ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Судья Гущина С.Д. УИД 18RS0013-01-2022-000241-79

Апел. производство: №33-2989/2023

1-я инстанция: №2-156/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 августа 2023 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Глуховой И.Л.,

судей Гулящих А.В., Константиновой М.Р.,

при секретаре судебного заседания Галиевой Г.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Завьяловского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО1 к ФИО2 об установлении юридического факта нахождения на иждивении наследодателя, факта принятия наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону, признании права собственности на имущество в порядке наследования.

Заслушав доклад судьи Верховного суда Удмуртской Республики Константиновой М.Р., истца ФИО1 и представителя ответчика ФИО2 – ФИО3 (доверенность №<адрес>1 от ДД.ММ.ГГГГ сроком на пять лет, диплом о высшем юридическом образовании), изучив материалы гражданского дела, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 об установлении факта ее нахождения на иждивении наследодателя СИЕ, факта принадлежности наследодателю правоустанавливающего документа – договора купли-продажи, факта принятия истцом наследства после смерти СИЕ, о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону после смерти СИЕ, выданного ФИО2, признании за истцом в порядке наследования за СИЕ ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Требования истца мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер СИЕ, с которым истец проживала более шестнадцати лет. С 2004 года по 2016 года истец с СИЕ проживали совместно в <адрес> в принадлежащей истцу комнате в общежитии. С июля 2016 года по день смерти они проживали в <адрес> в совместно приобретенной квартире, вели общее хозяйство, находились в фактически брачных отношениях. Квартира приобретена на основании договора купли-продажи в их общую долевую собственность с определением ? доли за каждым. Денежные средства в размере 320 000 рублей по договору купли-продажи внесены за счет собственных средств истца, 1 260 000 рублей – за счет кредитных средств, предоставленных ПАО Сбербанк по договору купли-продажи. Оставшаяся на день смерти СИЕ задолженность по кредитному договору частично погашена страховой компанией, часть выплачивается истцом как созаемщиком. Умерший на день смерти был зарегистрирован по месту жительства первой супруги, фактически проживал с истцом. Истец с 2014 года по настоящее время работает в ООО «Бином-авто» уборщицей, с 2017 года ее заработная плата составляла 3 000 рублей, других доходов у нее не было, СИЕ ежемесячно получал по 50 000 рублей. Таким образом, доходы, получаемые истцом составляли малую часть совместного бюджета, питание, одежда, медицинские услуги, лекарства, развлечения для нее на протяжении многих лет совместного проживания оплачивались за счет несопоставимо большего размера дохода СИЕ Таким образом, материальная помощь СИЕ в период их совместного проживания являлась для истца систематическим, постоянным и основным источником средств к существованию, что свидетельствовало о том, что истец находилась на иждивении умершего. На момент смерти СИЕ принадлежала ? доля в праве общей долевой собственности на спорную квартиру на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Истец фактически вступила в наследство после смерти СИЕ, поскольку проживает в квартире, доля в праве собственности на которую принадлежала умершему. В квартире находятся мебель и вещи, приобретенные совместно истцом и умершим за 16 лет. Наследником после смерти СИЕ является сводная сестра умершего ФИО2, других наследников не имеется, завещание на случай своей смерти СИЕ не оставлял. ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство после смерти СИЕ на все имущество без учета интересов истца.

Истцом в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации были изменены требования, в окончательном виде истец просила установить юридический факт нахождения истца на иждивении наследодателя СИЕ, факт принятия наследства, признать недействительным свидетельства о праве на наследство по закону после смерти СИЕ, выданного ФИО2, признать за истцом в порядке наследования за СИЕ ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 в части требований об установлении факта принадлежности наследодателю правоустанавливающего документа прекращено в связи с отказом истца от данных исковых требований.

В судебном заседании первой инстанции:

- истец ФИО1 исковые требования поддержала с учетом их уточнения, дополнительно пояснив, что до и после смерти СИЕ она работала, но заработная плата была маленькая, СИЕ ее содержал. Она продала свою комнату в общежитии, где они проживали совместно с СИЕ Она работала мало в связи с хроническими заболеваниями, поэтому с СИЕ решили, что работать она будет, но не в ночные смены. Ранее суду пояснила, что начали проживать совместно с 2003-2004 годов. При совместной жизни с СИЕ она получала 8 000 рублей. Он работал сначала на ОАО «ИЭМЗ «Купол», потом в ООО «Союз-ФОРТ». Квартира приобретена с определением равных долей, поскольку первоначальный платеж был осуществлен за счет средств истца от продажи комнаты. СИЕ работал, истец вела домашнее хозяйство. С июня 2022 года истец не работает, пенсию не получает. До увольнения с работы истец ломала руку, находилась два месяца на больничном. В банк при получении ипотеки справка о доходах предоставлялась. Ипотеку с 2017 года по 2020 год выплачивали совместно;

