УИД № 74RS0042-01-2025-000441-82
Дело № 2-268/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Усть-Катав 16 сентября 2025 года
Усть-Катавский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего Хлёскиной Ю.Р.,
при секретаре Часовой Е.А.,
с участием представителя истца ФИО2,
ответчика ФИО4,
представителя ответчика ФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к ФИО4 об установлении факта трудовых отношений, внесении сведений о трудовой деятельности в трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы и неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,
определил:
ФИО6 обратился в суд с иском к ИП ФИО4, в котором с учетом уточнения просит:
установить факт трудовых отношений между истцом ФИО6 и ответчиком ФИО4 по профессии - руководитель с 12 января 2021 года по 13 марта 2023 года,
обязать ФИО4 внести запись в трудовую книжку истца о приеме на работу на должность управляющего с 12.01.2021 г., об увольнении по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника (ст.80 ТК РФ) 13.03.2023 г.;
взыскать с ФИО4 в пользу истца задолженность по заработной плате за период с 22 апреля 2022 г. по 13 марта 2023 г. в размере 1 643 876 рублей; компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 218 745 рублей 11 копеек и неиспользованный отпуск в размере 140 007 рублей,
взыскать с ФИО4 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей;
обязать ФИО4 предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области сведения о трудовой деятельности истца у ИП ФИО4 с 12 января 2021 года по 13 марта 2023 года с уплатой страховых взносов за истца на обязательное пенсионное страхование и социальное страхование;
обязать ФИО4 произвести все необходимые отчисления в ПФР, ФСС и другие фонды за весь период трудовых отношений.
В обоснование заявленных требований указал, что с 12 января 2021 г. по 13 марта 2023 г. с ведома и по генеральной доверенности <адрес>9 ИП ФИО4 истец фактически выполнял функции руководителя. Работа осуществлялась в административном помещении по адресу: <...>, помещение руководителя. Несмотря на то, что указанная работа выполнялась истцом в течение 2-х лет, трудовой договор с истцом заключен не был. Обещанную заработную плату ответчик истцу не выплатила. По условиям устной договоренности истец оказывал ответчику услуги руководителя, за что ответчик ежемесячно обещала выплачивать оклад в размере 200 000 рублей, с учетом районного коэффициента 30 000 руб. и вычетом налога на доходы физических лиц (НДФЛ) 29 900 рублей. Требование истца о заключении трудового договора ответчик не удовлетворил.
Между тем наличие между истцом и ответчиком трудовых отношений подтверждается следующими обстоятельствами:
18.01.2021 г. ответчиком ФИО4 выдана нотариально заверенная доверенность <адрес>9 в соответствии, с которой истцу ФИО6 ответчик предоставила право пользоваться и распоряжаться всеми принадлежащими расчетными счетами, находящимися в любых банках Российской Федерации, в том числе ПАО «Сбербанк», открывать счета в любых банках Российской Федерации, в том числе ПАО «Сбербанк» от ее имени, в том числе как и от индивидуального предпринимателя, с правом первой подписи, распоряжаться вышеуказанными расчетными счетами в полном объеме полномочий, предусмотренных договором банковского счета, с правом закрытия счетов, для чего предоставляет право совершать от своего имени все незапрещенные законодательством финансовые операции, подписывать необходимые финансовые документы, получать и вносить на счет любые денежные средства, с правом подписи платежных и банковских документе правом получения чековой книжки, производить перечисления, получить или перечислить остаток денежных средств при закрытии расчетного счета, подписывать платежные поручения, получать выписки из банка, уплатить следуемые деньги, получать и предоставлять необходимые справки и документы, подавать от ее имени всякого рода заявления, расписываться за нее и совершать все действия, связанные с данным поручением, заключать подписывать любые договора, связанные с осуществлением ответчиком ФИО4 предпринимательской деятельности, определяя все условия по своему усмотрению.
