Решение по делу № 2-3809/2025 от 18.11.2025 - о защите трудовых прав.

Дело №

УИД 54RS0№-57

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2025 года <адрес>

Октябрьский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Заря Н.В.,

при помощнике судьи Виляйкиной О.А.,

при секретаре Манзюк И.А.,

с участием помощника прокурора Гончаренко Н.В., И. ФИО1, представителя И. Яцученко Т.В., представителей О. ФИО8, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» о защите трудовых прав,

установил :

ФИО1 (далее -И.) обратился в суд с указанным иском к ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» (далее -О.), в котором с учетом уточнений требований в итоговой редакции (т. 3 л.д. 51-53) просит:

1. Признать незаконным П. ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» № НЦ-26121 от /дата/ об отстранении от работы и без сохранения заработной платы;

2. Признать незаконным П. ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» № НЦ-28022 от /дата/ об объявлении выговора;

3. Признать незаконным акт о дисциплинарном взыскании № от /дата/;

4. Признать незаконным П. ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» № НЦ-14042 от /дата/ об увольнении /дата/ по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ;

5. Восстановить в должности директора по информационным технологиям в Управлении по информационным технологиям в ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» с дистанционным характером работы в связи с незаконным отстранением от работы с /дата/, в связи с незаконным увольнением с /дата/;

6. Взыскать с ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» средний заработок за время вынужденного прогула в связи с незаконным отстранением от работы и без сохранения заработной платы с /дата/ по /дата/, в связи с незаконным увольнением с /дата/ по день вынесения решения суда;

7. Взыскать с ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» компенсацию за задержку выплаты заработка в связи с незаконным отстранением от работы и без сохранения заработной платы с /дата/ по /дата/, в связи с незаконным увольнением с /дата/ по день вынесения решения суда, исходя из одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки ЦБ РФ от не выплаченного заработка, начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены по день фактического расчета включительно за все дни вынужденного прогула;

8. Взыскать с ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» компенсацию морального вреда в размере 200 000,00 рублей;

9. Взыскать с ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» судебные расходы на оплату услуг представителя в полном объеме.

В обоснование заявленных исковых требований И. указал, что с /дата/ по /дата/ работал в должности директора по информационным технологиям в Управление по информационным технологиям ООО «Неватом Цифра» с выполнением трудовой функции дистанционно. С его письменного согласия, полученного до подписания трудового договора, условиями трудового договора было установлено, что взаимодействие между О. и им осуществляется посредством обмена электронными документами с использованием усиленной электронной подписи посредством сети Интернет в соответствии с действующим у О. Положением о кадровом электронном документообороте. Трудовой договор о дистанционной работе был заключен на неопределенный срок, посредством электронного документооборота, то есть с применением усиленной электронной подписи. Трудовую функцию по занимаемой должности осуществлял дистанционно, вне места расположения О., вне стационарного рабочего места, на рабочем месте не подконтрольном О. с применением информационно-телекоммуникационные сети, в том числе «Интернет», ноутбука, корпоративной электронной почты, программы Bitrix24, взаимодействие осуществлялось посредством кадрового электронного документооборота (КЭДО). /дата/ после его отказа уволиться по собственному желанию О. исключил из корпоративного домена его ноутбук, заблокировал его учетные записи во все корпоративные информационные системы, используемые для исполнения трудовой функции дистанционно, оставлен был только доступ к КЭДО. /дата/ направил ему по КЭДО П. от /дата/ об отстранении его с /дата/ от дистанционной работы без сохранения заработной платы в связи с не прохождением в установленном порядке обучения и проверки знаний по охране труда. /дата/ в период отстранения П.О. ему был объявлен выговор, согласно П., - за виновное неисполнение трудовых обязанностей в части разработки должностных инструкций для должностей подчиненных ему подразделений. /дата/ в период отстранения от работы П.О. он был уволен по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей без уважительных причин; за какой дисциплинарный проступок применено увольнение и в чем выражается неоднократность не исполнения трудовых обязанностей в П. не указано.

Незаконность П. от /дата/ об отстранении от дистанционной работы без сохранения заработной платы И. мотивировал тем, что функции и обязанности по охране труда, включая обучение и проверку знаний по охране труда в сторонней организации по обучению охране труда работодателей и работников О. на него не возлагались, с какими-либо локальными нормативными актами, связанными с работой, в том числе с ПВТР, должностной инструкцией и локальными нормативными актами по охране труда его до и после заключения трудового договора не знакомили. С П. о назначении его ответственным за охрану труда; с П. и уведомлением о направлении его на обучение и проверку знаний по охране труда с /дата/ по /дата/ О. также его не знакомил. Он не знал, что на него возложены такие обязанности и он направлен О. на обучение по охране труда и проверку знаний с /дата/ по /дата/ в организацию, осуществляющей обучение по охране труда. По КЭДО О. не знакомил его под подпись (усиленную неквалифицированную электронную подпись) с указанными документами. До отстранения от работы письменные объяснения о непрохождении обучения и проверки знаний по охране труда в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» с /дата/ по /дата/ не запрашивал у него. Сведения в Протоколе ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» № ОТ24-04/12-007 от /дата/, указанном в основании П. об отстранении от работы, являются недостоверными, поскольку О. не возлагал на него обязанность и не направлял его на обучение в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих», в том числе /дата/, в связи с чем, он не мог проходить проверку знаний /дата/ и по результатам проверки получить «неудовл». Сведения в Протоколе ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» № ОТ24-04/12-007 от /дата/ не согласуются со сведениями в Уведомление О. № от /дата/ об истребовании письменных объяснений о причинах не прохождения обучения и проверки знаний по охране труда с 03.122024 по /дата/, из которых следует, что О. /дата/ направлял ему на корпоративную электронную почту приглашение для прохождения обучения и проверки знаний по охране труда и пожарной безопасности в электронной системе обучения Актион «Высшая школа охраны труда» до /дата/ включительно, с последующей сдачей экзаменов /дата/, которое он также не получал. Кроме того, как дистанционный работник он не должен проходить обучение и проверку знания требований по охране труда.

Незаконность П. от /дата/ об объявлении выговора И. мотивировал тем, что выговор объявлен ему при отсутствии дисциплинарного проступка и с нарушением установленного порядка привлечения к дисциплинарной ответственности. В П. об объявлении выговора не конкретизированы дисциплинарный проступок и обстоятельства при которых он был совершен, мера взыскания в виде выговора избрана О. без учета фактических обстоятельств, соответственно, без учета принципов дисциплинарной ответственности. О. не ознакомил И. под роспись с Должностной инструкцией по занимаемой должности от /дата/. Соответственно, надлежащим образом не установил и не возложил на него должностные обязанности, в том числе в части должностных инструкций для должностей подчиненных подразделений. С /дата/ О. исключил из корпоративного домена его ноутбук, заблокировал его учетные записи во все корпоративные информационные системы, используемые для исполнения трудовой функции дистанционно, оставлен был только доступ к КЭДО, отстранил его от дистанционной работы; после получения /дата/ Уведомления О. о необходимости дать письменные объяснения по должностным инструкциям, в связи с тем, что в Уведомление О. не содержалось конкретной информации и ему с /дата/ был закрыт доступ ко всем корпоративным информационным системам он неоднократно /дата/ и /дата/ запрашивал у О. по системе КЭДО необходимые для подготовки письменных объяснений доступ к корпоративным системам или заверенные документы, в соответствии с которыми на него была возложена задача, установлены сроки выполнения задачи (фото, скриншоты с полным отражением всех изменений). Однако, О. запрашиваемые доступ или документы ему не предоставил, чем лишил его возможности дать запрашиваемые письменные объяснения, объявил выговор без установления обстоятельств наличия/отсутствия его вины. Кроме того, указав в Уведомлении об истребовании письменных объяснений, что они должны быть предоставлены в течение двух рабочих дней, не предоставил ему два рабочих дня, объявив выговор в период отстранения, дни отстранения не являются его рабочими днями.

Незаконность Акта № от /дата/ о дисциплинарном взыскании, указанном в основании издания П. от /дата/ об увольнении по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, И. мотивировал тем, что, как следует из Акта о дисциплинарном взыскании № от /дата/ он уволен за повторное не прохождение проверки знания требований по охране труда /дата/ и /дата/. Однако, О. в установленном порядке не возлагал на него обязанности в области охраны труда; с должностной инструкцией, с локальными нормативными актами, устанавливающими обязанности в области охраны труда, в том числе по обучению и проверке знания требований охраны труда, с П. от /дата/ № НЦ -7П о направлении на обучение и проверку знания охраны труда с /дата/ по /дата/ не знакомил его под роспись в установленном порядке, то есть по КЭДО, И. не было известно, что он направлен на обучение по охране труда и проверку знания требований охраны труда с /дата/ по /дата/. Протокол № ОТ24-04/12-007 от /дата/, представленный О. в материалы дела не отвечает требованиям достоверности. И. в силу правового регулирования не обязан был проходить обучение и проверку по охране труда. В связи с чем, направление его на проверку знания требований охраны /дата/ и /дата/, в том числе без обучения требованиям охраны труда, незаконно. Соответственно, неоднократное не прохождение проверки знания требований по охране труда /дата/ и /дата/ является незаконным основанием увольнения по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Кроме того, за не прохождение проверки знания по охране труда в учебном центре ООО «Центр профессиональной переподготовки» /дата/ дисциплинарное взыскание О. ему не объявлялось, и не могло быть объявлено, поскольку он с /дата/ по /дата/ был временно нетрудоспособен. В Акте о дисциплинарном взыскании также не указаны обстоятельства, характеризующие тяжесть вменяемого проступка, его последствия, его прежнее поведение и отношение к работе, в том числе, что он до отстранения от дистанционной работы премировался за результаты труда. Не указана и сама мера дисциплинарного взыскания.