- представитель истца ФИО4, действующая по доверенности, исковые требования поддержала, полагая, что ими доказан факт нахождения истца на иждивении СИЕ и факт их совместного проживания. Были предоставлены медицинское документы, которые свидетельствуют о том, что истец не могла работать. СИЕ работал, его заработная плата была выше среднего, заработная плата истца была низкая. Ни один из платежей по ипотеке истец сама не вносила, все имущественные вопросы решал умерший, СИЕ оплачивал все коммунальные платежи. В ООО «Бином-авто» истец работала неофициально, денежные средства она получала в конверте. Иных мест работы у нее не было. СИЕ получал хорошую заработную плату. Когда он умер, страховая компания выплатила страховку, которая покрыла кредит. СИЕ работал на ЧПУ, работа у него была сдельная. Коммунальные услуги оплачивались с карты, которая была одна на двоих, все номера телефонов были зарегистрированы на него;

- представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующий по доверенности, исковые требования не признал, указав, что истец должна была доказать того, что находилась на иждивении, являлась нетрудоспособной и являлась членом семьи СИЕ, однако, письменными доказательствами данные обстоятельства не подтверждены. Брак между СИЕ и истцом не заключен. Сведений о том, что у истца имеются хронические заболевания не представлено. СИЕ оплачивал коммунальные услуги как собственник ? доли в квартире. В письменных возражениях представитель ответчика указал на то, что российское законодательство относит к иждивенцам исключительно нетрудоспособных лиц и не содержит понятия «гражданский брак». Лицо, которое в состоянии работать, но является безработным на текущий момент, не может относиться к иждивенцам. ФИО1 лишена возможности вступить в наследство по закону после смерти СИЕ Оснований для признания недействительным свидетельства о праве на наследство, выданного ФИО2, не имеется.

Ответчик ФИО5, третьи лица нотариус ФИО6 и представитель Управления Росреестра по Удмуртской Республике в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания были извещены заблаговременно и надлежащим образом.

Суд в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие ответчика и третьих лиц.

Суд вынес решение, которым

постановил:

«исковые требования ФИО1 к ФИО2 об установлении юридического факта нахождения на иждивении наследодателя, факта принятия наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону, признании права собственности на имущество в порядке наследования оставить без удовлетворения».

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым требования удовлетворить. В обоснование данных требований привела доводы, аналогичные содержанию иска и позиции стороны истца в суде первой инстанции. Полагает, что у суда имелись все основания для установления факта нахождения истца на иждивении наследодателя, поскольку надлежащая оценка всех обстоятельства дела в совокупности в соответствии с подпунктом «в» пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №9 от 29 мая 2012 г. «О судебной практике по делам о наследовании» позволяла установить данный факт.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующий по доверенности, представил в суд апелляционной инстанции возражения на апелляционную жалобу истца, в которых с доводами жалобы не согласился, просил в ее удовлетворении отказать, решение суда оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции:

- истец ФИО1 доводы жалобы поддержала, просила решение суда отменить, исковые требования удовлетворить;

- представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующий на основании доверенности и диплома о высшем юридическом образовании, против доводов жалобы возражал, полагал решение суда не подлежащим отмене.

Ответчик ФИО2, третье лицо нотариус ФИО6, представитель третьего лица Управления Росреестра по Удмуртской Республике в суд апелляционной инстанции не явились; дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц, извещенных о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе, посредством размещения информации о дате и месте рассмотрения апелляционной жалобы на сайте Верховного суда Удмуртской Республики (http://vs.udm.sudrf.ru/).

В силу положений статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы гражданского дела в пределах доводов апелляционной жалобы и возражениях на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов гражданского дела и объяснений сторон судом первой инстанции установлены нижеперечисленные обстоятельства.

С 2003 года истец ФИО1 проживала совместно с СИЕ До 2016 года они проживали по адресу: <адрес>, в жилом помещении, принадлежащем на праве собственности ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли-продажи в общую долевую собственность ФИО1 и СИЕ приобретена квартира по адресу: <адрес>, доля каждого определена в размере ?. Квартира приобретена за счет личных средств покупателей в размере 320 000 рублей и за счет кредитных средств, предоставленных ПАО «Сбербанк России» по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ, в размере 1 260 000 рублей (т. 1 л.д. 38, 39, 46-50, 84-88).

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и СИЕ совместно проживали в приобретенной квартире по указанному адресу (т. 1 л.д. 31).