Осуществляя трудовую функцию, истец подчинялся установленным у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка; взаимоотношения истца с ответчиком имели место и носили деловой характер, что подтверждается подписанными истцом документами, которые истец подписывал на основании доверенности №; истец имел санкционированный ответчиком доступ на территорию ведения деятельности; истец был принят на работу и фактически допущен к работе и выполнял трудовую функцию согласно доверенности, выданной ответчиком, фактически приравненной к договору поручения в должности руководителя.
Указанные выше действия ответчика по отказу от признания сложившихся между истцом и ответчиком отношений трудовыми стали причиной нравственных переживаний истца, в связи, с чем он полагает, что ему также был причинен моральный вред, который подлежит возмещению на основании ст. 237 ТК РФ и сумму которого истец оценивает в 200 000 рублей. Истец имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями (бездействием) (том 1 л.д. 5-8, том 2 л.д. 122-123).
Истец ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом (том 2 л.д. 25), представил заявление с просьбой рассмотреть дело без его участия (том 1 л.д. 236).
Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности от 22 октября 2024 года (том 1 л.д. 45-49), в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал в полном объёме, просил удовлетворить. Пояснил, что ФИО6 выполнял функции управляющего директора, вел данное предприятие, заключал договора от своего имени, в том числе, и трудовые, участвовал в конкурсах, в тендерах, занимался поиском работников, вел всю бухгалтерию, контролировал работу работников.
Ответчик ФИО4, её представитель ФИО5 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились в полном объёме, пояснили, что ФИО4 оформила ИП номинально, всем предприятием руководил ФИО6, просили суд в удовлетворении исковых требований отказать в связи с пропуском истцом срока обращения в суд, установленного ст. 392 ТК РФ.
В письменном возражении на иск сторона ответчика указывает на то, что не согласна с исковыми требованиями, поскольку фактическое руководство, распоряжение имуществом и заключение любых договоров от имени ИП, осуществлял истец ФИО6.
С 1990 ФИО11 являлась директором Усть-Катавского городского молочного завода. В 90-е прошла приватизация завода, и с 2000 г. ФИО11 стала единоличным собственником завода. В 2007-2008 гг. в целях защиты активов от рейдерского захвата через череду последовательных сделок ФИО11 переоформила основные активы (комплекс зданий и сооружений Гормолзавода) на старшего сына ФИО6. В последующем за свои деньги выкупила землю под комплексом зданий и также оформила ее на старшего сына. По устной договоренности планировалось, что в будущем молокозавод будет принадлежать сыновьям в равных долях. В 2010 г. на базе молокозавода ФИО11 зарегистрировала ООО «Пищевик» со 100 % своим участием, привлекла в бизнес старшего сына - ФИО6, а позднее и младшего - ФИО6. В 2013 г. предприятие реорганизовано в форме присоединения, без смены наименования, и ФИО11 разделила долю между сыновьями: ФИО6 (40%) и ФИО6 (60%), который стал генеральным директором. Таким образом, молокозавод представлял собой семейный бизнес, в котором каждый из участников выполнял определенную функцию. ФИО6 отвечал за финансово-хозяйственную деятельность и управлял всеми финансовыми потоками.
ФИО4 вместе с ФИО11 работала на производстве.
По инициативе ФИО6 с целью получения налоговых льгот, начиная с 2016 производство переведено на ИП, которые последовательно сменяли друг друга: 13.01.2016 - 12.08.2019 - ИП ФИО6 <данные изъяты>), 11.01.2019 - 04.02.2021 - ИП ФИО14 (<данные изъяты>), 12.01.2021 - 13.03.2023 - ИП ФИО4 <данные изъяты>), 11.01.2023 - 08.08.2024 - ИП ФИО20 (<данные изъяты>).
Руководство, управление и контроль осуществлялись ФИО6 на основании доверенности. Он фактически владел и до сих пор владеет печатью и документами, касающимися предпринимательской деятельности ИП ФИО4, последняя не принимала участия в оформлении правоотношений между работниками, исполнителями для ИП ФИО4 Оформлять или не оформлять трудовой договор между ИП ФИО4 и ФИО6 решал сам ФИО6.
