77RS0015-02-2024-009564-96

Дело 2-6352/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 декабря 2024 года адрес

Люблинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Стратоновой Е.Н., при секретаре фио,

при участии помощника Люблинского межрайонного прокурора адрес фио,

с участием истца,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6352/2024 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,-

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере сумма.

Требования иска истец мотивировала тем, 27.07.2018 года в Восточном следственном отделе Московского межрегионального следственного управления на транспорте на транспорте Следственного комитета Российской Федерации было возбуждено уголовное дело № 11802009602000062 по признакам состава преступления предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ, ч. 2 ст. 213 УК РФ. 13.11.2018 года, ФИО1, 09.09.1994 гр. (далее - Истец), был задержан по Постановлению следователя Московского межрегионального следственного управления на транспорте, в порядке ст. 91 и ст. 92 УПК РФ, по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213 УК РФ; п.п. «г», «д» ч.2 ст. 112 УК РФ; ч. 4 ст. 111 УК РФ и был доставлен в Изолятор временного содержания подозреваемых ЛУ МВД России на адрес. 14.11.2018 года, Постановлением об избрании меры пресечения Мещанского районного суда адрес, Заявителю была вынесена мера пресечения в виде заключения под стражу, которая в дальнейшем продлевалась вплоть до 07.10.2022 года, что подтверждается Постановлениями суда об избрании меры пресечения в виде заключении под стражу и Постановлениями о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей, которые находятся в деле № 1-30/2022 (01-0030/2022 (01- 0211/2021)) Басманного районного суда адрес. Данные Постановления Истец неоднократно обжаловал в суд Апелляционной инстанции, считая уголовное преследование, а ровно и избрание меры пресечения в виде содержания под стражей незаконными. В период с 13.11.2018 г. по 07.10.2023 г. включительно, Истец содержался в ИВС, ФКУ СИЗО № 1 УФСИН России по адрес и в ФКУ СИЗО № 4 УФСИН России по адрес. 10.10.2022 года, Приговором Басманного районного суда, по делу № 1- 30/2022 (01-0030/2022 (01-0211/2021)), Истец был оправдан на основании п. п. 2 и 4 ч. 2. ст. 302 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за непричастностью к совершению преступлений. Мера пресечения избранная Истцу по настоящему уголовному делу в виде заключения под стражу была отменена. На основании Постановления Басманного районного суд адрес, от 18.05.2023 года, Апелляционное представление государственного обвинителя — помощника прокурора Московско-Курской транспортной прокуратуры на оправдательный приговор по уголовному делу в отношении Заявителя - ФИО1, оставлено без рассмотрения. Приговор вступил в законную силу от 21.10.2022 г.

Истец ФИО1 в судебное заседание явился, доводы иска поддерживал, настаивал на удовлетворении.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещался своевременно и надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, ранее представил письменные возражения, просил в удовлетворении иска отказать.

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке, в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав и изучив представленные материалы дела, выслушав истца, заключение прокурора, полагавшего, что требования иска подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с требованиями ст. 1070, ст. 1071 и ст. 1100 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статья 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания данных статей, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 УПК РФ).

Реабилитация предусматривает и компенсацию морального вреда, требование об указанной компенсации рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу с ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Основания компенсации морального вреда регламентированы ст. 1100 ГК РФ, в соответствии с которой компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Системное толкование положений ст. 1070 и 1100 ГК РФ свидетельствует о том, что законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования этого лица. Доказыванию в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации к ним следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что 27.07.2018 года в Восточном следственном отделе Московского межрегионального следственного управления на транспорте на транспорте Следственного комитета Российской Федерации было возбуждено уголовное дело № 11802009602000062 по признакам состава преступления предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ, ч. 2 ст. 213 УК РФ.

13.11.2018 года, ФИО1, паспортные данные, был задержан по Постановлению следователя Московского межрегионального следственного управления на транспорте, в порядке ст. 91 и ст. 92 УПК РФ, по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213 УК РФ; п.п. «г», «д» ч.2 ст. 112 УК РФ; ч. 4 ст. 111 УК РФ и был доставлен в Изолятор временного содержания подозреваемых ЛУ МВД России на адрес.