Незаконность П. от /дата/ об увольнении по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей без уважительных причин И. мотивировал тем, что увольнение произведено при отсутствии законного основания и с нарушением установленного порядка увольнения. В П. от /дата/ об увольнении не указан дисциплинарный проступок, с учетом которого применено взыскание в виде увольнения, период его совершения, обстоятельства при которых он был совершен, не указано в чем выражается неоднократность неисполнения трудовых обязанностей; акт о дисциплинарном взыскании, указанный в основании издания П. об увольнении, является незаконным. Нарушен срок привлечения к дисциплинарной ответственности с даты обнаружения дисциплинарного проступка; не предоставлено два рабочих дня для дачи письменных объяснений, поскольку дни отстранения являются нерабочими днями.

Причинение морального вреда обосновывал неправомерным и недобросовестным поведением О., объемом и характером нарушенных его трудовых прав, наличием нравственных страданий.

На основании определения Октябрьского районного суда <адрес> от 14.08.2025г., вынесенного в протокольной форме, гражданские дела по исковым требованиям ФИО1 объединены в одно производство (т. 1 л.д. 239).

В судебном заседании И. ФИО1 и его представитель Яцученко Т.В. настаивали на удовлетворении уточненных исковых требований по доводам, изложенным в иске, а также дополнительных письменных пояснениях (т.3 л.д.3-24, 192-193, 194-208, т. 4 л.д. 51-55,57-61,66-68, 73-74,75-76,77-84,85-89). Также ходатайствовали о немедленном исполнении решения суда не только в части восстановления на работе, то и также в части выплаты среднего заработка за три месяца за период с 26.12.2024г. по 26.03.2025г. в размере 1 515 151,40 руб. (т. 4 л.д. 69).

В судебном заседании представители О. ФИО8, ФИО2 выразили несогласие с исковыми требованиями, в удовлетворении которых просили отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях и пояснениях к ним; к исковому требованию о признании незаконным Акта № от /дата/ просили применить последствия пропуска срока обращения в суд и отказать в удовлетворении данного требования по указанному основанию (т.1 л.д.115-117, т.3 л.д. 35-36, 77-80, 220-223, т. 4 л.д. 1-2, 31-33).

Помощник прокурора Гончаренко Н.В. в судебном заседании в заключении полагала исковые требования о признании незаконным увольнения И. и восстановлении его на работе обоснованными, в связи с чем выразила мнение о необходимости их удовлетворения (т. 4 л.д. 90-91).

Выслушав объяснения сторон и их представителей, допросив свидетелей, заслушав заключение помощника прокурора, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Указанные правоположения в их совокупности и взаимосвязи являются процессуальной гарантией права на судебную защиту и направлены на обеспечение осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) и на обеспечение принятия судом законного и обоснованного решения на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования относимых и допустимых доказательств.

Статьей 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, имеет право на вознаграждение за труд. Признается право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения.

В соответствии с положениями статьи 15 Трудового Кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель среди прочего обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Учитывая характер спорного правоотношения (трудовые отношения о выполнении трудовой функции дистанционно), положения ч. 6 ст. 11, ч. 4 ст. 312.1 ТК РФ, общие нормы трудового законодательства подлежат применению, только в случае, если иное не установлено нормами, регулирующими труд дистанционных работников.

Из положений, регулирующих труд дистанционных работников следует, что трудовому договору о дистанционной работе свойственно выполнение трудовой функции вне места нахождения работодателя и вне стационарного рабочего места, на рабочем месте неподконтрольном работодателю, с использованием для ее выполнения и для осуществления взаимодействия между работодателем и работником по вопросам, связанным с выполнением трудовой функции, информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», и сетей связи общего пользования (ст. 312.1 ТК РФ).

С письменного согласия дистанционного работника заключение трудового договора о дистанционной работе, а также взаимодействие между работодателем и дистанционным работником по вопросам, связанным с ее выполнением, включая ознакомление дистанционного работника до и после заключения трудового договора с непосредственно связанными с его трудовой деятельностью локальными нормативными актами, П. (распоряжениями) работодателя, уведомлениями, требованиями и иными документами, в отношении которых трудовым законодательством РФ предусмотрено их оформление на бумажном носителе и (или) ознакомление с ними работника в письменной форме, в том числе под роспись, может осуществляться посредством обмена электронными документами между работодателем и дистанционным работником в информационной системе работодателя (ч. 5 ст. 312.1, ст. ст. 22.1-22.3 ТК РФ).

При заключении трудовых договоров, дополнительных соглашений к нему, а также при подписании П. о применении дисциплинарного взыскания посредством информационной системы работодателя работодателем используется усиленная квалифицированная электронная подпись; работником, - усиленная квалифицированная или неквалифицированная электронная подпись. При подписании иных электронных документов посредством информационной системы работодателя работодателем может использоваться усиленная квалифицированная или неквалифицированная электронная подпись; работником, - усиленная квалифицированная или неквалифицированная электронная подпись, простая электронная подпись, - в случае, если соглашением сторон трудового договора установлены правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи и требования к соблюдению конфиденциальности ключа такой подписи (ч. 1 ст. 312.2, ст. 312.3, ст. 22.3 ТК РФ).

К трудовым книжкам, сведениям о трудовой деятельности, актам о несчастном случае на производстве, П. (распоряжениям) об увольнении работника, документам, подтверждающим прохождение работником инструктажей по охране труда, в том числе лично подписываемых работником, положения об электронном документообороте применению не подлежат; указанные документы должны быть подписаны лично работником (ч. 3 ст. 22.1 ТК РФ).

Судом установлено, что /дата/ между ООО «Неватом Цифра» и ФИО1 заключен трудовой договор № НЦ -011012 посредством электронного документооборота, подписан О. усиленной квалифицированной электронной подписью /дата/ в 14-38 (MSK), И. усиленной неквалифицированной подписью (т. 1 л.д. 18-20, 161-163, 227-229, т. 2 л.д. 16-18, т. 4 л.д.47, 48-49).

Согласие на взаимодействие с работодателем посредством кадрового электронного документооборота (КЭДО) в сфере трудовых отношений в соответствии с действующим у работодателя Положением о КЭДО на бумажном носителе подписано И. /дата/ (т. 1 л.д. 22).

Условиями заключенного трудового договора предусмотрено, что И. принят к О. в Управление по информационным технологиям на должность директора по информационным технологиям с выполнением трудовой функции вне места расположения О. (дистанционно) с /дата/ на неопределенный срок; И. установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов, с двумя выходными днями суббота и воскресенье, начало работы с 8-30, окончание в 17-30, перерыв для отдыха и питания продолжительностью один час, который не включается в рабочее время (п. 1.2 -1.5, п. 2.1-2.2; п. 6.2-6.3 трудового договора), установлен должностной оклад в размере 183 908,05 руб., размер районного коэффициента 25% (п. 3.1.). Пунктами 1.6-1.8, трудового договора от /дата/ предусмотрено, что взаимодействие между И. и О. осуществляется путем обмена электронными документами с использованием усиленной квалифицированной электронной подписи посредством сети Интернет в соответствии с действующим у Работодателя Положением о кадровом электронном документообороте, с которым Работник ознакомлен под подпись. Применение простой электронной подписи, правила определения И. по его простой электронной подписи и требования к соблюдению конфиденциальности ключа такой подписи соглашением сторон в трудовом договоре не предусмотрены.

Учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу, что трудовой договор о работе в Управлении по информационным технологиям в должности директора по информационным технологиям с выполнением трудовой функции дистанционно с /дата/ на неопределенный срок заключен О. и И. 01.10.2024г. с письменного согласия И. посредством электронного документооборота с применением О. усиленной квалифицированной подписи, И. усиленной неквалифицированной подписи. Условиями заключенного между О. и И. трудового договора (соглашением сторон) определено, что взаимодействие между И. и О. осуществляется путем обмена электронными документами с использованием усиленной квалифицированной электронной подписи.

Учитывая установленные обстоятельства суд приходит к выводу, что с письменного согласия И. условиями трудового договора от /дата/ О. на взаимодействие с И., как дистанционным работником, по вопросам, связанным с выполнением трудовой функции, включая ознакомление И. с непосредственно связанными с его трудовой деятельностью локальными нормативными актами, П. (распоряжениями) О., уведомлениями, требованиями и иными документами О., в отношении которых трудовым законодательством РФ предусмотрено их оформление на бумажном носителе и (или) ознакомление с ними в письменной форме, в том числе под роспись (за исключением П. об увольнении, документов о прохождении инструктажей по охране труда, трудовой книжки), распространено применение кадрового электронного документооборота в системе О. (КЭДО) с использованием О. усиленной квалифицированной подписи (УЭП), И., - усиленной неквалифицированной электронной подписи (УНЭП).

В связи с заключением сторонами трудового договора, О., как работодателем 01.10.2021г. издан П. № НЦ-011012 о приеме работника ФИО1 на работу (основное место работы, полная занятость, дистанционная работа) в Управлением по информационным технологиям на должность директора по информационным технологиям, с установлением должностного оклада 183 908,05 руб., районного коэффициента-1,25 ( т. 1 л.д. 23, т. 2 л.д. 20).

Судом установлено, что 26.12.2024г. О. издан П. № НЦ-26121 об отстранении ФИО1 от работы с 26.12.2024г., в связи с не прохождением обучения и проверки знаний и навыков в области охраны труда по вине работника до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения; П. подписан О. усиленной квалифицированной подписью (далее УКЭП) /дата/ в 14-17 (MSK), в 18-17 (NSK) и 27.12.2024г. посредством КЭДО направлен И., который ознакомился с ним с использованием усиленной неквалифицированной подписью (далее УНЭП) /дата/ в 9-23(MSK), в 13-23 (NSK) (т. 1 л.д. 46, 47-48, 118, т. 2 л.д. 21).