От имени ИП ФИО4 была оформлена доверенность № от 18.01.2021 на ФИО6 на заключение любых договоров, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности ИП, распоряжением всеми финансами ИП, с правом оформлять и регистрировать заключение и расторжение трудовых договоров. ФИО6 не посвящал ФИО4 в планы и деятельность ее ИП, за исключением производственных вопросов.
Таким образом, ФИО4 не осуществляла самостоятельную деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. ИП было создано в целях и интересах совместного бизнеса, как и все другие ИП.
В дополнении к письменному возражению, сторона ответчика ссылается на то, что в ходе судебного заседания, состоявшегося 14.07.2025, заслушаны свидетели, которые подтвердили выполнение ФИО6 управленческих функций и решение им единолично вопросов приема и увольнения сотрудников, определения их трудовых обязанностей, назначения заработной платы и т.п. При этом ФИО4 работала в цехе и никакого участия в решении этих вопросов не принимала.
В объяснении от 26.07.2024 прокурору г. Усть-Катава ФИО6 говорит о том, как на протяжении долгого времени были распределены обязанности между членами семьи в совместном бизнесе, и утверждает, что по устной договоренности именно он занимался вопросами трудоустройства и увольнения работников.
Помимо этого, в исковом заявлении истец указывает, что выполнял обязанности управляющего - директора. При этом истец требует обязать ответчика произвести отчисления в ПФР, ФСС и другие фонды за весь период трудовых отношений. Однако ведение финансово-хозяйственной деятельности и всей бухгалтерии, выполнение обязанностей управляющего-директора как раз и предполагает соблюдение самим истцом требований законодательства в части отчислений по обязательным платежам и его осведомленность о последствиях несоблюдения таких требований. То есть, то, о чем просит истец, входило в его же обязанности, которые он сам осознанно не исполнял и не мог этого не знать.
ФИО4 с января 2019 года и по сентябрь 2021 года находилась в отпуске по уходу за ребенком. Она не присутствовала на предприятии первый год с момента получения статуса предпринимателя, что еще раз подтверждает факт номинального характера ее статуса в качестве ИП.
ФИО6 не был оформлен ни на одном ИП, которые создавались с 2016 года, хотя имел возможность это сделать. Даже на ИП своей супруги он также не оформлялся. Управление деятельностью молокозавода осуществлялось в рамках поручений, выраженных в доверенностях, единственной функцией которых было формальное обеспечение легитимности его статуса руководителя бизнесом.
Такой выбор взаимодействия с индивидуальными предпринимателями был продиктован, помимо прочего, ограничениями, связанными с депутатской деятельностью ФИО6 Он как депутат в соответствии с п.4 ст. 12.1 Федерального закона от 25.12.2008 N 273-ФЗ «О противодействии коррупции» обязан предоставлять сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера.
В судебных заседаниях по другим делам с участием членов семьи Ф-вых ФИО6 и представитель ФИО2 неоднократно подчеркивали, что именно ФИО6 вел все дела семейного бизнеса, вел добросовестно, были сделаны все налоговые отчисления, уплачены все взносы по работникам, им лично сданы все отчеты при закрытии ИП, никаких задолженностей не осталось.
Таким образом, фактическим работодателем для всего молокозавода, в т.ч. в период деятельности ИП ФИО4, выступал ФИО6 Светлана Владимировна никогда не поручала ему трудовую функцию руководителя. По его же личному утверждению это Светлана Владимировна работала у него. То есть никогда не воспринималась ни им самим, ни кем бы то ни было из других работников в качестве фактического работодателя. Все решения о том, каких работников и куда оформлять (на ИП или на ООО «Пищевик»), на каких условиях (полная ставка или 0,25; размер заработной платы) принимал лично ФИО6, в т.ч. в отношении себя.
При таких обстоятельствах отсутствуют основания для признания существовавших между истцом и ответчиком правоотношений трудовыми. Не ответчик, а истец выступал в качестве работодателя.
Истец ФИО6 злоупотребляет своими правами, обращаясь в суд с иском об установлении факта трудовых отношений, которые он сам намеренно в отношении себя не оформлял, что является основанием для применения ст. 10 ГК РФ и отказа в иске.
