Дело № 2а-794/2023
10RS0016-01-2023-001627-52
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
07 июня 2023 года г. Сегежа
Сегежский городской суд Республики Карелия в составе:
председательствующего судьи Балашова Д.А.,
при секретаре Мамаевой И.Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело посредством видеоконференцсвязи по иску ФИО1 к ФСИН России, Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №2» о признании действий незаконными, присуждении компенсации в порядке ст. 227.1 КАС РФ,
установил:
Административное исковое заявление предъявлено в суд по тем основаниям, что 05 февраля 2021, 02 июня 2021, 21 июля 2021, 16 октября 2021, 29 октября 2021, 29 декабря 2021, 29 марта 2022, 25 февраля 2022 года, 20 апреля 2022 ФИО1 находился в этапном помещении более 4 часов, где количество спальных мест не соответствовало количеству осужденных, в помещении отсутствовал стол, вытяжка в помещении, вытяжка в санузеле. Осужденные в данном помещении курили, курящие содержались вместе с некурящими, в связи с чем право административного истца было нарушено, также в этапном помещении отсутствовало горячее водоснабжение, не выдавался сухой поек, отсутствовало радио, полы в данном помещении были бетонные вместо деревянных. В связи с этим административный истец просил признать действия ответчика незаконными и взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 300 000 рублей.
В судебном заседании административный истец исковые требования поддержал в полном объеме.
Представитель ФКУ «Следственный изолятор №2» ФИО2, действующий на основании доверенности, в удовлетворении административного иска просил отказать.
Представитель ФСИН России ФИО3, действующая на основании доверенности, в удовлетворении иска просила отказать.
Согласно ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ), которая введена Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ (вступает в силу по истечении 30 дней со дня его официального опубликования 27 декабря 2019 г.), лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.
При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.
Статья 21 Конституции Российской Федерации в соответствующей части предусматривает, что достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.
Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
Статья 9 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), в частности, запрещает унижающее достоинство обращение с участниками уголовного судопроизводства.
Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Заключена в г. Риме 04.11.1950) (с изм. от 13.05.2004) (далее – Конвенция) никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Данная статья в абсолютных выражениях запрещает пытку либо бесчеловечное или унижающее достоинство человека обращение или наказание вне зависимости от обстоятельств и образа действий жертвы (см., например, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Лабита против Италии» (Labita v. Italy), жалоба № 26772/95, § 119, ECHR 2000-IV).
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» даны разъяснения о том, что в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.
Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.
Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.
При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.
Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.
Как указал Верховный суд Российской Федерации в Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2020) объем обязательства по статье 13 Конвенции зависит от характера жалобы потерпевшего. Что касается жалоб на нарушение статьи 3 Конвенции в связи с бесчеловечными или унижающими достоинство условиями содержания под стражей, то возможны два вида компенсации: улучшение этих условий и компенсация за любой ущерб, причиненный в результате таких условий. Таким образом, для лица, содержащегося в таких условиях, средство правовой защиты, способное быстро положить конец продолжающимся нарушениям, имеет наибольшую ценность и действительно необходимо с учетом особой важности, придаваемой праву согласно статье 3. Однако, после того, как оспариваемая ситуация подошла к концу, так как этот человек был освобожден или помещен в условия, отвечающие требованиям статьи 3, он или она должны иметь право на компенсацию за любое уже имевшее место нарушение. Другими словами, в этой области превентивные и компенсаторные средства правовой защиты должны быть взаимодополняющими, чтобы считаться эффективными.
Таким образом, чтобы внутригосударственные средства правовой защиты в отношении условий содержания под стражей были эффективными, орган или суд, рассматривающий дело, должен рассматривать их в соответствии с применимыми принципами, изложенными в прецедентной практике Европейского Суда в соответствии со статьей 3 Конвенции... Поскольку важна не ситуация, а реальное положение вещей, то простого упоминания этой статьи во внутренних решениях недостаточно; дело должно было быть фактически рассмотрено в соответствии со стандартами, вытекающими из прецедентной практики Европейского Суда.
Если национальный орган или суд, рассматривающий дело, обнаружит, по существу или прямо, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в отношении условий, в которых соответствующее лицо содержалось или содержится под стражей, оно должно получить соответствующую помощь.
В контексте превентивных средств правовой защиты такая помощь может, в зависимости от характера основной проблемы, состоять либо из мер, затрагивающих только истца, или (например, в случае перенаселенности камер) более широких мер, которые позволяют разрешать ситуации массового и одновременного нарушения прав заключенных, возникающих в результате не соответствующих требованиям действий в определенном уголовно-исправительном учреждении...
