УИД 39RS0020-01-2022-001187-31
Дело № 2-71/2023
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
город Светлогорск 06 февраля 2023 года
Светлогорский городской суд Калининградской области в составе:
председательствующего судьи Аниськова М.В.
при секретаре Крейниной С.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации МО «Янтарный городской округ» о признании права собственности на гараж в порядке приобретательной давности,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с названным гражданским иском. В исковом заявлении указывает, что на основании постановления главы администрации пос. Янтарный от 26 января 1995 года <№> и договора приватизации от 03 апреля 1995 года ей принадлежат 25/400 долей в праве собственности на жилой <Адрес> и соответственно 25/400 долей в праве собственности па земельный участок с кадастровым номером <№> площадью <Данные изъяты> кв.м., который сформирован под жилым домом.В 25 метрах к югу от жилого дома расположено строение гаража, которое былопостроено в 1993 году её мужем <ФИО>1 Территория, занимаемая строением гаража, относилась к придомовой территории жилого <Адрес>, о чём свидетельствует экспликация плана земельного участка в составе технического паспорта на жилой дом составленного по состоянию па 18 декабря 1984 года, а также экспликация плана земельного участка в составе технического паспорта на жилой дом, составленного в 2009 году.За жилым домом <Адрес> был закреплён земельный участок площадью <Данные изъяты> кв.м.Здание гаража было построено <ФИО>1 , предположительно, на основании разрешения, выданного домоуправлением <№> в составе ОМИС - отделения Морской инженерной службы Балтийского флота, то есть организации, которая осуществляла функции по управлению и содержанию имущества многоквартирных домов до передачи многоквартирных домов военного города в муниципальную собственность. Несмотря на исторически сложившееся землепользование и принадлежность гаража по отношению к главной вещи- дому, здание гаража по неизвестным причинам не вошло в земельный участок с кадастровым номером <№> на котором расположен дом. <ФИО>1 уплачивался налог на имущество в отношении гаража, а также земельный налог за земельный участок, границы которого были зафиксированы в техническом паспорте па жилой дом. Эти обстоятельства подтверждают, что право собственности на гараж возникло за <ФИО>1 . В 2002 году <ФИО>1 трагически погиб. Она является его правопреемником. Право собственности на имущество, оставшееся после смерти <ФИО>1 , было признано за ней в порядке наследования по решению Светлогорского городского суда от 22 августа 2011 года. За последние 15 лет она неоднократно обращалась в администрацию МО «Янтарный городской округ» по поводу узаконивания территории, занимаемой гаражом, но орган местного самоуправления направлял ответы, из которых следует, что правовые основания во внесудебном порядке отсутствуют. При этом, поскольку гараж был построен до вступления в силу ГК РФ, то <ФИО>1 приобрел право собственности на этот гараж, несмотря на неполучение разрешительных документов. В соответствии с подготовленным кадастровым инженером техническим планом гараж имеет площадь <Данные изъяты> кв.м. и является капитальным строением, то есть, является объектом недвижимого имущества. На основании ст. 234 ГК РФ просит признать за ней право собственности на гараж площадью 49,9 кв.м., расположенный но адресу: Российская Федерация, <Адрес>.
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям, а также подтвердила доводы, изложенные в письменных пояснениях своего представителя (л.д. 133, 134).
Представитель ответчика - администрации МО «Янтарный городской округ» в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства извещена. Направила в суд письменный отзыв на исковое заявление, в котором указывает, что заявленные требования не основаны на законе. Указывает, что совокупность всех перечисленных в ст.234 ГК РФ условий (добросовестность, открытость и непрерывность владения как своим собственными имуществом в течение 15 лет) является основанием для приобретения права собственности на имущество в силу приобретательной давности. В данном случае, оснований для применения положений ст.234 ГК РФ отсутствуют, поскольку возможность признания права собственности на самовольно возведённую на неправомерно занимаемом земельном участке постройку в порядке приобретательной давности не предусмотрена. Кроме того, сохранение спорного объекта противоречит градостроительным нормам и правилам, так как не соблюден необходимый отступ от улично-дорожной сети. Представленные истцом платежные квитанции не подтверждают добросовестность владения спорным объектом.
Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства и дав им оценку, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.
Судом установлено, что жилой дом <Адрес> относился к объектам жилищно-коммунального хозяйства Балтийского флота и в апреле 2005 года был передан в муниципальную собственность МО «Янтарный городской округ» (л.д. 15-18).
При этом, на основании постановления главы администрации поселка Янтарный от 26 января 1995 года <№>, <Адрес>, общей площадью <ФИО>18 кв.м., была передана в долевую собственность (по 0,25 доли) ФИО2 (истица), <ФИО>1 (её муж) и двоих детей (л.д. 14).