Поскольку истец сам занимался регистрацией ИП, переводом бизнеса с одного ИП на другое, совершением всех сделок, заключением всех договоров, решением всех кадровых вопросов, он знал о том, как и где он оформлен с момента совершения (или не совершения) конкретного действия. И даже если принять во внимание дату прекращения деятельности ИП ФИО4 13.03.2023 г., то и с этого момента все сроки на обращение в суд истекли. Таким образом, истцом пропущен срок исковой давности для предъявления исковых требований об установлении факта трудовых отношений и взыскании задолженности по заработной плате. Истец имел возможность обратиться в суд в течение установленного законом срока. О восстановлении срока истец не заявляет, доводов и доказательств уважительности причин пропуска срока отсутствуют (том 1 л.д. 240-241).
В дополнении к письменному возражению, сторона ответчика ссылается на то, что в споре по иску ФИО15 к ФИО4 в отличие от настоящего спора Андрей Сергеевич утверждает, что он только «присутствовал», Светлана Владимировна сама управляла всем процессом и все контролировала. При этом случайно проговаривается и использует выражения «у себя», «подотчетных мне», позиционируя себя как собственник бизнеса и работодатель. В других процессах, в частности, при рассмотрении дела по иску ФИО4 к ФИО6, ФИО15 о взыскании неосновательного обогащения Андрей Сергеевич вместе с представителем ФИО2 многократно повторяют, что все обязательства по ИП ФИО4 выполнены, все налоги и другие отчисления уплачены, и что именно он обеспечивал исполнение всех обязательств.
В материалы дела поступил ответ на запрос суда, с какого IP-адреса сдавалась отчетность по ИП ФИО4 Указанный IP-адрес является адресом ООО «Пищевик».
В ходе судебного разбирательства по настоящему делу ФИО6 утверждал, что не ходил в отпуск, работая в ИП ФИО4, ходил только в ООО «Пищевик». Поступившие ответы на запросы относительно выезда ФИО6 за границу опровергают указанные утверждения. Так, в частности, он выезжал за границу в конце 2022 г. через Казахстан на 2 недели. Помимо прочего это также говорит о том, что ФИО6, будучи фактическим работодателем, сам устанавливал, когда у него будет отпуск, не согласовывал это с ФИО4 и не ставил ее об этом в известность.
Поступившие ответы на запросы относительно имущества и доходов ФИО6 позволяют говорить о том, что он скрывал свой реальный доход и доход своей супруги (том 2 л.д. 110-111).
Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что работала в ООО «Пищевик» до 2023 года, ФИО6 был руководителем ООО «Пищевик», управлял всем предприятием. ФИО4 была оформлена индивидуальным предпринимателем с 2021 по 2023 год, ФИО6 у неё был генеральным директором. Он решал все вопросы одновременно и у ИП ФИО4, и в ООО «Пищевик». Функции у него и там, и там были одни и те же, с утра до вечера он находился на работе.
Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснила, что в период с 2021 по 2023 года работала у ИП ФИО4, сначала секретарем у ФИО6, потом в бухгалтерии. Она видела Андрея Сергеевича каждый рабочий день, в 08:00 он уже был на рабочем месте, до 17:00 часов. У ФИО6 был отдельный кабинет. Он выполнял функции руководителя, общался с покупателями, выходил на торги, проводил собеседования, заключал трудовые договора, решал вопросы на производстве. ФИО3 находилась в цехе.
Свидетель ФИО10 в судебном заседании показала, что первоначально была устроена в ООО «Пищевик, потом стали ИП. Она на всех ИП была трудоустроена. Принимал её на работу Андрей Сергеевич, когда переводили на ИП, переводил также Андрей Сергеевич, к ним приходил секретарь и давал подписывать договора. Всё, что нужно было, согласовывали с Андреем Сергеевичем, по всем вопросам обращались к нему, воспринимала его как руководителя. У него был свой кабинет. С ФИО4 они работали вместе в цехе, она никаких указаний не давала, занимались маркировкой, следили в цехе за порядком, за чистотой, за рабочими. Их должности были равноценные, подчинялись ФИО1.