В контексте компенсационных средств правовой защиты денежная компенсация должна быть доступной любому фактическому или бывшему заключенному, которого содержали в бесчеловечных или унижающих достоинство условиях и который подал жалобу по этому поводу. Вывод о том, что условия не соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции, дает основание полагать, что этим самым был нанесен моральный вред потерпевшему. Внутренние правила и практика, регулирующие действие средства правовой защиты, должны отражать существование этой презумпции, а не ставить компенсацию в зависимость от способности заявителя доказать с помощью устных показаний существование морального вреда в форме эмоционального расстройства.
По смыслу ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.
Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях № С (XXIV) от 31.07.1957 и № 2076 (LXII) от 13.05.1977, предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п. 10).
Согласно позиции Европейского Суда по правам человека, высказанной им в ряде постановлений (например, постановление ЕСПЧ от 11 февраля 2010 г. по Делу «Салахутдинов (Salakhutdinov) против Российской Федерации» (жалоба № 43589/02); Решение ЕСПЧ от 16.09.2004 «О приемлемости жалобы № 30138/02 ФИО4 Suleimanovich Nurmagomedov) против Российской Федерации»), меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения; тем не менее государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.
Статьей 13 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что Учреждения, исполняющие наказания, обязаны: 1) обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; 2) создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; 3) обеспечивать привлечение осужденных к труду, условия для получения осужденными общего образования, а также их профессиональное обучение и получение ими профессионального образования; 4) обеспечивать охрану здоровья осужденных; 5) осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы; 6) в пределах своей компетенции оказывать содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; 7) обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
Согласно положениям ч. 1 ст. 10 УИК РФ Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.
При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (ч. 2 ст. 10 УИК РФ).
Права и обязанности лишенных свободы лиц регулируются законодательством и международными обязательствами Российской Федерации.
К таким правам и обязанностям, согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» относятся, в частности, следующие права: на личную безопасность и охрану здоровья, на получение юридической помощи, на обращение в государственные органы и в общественные наблюдательные комиссии, на доступ к правосудию, на получение информации, непосредственно затрагивающей реализацию прав соответствующих лиц, на материально-бытовое обеспечение, включая обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий, питания и прогулок, право на образование и досуг. Любое содержание под стражей, в том числе перемещение в транспортных средствах, должно осуществляться в соответствии с принципами уважения человеческого достоинства и применимыми правовыми требованиями и должно исключать незаконное физическое или психологическое жестокое обращение. Любое нарушение таких требований является нарушением условий содержания под стражей и запрещенное обращение (пункт 3 Постановления № 47).
В данном Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки.
В судебном заседании установлено, административный истец в исковой период содержался в ФКУ «Следственный изолятор №2».
Согласно пункту 24 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказ Минюста России от 04.07.2022 N 110, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются в СИЗО для индивидуального пользования спальным местом.
Аналогичная норма предусмотрена и для осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы (пункт 41 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений).
Согласно пункту 247 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы на период оформления учетных документов подозреваемые и обвиняемые размещаются в сборном отделении СИЗО в камерах временного пребывания на срок не более восьми часов с соблюдением требований изоляции. В камерах временного пребывания, оборудованных спальными местами, подозреваемые и обвиняемые могут размещаться на срок не более восьми часов (без учета ночного времени) с соблюдением требований изоляции.
Нормы питания осужденных определяются Приказом Минюста России от 17.09.2018 N 189 «Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время».
Согласно примечанию 1 приложения 6 Приказа рационом питания обеспечиваются осужденные, подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений, содержащиеся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, при их этапировании, конвоировании, а также на пути следования к месту постоянного проживания при их освобождении сроком свыше 6 часов, когда предоставление горячей пищи по соответствующим нормам питания не представляется возможным.
В силу части 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказать соблюдение требований нормативных актов возлагается на административный орган.
Согласно пункту 28 Правил внутреннего распорядка камера СИЗО оборудуются радиодинамиком для вещания общегосударственной программы
Оборудование камер следственного изолятора мебелью определено Приказ ФСИН России от 04.07.2018 N 570.
В соответствии с пунктом 6.14 СП 17-02 Минюста России, утвержденных приказом Минюста России от 2 июня 2003 г. N 130-ДСП, полы в камере следует предусматривать дощатые беспустотные с креплением к лагам, втопленным в бетонную стяжку.
