УИД: 77RS0017-02-2021-006534-11
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 июня 2022 года г. Москва
Нагатинский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Осиповой Я.Г., при секретаре Чукановой А.В., с участием прокурора Туравиновой Л.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-96/22 по исковому заявлению ФИО1 к ГАУЗ СП № 62 ДЗМ о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ГАУЗ СП № 62 ДЗМ, в котором просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб. в счет возмещения вреда, причиненного здоровью истца, расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.
Требования мотивированы тем, что в марте 2019 года ФИО1 обратился в ГАУЗ СП № 62 ДЗМ с целью установки коронок на 2 зуба. В период оказания стоматологических услуг с 15 марта 2019 года по 23 июня 2020 года, в результате халатного отношения к своим должностным обязанностям, врачом ФИО2, после многочисленных переделок, повторной вставки выпавших коронок, повреждения соседним зубов, были повреждены и удалены два зуба, которые восстановлению в бесплатном порядке не подлежат. Истец полагал, что вред его здоровью причинен по вине ответчика, что является основанием для взыскания с ГАУЗ СП № 62 ДЗМ компенсации морального вреда.
Истец в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещался судом надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, его представитель в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить.
Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.
Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.
Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования являются обоснованным и подлежат удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.
Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основными принципами охраны здоровья являются, в частности, соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (п. 1), приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (п. 2), доступность и качество медицинской помощи (п. 6.), недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п. 7).
В соответствии с ч. 5 данной статьи пациент имеет право, в том числе на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (п. 2); получение консультаций врачей-специалистов (п. 3); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (п. 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (п. 5); отказ от медицинского вмешательства; возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (п. 9).
Согласно п. 3 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.
В соответствии с п. 4 данной статьи медицинской услугой является медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.
Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 указанного Федерального закона).
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на всей территории РФ всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 указанного Федерального закона).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого Федерального закона и утверждаются уполномоченным органом исполнительной власти.
Согласно ч. 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 части 5 ст. 19 указанного Федерального закона предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Судом установлено и следует из материалов дела, что в марте 2019 года ФИО1 обратился в ГАУЗ СП № 62 ДЗМ с целью получения стоматологической помощи.
Как указал истец, в результате действий врача ГАУЗ СП № 62 ДЗМ ФИО1 были повреждены и удалены два зуба, таким образом, истцу причинен вред здоровью.
По ходатайству стороны истца судом назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено АО «НИЭМ».
Согласно заключению эксперта АО «НИЭМ» № 218/22 от 31 мая 2022 года, согласно имеющейся в материалах дела амбулаторной карте ГАУЗ СП № 62 ДЗМ, начатой 15.11.2017 у ФИО3 при первичном обращении имелись жалобы на глубокую болезненную кариозную полость в 1.6 (зубе), в связи с чем ему был выставлен диагноз К04.0 Хронический фиброзный пульпит и проведено соответствующее лечение. Повторное обращение пациента в клинику произошло через 1,5 года 12.02.2019, в связи с тем же 1.6 (зубом). Поставлен диагноз К04.5 Хронический периодонтит и произведено удаление зуба. 10.03.2019 ФИО3 обращается за медицинской помощью с жалобами на разрушенный 3.5 (зуб). Выставлен диагноз К04.5 Хронический периодонтит, в связи с чем произведено удаление зуба. 28.11.2019 пациент обратился с жалобой на дискомфорт в области 2.6 (зуба). Поставлен диагноз К02.1 - Кариес дентина, в связи с чем выполнено соответствующее лечение. Следующее обращение ФИО3 в клинику ответчика зафиксировано 19.06.2020, в связи с жалобами на боли в области 3.6 (зуба). Поставлен диагноз 802.5 - Перелом корня зуба, после чего пациент направлен на рентгенологическое обследование и консультацию стоматолога-хирурга, которым поставлен диагноз К04.5 Хронический периодонтит этого зуба и 25.06.2020 произведено его удаление.