Свидетель ФИО7 в судебном заседании показала, что в 1981 году пришла на молочный завод, в 1990 году назначена директором и работала в этой должности до 2015 года. В 2015 году предприятие «Усть-Катавский молочный завод» акционировалось, приватизировалось, менялись собственники. С 2003 года работали в качестве предприятия «Пищевик». В 2016 года ФИО6 предложил схему о создании ИП и переводе производства. Затем было создано четыре ИП: первый ФИО21, потом ФИО4, затем ФИО4 и ФИО15. На всех ИП управлял финансовыми потоками и всем остальным Андрей Сергеевич. У ФИО6 было рабочее место в административном задании, кабинет директора, был график с 08:00 до 17:00, суббота и воскресенье выходные. Вопросами трудоустройства занимался только Андрей Сергеевич. ФИО6 получал заработную плату ежемесячно в размере 130 000 рублей. Прибыль от деятельности они делили два раза в год.
Заслушав стороны, оценив показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд считает исковые требования ФИО6 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников.
В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).
Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 ТК РФ).
Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 ТК РФ).
Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" указано, что к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 названного постановления Пленума).
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 названного постановления Пленума).
К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организацией труда 15 июня 2006 г.) (абзац пятый пункта 17 названного постановления Пленума).
При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством (п. 18 постановления Пленума).
К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.
Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15).
При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15).
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.
Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.
Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
В судебном заседании установлено, что ИП ФИО4 осуществляла предпринимательскую деятельность в период с 12 января 2021 года по 13 марта 2023 года, основной вид деятельности: производство молока и молочной продукции (том 1 л.д. 83-89).
Из представленной стороной истца копии трудового договора следует, что между ИП ФИО4 и ФИО6 заключен трудовой договор от 1 января 2022 года, согласно п. 1.1 которого работодатель поручает, а работник принимает на себя выполнение трудовых обязанностей в должности управляющего директора в ИП ФИО4 с окладом согласно штатному расписанию 200 000 рублей, в том числе 15% районный коэффициент (том 1 л.д. 17-20).
П. 2.1 договора предусмотрено, что работник приступает к выполнению своих трудовых обязанностей с 1 января 2022 года.
Данный договор работодателем не подписан.
Из объяснений сторон и материалов дела также следует, что ФИО6 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в период с 13.01.2016 по 12.08.2019 (<данные изъяты>), основной вид деятельности - производство молока и молочной продукции (том 1 л.д. 160-165); ФИО14 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в период с 11.01.2019 по 04.02.2021 <данные изъяты>), основной вид деятельности - производство молока и молочной продукции (том 1 л.д.154-160); ФИО15 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в период с 11.01.2023 по 08.08.2024 ФИО16 <данные изъяты>), основной вид деятельности - производство молока и молочной продукции (том 1 л.д. 147-153).
Как установлено судом, трудовая книжка ФИО6 не содержит каких-либо сведений о работе истца у данных индивидуальных предпринимателей, содержит запись о том, что ФИО6 с 1 февраля 2016 года принят на должность генерального директора ООО «Пищевик» (том 1 л.д. 12-16).
Согласно сведений из индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО6, отчисления в СФР производились в 2021-2023 годах с ООО «Пищевик», отчислений от ИП ФИО4 не производилось (тои 1 л.д. 127-128).