СИЕ с декабря 2009 года работал в ОАО «ИЭМЗ «Купол», заработная плата за 2010 год и четыре месяца 2011 года составляла 283 071,77 и 87 973,72 рубля, соответственно (т. 1 л.д. 27, 28, 29). С ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «Союз-Форт», заработная плата за 11 месяцев 2018 года, 2019 год и 10 месяцев 2020 года составляла 617 632,77 руб., 648 738,10 руб. и 594 809,25 руб., соответственно (т. 1 л.д. 225, 226).

Согласно сведениям, предоставленным ООО «Бином-авто» в справке № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по день предоставления сведений работала в ООО «Бином-авто» в должности «уборщик», заработная плата с сентября 2014 года по декабрь 2017 года составляла 8 000 рублей, в последующем размер заработной платы истца уменьшался, на день смерти СИЕ составлял 3 487,50 рублей, на июнь 2021 года – 3 677,75 рублей. Согласно сведениям, предоставленным ООО «Бином-авто» в виде справок о доходах и суммах налога физического лица, доход ФИО1 имелся лишь в 2018 году и составил 37 854,79 рублей, и январе 2019 года – 3 306,25 рублей, сведения за иные периоды работы истца в указанном виде не представлены (т. 1 л.д. 32, т. 2 л.д. 17-22).

Из справки БУЗ Удмуртской Республики «ГКБ № 9 МЗ Удмуртской Республики» от ДД.ММ.ГГГГ № усматривается, что ФИО1 с 2019 года по 2023 год обращалась за медицинской помощью к терапевту четыре раза в феврале и марте 2019 года, поставлены диагнозы: <данные изъяты> (т. 2 л.д. 12).

Согласно свидетельству о смерти серии II-НИ №, выданному ДД.ММ.ГГГГ, СИЕ умер ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 19).

Материалами наследственного дела №, заведенного ДД.ММ.ГГГГ после смерти СИЕ, подтверждено, что наследником по закону является ФИО2, имущество, на которое выданы свидетельства о праве на наследство по закону, состоит из: прав на денежные средства; ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес> (свидетельство о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрировано в реестре за №; 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 111 оборот – 117).

Постановлением нотариуса об отказе в совершении нотариального действия от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство СИЕ в виду отсутствия информации об удостоверенном от имени наследодателя завещании в пользу ФИО1, непредставления документов, подтверждающих факт родственных (брачных) отношений с СИЕ, позволяющих отнести ее с определенной очереди наследников, непредставления судебного акта о признании ее иждивенцем наследодателя (т.1 л.д. 117).

Отказывая ФИО1 в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истец к категории нетрудоспособных граждан, перечисленных в статье 2 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. №166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", не относится; сведений о том, что после смерти СИЕ истец лишилась средств к существованию и не способна себя содержать, суду не представлено.

Оказание ФИО1 СИЕ при жизни материальной помощи не свидетельствует о нахождении истца на иждивении. Из пояснений самого истца ФИО1 и сведений, предоставленных ее работодателем, следует, что она является трудоспособной, получала заработную плату, как при жизни наследодателя, так и после, что свидетельствует о ее материальной независимости. В отсутствие доказательств каких-либо ограничений к труду, своей нетрудоспособности суд пришел к выводу о наличии у истца возможности обеспечивать себя средствами к существованию.

Принимая во внимание, что ФИО1 не состояла в родственных отношениях с СИЕ, не относится к наследникам по закону, объективных доказательств, подтверждающих факт нахождения ее на иждивении наследодателя, не представлено, районный суд полагал производные требования об установлении факта принятия наследства, о признании за истцом права собственности на ? долю в квартире по адресу: <адрес>, в порядке наследования после смерти СИЕ, и недействительным свидетельства о праве на наследство на ? долю в праве собственности на указанную квартиру, выданное на имя ответчика ФИО2, также подлежащими оставлению без удовлетворения.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, так как они являются правильными, основаны на верном определении обстоятельств, имеющих значение для дела, подтверждены надлежащими доказательствами и соответствуют требованиям действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения.

В силу части 1 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении (пункт 2 части 2 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

Обращаясь с настоящими требованиями в суд, ФИО1 просит установить факт ее нахождения на иждивении у СИЕ на момент его смерти. Установление указанного факта имеет для заявителя юридическое значение, так как с этим фактом связано возникновение права на вступление в права наследования.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 30 сентября 2010 г. №1260-О-О, от 03 октября 2006 г. №407-О указал на то, что факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим, и собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию; по смыслу оспариваемых норм в системе действующего законодательства, понятие "иждивение" предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода.