Разногласия сторон по отстранению И. от дистанционной работы без сохранения заработной платы в связи не прохождением обучения и проверки знаний по охране труда с /дата/ заключаются в следующем: И. утверждает, что О. не возлагал на него функции и обязанности по охране труда, включая обучение и проверку знаний по охране труда в организации, осуществляющей обучение охране труда работодателей и работников; не знакомил его с должностной инструкцией по занимаемой должности, локальными нормативными актами по охране труда, П. о назначении ответственным за охрану труда у О.; на обучение и проверку знаний по охране труда в период с /дата/ по /дата/, с проверкой знаний по охране труда /дата/, не направлял, с П. о направление на обучение и проверку знаний по охране труда в период с /дата/ по /дата/ не знакомил, ему не было известно о направлении его на обучение и проверку знаний по охране труда; как дистанционный работник он не должен проходить обучение и проверку знаний по охране труда. Из письменных и устных возражений О. следует, что И. обязан был проходить обучение и проверку знаний по охране труда в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» для проведения вводных инструктажей всем работникам О., включая дистанционных работников, и инструктажей на рабочих местах работникам, подчиненных ему подразделений, включая дистанционных работников; указанные обязанности И. по охране труда установлены в Должностной инструкции по занимаемой должности, Правилами внутреннего трудового распорядка и локальными нормативными актами по охране труда, с которыми И. был ознакомлен до заключения трудового договора; П.О. он был назначен ответственным по охране труда; с П. о направлении на обучение и проверку знаний по охране труда с /дата/ по /дата/ ознакомлен; обучение с /дата/ с проверкой знаний по охране труда /дата/ не проходил, в связи с чем ему в протоколе по проверке знаний по охране труда от /дата/ выставлен неудовлетворительный результат; на основании указанного протокола от /дата/ О. законно отстранил его от дистанционной работы без сохранения заработной платы.

Из нормативных положений, регулирующих обязанности работодателя в области охраны труда, следует, что работодатель в целях создания безопасных условий труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников обязан обеспечить: проведение специальной оценки условий труда; обучение по охране труда и проверку знания требований охраны труда; недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда; и другое (ст. 214, ст. 76 ТК РФ).

Обучение по охране труда - процесс получения работниками, в том числе руководителями организаций знаний, умений, навыков, позволяющих формировать и развивать необходимые компетенции с целью обеспечения безопасности труда, сохранения жизни и здоровья. Работники, в том числе руководители организаций обязаны проходить обучение по охране труда и проверку знания требований охраны труда. Обучение по охране труда предусматривает получение знаний, умений и навыков в ходе проведения: инструктажей по охране труда; стажировки на рабочем месте (для определенных категорий работников); обучения по оказанию первой помощи пострадавшим; обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты; обучения по охране труда у работодателя или в организациях, оказывающих услуги по проведению обучения по охране труда. Порядок обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, устанавливаются Правительством РФ (ст. 219 ТК РФ).

Из установленного Постановлением Правительством РФ N 2464 от /дата/ Порядка обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда (далее Порядок) следует, что работодатель обязан с учетом результатов специальной оценки условий труда обеспечить обучение и проверку знаний по охране труда:

- в сторонней организации или у ИП, оказывающих услуги по обучению работодателей и работников вопросам охраны труда, - руководителя организации, руководителей филиалов организации, председателя (заместителя председателя) и членов комиссий по проверке знания требований охраны труда (лицо, назначенное на микропредприятии работодателем для проведения проверки знания требований охраны труда (без комиссии)), работников проводящих инструктаж по охране труда и обучение требованиям охраны труда, специалиста по охране труда (п. 43-44 Порядка).

- на рабочих местах работодателя, - иных работников, посредством проведения им работниками, прошедшими обучение и проверку знаний по охране труда в сторонней организации или ИП, вводного инструктажа, инструктажа на рабочем месте (первичного, повторного, внепланового), целевого инструктажа (п 8, 12 Порядка). Вводный инструктаж проводится: специалистом по охране труда или работником организации, на которого П. работодателя возложены обязанности по проведению вводного инструктажа по охране труда, либо организацией или ИП, оказывающими услуги в области охраны труда по гражданско-правовому договору с работодателем, а в случае их отсутствия, - руководителем организации (п. 11 Порядка). Инструктаж по охране труда на рабочем месте проводится непосредственным руководителем работника; целевой инструктаж по охране труда проводится непосредственным руководителем работ (п. 22 Порядка).

Из положений ч. 3 ст. 3 Федерального закона от /дата/ N 426-ФЗ "О специальной оценке условий труда, ст. 312.7 ТК РФ, регулирующих особенности охраны труда дистанционных работников, следует, что в отношении условий труда дистанционных работников специальная оценка условий труда не проводится; в целях обеспечения безопасных условий труда и охраны труда дистанционных работников в период выполнения ими трудовой функции дистанционно на работодателя возложены обязанности по проведению расследования несчастных случаев на производстве, исполнению предписаний Государственной инспекции труда, осуществлению обязательного социального страхования, ознакомлению дистанционных работников с требованиями охраны труда при работе с оборудованием и средствами, рекомендованными или предоставленными работодателем; обязанности по обучение и проверке знаний по охране труда и недопущению их к работе в случае их не прохождения на работодателя не возложены. Положениями ст. 312.7 ТК РФ установлено, что другие обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда, установленные законодательством, на дистанционных работников в период выполнения ими трудовой функции дистанционно не распространяются, если иное не предусмотрено коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору.

Согласно ч. 1 и ч. 5 ст. 8 ТК РФ работодатель вправе принимать локальные нормативные акты в установленном порядке, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями; нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного порядка, применению не подлежат. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, коллективный договор, соглашения.

В обоснование возражений на доводы И.О. в материалы дела представлены Правила внутреннего трудового распорядка (далее ПВТР), утвержденные генеральным директором О. /дата/ (т. 1 л.д. 135-146); Положение О контроле функционирования и мониторинге реализации мероприятий Системы управления охраной труда в ООО «Неватом Цифра», утвержденное П.О. № НЦ -14П от /дата/ (т. 3 л.д. 113-168); Положение о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда в ООО «Неватом Цифра», утвержденное П.О. № НЦ-13П от /дата/ (т. 1 л.д. 147-156,204, т. 3 л.д. 81-112), Должностная инструкция директора по информационным технологиям, утвержденная генеральным директором О. 01.10.2024г. (т.1 л.д. 125-134, 217-226); П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении И. на обучение по охране труда с /дата/ по 09.2024 (т. 1 л.д. 191); указанный в основании П. об отстранении от дистанционной работы Протокол ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» № ОТ24-04/12-007 от /дата/ с неудовлетворительным результатом (т. 1 л.д. 49,119).

Из возражений О., показаний свидетеля ФИО3, которая показала, что оказывает О. услуги в области охраны труда по Договору между О. и ООО «Неватом» следует, что И., занимая должность директора по информационным технологиям в Управлении по информационным технологиям, должен был проходить обучение и проверку знаний по охране труда в организации, оказывающей услуги по обучению и проверке знаний по охране труда, для проведения вводного инструктажа всем работникам О. и инструктажей на рабочем месте, целевого инструктажа работникам, поскольку он был назначен ответственным по охране труда.

Согласно пояснениям представителя О. инструктажи на рабочем месте И. должен был проводить всем работникам, подчиненного ему Управления по информационным технологиям; по показаниям свидетеля ФИО3, - всем работникам О.. При этом представитель О. и свидетель ФИО3 показали, что большая часть работников О. являются дистанционными работниками, специальная оценка условий труда О. на стационарных рабочих местах не проводилась.

Свидетель ФИО3 также показала, что от первичного инструктажа дистанционные работники освобождены в соответствии с локальным нормативным актом О.. Обучение по охране труда (инструктажи) работники должны были проходить самостоятельно на электронной платформе. При этом свидетель подтвердила, что в соответствии с действующим законодательством электронный документооборот к документам, подтверждающим прохождение работником инструктажей по охране труда, в том числе лично подписываемых работником, применению не подлежит. В связи с чем, как показала свидетель, работники, которые прошли обучение и проверку знания по охране труда самостоятельно на электронной платформе (вводный инструктаж, инструктаж на рабочем месте) должны были лично расписываться в направленном им протоколе и отправлять его почтой О., после получения О. отправленного почтой протокола, в протоколе за лицо, проводившее инструктаж, должен был расписываться И..

Из представленного О. Положения О контроле функционирования и мониторинге реализации мероприятий Системы управления охраной труда в ООО «Неватом Цифра», утвержденного П.О. № НЦ -14П от /дата/, установлено, что функции работодателя в области охраны труда распределены следующим образом: по Обществу в целом – генеральному директору, по подразделениям – руководителям подразделений; передаваемая руководителям функций работодателя по охране труда, подлежит закреплению П. по подразделению, трудовым договором, должностными инструкциями (раздел 3.3). Обязанности работодателя в сфере охраны труда распределены: генеральному директору (п. 3.3.1), уполномоченному работнику, на которого П. генерального директора возложены обязанности по охране труда (п.3.3.2), директору по информационным технологиям (п. 3.3.3), заместителю директора по информационным технологиям (п. 3.3.4) и работникам (п. 3.3.5). В части прохождения обучения и проверки знаний по охране труда в п 3.3.3 директору по информационным технологиям распределено: прохождение обучения и проверки знаний по охране труда; организация и контроль проведения подготовки по охране труда (работы по подготовке персонала по охране труда), участие в постоянно действующей экзаменационной комиссии по проверке знаний требований норм охраны труда. Обязанность непосредственно проводить подготовку работников по охране труда в п. 3.3.3 не предусмотрена. Согласно п. 3.3.2 Положения, участие в организации и проведении подготовки по охране труда закреплены за уполномоченным работником, на которого П. генерального директора возложены обязанности по охране труда.

Судом установлено, что в трудовом договоре И. от /дата/; в разделе 2 «трудовые функции» (п. 2.1-2.5) Должностной инструкции директора по информационным технологиям от /дата/ функции по охране труда, переданные О. директору по информационным технологиям, не установлены, П. о назначении И. ответственным по охране труда с подписью И. об ознакомлении его с П., истребованный судом по ходатайству стороны И., О. не представлен.

В п. 5.2 трудового договора И. от /дата/ указано лишь, что работник обязан добросовестно и качественно выполнять свои должностные обязанности, правила охраны труда, условия трудового договора, должностной инструкции, Правила внутреннего трудового распорядка, иных локальных нормативных актов. В разделе 3 «Должностные обязанности» Должностной инструкции от /дата/ указано, что работник обязан своевременно проходить обучение, инструктажи по охране труда и проверку знаний по охране труда.

В Должностной инструкции от /дата/ должностные обязанности по охране труда предусмотрены в п. 3.65-3.67.