Супруг истицы- <ФИО>1., умер 11 марта 2002 года.
Решением Светлогорского городского суда Калининградской области от 22 августа 2011 года ФИО3 была признана принявшей наследство в виде доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <Адрес>, после смерти мужа <ФИО>1, умершего 11 марта 2002 года. За ФИО1 признано право собственности в порядке наследования по закону на 25/400 доли <Адрес>, состоящей из квартиры <№>, общей площадью <Данные изъяты> кв.м. (л.д. 85-90).
Указанный жилой дом <Адрес> с кадастровым номером <№> фактически является многоквартирным жилым домом, в котором расположены четыре квартиры, что подтверждается выпиской из ЕГРН в отношении жилого дома (л.д. 20-34) и техническим паспортом жилого дома (л.д. 41-57), однако право собственности за собственниками помещений в доме зарегистрировано в долях по отношению ко всей площади дома, а не на помещения.
Как следует из выписки из ЕГРН земельный участок с кадастровым номером <№> с месторасположением относительно ориентира по адресу: <Адрес>, площадью <Данные изъяты> кв.м., разрешенное использование: для обслуживания и эксплуатации многоквартирного жилого дома, поставлен на государственный кадастровый учет 09 июля 2008 года (л.д. 35-40).
Из пояснений истца ФИО1 следует, что в 1993 году её муж <ФИО>1 с согласия домоуправления возвел недалеко от дома гараж, который был необходим для хранения топлива и различного инвентаря. Через некоторое время после постройки была повреждена крыша гаража и муж её отремонтировал. На протяжении последующих лет и фактически до самой смерти муж предпринимал меры по достройке гаража. Их семья владела этим гаражом как своим собственным, пользовалась им, содержала это имущество, платила за него налоги. После смерти мужа она продолжила открыто пользоваться и владеть гаражом, как своим собственным имуществом.
ФИО1 не оспаривает, что спорный гараж расположен за границами земельного участка с кадастровым номером <№>, образованном 09.07.2008 года для эксплуатации многоквартирного жилого дома, но полагает, что гараж расположен в пределах фактического землепользования, закрепленного за домом на момент строительства гаража и отраженном в техническом паспорте здания в соответствии с планом земельного участка (л.д. 43, 53).
В подтверждение того, что указанный гараж является объектом капитального строительства, то есть, является объектом недвижимого имущества, истица ФИО1 ссылается на подготовленный 13 июня 2022 года кадастровым инженером <ФИО>2 технический план здания (л.д. 91-115).
Из содержания данного технического плана следует, что кадастровым инженером объект определен как нежилое здание (гараж), состоящее из одного помещения площадью <Данные изъяты> кв.м., площадь застройки <Данные изъяты> кв.м. Конструктивные элементы здания- каменные, кирпичные наружные стены, металлические балки перекрытия, плоская кровля; конструктивные элементы помещения- бетонные полы, металлические двери (л.д. 110).
При этом, суд обращает внимание, что в данном описании среди конструктивных элементов здания не указан фундамент. Также в здании отсутствует отделка и инженерные системы.
Фактическое состояние спорного объекта отражено на представленных суду фотографиях (л.д. 117, 118), из которых видно, что частично в основании здания уложены бетонные блоки, кладка стен выполнена из различных материалов- кирпича, железобетонных плит, бетонных свай.
Каких-либо доказательств, что данный объект может использоваться по назначению как нежилое здание (гараж) суду не представлено.
Между тем, администрация муниципального образования «Янтарный городской округ» не оспаривает тот факт, что спорное нежилое здание является капитальным строением, которое невозможно переместить без несоразмерного ущерба его назначению и считает данное здание самовольной постройкой.
Спора в части капитальности здания между сторонами нет.
В свою очередь, ФИО1 не оспаривает то, что у её умершего супруга, так же как и у неё в настоящее время отсутствуют какие-либо документы, разрешающие строительство спорного здания: отсутствуют документы о выделении земельного участка под строительство, разрешение на строительство с указанием параметров постройки, отсутствует проект строительства и т.п.
Позиция истца сводится к тому, что гараж был построен на придомовом земельном участке и его строительство было согласовано с домоуправлением КЭЧ, здание является принадлежностью по отношению к главной вещи, было построено до введения в действие первой части Гражданского кодекса Российской Федерации, а потому не может быть признан самовольной постройкой.
Оценив доводы сторон суд приходит к выводу о том, что доводы истца о наличии оснований для признания права собственности на спорное здание в силу приобретательной давности, не нашли своего подтверждения.
В соответствии с абз. 2 ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания права.
В соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).
В силу п. 2 ст. 234 ГК РФ до приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц.
Согласно п. 3 ст. 234 ГК РФ лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.
Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:
давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;
давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;
давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ);
владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).
В соответствии с пунктом 2 ст. 222 ГК РФ лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Использование самовольной постройки не допускается.
Исходя из этого, давностное владение самовольной постройкой не может является добросовестным, поскольку лицо, получая владение, знает об отсутствии основания возникновения у него права собственности.
В то же время, как указано в пункте 4 Обзора судебной практике по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 ноября 2022 года, правообладатель земельного участка, владеющий объектом недвижимого имущества нежилого назначения, построенного до 1 января 1995 г., как своим собственным добросовестно, открыто и непрерывно в течение пятнадцати лет, вправе обратиться за признанием права собственности на такой объект, если он возведен без нарушения строительных и градостроительных требований и не создает угрозы жизни и здоровью граждан.
Понятие "самовольная постройка" в контексте положений статьи 222 ГК РФ распространяется на объекты недвижимости, не являющиеся индивидуальными жилыми домами, с 1 января 1995 г., и указанная норма применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после ее введения в действие (Федеральный закон от 30 ноября 1994 г. N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Статья 109 Гражданского кодекса РСФСР 1964 г. предусматривала снос (безвозмездное изъятие) в качестве самовольных построек только жилых домов (дач), построенных гражданами.
Следовательно, здания, строения и сооружения нежилого назначения, построенные до 1 января 1995 г., в силу закона не могут быть признаны самовольными постройками.
Таким образом, в данном случае истица ФИО1 должна доказать совокупность нескольких обстоятельств:
- то, что она является правообладателем земельного участка, на котором расположен объект недвижимого имущества;
- то, что объект недвижимого имущества построен до 1 января 1995 г.;
- то, что она владеет этим объектом как своим собственным добросовестно, открыто и непрерывно в течение пятнадцати лет;
- то, что объект возведен без нарушения строительных и градостроительных требований и не создает угрозы жизни и здоровью граждан.
Недоказанность хотя бы одного из данных обстоятельств является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании права собственности на самовольно возведенное нежилое здание в силу приобретательной давности.
Суд считает, что истцом ФИО1 не доказан факт того, что спорный гараж расположен на земельном участке, правообладателем которого она является и, что данный гараж построен до 1 января 1995 года.
Недоказанность этих обстоятельств является достаточным для принятия судом решения об отказе в иске ФИО1 Кроме того, истцом не представлены доказательства того, что объект возведен без нарушения строительных и градостроительных требований и не создает угрозы жизни и здоровью граждан.
Доводы ФИО1 о том, что спорный гараж возведен на земельном участке, который находится в её фактическом пользовании не имеют правового значения, поскольку фактическое землепользование, даже если она осуществлялось длительное время не влечет возникновение прав на земельный участок.
Имеющийся в техническом паспорте на многоквартирный жилой дом план земельного участка не является доказательством того, что собственники помещений в доме являются правообладателями земельного участка в указанных границах, тем более, что в соответствии с данным планом спорный объект располагается на земельном участке, который обозначен как огород (л.д. 53).
В соответствии с ч. 1 ст. 36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.
Согласно положений ст. 16 ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации»(в редакции, действовавшей на момент вступления в силу) в существующей застройке поселений земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, является общей долевой собственностью собственников помещений в многоквартирном доме (п. 1). В случае, если земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, не сформирован до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, на основании решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме любое уполномоченное указанным собранием лицо вправе обратиться в органы государственной власти или органы местного самоуправления с заявлением о формировании земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом (п. 3). С момента формирования земельного участка и проведения его государственного кадастрового учета земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, переходит бесплатно в общую долевую собственность собственников помещений в многоквартирном доме (п. 5).
Суд считает, что фактическое использование земельного участка не может рассматриваться как неограниченное, осуществляемое по собственному усмотрению граждан и порождающее обязанность органа местного самоуправления по предоставлению земельного участка для обслуживания многоквартирного жилого дома в самовольно используемых границах. Однако указанными выше нормами земельного и градостроительного законодательства были закреплены критерии определения размеров такого земельного участка - фактическое использование, действовавшие в период застройки градостроительные нормы и правила, а также возможность обслуживания многоквартирного жилого дома.
Никаких доказательств того, что спорное строение входило в состав многоквартирного жилого дома и было необходимо для его содержания, суду не представлено.