14.11.2018 года, Постановлением об избрании меры пресечения Мещанского районного суда адрес, ФИО1 была вынесена мера пресечения в виде заключения под стражу, которая в дальнейшем продлевалась до 07.10.2022 года, что подтверждается представленными в адрес суда Постановлениями судьи Басманного районного суда адрес об избрании меры пресечения в виде заключении под стражу и Постановлениями о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей.

В период с 13.11.2018 г. по 07.10.2023 г. включительно, Истец содержался в ИВС, ФКУ СИЗО № 1 УФСИН России по адрес и в ФКУ СИЗО № 4 УФСИН России по адрес.

10.10.2022 года, Приговором Басманного районного суда адрес по уголовному делу № 1- 30/2022 (01-0030/2022 (01-0211/2021)), ФИО1 был оправдан на основании п. п. 2 и 4 ч. 2. ст. 302 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за непричастностью к совершению преступлений. Мера пресечения, избранная ФИО1, в виде заключения под стражу была отменена. (л.д. 16-19)

Постановлением Басманного районного суда адрес, от 18.05.2023 года, Апелляционное представление государственного обвинителя — помощника прокурора Московско-Курской транспортной прокуратуры на оправдательный приговор по уголовному делу в отношении Заявителя - ФИО1, оставлено без рассмотрения. (л.д. 20-21)

Приговор вступил в законную силу от 21.10.2022 г.

Указанные фактические обстоятельства дела установлены в судебном заседании и подтверждаются письменными материалами дела.

Настаивая на удовлетворении иска, истец указывал на то, что незаконным привлечением истца к уголовной ответственности, нечеловеческими, суровыми условиями содержания под стражей и в месте отбывания наказания, приведшими к обострению имеющихся у истца заболеваний и к ухудшению состояния здоровья, причинением вреда его деловой репутации, переживаниями за жизнь его семьи и близких людей, истцу был причинен моральные вред. При этом, право на реабилитацию признано за истцом в постановлении о прекращении в отношении него уголовного дела и уголовного преследования по реабилитирующему основанию.

Как пояснил истец в ходе судебного заседания, назначенного на 06 августа 2024 года, незаконное привлечение ФИО1 к уголовной ответственности повлекло последствия для всех членов его семьи, с матерью перестали общаться соседи и стали оглядываться, младший брат столкнулся с неприятными высказываниями в университете, в настоящее время истец не может быть официально трудоустроен, до предъявления уголовного обвинения и задержания, истец был официально трудоустроен в должности юриста, однако во время следствия, истцу пришлось уволиться по собственному желанию, в период нахождения под стражей, хроническое заболевание истца обострилось, истец неоднократно лежал в больнице и в период нахождения в следственном изоляторе

В ходе судебного заседания, назначенного на 03 октября 2024 года, в качестве свидетелей были допрошены фио, являющийся братом истца, указал, что отношения между ними хорошие, однако в период задержания о семье истца отзывались плохо и неоднозначно, были негативные высказывания, часть родственником отказалась от семьи, произошел раскол внутри семейного круга, также было неоднозначное отношение к нему в школе, в связи с задержанием его брата и помещением его в СИЗО, а также фио, указавшая, что является мамой истца, указала, что на момент его задержания работала в РосАтоме. После задержания сына перестала там работать, попросили уволиться по собственному желанию. В 05.00 утра приехали силовики и забрали его. После обыска отношения с сестрой испортились, постепенно общение со старшей сестрой и братом ухудшились, так как считали ее сына, преступником и его задержание могло повлиять на их карьеру в силовых структурах. Свидетель общается только со средней сестрой, все остальные родственники прекратили общаться с семьей истца. Все соседи знают о задержании ее сына, все это видели, были негативные высказывания. У сына были проблемы со здоровьем, приступы, относительно болезни с желчным пузырем участились, никакой диеты и медицинской помощи в СИЗО не было, которая ему полагалась. После его освобождения ему сразу же была проведена операция.