Обязанности в п. 3.65 Должностной инструкции от /дата/ по вводному инструктажу в соответствии с п. 11 Постановления Правительства РФ от /дата/ N 2464, применению к И. не подлежат, поскольку И. не был назначен П.О. ответственным по охране труда, в том числе в части вводного инструктажа.

Обязанности в п. 3.66 Должностной инструкции от /дата/ по проведению инструктажей на рабочем месте (первичный, повторный, внеплановый), стажировки на рабочем месте (при необходимости) и целевого инструктажа всем работникам О. не соответствуют п. 22 Постановления Правительства РФ от /дата/ N 2464, согласно которому инструктаж по охране труда на рабочем месте проводится непосредственным руководителем работника; целевой инструктаж по охране труда проводится непосредственным руководителем работ. Обязанности в п. 3.67 - предполагают занятость на стационарном рабочем месте.

В Положении О порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда в ООО «Неватом Цифра», утвержденного П.О. № НЦ-13П от /дата/, непосредственно за директором по информационным технологиям закреплено: обучение в организации, оказывающей услуги по обучению работодателей и работников (п. 4.3); проведение вводного инструктажа всем работникам (п. 2.1.3.2).

Обязанности по проведению вводного инструктажа работникам О. в п. 2.1.3.2 Порядка также, как в Должностной инструкции от /дата/, не подлежат применению к И., поскольку указанная обязанность может быть возложена на работника П. о назначении ответственным по охране труда. ФИО4 не представлен.

Проведение инструктажей на рабочем месте (первичный, повторный, внеплановый) Порядком закреплено за непосредственным руководителем (п. 2.1.4, 2.1.5.6); целевого инструктажа по охране труда за непосредственным руководителем работ (п. 2.1.6.3).

Из пояснений И., согласующимися с показаниями свидетеля ФИО5, занимающего должность директора по информационным технологиям, судом установлено, что И., занимая должность директора по информационным технологиям в Управлении по информационным технологиям, был непосредственным руководителем для заместителя директора по информационным технологиям с выполнением трудовой функции дистанционно и руководителей 4 отделов, входящих в Управление по информационным технологиям, трое из которых выполняли трудовую функцию руководителя дистанционно. Согласно п. 4.3 Порядка заместитель директора по информационным технологиям и руководители проходят обучение и проверку знаний по охране труда в организации, оказывающей услуги по обучению работодателей и работников; согласно п. 2.1.4 и Приложению 2 к Порядку освобождены от первичного инструктажа на рабочем месте.

Согласно представленным О. ПВТР от /дата/ работники обязаны соблюдать правила и инструкции по охране труда, технике безопасности, производственной санитарии и гигиене труда; проходить в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда (п. 3.1); работодатель обязан знакомить работников под подпись с принимаемыми внутренними нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью (п. 4.1). В соответствии с п. 2.3 ПВТР до заключения трудового договора работодатель обязан ознакомить работника под подпись с настоящими Правилами, Положением о защите персональных данных, Положением о кадровом электронном документообороте и другими внутренними нормативными актами, регламентами и инструкциями, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника; ознакомление лица, поступающего на дистанционную работу, с указанными документами может осуществляться путем обмена электронными документами.

Учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу, что обязанность проходить обучение и проверку знаний по охране труда в организации, осуществляющей обучение работодателей и работников по охране труда, установленная О. директору по информационным технологиям в Положение О контроле функционирования и мониторинге реализации мероприятий Системы управления охраной труда, а также в Порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда у О. вытекает из функции О. по обучению работников охране труда на рабочих местах посредством проведения инструктажей, которая передана О. руководителям подразделений, в том числе директору по информационным технологиям, и подлежит согласно Положению О. закреплению в трудовом договоре, должностной инструкции, в П. о назначении ответственным по охране труда. Однако, указанная функция трудовым договором И. от /дата/, П.О. о назначении И. ответственным по охране труда, включая вводный инструктаж, О. на И. не возложена, в трудовые функции директора по информационным технологиям в Должностной инструкции от /дата/ не включена.

Кроме того, судом уставлено, что О. не знакомил И. до заключения трудового договора и в последствии до отстранения его от работы с /дата/ с Положением О контроле функционирования и мониторинге реализации мероприятий Системы управления охраной труда в ООО «Неватом Цифра», утвержденным П.О. № НЦ -14П от /дата/; Положением о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда в ООО «Неватом Цифра», утвержденным П.О. № НЦ -13П от /дата/, ПВТР, утвержденными генеральным директором О. /дата/; Должностной инструкцией директора по информационным технологиям, утвержденной генеральным директором О. /дата/.

Материалами дела подтверждается, что посредством КЭДО /дата/ с трудовым договором для подписания его И. УНЭП и в последствии до отстранения от работы указанные локальные нормативные акты И. для ознакомления под роспись с применением УНЭП не направлялись. Доказательств, подтверждающих ознакомление И. с указанными локальными нормативными актами на бумажном носителе под личную подпись И. до заключения трудового договора и в последующем до отстранения И. от дистанционной работы О. не представлено.

Доводы О., что ознакомление И. с ПВТР от /дата/, Должностной инструкцией директора по информационным технологиям от /дата/, подтверждается тем, что они указаны в трудовом договоре от /дата/, который И. подписал электронной подписью, подлежат отклонению. Сами по себе сведения в трудовом договоре «С Правилами внутреннего трудового распорядка ознакомлен 01.10.2024», «С Должностной инструкцией ознакомлен 01.10.2024» не подтверждают факт ознакомления И. с предоставленными О. в суд ПВТР от /дата/ и Должностной инструкцией директора по информационным технологиям от /дата/. В графе «подпись» напротив каждого локального нормативного акта в разделе 8 трудового договора от /дата/, личные подписи И., отсутствуют. Из электронной переписке сторон следует, что указанные внутренние локальные нормативные акты И. для ознакомления не направлялись (т. 1 л.д. 25-45). Кроме того, в отраженных в трудовом договоре условиях: «С Правилами внутреннего трудового распорядка ознакомлен 01.10.2024», «С Должностной инструкцией ознакомлен 01.10.2024» отсутствуют сведения, когда и кем они были утверждены, к какой должности относится Должностная инструкция, что не позволяет суду идентифицировать указанные в трудовом договоре ПВТР, Должностную инструкцию и достоверно установить, что предоставленные О. в суд ПВТР от /дата/, Должностная инструкция директора по информационным технологиям от /дата/, являются ПВТР и Должностной инструкцией, указанными в трудовом договоре от /дата/, и проверить достоверность и неизменность их содержания.

Показания свидетеля ФИО6 К.С., - руководителя отдела кадрового делопроизводства, что она давала поручение специалисту отдела кадрового делопроизводства передать И. до заключения с ним трудового договора для ознакомления ПВТР и должностную инструкцию по должности не подтверждают ознакомление И. с предоставленными О. в суд ПВТР от /дата/, Должностной инструкцией директора по информационным технологиям от /дата/.

Доводы О. об ознакомлении И. с Положением О контроле функционирования и мониторинге реализации мероприятий Системы управления охраной труда в ООО «Неватом Цифра», утвержденным П.О. № НЦ -14П от /дата/, Положением о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда в ООО «Неватом Цифра», утвержденным П.О. № НЦ -13П от /дата/, /дата/ со ссылкой на сведения в программе 1СДО, используемой О., подлежат отклонению. Сведения «да» напротив ФИО И. в графе «ознакомление» в скриншотах из 1СДО по П. № НЦ -13П и №П от /дата/, которыми утверждены указанные Положения по охране труда, не являются личной подписью или УНЭП И..

Кроме того, как установлено судом, трудовой договор с И. заключен посредством кадрового электронного документооборота /дата/, датой начала работы И. по должности директора по информационным технологиям является /дата/, соответственно, до /дата/ И. не являлся работником О. и не мог быть участником системы 1СДО О.. В трудовом договоре И., включая п. 5.2, использование О. системы 1СДО также не предусмотрено; в разделе 8 трудового договора от /дата/ указанные локальные нормативные акты по охране труда, на которые О. ссылается в обоснование своих возражений, О. не указывались.

Учитывая правовое регулирование порядка ознакомления дистанционного работника с локальными нормативными актами, непосредственно, связанными с его трудовой деятельностью, установленные обстоятельства, суд приходит к выводу, что О. не знакомил И. под его личную подпись и УНЭП, как до заключения трудового договора, так и до отстранения от работы с указанными локальными нормативными актами.

Доводы О. в части ознакомления И. под роспись с П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении его на обучение по охране труда с /дата/ по /дата/ в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» по программе «Общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраной труда» работников ООО «Неватом Цифра» также подлежат отклонению.

Согласно П.И. направлен на обучение по охране труда с /дата/ по /дата/, в какую организацию, осуществляющую обучение по охране труда, и по какой программе обучения по охране труда направлен И., в П. сведения отсутствуют; в качестве приложения в П. указано «1. доступы к группе на 1 л. в 1 экз.». П. не содержит личной подписи или УНЭП И..

Из пояснений О. и показаний свидетеля ФИО3, представленного О. Протокола № ОТ24-04/12-007 от /дата/, указанного в П. от /дата/ об отстранении от работы следует, что И. направлялся на обучение и проверку знаний по охране труда с /дата/ по /дата/ в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» по программе «Общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраной труда» работников ООО «Неватом Цифра».

Согласно п. 65 Постановления Правительства РФ от /дата/ N 2464 «О порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда» обучение работников требованиям охраны труда и проверка знания требований охраны труда осуществляются с отрывом от работы. Соответственно, П. работодателя о направлении работника на обучение по охране труда относится к П. работодателя по личному составу, с которыми работник должен быть ознакомлен под роспись.

И. утверждает, что ему не было известно о направлении его на обучение по охране труда с /дата/ по /дата/, с представленным О. в материалы дела П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении его на обучение по охране труда О. не знакомил его.

Судом установлено, что П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении И., как директора по информационным технологиям, на обучение по охране труда с /дата/ по /дата/, не подписан И. посредством УНЭП либо собственноручно (т. 1 л.д. 191).

Довод О. об ознакомлении И. с П. посредством программы 1СДО подлежит отклонению.