Указанные требования распространяются на помещения камер Следственного изолятора, где осужденный отбывает наказание. При этом таких требований (наличие радио, деревянные полы, наличие стола) действующим законодательством не предусмотрено, поскольку данное помещение для осужденного является временным, после чего осужденный переводится в камеру. Поэтому отсутствие в камере временного пребывания оборудования, которое предусматривается для помещений, где содержится осужденный в изоляторе не может рассматривать как нарушение прав административного истца.
При этом в помещении камеры временного пребывания установлена система вентиляции, стол, скамейки, что подтверждается материалами дела.
Не имеется и нарушений прав административного истца отсутствием в камере временного пребывания горячего водоснабжения, поскольку данное помещение не относится к категории жилых и предназначено только для временного пребывания на период оформления учетных документов. Наличие горячего водоснабжения предусмотрено только для жилых камер изолятора.
Пунктом 4 ст. 12 Федерального закона от 23.02.2013 № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма, последствий потребления табака или потребления никотинсодержащей продукции» установлено, что для лиц, находящихся в следственных изоляторах, иных местах принудительного содержания или отбывающих наказание в исправительных учреждениях, обеспечивается защита от воздействия окружающего табачного дыма в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.
Вместе с тем действующее законодательство не предусматривает раздельного содержания курящих и некурящих осужденных.
Положения ст. 33 Закона № 103-ФЗ не носят императивного характера, а ставят размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах курящих отдельно от некурящих в зависимость от имеющихся возможностей.
Однако доказательств обращений истца в исковом периоде по вопросу перевода его в камеру для некурящих не имеется, в связи с чем оснований для удовлетворения требований не имеется.
Из представленных в материалы дела ФКУ «Следственный изолятор №2» сведений следует, что в каждой камере для временного пребывания осужденных имеется две кровати и скамейка. При этом в исковой период в камере вместе с административным истцом содержалось более двух человек, чем ФКУ «СИЗО 2» не обеспечило возможность ФИО1 использовать индивидуальное спальное место.
Из справки движения по колониям следует, что ФИО1 был этапирован в другие учреждения уголовно-исполнительной системы: в ФКУ «СИЗО» по городу Санкт-Петербург, ФКУ «СИЗО1». При этом сухой паек не выдавался, доказательств обратному суду не представлено. При этапировании в ФКУ «ИК1» сухой паек не выдавался, так как период этапирования не превышал 6 часов.
Не представлено ФКУ «Следственный изолятор №2» доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 находился в камере временного пребывания менее 8 часов. Согласно п. 19.3.1 «СП 308.1325800.2017. Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)» при проектировании систем отопления, вентиляции, кондиционирования воздуха в зданиях ИУ, а также тепловых сетей следует выполнять требования действующих нормативных документов, в том числе СП 60.13330, СП 7.13130, СП 124.13330.
В силу п. 19.3.5 в помещениях зданий ИУ в зависимости от их назначения следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением.
Пунктом 19.3.6 установлено, что во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.
В санузле камеры временного пребывания вентиляция отсутствовала, что является нарушением прав административного истца.
При определении размера компенсации за нарушение условий содержания судом принимается во внимание характер и объем допущенных административным ответчиком нарушений, их продолжительность, принцип разумности и справедливости и приходит к выводу об определении размера компенсации, подлежащей взысканию за счет средств казны Российской Федерации в пользу административного истца в размере 3 000 рублей.
Данная сумма, по мнению суда, является оправданной и разумной и не приведет к неосновательному обогащению заявителя.
Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний» утверждено Положение о Федеральной службе исполнения наказаний.
В соответствии с подпунктом 6 пункта 7 данного Положения ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
Разрешая заявленные требования, суд возлагает обязанность по выплате компенсации ФИО1 на Российскую Федерацию в лице ФСИН России, которая является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на эти цели.
В остальной части иска следует отказать.
Руководствуясь статьями 175 – 180, 227.1 КАС РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Признать бездействие ФКУ «Следственный изолятор №2» по предоставлению в ночное время ФИО1 спального места в камерах временного пребывания, отсутствие в санузле вентиляции, отказа в выдаче сухого пайка незаконными.
Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 3 000 руб.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Решение в части удовлетворении требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежат немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Карелия через Сегежский городской суд Республики Карелия в течения месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Д.А. Балашов
Мотивированное решение изготовлено 15.06.2023.