Кроме того, в материалах дела имеется наряд ортопедического отделения ГАУЗ СП № 62 к амбулаторной карте № 04077-19 на имя пациента ФИО3, подписанный врачом ФИО4 и датированный 13.02.2019. В нем содержатся указание часов работы врача и отметки о назначении пациента на слепки, на прикус, на примерку, за получением заказа 15.03, 27.03, 05.04, 11.04, 18.04, 23.04, 27.05, 13.04. Однако, медицинские документы, на основании которых можно было бы судить, в связи с чем делались данные назначения, в материалах дела отсутствуют и недоступны для проведения экспертизы.
При диагнозе К04.0 Хронический фиброзный пульпит, который был поставлен ФИО3 в отношении 1.6 (зуба) при его обращении в ГАУЗ СП № 62 ДЗМ 15.11.2017, лечение производится в соответствии с Клиническими рекомендациями (протоколам лечения) при диагнозе «Болезни пульпы зуба», утвержденными Постановлением № 15 Совета Ассоциации общественных - объединений «Стоматологическая Ассоциация России» от 30 сентября 2014 года, актуализированными 02 августа 2018 года. Согласно этому документу, при модели пациента 7.4, соответствующей нозологической форме «хронический пульпит», предусматривается проведение эндодонтического лечения (экстирпация пульпы, инструментальная и медикаментозная обработка корневого канала, пломбирование корневого канала), восстановление зуба пломбой. Согласно записям в амбулаторной карте ГАУЗ СП № 62 ДЗМ, таковое лечение ФИО3 было проведено. В то же время, согласно требованиям упомянутых Клинических рекомендаций, в процессе лечения должна выполняться диагностика состояния зубочелюстной системы с помощью методов и средств лучевой визуализации. В представленной амбулаторной карте ГАУЗ СП № 62 ДЗМ не имеется никаких сведений, свидетельствующих о том, что данное обследование пациенту выполнялось. В листе учета дозовых нагрузок при рентгенологических исследованиях зафиксировано только одно рентгенологическое обследование, датированное 19.06.20. В материалах дела имеются пять прицельных дентальных снимков без датировки и указания зоны обследования, вследствие чего их экспертная оценка невозможна. Кроме того, имеется ортопантомограмма, маркированная 20.09.20, на основании которой судить о качестве лечения, проведенного в 2017 году не представляется возможным.
При диагнозе К04.5 Хронический периодонтит, поставленному ФИО3 12.02.2019 в отношении 1.6 (зуба), 10.03.2019 в отношении 3.5 (зуба), 25.06.2020 в отношении 3.6 (зуба), лечение производится в соответствии с Клиническими рекомендациями (протоколами лечения) при диагнозе «Болезни периапикальных тканей», утвержденными Постановлением № 18 Совета Ассоциации общественных объединений «Стоматологическая Ассоциация России» от 30 сентября 2014 года, актуализированными 02 августа 2018 года. Согласно этому документу, в случае безуспешного консервативного лечения или его невозможности рассматривается вопрос о консервативно-хирургических или хирургических методах лечения, к которым, в частности относится операция удаления зуба. Для решения вопроса о наличии показаний к этому вмешательству требуется проведение диагностики состояния зубочелюстной системы с помощью методов и средств лучевой визуализации. Однако, в представленной амбулаторной карте ГАУЗ СП № 62 ДЗМ не имеется никаких сведений, свидетельствующих о том, что данное обследование в отношении 1.6, 3.5 (зубов) пациенту выполнялось. Соответственно, судить о том, насколько необходимым являлись проведенные операции удаления зуба, достоверно не представляется возможным. В то же время, в дневниковых записях имеются записи о том, что данные зубы были разрушены ниже десневого края, на основании чего можно предполагать о наличии показаний к операции удаления зуба. Как уже отмечалось выше, в листе учета дозовых нагрузок при рентгенологических исследованиях зафиксировано одно рентгенологическое обследование, датированное 19.06.20 и относящееся, по-видимому, к зубу 3.6 (согласно соответствующим цифрам, упоминаемым в этом листе). Описание или интерпретация этого исследования в медицинской карте отсутствует. В одном из представленных рентгеновских прицельных снимков имеется изображение, которое согласно анатомической конфигурации может принадлежать зубу 3.6. На нем определяется перелом медиального корня этого зуба. На его коронковой части находится искусственная металло-конструкция, отломанная или отпиленная от промежуточной части мостовидного протеза. Однако, если принять эту гипотезу, го упомянутая промежуточная часть должна соответствовать отсутствующему 3.5 зубу), в то время как сведений о проведении зубного протезирования после удаления 3.5 (зуба) от 10.03.19 в медицинской карте не имеется. Имеющаяся в материалах дела ортопантомограмма, датирована 20.09.20, т.е. позже проведенных ФИО3 хирургических манипуляций, вследствие чего использовать ее для ответа на поставленный вопрос невозможно.