В обоснование своей позиции истцом ФИО6 представлены письменные документы:
копия доверенности <адрес>9, удостоверенная 18 января 2021 года нотариусом нотариального округа Усть-Катавского городского округа ФИО17, в соответствии с которой истцу ФИО6 ИП ФИО4 предоставила, в том числе, право на представление ее интересов во всех компетентных организациях и учреждениях; быть представителем во всех государственных, административных и муниципальных учреждениях и организациях; право пользоваться и распоряжаться всеми принадлежащими расчетными счетами, находящимися в любых банках Российской Федерации, в том числе ПАО «Сбербанк», открывать счета в любых банках Российской Федерации, в том числе ПАО «Сбербанк» от ее имени, в том числе как и от индивидуального предпринимателя, с правом первой подписи, распоряжаться вышеуказанными расчетными счетами в полном объеме полномочий, предусмотренных договором банковского счета, с правом закрытия счетов, для чего предоставляет право совершать от своего имени все незапрещенные законодательством финансовые операции, подписывать необходимые финансовые документы, получать и вносить на счет любые денежные средства, с правом подписи платежных и банковских документе правом получения чековой книжки, производить перечисления, получить или перечислить остаток денежных средств при закрытии расчетного счета, подписывать платежные поручения, получать выписки из банка, уплатить следуемые деньги, получать и предоставлять необходимые справки и документы, подавать от ее имени всякого рода заявления, расписываться за нее и совершать все действия, связанные с данным поручением, заключать подписывать любые договора, связанные с данным поручением (том 1 л.д. 104-112). Доверенность выдана сроком на 10 лет.
копия трудового договора между ИП ФИО4 и работником ФИО12 от 01.01.2022 года, подписанного от имени работодателя ФИО6 по доверенности (том 1 л.д. 21-24);
копия договора о полной индивидуальной материальной ответственности с работником ФИО12 от 01.01.2022 года, подписанного от имени работодателя ФИО6 по доверенности (том 1 л.д. 25);
копия договора на поставку молока и молочных продуктов от 20.09.2022 года, заключенного между ИП ФИО4 и ИП ФИО13, подписанного от имени поставщика ФИО6 по доверенности (том 1 л.д. 26-28);
копия договора на поставку от 03.10.2022 года, заключенного между МАОУ «СОШ № 45» (заказчиком) и ИП ФИО4 (поставщиком), подписанного от имени поставщика ФИО6 по доверенности (том 1 л.д. 29-30) и спецификации к нему;
копия договора на поставку от 01.01.2023 года, заключенного между МБУ «Комплексный центр социального обслуживания населения» (заказчиком) и ИП ФИО4 (поставщиком), подписанного от имени поставщика ФИО6 по доверенности (том 1 л.д. 32-33) и спецификации к нему.
Таким образом, ФИО19 был принят на работу и фактически допущен к работе и выполнял трудовую функцию руководителя, в том числе на основании доверенности, выданной ответчиком ФИО4, что подтверждается подписанными истцом документами.
В ходе проверки сообщения о преступлении по заявлению ФИО11 и ФИО4 о совершении ФИО6 мошеннических действий был опрошен ФИО6, который пояснил следователю, что поскольку у них был совместный семейный бизнес с целью его продолжения, то есть чтобы предприятие по переработке молока продолжало функционировать и приносить прибыль, а также с целью оптимизации налоговой базы получения налоговых преференций и максимальных пенсионных отчислений, ФИО4 было открыто ИП. ФИО4 сама лично открывала ИП через Госуслуги и личный кабинет. ИП ФИО4 открыто 12.01.2021 года, а 18.01.2021 года, поскольку он был кадровым управленцем и ранее вел всю деятельность молокозавода по адресу: <...>, ФИО4 оформила на него нотариальную доверенность на ведение всей без исключения финансово-хозяйственной деятельности. На вопрос следователя: осуществляла ли ФИО4 свою финансово-хозяйственную деятельность как ИП лично?, ФИО6 ответил: нет, всю финансово-хозяйственную деятельность ИП ФИО4 вел только он. На вопрос следователя: кто вел бухгалтерию ИП ФИО4, начислял заработную плату, вел расчеты с поставщиками, производил налоговые, страховые и пенсионные отчисления в период с 2021 года по настоящее время?, ФИО6 ответил: всю бухгалтерию ИП ФИО4 вел через программу «Контур-Экстерн» он лично, либо бухгалтером ФИО15, которая вела кассу (том 1 л.д. 183-188).
Свидетели ФИО8, ФИО9, допрошенные по ходатайству истца, суду пояснили, что ФИО6 в период деятельности ИП ФИО4 выполнял функции руководителя, по всем вопросам обращались к нему, находился на рабочем месте с 8.00 до 17.00 часов.