Так, свидетель О. ФИО5, занимающий должность заместителя директора по информационным технологиям, показал, что в системе 1СДО О. не используется усиленная электронная подпись (квалифицированная или неквалифицированная) для ознакомления работников с документами.

Представленный О. скриншот из программы 1СДО по П. № НЦ-7П от /дата/ со сведениями «да» в графе «ознакомление» напротив ФИО И. содержит сведения, что П. № НЦ-7П от /дата/ (дата создания которого значится – 24.11.2024г., то есть ранее даты, указанной в самом П.) был отредактирован /дата/ ФИО3, оказывающей О. по Договору услуги по охране труда (т. 1 л.д. 192).

Материалами дела подтверждается, что после отстранения от работы /дата/ перед направлением И.П. № НЦ-1П от /дата/ на повторную проверку знаний по охране труда /дата/ (т. 1 л.д. 122,198), О. посредством КЭДО запрашивал у И. в Уведомлении № от /дата/ письменные объяснения о причинах не прохождения обучения и проверки знаний по охране труда с /дата/ по /дата/ по охране труда и пожарной безопасности в электронной системе обучения Актион «Высшая школа охраны труда» (т. 1 л.д. 121), а не в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» по программе «Общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраной труда» работников ООО «Неватом Цифра»; письменные объяснения до отстранения от работы у И.О. не запрашивались.

В отличие от П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении на обучение и проверку знаний требований охраны труда с /дата/ по /дата/, П. № НЦ-1П от /дата/ о направлении И. на повторную проверку знаний по охране труда /дата/ (т. 1 л.д. 198), направлялся И. для ознакомления под роспись (УНЭП) посредством КЭДО, подписан И. посредством УНЭП (т.1 л. д.200); в скриншоте из программы 1СДО по П. № НЦ-1П от /дата/ графа «ознакомление» отсутствует, имеются сведения о редактировании файлов /дата/ ФИО3, оказывающей О. по Договору услуги по охране труда (т.1 л. д.199).

Учитывая сведения об отредактировании О.П. № НЦ-7П от /дата/ (т. 1 л.д. 192), так и П. № НЦ-1П от /дата/ (т. 1 л.д. 199) в период рассмотрения спора, то есть /дата/; отсутствие в указанных П. сведений о программе обучения и об организации, куда направляется И. для обучения и проверки знаний по охране труда, а также, что по периоду с /дата/ по /дата/ О. запрашивались письменные объяснения о причинах не прохождения обучения и проверки знаний по охране труда по приглашению, направленному на корпоративную почту И., по иной программе обучения, в иной организации; О. указанное письмо, истребованное судом по ходатайству стороны И. не представлено, а также, что П. в отличие от иных П. по КЭДО И. не направлялся, содержание П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении на обучение и проверку знаний по охране труда с /дата/ по /дата/ вызывает обоснованные сомнения в его достоверности.

При этом сведения «да» в графе «ознакомление» напротив ФИО И. в скриншоте из программы 1СДО по П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении И. на обучение по охране труда с /дата/ по /дата/ не отвечают требованиям допустимости и сами по себе достоверно не подтверждают ознакомление И. под роспись с указанным П..

В связи с чем, суд приходит к выводу, что О. не знакомил И. с П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении его на обучение по охране труда с /дата/ по /дата/ под роспись.

Из пояснений сторон и показаний свидетеля ФИО3 судом установлено, что И. обучение и проверку знаний по охране труда в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» с /дата/ по /дата/ по программе «Общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраной труда» работников ООО «Неватом Цифра» не проходил.

Согласно П. № НЦ-26/21 от /дата/ об отстранении от работы И. отстранен от работы в связи с виновным непрохождением обучения и проверки знаний и навыков в области охраны труда с /дата/ до устранения обстоятельств, явившихся основанием отстранения. В основании издания П. указан Протокол № ОТ24-04/12-007. С указанным П.И. ознакомлен посредством КЭДО с применением УНЭП.

Судом установлено, что до отстранения его от работы письменные объяснения для выяснения наличия/отсутствия вины И. в непрохождении обучения и проверки знаний по охране труда в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» с /дата/ по /дата/ по программе «Общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраной труда», О. у И. не запрашивались. Доказательств об обратном О. не представлено.

Из указанного в П. № НЦ-26/21 от /дата/ об отстранении от работы и представленного О. в материалы дела Протокола ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» № ОТ24-04/12-007 от /дата/ (т. 1 л.д. 49,119), пояснений О. и показаний свидетеля ФИО3 следует, что проверку знаний требований охраны труда И. должен проходить /дата/, поскольку И. не проходил обучение и проверку знаний требований охраны труда в период с /дата/ по /дата/, с проверкой знаний /дата/, комиссией ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» в Протоколе от /дата/ выставлен неудовлетворительный результат проверки знаний.

Судом по ходатайству стороны И. в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» по судебному запросу истребован Протокол № ОТ24-04/12-007, указанный в П. об отстранении. Из представленных ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» Протокола № ОТ24-04/12-007, а также выписки из реестра Минтруда обученных лиц (https://akot.rosmintrud.ru/sout/Statistics/veducatedperson) следует, что Протокол № ОТ24-04/12-007 датирован /дата/, а не /дата/, как в представленной О. копии Протокола; обучение и проверка знаний по охране знаний должна была проходить по /дата/, с проверкой знаний /дата/, а не с /дата/ по /дата/, с проверкой знаний /дата/ (т. 4 л.д. 20-21).

Учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу, что О. с П. № НЦ-7П от /дата/ о направлении в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» на обучение по охране труда в период с /дата/ по /дата/, с проверкой знаний /дата/, И. не знакомил; предоставленная О. копия Протокола № ОТ24-04/12-007 с неудовлетворительным результатом проверки знаний по охране труда /дата/, на основании которого О. издан П. об отстранении И. от работы, не отвечает требованиям достоверности; О. не направлял И. в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» на обучение и проверку знаний по охране труда в период с /дата/ по /дата/, с проверкой знаний /дата/, а также в период по /дата/, с прохождением проверки знаний по охране труда /дата/; письменные объяснения о причинах непрохождения обучения и проверки знаний по охране труда в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» по программе «Общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраной труда» до отстранения от работы О. у И. не запрашивал.

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства и выводы суда по ним, отстранение И. от работы с /дата/ без сохранения заработной платы произведено О. при отсутствии законных оснований. В связи с чем, П.О. № НЦ-26121 от /дата/ об отстранении И. от работы с /дата/ подлежит признанию незаконным.

Разрешая требования о признании незаконными П. № НЦ-28022 от /дата/ об объявлении выговора, Акта о дисциплинарном взыскании № от /дата/, П. № НЦ-14042 от /дата/ об увольнении по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ суд исходит из следующего правового регулирования:

Согласно ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение, в том числе по п. 5 ч. 1 ст. 81 настоящего Кодекса. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. П. (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным П. (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Как следует из разъяснений в п. 23, п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ № «О применении судами РФ Трудового Кодекса РФ» обязанность доказать соблюдение работодателем при применении к работнику дисциплинарного взыскания принципов дисциплинарной ответственности (справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм), наличие законного основания и соблюдение установленного порядка привлечения к дисциплинарной ответственности возлагается на работодателя. Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ № работник и работодатель обязаны соблюдать принципа недопустимости злоупотребления правом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ в п. 10 Обзора Верховного Суда по спорам об увольнении по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ /дата/, в П. о применении к работнику дисциплинарного взыскания должны быть не только ссылка на документы, послужившие основанием для применения дисциплинарного взыскания, а также приведен конкретный дисциплинарный проступок, который явился поводом к применению меры дисциплинарной ответственности, обстоятельства совершения вменяемого работнику проступка, период времени, в течение которого работником был допущен дисциплинарный проступок; суд не вправе выходить за рамки своих полномочий и самостоятельно за работодателя определять, в чем заключался дисциплинарный проступок, послуживший поводом для привлечения к дисциплинарной ответственности.

Учитывая правовое регулирования, разъяснения и правовые позиции Верховного Суда РФ, исследуя представленные в материалы дела доказательства по объявлению И. выговора на основании П. № НЦ-28022 от /дата/ судом установлено следующее.

Согласно П. № НЦ-28022 от /дата/ И. объявлен выговор за невыполнение по его вине трудовых обязанностей в части разработки должностных инструкций для должностей подчиненных подразделений, принимая во внимание тяжесть последствий данного нарушения для компании, факта не информирования им своего непосредственного руководителя о рисках, причинах и факте невыполнения задачи, а также в целом отношения сотрудника к работе (т. 1 л.д. 102, 159,211).

В П. об объявлении И. выговора не приведено в чем выражаются виновное невыполнение трудовых обязанностей по разработке должностных инструкций для должностей подчиненных подразделений, тяжесть последствий данного нарушения для компании, факта не информирования своего непосредственного руководителя о рисках, причинах и факте невыполнения задачи, отношение к работе, в П. не указано. Сведения о том привлекался/не привлекался И. ранее к дисциплинарной ответственности также отсутствуют в П..

В основанием издания П. об объявлении выговора указаны докладная записка от /дата/, Акт о невыполнении от /дата/, Акт об отсутствии объяснений от /дата/.

Из докладной записки от /дата/ менеджера по кадровому делопроизводству следует, что в установленный срок до /дата/ задача по разработке и изменению должностных инструкций для должностей Управления по информационным технологиям, а именно, отдела 1С, отдела прикладного программного обеспечения, отдела развития информационных систем, отдела сетевого и системного администрирования директором по информационным технологиям, то есть И., выполнена не была (т. 1 л.д. 104, 213).

