.2004 № 454-О, Определении от 16.07.2009 № 717-О-О, от 25.02.2010 № 224-О-О, от 22.03.2012 № 535-О-О, от 23.12.2014 № 2777-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации.

Аналогичной позиции придерживается Верховный Суд Российской Федерации в п. п. 12, 13 обозначенного выше Постановления Пленума от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в частности, разъяснено, что в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в томчисле расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

По смыслу указанных положений и разъяснений закона определение судебных расходов, подлежащих взысканию в разумных пределах, является обязанностью суда, предусмотренной законом, направленной против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требований ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации.

Оценив представленные истцами доказательства, суд пришел к выводу о доказанности факта несения ФИО1 расходов на оплату услуг представителя.

В качестве доказательств оказания ему юридических услуг истцом представлены: соглашение об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, предметом которого является оказание юридических услуг по подготовке искового заявления о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, содержанием под стражей, взыскании судебных расходов. Стоимость юридической помощи составляет 10000 руб. акт приемки выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, квитанция от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 10000 руб. (л.д. 69-71).

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в размере 10000 руб., которые по убеждению суда, соответствует объему фактически оказанных истцу юридических услуг и отвечают требованиям разумности и справедливости, суд учитывает, что ответчиком не представлено доказательств того, что понесенные истцом расходы на представителя при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются в меньшем размере за аналогичные услуги, оснований для снижения суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Иск ФИО1 к Российской Федерации удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200000 (двести тысяч) рублей, судебные расходы в размере 10000 рублей.

Расходы по государственной пошлине подлежат возмещению за счет средств бюджета города Урай.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Урайский городской суд.

Председательствующий судья (подпись) О.А.Бегинина

Решение в окончательной форме принято 10.03.2023.