Свидетели ФИО7, ФИО10, допрошенные по ходатайству ответчика, суду пояснили, что финансовыми и кадровыми вопросами на всех ИП занимался ФИО6, ФИО4 работала в цехе.
Суд принимает показания свидетелей, так как они последовательны, согласуются между собой и не противоречат материалам дела.
Оценив представленные по делу письменные доказательства, объяснения сторон, показания свидетелей, суд приходит к выводу, что между сторонами в период деятельности ИП ФИО4 сложились трудовые отношения.
В ходе рассмотрения дела нашло подтверждение, что допуск истца к выполнению работы осуществила ИП ФИО4 Работа истца в должности руководителя выполнялась исключительно в интересах работодателя ИП ФИО4, выполнялась им лично.
В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО6 в период с 12 января 2021 года по 13 марта 2023 года был допущен до работы в качестве руководителя у ИП ФИО4, при этом в устном порядке были согласованы существенные условия трудового договора.
Ответчиком ФИО4 в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств отсутствия с истцом трудовых отношений или ином характере отношений сторон.
Судом не принимаются доводы стороны ответчика о том, что ФИО4 была номинально оформлена в качестве индивидуального предпринимателя, а всю хозяйственную деятельность вел ФИО6, поскольку из материалов дела следует, что именно на ФИО4 оформлены документы, ФИО6 действовал от имени ФИО4 на основании доверенности.
Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право, в том числе на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.
В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.
В соответствии с частью первой ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
Указанная заработная плата в силу положений части шестой статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации должна выплачиваться не реже чем каждые полмесяца в даты, установленные правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.
Заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо переводится в кредитную организацию, указанную в заявлении работника, на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором (часть третья ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации).
Заработная плата выплачивается непосредственно работнику, за исключением случаев, когда иной способ выплаты предусматривается федеральным законом или трудовым договором (часть пятая ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с ч. 6,8 ст. 136 Трудового кодекса РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором. При совпадении дня выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится накануне этого дня.
Согласно ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.
Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате за период с 22 апреля 2022 г. по 13 марта 2023 г. в размере 1 643 876 рублей (том 1 л.д. 9); компенсации за неиспользованный отпуск в размере 140 007 рублей, компенсации за задержку выплаты заработной платы в размере 218 745 рублей 11 копеек (том 1 л.д. 10).
Из ответа территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Челябинской области (Челябинскстат) от 17 июля 2025 года следует, что Челябинскстат не располагает официальной статистической информацией о средней заработной плате по профессии «руководитель (управляющий директор)».
Статистическая информация о средней начисленной заработной плате работников организаций по профессиональным группам формируется по данным выборочного обследования организаций (без субъектов малого предпринимательства), которое проводится с периодичностью 1 раз в 2 года за октябрь (начиная с 2009 года, по нечетным годам) и разрабатывается на основе Общероссийского классификатора занятий (ОКЗ ОК 010-2014) и Общероссийского классификатора видов экономической деятельности (ОКВЭД)
Средняя начисленная заработная плата работников организаций (всех форм собственности) по Челябинской области по профессиональной группе «Руководители учреждений, организаций и предприятий» составила: октябрь 2021 года - 151 052 руб., октябрь 2023 года - 173 775 руб. (том 1 л.д. 209-210).
Ответчиком в ходе судебного заседания не представлено относимых и допустимых доказательств выплаты истцу заработной платы в полном размере за спорный период.
Ответчиком ФИО4 заявлено ходатайство о применении сроков исковой давности.
Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
Так, в части 1 названной статьи предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
В соответствии с частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2, 3 и 4 настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора даны в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 N 15).
В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 N 15 разъяснено, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).
В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 N 15 обращено внимание судов, что статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации установлены и специальные сроки обращения в суд за разрешением индивидуальных трудовых споров, а именно по спорам об увольнении работник вправе обратиться в суд в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации), по спорам о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, - в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
Из разъяснений пункта 16 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" следует, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.