Напротив, согласно технического паспорта многоквартирного жилого дома <Адрес> по состоянию на 25 января 1985 года, в нем перечислены служебные строения и дворовые сооружения с указанием их размером, материалов и места расположения на придомовой территории (л.д. 42, 43) и спорный гараж среди них не указан. То есть, жилой дом и помещения в нем эксплуатировались без спорного гаража и необходимость возведения еще одного строения как принадлежность к дому, не доказана.
С учетом требований земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности для эксплуатации многоквартирного жилого <Адрес> был образован земельный участок с кадастровым номером <№> площадью <Данные изъяты> кв.м. и спорный гараж не находится в границах данного земельного участка, что ФИО1 было достоверно известно.
ФИО1 неоднократно обращалась в администрацию МО «Янтарный городской округ» с заявлениями о предоставлении различных земельных участков- как в общедолевую собственность земельного участка по адресу: <Адрес>, так и земельного участка под существующий объект (спорный гараж).
Администрация муниципального образования неоднократно отказывала по различным основаниям в предоставлении ФИО1 испрашиваемых земельных участков, что подтверждается копиями обращений ФИО1, начиная с 2016 года и ответами на них.
В течении всего времени владения ФИО1 спорным гаражом, земельный участок под ним никогда не образовывался и не предоставлялся даже во временное пользование как ФИО1, так и другим лицам.
Ссылки истицы ФИО1 о том, что она оплачивала налог за землю под спорным гаражом являются не обоснованными.
Представленные истцом квитанции об уплате налога за землю и за недвижимое имущество- гараж (л.д. 62-84) явно не имеют отношение к спорному объекту, поскольку в некоторых квитанциях платы за землю указана площадь земельного участка- 4 сотки, в некоторых квитанциях указано «аренда земли», в налоговых уведомлениях адрес гаража указан- <Адрес>
Кроме того, доводы ФИО1 о том, что спорный гараж построен до 1 января 1995 года ни чем не подтверждены и основаны только на её собственных пояснениях.
Само по себе указание в вышеуказанном техническом плане здания от 13 июня 2022 года и в декларации об объекте недвижимости о том, что год завершения строительства объекта- 1993 год, не является доказательством этого обстоятельства, поскольку не основано на каких-либо документах о строительстве здания, а указано лишь со слов владельца.
В техническом паспорте на жилой дом и на плане земельного участка этот гараж впервые обозначен только по состоянию на 28 мая 2004 года в разделе III «Описание зданий и сооружений» как хоз.посройка размером 8.20 х 6.40 площадью <Данные изъяты> кв.м. Причем, в характеристике конструктивных элементов отражено только наличие железобетонного фундамента, а характеристики других конструктивных элементов: стен, перекрытий, крыши, полов- отсутствуют. Однако, в этом же техническом паспорте другие гаражи и сараи имеют полное описание всех конструктивных элементов, что свидетельствует о том, что в отношении спорного гаража описание не было сделано в силу объективных причин.
В техническом плане жилого дома по состоянию на 08 декабря 2009 года хозяйственная постройка обозначена с теми же размерами 8.20 х 6.40 площадью <Данные изъяты> кв.м., но в описании конструктивных элементов помимо железобетонного фундамента добавлено описание стен (каменные, кирпичные), а описание перекрытия, крыши и полов вновь отсутствует, хотя другие сараи и гаражи по-прежнему имеют полное описание конструктивных элементов (л.д. 48, 49).
Таким образом, в период с 2004 года по 2009 год в описание хозяйственной постройки добавилось возведение стен.
Кроме того, указанные в техническом паспорте размеры хозяйственной постройки (ширина, длинна) не соответствуют размерам, указанным в техническом плане здания, подготовленным кадастровым инженером по состоянию на 13 июня 2022 года, в настоящее время здание имеет размеры: по наружному обмеру 6,77 х 8,46, по внутреннему обмеру 6,27 х 7,96 и площадь <Данные изъяты> кв.м. (л.д. 102).
Указанные обстоятельства свидетельствуют о недостоверности доводов ФИО1 о том, что строительство нежилого здания было завершено до 01 января 1995 года, тем более, что сама она в судебном заседании поясняла, что муж продолжал заниматься возведением этой постройки до самой смерти, а каких-либо объективных доказательств, подтверждающих время окончания работ по возведению хозяйственной постройки ранее 2009 года (возведены фундамент и стены в существующих размерах) суду не представлено.
При таких обстоятельствах, даже отсутствие доказательств того, возведен ли объект без нарушения строительных и градостроительных требований и не создает ли угрозы жизни и здоровью граждан не влияет на вывод суда о необоснованности исковых требований ФИО1 о признании за ней права собственности в силу приобретательной давности, поскольку отсутствуют иные, необходимые для этого условия.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Светлогорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение суда изготовлено 17 февраля 2023 года.
Судья М.В. Аниськов