Из Акта о невыполнении должностных обязанностей от /дата/, составленного генеральным директором, заместителем директора по информационным технологиям, менеджером по кадровому делопроизводству следует, что /дата/ И. в соответствии с п. 3.64 Должностной инструкции директора по информационным технологиям от /дата/ была поставлена задача: по разработке должностной инструкции по должности старшего консультанта 1С отдела развития информационных систем; и актуализация должностных инструкций для должностей подчиненных ему подразделений отдела 1С, отдела прикладного программного обеспечения, отдела развития информационных систем, отдела сетевого и системного администрирования. Срок выполнения задачи был установлен до /дата/. К назначенному сроку ни по одной из вышеуказанных должностей задача не выполнена. Указано, что в ходе проведения служебной проверки уважительных причин нарушения сроков выполнения данной задачи выявлено не было; перечислены последствия не выполнения задачи. Документы, послужившие основанием составления Акта и выводов в нем, в Акте о невыполнении должностных обязанностей от /дата/ О. не указаны (т. 1 л.д. 105, 214).

Материалами дела подтверждается, что Должностная инструкция по занимаемой И. должности утверждена генеральным директором О. /дата/; с трудовым договором от /дата/ при приеме на работу /дата/ по КЭДО И. для ознакомления под роспись не направлялась; в период после направления трудового договора по /дата/ и по состоянию на /дата/ И. с Должностной инструкцией по занимаемой должности от /дата/ также не был ознакомлен под роспись. Доводы О. об ознакомлении И. с Должностной инструкцией от /дата/ до направления трудового договора от /дата/ по КЭДО отклонены судом по основаниям изложенным ранее.

В подтверждение дисциплинарного проступка, указанного в Акте от /дата/, О. представлены Выписки из системы Bitrix 24 от /дата/ по задаче №, №, которые не были указаны в основании издания П. об объявлении выговора, в Акте о невыполнении должностных обязанностей от /дата/; допрошен свидетель О. ФИО5, занимающий должность заместителя директора по информационным технологиям с /дата/, в том числе на день дачи показаний в суде.

Исследовав представленные О. доказательства судом установлено, что в представленных О. Выписках Bitrix24 отсутствуют какие-либо сведения, что генеральный директор О. /дата/ ставил задачу И. и устанавливал ему срок до /дата/. Согласно Выписке Bitrix 24 по задаче № (скриншот) задача была создана /дата/ менеджером ФИО7 в период работы И. в «Неватом», - до трудоустройства И. к О. и была поставлена группе исполнителей, а не лично И.. Срок исполнения задачи не устанавливался генеральным директором О.. Как следует из выписки, менеджер ФИО7 предлагала группе исполнителей определять сроки самостоятельно и лишь рекомендовала «не затягивать» (т. 3 л.д. 227-234).

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что вопрос об актуализации инструкций был поднят по инициативе самого И. в октябре 2024 года перед ним, как заместителем И. и руководителями отделов, входящих в Управление по информационным технологиям.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что О. не возложил на И. должностные обязанности по разработке и актуализации должностных инструкций по должностям Управления по информационным технологиям, задачу по их разработке и актуализации /дата/ со сроком исполнения 18.12.2024г. И. не ставил.

Судом также установлено, что /дата/, то есть после отстранения И. от дистанционной работы, О. посредством КЭДО в Уведомление от /дата/ запросил у И. письменные объяснения о причинах нарушения сроков выполнения и неисполнения задачи по подготовке должностных инструкций для должностей, подчиненных ему подразделений, указав, что объяснения должны быть представлены в течение 2х рабочих дней. И. с данным Уведомлением ознакомлен /дата/ с применением УНЭП (т. 1л.д.158, 215).

Материалами дела подтверждается, что получив указанное Уведомление от /дата/, И. в связи с отсутствием в Уведомлении конкретной информации /дата/ (повторно /дата/) посредством КЭДО запрашивал у О. для дачи письменных объяснений доступ ко всем корпоративным информационным системам, который был закрыт ему в связи с отстранением от работы, или надлежащим образом заверенные копии документов в соответствии с которыми на него была возложена задача по должностным инструкциям, установлены сроки выполнения задачи (фото, скриншоты с полным отражением всех изменений) (т 1 л.д.57-96); О. их не предоставил, доказательств об обратном О. не предоставлено.

Согласно Акту № от /дата/ об отсутствии письменного объяснения, запрошенные у И. в Уведомлении от /дата/ письменные объяснения по состоянию на /дата/ не поступили (т. 1 л.д. 216).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что О., не предоставив И., запрашиваемые им доступ или документы, лишил И. возможности предоставить письменные объяснения и объявил ему выговор без полного и объективного установления всех обстоятельств, включая обстоятельства наличия или отсутствия его вины. Кроме того, такое поведение О. является недобросовестным и свидетельствует о злоупотреблении О. правом на привлечение И. к дисциплинарной ответственности, что недопустимо, на И. не могут быть возложены негативные последствия из –за недобросовестного поведения О..

В связи с чем, суд приходит к выводу, что выговор объявлен И. при отсутствии дисциплинарного проступка.

Материалами дела также подтверждается, что И. ранее к дисциплинарной ответственности не привлекался, за работу в период до отстранения от работы, в том числе за работу в ноябре 2024, как следует из расчетных листков за октябрь и ноябрь 2024, премировался (т. 1 л.д. 96,97). Однако, указанные обстоятельства при избрании О. выговора, как меры дисциплинарного взыскания за дисциплинарный проступок, не учтены в П. об объявлении выговора и Акте о неисполнении должностных обязанностей от /дата/. Доказательств, подтверждающих тяжесть последствий вменяемого дисциплинарного проступка для О., факта не информирования своего непосредственного руководителя о рисках, причинах и факте невыполнения задачи О. не представлено.

Напротив, как следует из Выписки по задаче №, представленной О., в группу исполнителей /дата/ в период отстранения И. от дистанционной работы, был добавлен генеральный директор О., - ФИО8; с /дата/ и по состоянию на /дата/ (5,5 мес.) задача по должностным инструкциям не завершена. Неисполнение задачи по состоянию на /дата/ с участием генерального директора О. с /дата/ в качестве одного из исполнителей, свидетельствует, что задача по должностным инструкциям является либо объемной и сложной, не исполнимой за 5,5 мес., в том числе за один рабочий месяц, либо не настолько важна для О., не влечет для него негативных последствий.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что избранная О. мера дисциплинарного взыскания в виде выговора является в том числе чрезмерной.

В обоснование нарушения О. порядка привлечения к дисциплинарной ответственности И. ссылается, что О. не предоставил ему для дачи письменных объяснений 2 рабочих дня, предусмотренных в ст. 193 ТК РФ и Уведомлении О. от /дата/ о даче письменных объяснений, дни отстранения от работы не являются рабочими днями. Возражая на доводы И., О. утверждает, что порядок привлечения И. к дисциплинарной ответственности им соблюден, в положениях ст. 193 ТК РФ предусмотрены 2 рабочих дня работодателя.

Доводы О. о соблюдении им порядка привлечения к дисциплинарной ответственности в виде выговора подлежит отклонению.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 ТК РФ. В частности, ч. 1 ст.193 ТК РФ предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Согласно ч. 3 ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ в Обзоре по спорам об увольнении по инициативе работодателя, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ /дата/ (п. 6, п. 7), из приведенных нормативных положений следует, что для обеспечения объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания работодателю необходимо соблюсти установленный законом порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, в том числе - затребовать у работника письменное объяснение, предоставив ему 2 рабочих дня; положения ч. 3 ст. 193 ТК РФ специально исключают время болезни работника, пребывания его в отпуске из срока применения дисциплинарного взыскания, указанные дни не являются рабочими днями работника, соответственно, в указанные периоды работодатель не вправе затребовать от работника письменные объяснения.

В силу ч. 1 ст. 91 ТК РФ дни отстранения работника от работы не являются рабочими днями работника. Однако, их исключение из срока применения дисциплинарного взыскания положениями ч. 3 ст. 193 Трудового Кодекса РФ не предусмотрено.

Вместе с тем, исходя из смысла положений ч. 1 и ч. 3 ст. 193 ТК РФ, правовой позиции Верховного Суда РФ, затребовав у И. письменные объяснения в период отстранения от работы по обстоятельствам неисполнения трудовых обязанностей, имевшим место до отстранения от работы, и не предоставив ему для дачи письменных объяснений, запрашиваемые им доступ к корпоративным информационным системам, который был ему закрыт в связи с отстранением от работы или надлежащим образом заверенные копии документов, в соответствии с которыми на него была возложена задача по должностным инструкциям, установлены сроки выполнения задачи (фото, скриншоты с полным отражением всех изменений), О. нарушил порядок привлечения И. к дисциплинарной ответственности, поскольку объективную оценку фактических обстоятельств, послуживших основанием объявления ему выговора, не произвел.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что П. № НЦ-28022 от /дата/ об объявлении И. выговора подлежит признанию незаконным, в связи с отсутствием законного основания и нарушением порядка привлечения к дисциплинарной ответственности.

Проверяя доводы И. и Возражения О. относительно требования о признании незаконным Акта № от /дата/ о дисциплинарном взыскании, разрешая ходатайство О. о применении к указанному требованию последствий пропуска срока обращения в суд, исходит из следующего.

Согласно П. № НЦ-1442 от /дата/ об увольнении И. уволен за «неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей при наличии дисциплинарного взыскания, п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса Российской Федерации». Иные сведения по основанию увольнения в П. об увольнении отсутствуют (т. 1 л.д. 111, т. 2 л.д. 22, т. 3 л.д. 44).

В основании издания П. об увольнении О. указаны докладная записка № от /дата/ (т. 2 л.д. 23, т. 3 л.д.38); Уведомление о необходимости дать письменные объяснения № от /дата/ (т. 2 л.д. 24); Акт об отсутствии письменного объяснения № от /дата/ (т. 2 л.д. 25) и оспариваемый Акт о дисциплинарном взыскании № от 08.04.2025(т. 2 л.д. 26, т. 3 л.д.41, 169, т. 4 л.д. 6); иные доказательства в П. не указаны.

В связи с чем суд приходит к выводу, что прекращая трудовой договор с И. по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ О. исходил из сведений в указанных доказательствах, включая оспариваемый И. Акт о дисциплинарном взыскании № от /дата/.

В силу ст. 67 ГПК РФ имеющиеся в деле доказательства подлежат всестороннему, полному, объективному и непосредственному исследованию с учетом относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

В исковом заявлении о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, поданном в суд /дата/ в пределах установленного ст. 392 ТК РФ срока, И. в обоснование требования о признании незаконным П. об увольнении ссылался, в том числе на Акт О. о дисциплинарном взыскании № от /дата/, как незаконное основание издания П. об увольнении.