Оценивая показания свидетелей, суд их принимает, они согласуются с иными доказательствами по делу.

В материалы дела также представлена справка ГУ МВД России по адрес от 06.06.2024 года № 099/277109-Е о наличии сведений в отношении ФИО1 о совершении уголовного преследования в период с 13.11.2018 года. Сведений о прекращении уголовного преследования в настоящее время не имеется.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу, поскольку возбуждение в отношении истца процедуры уголовного преследования по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213 УК РФ; п.п. «г», «д» ч.2 ст. 112 УК РФ; ч. 4 ст. 111 УК РФ, по которым в дальнейшем последний был оправдан, является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Разрешая спор по существу, суд полагает необходимым руководствоваться положениями статей 1069 - 1071 ГК РФ об ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

По смыслу статей 133 - 139, 397, 399 УПК РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения спора о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, на истце не лежит обязанность по доказыванию неправомерности действий должностных лиц, или органов государственной власти, осуществивших уголовное преследование, ему надлежит лишь доказать факт прекращения уголовного преследования по реабилитирующим основаниям.

В рамках настоящего дела указанный факт нашел свое подтверждение, поскольку в материалах дела имеются доказательства, свидетельствующие о том, что в отношении истца было прекращено уголовное преследование.

Безусловно установлено, что у истца возникло право на реабилитацию, а, следовательно, на компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Таким образом, установлено, что имело место незаконное возбуждение уголовного дела в отношении истца, в связи с чем, реабилитируемый, безусловно, испытывал нравственные страдания.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд принимает во внимание факт незаконного уголовного преследования ФИО1, повлекший возникновение у последнего право на реабилитацию и взыскание компенсации морального вреда за счет казны Российской Федерации, учитывает характер и степень причиненных истцу страданий, фактические обстоятельства причинения морального вреда, требования разумности и справедливости, личность истца и его индивидуальные особенности, длительность незаконного уголовного преследования в течение более 5 лет, а также то, что на протяжении периода уголовного преследования истец находился в стрессовом состоянии, испытывал чувство страха и несправедливости, вынужден был доказывать свою непричастность к инкриминируемому ему деянию и невиновность, был изолирован от общества и содержался под стражей, среди уголовного контингента, уголовное преследование сказалось на профессиональной репутации истца.

Кроме того, судом учитывается, что согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Согласно ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

Суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием (ст. 134 УПК РФ).

По мнению суда, размер компенсации морального вреда в размере сумма в полном объеме соответствует критериям разумности и справедливости, обеспечивает баланс интересов сторон, определен судом с учетом изложенных выше требований закона, фактических обстоятельств дела, индивидуальных особенностей личности истца, степени и тяжести, перенесенных истцом нравственных и физических страданий, а также соответствует объему защищаемого права.

При этом, при определении суммы компенсации морального вреда, суд учитывает процессуальные особенности уголовного преследования, продолжавшегося 5 лет, применяемые меры процессуального принуждения (содержание под стражей), что ограничило права ФИО1 и отразилось на его личной, семейной жизни, причинение ущерба деловой репутации истца в результате незаконного уголовного преследования, занимающего руководящие должности.

Согласно правовой позиции Конституционного суда, изложенной в Определении от 16 февраля 2006 года N 19-0, ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не содержит положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, доводы представителя ответчика Министерства финансов РФ, об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, суд полагает несостоятельными, основанными на неверном толковании норм материального права.

Обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

При этом, определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Оснований для взыскания иного размера компенсации морального вреда в пользу истца суд не усматривает.

Доводы, заявленные ответчиком в возражениях, не могут повлиять на размер компенсации морального вреда, взысканного в пользу истца, поскольку истец, как лицо, имеющее право на компенсацию морального вреда, в связи с незаконным уголовным преследованием, безусловно, испытывал нравственные и физические страдания.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспортные данные) денежную компенсацию морального вреда в размере в размере сумма.

В удовлетворении требований в большем объеме отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Люблинский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Н. Стратонова

Решение в окончательной форме принято 31 марта 2025 года

Судья Е.Н. Стратонова