При диагнозе К02.1 - Кариес дентина, поставленном пациенту 28.11.2019, лечение осуществляется в соответствии с Клиническими рекомендациями (протоколами лечения) при диагнозе «кариес зубов», утвержденными Постановлением № 15 Совета Ассоциации общественных объединений «Стоматологическая Ассоциация России» от 30 сентября 2014 года, актуализированными 02 августа 2018 года. Согласно этому документу, предусматривается восстановления зуба пломбой, что и было выполнено ФИО3
Таким образом, выявлены нарушения при ведении медицинской документации в ГАУЗ СП № 62, заключавшиеся в отсутствии сведений о назначении, проведении методов лучевой диагностики при лечение 1.6,3.5 (зубов), результатах этих исследований в отношении 1.6, 3.5, 3.6 (зубов) у пациента ФИО3, хотя выполнение данных исследований предусмотрено требованиями соответствующих Клинических рекомендаций (протоколов лечения), в качестве необходимого условия для обеспечения качественного лечения. В отсутствие этих данных, выносить заключение о качестве лечения данных зубов не представляется возможным. Кроме того, выявлено несоответствие между отметками в наряде ортопедического отделения ГАУЗ СП № 62 к амбулаторной карте № 04077-19 на имя пациента ФИО3 и записями в самой этой карте. Соответственно, нельзя делать вывод о том, с какой целью пациент назначался на указанные в наряде даты, выполнялось ли ему ортопедическое лечение и планировалось ли оно вообще.
Как указано в ответах на предыдущие вопросы, пациенту ФИО1 в ГАУЗ СП № 62 ДЗМ произведено удаление трех зубов: 1.6, 3.5, 3.6. Ввиду отсутствия объективных данных методов лучевой диагностики в отношении этих зубов (которые должны были выполняться согласно Клиническим рекомендациям (протоколам лечения) при диагнозе «Болезни периапикальных тканей»), достоверных выводов в отношении наличия медицинских показаний к удалению упомянутых зубов, не представляется возможным.
Суд принимает указанное заключение, поскольку оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется, поскольку оно составлено экспертами, имеющими специальные познания, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, заключение соответствует требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ и ст. 8 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», является ясным, никаких противоречий не содержит.
Дав оценку собранным по делу доказательствам, в том числе заключению эксперта АО «НИЭМ» № 218/22 от 31 мая 2022 года, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела факт причинения здоровью истца действиями ответчика не нашел своего подтверждения.
Между тем, экспертами АО «НИЭМ» в результате проведения экспертизы выявлены нарушения при ведении медицинской документации в ГАУЗ СП № 62, а также несоответствие между отметками в наряде ортопедического отделения ГАУЗ СП № 62 к амбулаторной карте № 04077-19 на имя пациента ФИО3 и записями в самой этой карте, в связи с чем, суд приходит к выводу, что истцу ФИО3 оказаны стоматологические услуги ненадлежащего качества, что является основанием для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда. При этом суд принимает во внимание, что экспертами не даны ответы на вопросы, поставленные судом, в связи с нарушением ответчиком ведения медицинской документации.
Принимая во внимание обстоятельства дела, характер и размер причиненных истцу нравственных и физических страданий, суд считает необходимым взыскать с ГАУЗ СП № 62 ДЗМ в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.
Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя.
Размер компенсации определяется судом в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств дела.
Истцом понесены расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 руб.
Исходя из сложности спора, частичного удовлетворения иска, учитывая принципы соразмерности, разумности и справедливости, участие представителя в судебных заседаниях, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца расходов на оплату на оплату юридических услуг в размере 25 000 руб.
На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с ГАУЗ СП № 2 62 ДЗМ (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспортные данные) компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в Нагатинский районный суд города Москвы в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.
Судья Я.Г. Осипова
Решение суда в окончательной форме изготовлено 04 июля 2022 г.