В соответствии с ч. 1 ст. 39 ГПК РФ И. вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, О. вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением. Указанные в ч. 1 ст. 39 ГПК РФ процессуальные права вытекает из конституционно значимого принципа диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом. Изменение предмета иска без изменения основания иска является процессуальным правом И. и означает изменение процессуального отношения по разрешению спорного материального правоотношения в гражданском судопроизводстве, а не возникновение нового процессуального отношения по разрешению нового спора. В связи с чем, ходатайство О. о применении к исковому требованию о признании незаконным Акта о дисциплинарном взыскании № от /дата/ последствий пропуска срока обращения в суд, на том основании, что оно было заявлено в заявление об изменении исковых требований /дата/, подлежит отклонению.

Согласно Акту о дисциплинарном взыскании № от /дата/ обязанность по своевременному прохождению обучения, инструктажей и проверки знаний по охране труда закреплена должностной инструкцией по занимаемой И. должности, положением «О контроле функционирования и мониторинга реализации мероприятий системы управления охраной труда в ООО «Неватом цифра»», приложением 5 к положению «О порядке обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда в ООО «Неватом цифра»». Согласно указанному Акту /дата/ И. была назначена проверка знаний по охране труда в учебном центре ООО «Центр профессиональной переподготовки»; в назначенное время И. не явился в учебный центр, поскольку открыл больничный лист; по завершению больничного листа /дата/ в 10-00 было вновь организовано проведение повторной проверки знаний и навыков по охране труда в учебном центре ООО «Центр профессиональной переподготовки»; /дата/ в 10- 00 И. явился, но от прохождения тестирования отказался без конкретного пояснения причин. Письменные объяснения о причинах отказа пройти проверку знаний по охране труда, истребованные у И. /дата/ посредством КЭДО, на дату составления Акта не представлены.

Как следует из докладной записки № от /дата/, указанной в П. об увольнении, И. /дата/ в назначенное время явился в учебный центр ООО «Центр профессиональная переподготовки» для прохождения повторной проверки знаний и навыков по охране труда, но от прохождения тестирования отказался без конкретного пояснения причин.

Согласно сведениям в Уведомление об истребовании письменных объяснений № от /дата/, указанного в П. об увольнения, обязанность проходить проверку знаний по охране труда установлена И. в должностной инструкции по занимаемой должности, в связи с чем, ему необходимо представить письменные объяснения по каким причинам /дата/, явившись в Центр профессиональной переподготовки к назначенному времени отказался проходить проверку знаний требований охраны труда.

Учитывая указанные сведения, суд приходит к выводу, что сведения в докладной записке № от /дата/ и Уведомление об истребовании письменных объяснений № от /дата/ относятся к обстоятельствам отказа И. /дата/ проходить повторную проверку знаний по охране труда в ООО «Центр профессиональная переподготовки», указанным в Акте о дисциплинарном взыскании № от /дата/ и отражены в нем.

Принимая во внимание, что в П. об увольнении И. дисциплинарный проступок и обстоятельства, послужившие поводом к увольнению И. по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ О. не приведены, суд приходит к выводу, что увольняя И., О. исходил из обстоятельств, учтенных О. в Акте № от /дата/ о дисциплинарном взыскании, оспариваемом И..

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ № разъяснено, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания (п. 33). На О. лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора (п. 34). Следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, П. работодателя, технических правил и т.п.); к таким нарушениям, в частности, относятся, в том числе отказ работника от прохождения в рабочее время специального обучения и сдачи экзаменов по охране труда, технике безопасности и правилам эксплуатации, если это является обязательным условием допуска к работе (п. 35). Следует учитывать, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является также соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм; в этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду; если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (п. 53).

Учитывая правовое регулирование, разъяснения Верховного Суда РФ по его применению и обстоятельства, имеющие юридическое значение для вывода о наличии законного основания для применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, суд приходит к выводу, что в Акте о дисциплинарном взыскании № от /дата/, послужившим основанием издания П. об увольнении И., О. фактические обстоятельства, имеющие значение для принятия законного решения о прекращении трудового договора по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ с И. за повторное непрохождение проверки знаний по охране труда, в полном объеме не установлены, не оценены, соответственно, не учтены.

В частности, в оспариваемом Акте отсутствуют сведения по обстоятельствам, связанным с возложением на И. обязанностей по охране труда, включая обучение и проверку знаний охраны труда в сторонней организации, ознакомлением И. с перечисленными локальными нормативными актами и с П. о направлении его на обучение и проверку знаний охраны труда с /дата/ по /дата/; отсутствуют сведения, что И. обучение и проверку знаний по охране труда в указанный период не проходил; обстоятельства наличия/отсутствия вины И. в не прохождении обучения и проверке знаний по охране труда с /дата/ по /дата/ также отсутствуют. В оспариваемом Акте также отсутствуют сведения о том, что О. включает в неоднократное неисполнения И. трудовых обязанностей без уважительных причин; сведения учитывает или не учитывает О. объявленный И. выговор тоже отсутствуют; обстоятельства, характеризующие предшествующее поведение И., его отношение к работе, тяжесть проступка в Акте о дисциплинарном взыскании № от /дата/ не указаны.

Согласно письменным и устным пояснениям О., неисполнение трудовых обязанностей, за которое И. получил второе дисциплинарное взыскание, - увольнение, выражается в том, что И. не исполнял П.О. по прохождению обучения и сдаче экзаменов по охране труда, а именно, неисполнение П. от /дата/ о направлении на обучение и проверку знания требований охраны труда с /дата/ по /дата/ и П. от /дата/ о направлении И. на повторную проверку знаний по охране труда /дата/, затем /дата/. Впоследствии другой представитель О. пояснил, что дисциплинарный проступок, за которое применено второе взыскание в виде увольнения не включает неисполнение П. от /дата/ о направлении на обучение и проверку знаний требований охраны труда с /дата/ по /дата/. Указанные уточнения принимаются, поскольку в оспариваемом Акте о дисциплинарном взыскании № от /дата/ указаны только обстоятельства по прохождению проверки знаний охраны труда /дата/, затем /дата/. Согласно пояснениям О. неоднократность неисполнения трудовых обязанностей без уважительных причин выражается в неисполнение трудовых обязанностей, за которое И.П. от /дата/ объявлен выговор, и в неисполнении обязанностей по прохождению повторной проверки знаний по охране труда /дата/.

Материалами дела подтверждается, что О. письменные объяснения у И. о причинах непрохождения обучения и проверки знаний по охране труда по программе «общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраны труда» в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» в период с /дата/ по /дата/ до и после отстранения от работы с /дата/, а также по состоянию на /дата/ непосредственно перед направлением на повторную проверку знаний в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих», то есть /дата/, не запрашивал. В период с /дата/ до повторного направления И. на проверку знаний по охране труда в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» /дата/ и /дата/ О.И. на обучение по охране труда по программе «общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраны труда» не направлял.

Доводы О., что И. мог пройти обучение по охране труда в указанный период, поскольку доступ к программе обучения ему был открыт, со ссылкой на сообщение ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» от /дата/ №НЦ, согласно которому первично доступ был предоставлен с /дата/ по /дата/, в дальнейшем по просьбе О. был продлен по /дата/, подлежит отклонению.

Так, материалами дела подтверждается, что /дата/ И. после отстранения его от работы в адрес генерального директора по КЭДО и по WhatsApp направлено сообщение с просьбой сообщить, какое обучение и проверку знаний по охране труда, в какие даты и по какому адресу, в какое время ему необходимо пройти; на указанное сообщение генеральный директор ответил по WhatsApp /дата/ в части необходимости пройти /дата/ проверку знания требований охраны труда в ООО Центре профессиональной переподготовки; на вопросы по теме, месту, дате и времени обучения по охране труда не ответил.

Учитывая установленные обстоятельства, а также принимая во внимание выводы суда, что О. обязанности по охране труда, включая обучение и проверку знаний по охране труда в организации, оказывающей услуги по обучению охране труда работодателей и работников, не возложил на И.; с П. от /дата/ о направлении И. в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» на обучение по охране труда в период с /дата/ по /дата/, с проверкой знаний /дата/, не знакомил; на обучение и проверку знаний по охране труда в период по /дата/, с прохождением проверки знаний по охране труда /дата/ в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» не направлял; обучение по охране труда И. в указанные периоды не проходил, поскольку обязанности на него не возлагались, он не знал о направлении его на обучение; письменные объяснения о причинах непрохождения обучения и проверки знаний по охране труда в ООО «Центр профессиональной переподготовки рабочих» до отстранения от работы с /дата/ О. у И. не запрашивал суд приходит к выводу, что Акт о дисциплинарном взыскании № от /дата/ не отвечает требованиям полноты и всесторонности, объективности и законности, в связи с чем подлежит признанию незаконным.

Принимая во внимание выводы суда о незаконности Акта о дисциплинарном взыскании № от /дата/ и П. от /дата/ об объявлении И. выговора, а также, что О. не предоставлено доказательств допущения И. нарушений, которые послужили поводом к его увольнению, суд приходит к выводу, что увольнение И. за «неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей при наличии дисциплинарного взыскания, п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ произведено О. при отсутствии законного основания увольнения.

В обоснование нарушения О. порядка привлечения к дисциплинарной ответственности И. ссылается, что О. не предоставил ему для дачи письменных объяснений 2 рабочих дня, предусмотренных в ст. 193 ТК РФ, нарушил срок привлечения к дисциплинарной ответственности с момента обнаружения проступка.

Письменные объяснения о причинах отказа И. пройти проверку знаний по охране труда /дата/ в 10-00 О. запрошены в Уведомление № от /дата/, направленным И. посредством КЭДО (т. 3 л.д. 39, т.4 л.д. 39,40). Письменные объяснения И. не представлены О..

В силу ст. 91 ТК РФ дни отстранения от работы действительно не являются рабочими днями работника, вместе с тем, их исключение из срока привлечения работника к дисциплинарной ответственности положениями ч. 3 ст. 193 ТК РФ не предусмотрено.