В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В статье 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что для приобретения наследства наследник должен его принять. Не допускается принятие наследства под условием или оговорками.

Согласно пункту 1 статьи 1148 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане, относящиеся к наследникам по закону, указанным в статьях 1143 - 1145 настоящего Кодекса, нетрудоспособные ко дню открытия наследства, но не входящие в круг наследников той очереди, которая призывается к наследованию, наследуют по закону вместе и наравне с наследниками этой очереди, если не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении, независимо от того, проживали они совместно с наследодателем или нет.

К наследникам по закону относятся граждане, которые не входят в круг наследников, указанных в статьях 1142 - 1145 настоящего Кодекса, но ко дню открытия наследства являлись нетрудоспособными и не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении и проживали совместно с ним. При наличии других наследников по закону они наследуют вместе и наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию (пункт 2 статьи 1148 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом истец ФИО1 не входит в круг наследников, указанных в статьях 1142-1145 настоящего Кодекса, после смерти СИЕ

Согласно правовой позиции, сформулированной в подпункте "в" пункта 31 разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти - вне зависимости от родственных отношений - полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат. При оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного.

В соответствии с положениями статьи 8.2. Федерального закона от 26 ноября 2001 г. N 147-ФЗ, внесенной Федеральным законом от 25 декабря 2018 г. №495-ФЗ "О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" правила о наследовании нетрудоспособными лицами, установленные статьей 1148, пунктом 1 статьи 1149 и пунктом 1 статьи 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются также к женщинам, достигшим пятидесятипятилетнего возраста, и мужчинам, достигшим шестидесятилетнего возраста.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в подпункте "а" пункта 31 постановления от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснил, что при определении наследственных прав в соответствии со статьями 1148 и 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что к нетрудоспособным в указанных случаях относятся, в том числе, граждане, достигшие возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации") вне зависимости от назначения им пенсии по старости.

Таким образом, для установления факта нахождения на иждивении необходимо, чтобы иждивенец был нетрудоспособен ко дню смерти лица, предоставившего содержание, и, если оказываемая помощь не менее года до смерти наследодателя являлась для истца постоянным и основным источником средств к существованию.

При этом согласно подпункту «г» пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" совместное проживание с наследодателем не менее года до его смерти является условием призвания к наследованию лишь нетрудоспособных иждивенцев наследодателя, названных в пункте 2 статьи 1148 ГК РФ (из числа граждан, которые не входят в круг наследников, указанных в статьях 1142 - 1145 ГК РФ).

Как следует из материалов гражданского дела истец на момент смерти наследодателя достигла возраста 52 лет, то есть являлась трудоспособной, что подтверждается также трудовой книжкой (л.д.18-19); сведения о наличии у истца ряда заболеваний не свидетельствуют о ее нетрудоспособности, так как она не была признана инвалидом в установленном законом порядке. Следовательно, истец ФИО1, являясь трудоспособной, имела возможность содержать себя самостоятельно. Из материалов гражданского дела следует, что истец получала заработную плату как при жизни наследодателя, так и после его смерти, что свидетельствует о ее материальной независимости и возможности обеспечивать себя необходимыми средствами существования.

Таким образом, поскольку истец ФИО1 не являлась нетрудоспособным иждивенцем наследодателя СИЕ, она не может быть отнесена к наследникам, имеющим право наследовать в соответствии с пунктом 2 статьи 1148 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что СИЕ при жизни (не менее, чем за год до смерти) предоставлял истцу полное содержание или такую систематическую помощь, которая была бы для нее постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения собственного заработка, ею в суд первой инстанции не представлено.

При установленном факте трудоспособности истца ФИО1, факт получения ею доходов в несколько раз ниже, чем доходы наследодателя СИЕ, факт их совместного проживания и получения истцом от последнего денежного содержания не свидетельствует о том, что она находилась на его иждивении.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В нарушение данных требований процессуального законодательства истец ФИО1 не доказала факта своей нетрудоспособности на момент смерти наследодателя СИЕ и нахождения на его иждивении, хотя обязанность доказывания обстоятельств в обоснование заявленных требований ей судом была разъяснена.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований для отмены решения суда не имеют, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств. Оснований для иной оценки указанных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению. При этом выводы районного суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам, подтвержденным материалами гражданского дела. Всем доказательствам по делу суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований не согласиться с которой не имеется. Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом также допущено не было.

Таким образом, оснований для изменения или отмены решения суда, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по доводам апелляционной жалобы не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Завьяловского районного суда Удмуртской Республики от 20 февраля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение принято 16 августа 2023 года.

Председательствующий: И.Л. Глухова

Судьи: М.Р. Константинова

А.В. Гулящих