Установив факт трудовых отношений, наличие задолженности по заработной плате, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок на обращение в суд, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Суд полагает, что определяя начало течения срока исковой давности следует исходить из того, что о нарушении имущественных прав ФИО6 должен был узнать с момента, когда ответчик прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.
Материалами дела подтверждено, что ФИО6 принят на работу к ИП ФИО4 на должность руководителя, 18 января 2021 года на его имя ИП ФИО4 выдана доверенность. ФИО4 прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 13.03.2023 года, таким образом, если истец полагал, что в оспариваемый им период между сторонами возникли трудовые отношения, истец мог обратиться за защитой своих прав в установленный ст. 392 Трудового кодекса трехмесячный срок.
Истец, достоверно зная, что его право на получение заработной платы с марта 2023 года в течение длительного времени нарушается, в отсутствие уважительных причин мер к восстановлению своего нарушенного права не принимал.
Из объяснений представителя истца ФИО2 следует, что причиной обращения истца с требованием об установлении факта трудовых отношений стало предъявление ФИО6 иска к ФИО15 об установлении факта трудовых отношений и взыскании заработной платы и решение суда о частичном удовлетворении исковых требований.
Вместе с тем, с исковыми требованиями об установлении факта трудовых отношений в период с 12.01.2021 года по 13.03.2023 года истец ФИО6 обратился в суд только 9 июня 2025 года, то есть с пропуском установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации трехмесячного срока на обращение в суд с иском.
Доказательств уважительности пропуска столь значительного срока (около двух лет) истец ФИО6 не представил.
Таким образом, с учетом даты прекращения деятельности ответчика 13 марта 2023 года, а также даты подачи настоящего иска 9 июня 2025 года, суд приходит к выводу, что трехмесячный срок обращения в суд с требованием об установлении факта трудовых отношений и годичный срок обращения в суд с требованием о взыскании задолженности по заработной плате истцом пропущен.
Доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин пропуска срока за обращением в суд, не позволивших работнику своевременно обратиться за разрешением индивидуального трудового спора и являющихся достаточными для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, истец суду не представил.
Таким образом, суд считает, что срок на обращение в суд с иском по требованиям об установлении факта трудовых отношений истцом ФИО21 пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Оснований для восстановления такого срока судом не установлено.
Сведений о том, что истец обращался с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры, в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у ФИО6 возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке, не имеется и судом не установлено.
При указанных обстоятельствах, суд полагает заявленные истцом требования об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за не использованный отпуск и за невыплату заработной платы, следует оставить без удовлетворения.
Учитывая, что в удовлетворении исковых требований об установлении факта трудовых отношений отказано, правовые основания для удовлетворения требований об обязании ФИО4 внести сведения о трудовой деятельности истца в трудовую книжку, предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области сведения о трудовой деятельности истца и произвести все необходимые отчисления, производными от исковых требований об установлении факта трудовых отношений, отсутствуют.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абзац второй статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно абзацу 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Например, требование о компенсации морального вреда, причиненного работнику нарушением его трудовых прав, может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав (с соблюдением установленных сроков обращения в суд с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав) либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично (часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
Принимая во внимание изложенное, срок исковой давности в отношении требований о взыскании морального вреда также истек, доводов и доказательств уважительности причин пропуска срока истцом не приведено.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО6 /<данные изъяты>/ к ФИО4 /<данные изъяты>/ об установлении факта трудовых отношений в период с 12.01.2021 года по 13.03.2023 года в должности руководителя, внесении сведений о трудовой деятельности в трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате в размере 1 643 876 рублей, компенсации за задержку выплаты заработной платы в размере 218 745 рублей 11 копеек и неиспользованный отпуск в размере 140 007 рублей, компенсации морального вреда, обязании предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области сведения о трудовой деятельности и произвести отчисления, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Усть-Катавский городской суд Челябинской области.
Председательствующий подпись Ю.Р.Хлёскина Решение не вступило в законную силуа