В связи с чем, довод И. о непредставлении ему 2х рабочих дней подлежит отклонению.

Доводы о нарушении срока привлечения к дисциплинарной ответственности с момента обнаружения дисциплинарного проступка также отклоняются. Как установлено судом неоднократность неисполнения трудовых обязанностей без уважительных причин выражается в неисполнение трудовых обязанностей, за которое И.П. от /дата/ объявлен выговор, и в неисполнении обязанности по прохождению повторной проверки знаний по охране труда /дата/. Материалами дела подтверждается, что И. был временно нетрудоспособен с /дата/ по /дата/ (15 дн.), о чем своевременно уведомлял О. по КЭДО. В период временной нетрудоспособности И. с /дата/ по /дата/ О. предоставил И. с /дата/ по /дата/ ежегодный отпуск (6 дн.). П. об увольнении издан /дата/. Исключая период временной нетрудоспособности и отпуска (02 мес. 03 дн.), П. об увольнении издан по истечении 29 дней с /дата/, то есть в пределах, установленного ч. 3 ст. 193 ТК РФ.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что порядок привлечения И. к дисциплинарной ответственности О. не нарушен.

Учитывая, что увольнение И. произведено в отсутствие законного основания увольнения, П. № НЦ-1442 от /дата/ об увольнении И. за «неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей при наличии дисциплинарного взыскания, п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса Российской Федерации», подлежит признанию незаконным, а И. восстановлению на работе в должности директора по информационным технологиям в Управление по информационным технологиям с выполнением трудовой функции дистанционно с /дата/.

Согласно ч. 1 ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в том числе в случае незаконного отстранения от работы и незаконного увольнения.

В связи с чем, О. обязан возместить И. средний заработок за период незаконного отстранения от работы с /дата/ по /дата/, за период незаконного увольнения с /дата/ по /дата/ (день вынесения решения суда).

Как установлено судом, И. отстранен от работы без сохранения заработной платы. Согласно расчетным листкам размер начисленной И. заработной платы за период с /дата/ по /дата/ до удержания НДФЛ составляет 1149425,26 руб.; количество рабочих дней за которые она начислена, - 44 рабочих дня. В связи с чем, средний дневной заработок И. до удержания НДФЛ за расчетный период составляет 26 123,30 руб. (1149425,26./44 ) (т. 1 л.д. 230, т. 4 л.д. 57). Разногласий в указанной части у сторон не имеется.

Вместе с тем, имеются разногласия в части исчисления среднего заработка за период незаконного отстранения. О. полагает, что исключению из дней вынужденного прогула подлежат дни временной нетрудоспособности И..

Материалами дела подтверждается, что в период незаконного отстранения И. был временно нетрудоспособен с /дата/ по /дата/ (01 мес. 12 дн.), с /дата/ по /дата/ (15 дн.) (т. 3 л.д. 209-212).

Довод О. об исключении из дней вынужденного прогула за период незаконного отстранения от работы дней временной нетрудоспособности подлежит отклонению, поскольку основан на неправильном применении норм материального права, регулирующего спорные правоотношения в указанной части.

Так, согласно п. 2 ч. 1 ст. 9 Федерального закона от /дата/ N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" пособие по временной нетрудоспособности не назначается застрахованному лицу за период отстранения от работы в соответствии с законодательством РФ, если за этот период не начисляется заработная плата.

В абз. 4 п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ № «О применении судами РФ Трудового Кодекса РФ» разъяснено, что при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные И. в пределах срока оплачиваемого прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Учитывая приведенное правовое регулирование, разъяснения Верховного Суда РФ средний заработок в пользу И. подлежит взысканию за все дни вынужденного прогула, включая дни временной нетрудоспособности работника.

Согласно производственному календарю за 2024, 2025 количество рабочих дней по пятидневной рабочей неделе в период с /дата/ по /дата/ составляет 71 рабочий день. В связи с чем, размер среднего заработка за период незаконного отстранения от работы по день незаконного увольнения с /дата/ по /дата/ до удержания НДФЛ составляет 1 854 754,30 руб. (26 123,30*71).

Согласно производственному календарю за 2025 количество рабочих дней по пятидневной рабочей неделе в период с /дата/ по состоянию на /дата/ составляет 148 рабочих дня. В связи с чем, размер среднего заработка И. за период незаконного увольнения, начиная с /дата/ по состоянию на /дата/ составляет до удержания НДФЛ, - 3 892 371,70 руб. (26123,30 *149).

Учитывая изложенное в пользу И. подлежит взысканию средний заработок за период незаконного отстранения от работы по день незаконного увольнения с /дата/ по /дата/ до удержания НДФЛ в размере 1 854 754,30 руб., за период незаконного увольнения с /дата/ по /дата/ до удержания НДФЛ в размере 3 892 371,70 руб.

Согласно ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока выплаты заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка РФ от не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение не начисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении, по день фактического расчета включительно.

Проверив и согласившись с представленным И. расчетом компенсации за задержку выплаты заработка за период незаконного отстранения от работы с /дата/ по /дата/, за период незаконного увольнения с /дата/ по /дата/, учитывая, что от О. в указанной части возражений не поступило, правильность расчетов под сомнение не поставлены, суд приходит к выводу, что в пользу И. подлежит взысканию компенсация за задержку выплаты заработка за период незаконного отстранения от работы с /дата/ по /дата/ по состоянию на /дата/ в размере до удержания НДФЛ, - 612 386,72 рублей, за период незаконного увольнения с /дата/ по /дата/ в размере до удержания НДФЛ, - 438 934,10 рублей (т. 4 л.д.77-84,85-89).

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. В абзаце 4 п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ N 2 разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Учитывая объем и характер неправомерных действий О., объем и характер нарушенных О. трудовых прав И., длительный период допущенных О. нарушении, нравственные переживания И., в связи с лишением возможности трудиться и получать заработную плату, с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании в пользу И. компенсации морального вреда в размере 20 000,00 рублей, полагая, что в остальной части размер требуемой И. компенсации морального вреда является завышенным.

Разрешая заявление И. о взыскании в его пользу понесенных им судебных расходов на оплату услуг представителя суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 98, ст. 100 ГПК РФ в случае принятия решения об удовлетворении иска суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, в том числе на оплату услуг представителя.

В Постановление Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 ГПК РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11). Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, в соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (п. 12). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13).

Представленными платежными документами подтверждается, что сумма судебных расходов И. на оплату услуг представителя адвоката Яцученко Т.В. составляет 166 000,00 руб. Стороной О. не заявлены возражения о чрезмерности указанной суммы судебных расходов.

В этой связи, принимая во внимание характер и категорию спора, который к простым не относится, обстоятельства и сложность дела, а также длительность его рассмотрения, объем и качество оказанной юридической помощи, количество и продолжительность судебных заседаний с участием представителя И., количество подготовленных им процессуальных документов, произведенных расчетов с учетом их сложности, активное процессуальное поведение представителя И. в ходе рассмотрения дела, представление им письменных доказательств, а также приведение достаточных и убедительных доводов и мотивов, письменных пояснений, возражений относительно правовой позиции О., собственных расчетов, а также иных доказательств, которые были приняты судом и положены в основу постановленного судебного акта, учитывая достигнутый правовой результат, а также то обстоятельство, что частичное удовлетворение требований обусловлено снижением размера компенсации морального вреда, что с учетом разъяснений п. 21 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" исключает применение принципа пропорционального возмещения издержек, исходя объема и качества оказанной юридической помощи, принимая во внимание наличие у представителя статуса адвоката, а также учитывая сложившейся на рынке юридических услуг <адрес> средний размер оплаты таких услуг, суд приходит к выводу, что требования И. о взыскании расходов на оплату юридических услуг представителя в сумме 166 000,00 руб. в полной мере отвечают принципам разумности и справедливости, а потому подлежат взысканию с О. в полном объеме.

В соответствии со ст. 211 ГПК РФ решение суда в части восстановления ФИО1 на работе, а также в части взыскания заработной платы за три месяца за период с 26.12.2024г. по 26.03.2025г. в размере 1 515 151,40 руб. подлежит немедленному исполнению.

В соответствии со ст. ст. 98,103 ГПК РФ, с учетом положений ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, а также положений Федерального закона от /дата/ N 259-ФЗ "О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах", учитывая, что И. был освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с указанным иском, с О. в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 74 589,13 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать незаконным П. ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» № НЦ-26121 от 26.12.2024г. об отстранении ФИО1 от работы.

Признать незаконным П. ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» № НЦ-28022 от 28.02.2025г. об объявлении выговора ФИО1.

Признать незаконным акт о дисциплинарном взыскании № от 08.04.2025г. в отношении ФИО1.

Признать незаконным П. ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» № от 14.04.2025г. об увольнении ФИО1 по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Восстановить ФИО1 в должности директора по информационным технологиям в Управлении по информационным технологиям в ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» с дистанционным характером работы, с /дата/.

Взыскать ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» (ОГРН <***>, ИНН <***>) пользу ФИО1, /дата/ года рождения, (паспорт №, №.) заработную плату за время вынужденного прогула, в связи с незаконным отстранением от работы за период с 26.12.2024г. по 14.04.2025г. в размере 1 854 754,30 руб.; заработную плату за время вынужденного прогула, в связи с незаконным увольнением за период с 15.04.2025г. по 18.11.2025г. в размере 3 892 371,70 руб.; денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы, в связи с незаконным отстранением от работы, за период с 29.12.2024г. по 18.11.2025г. в размере 612 386,72 руб.; денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы, в связи с незаконным увольнением, за период с 19.04.2025г. по 18.11.2025г. в размере 438 934,10 руб.; компенсацию морального вреда в размере 20 000,00 руб., судебные расходы по оплате юридических услуг представителя в размере 166 000,00 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ООО «НЕВАТОМ ЦИФРА» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 74 589,13 руб.

Решение в части восстановления на работе, а также в части взыскания заработной платы за три месяца за период с 26.12.2024г. по 26.03.2025г. в размере 1 515 151,40 руб. подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес>.

Председательствующий судья /подпись/ Н.В. Заря

Мотивированное решение изготовлено /дата/.