Дело №2-А168/2025
УИД 48RS0005-02-2025-000073-61
Решение
Именем Российской Федерации
"14" апреля 2025 г. с.Доброе
Липецкий районный суд Липецкой области (постоянное судебное присутствие в с.Доброе Добровского округа Липецкой области) в составе:
председательствующего Королевой С.Е.
при секретаре Карташовой Н.Н.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6 о возмещении морального вреда в результате ДТП,
УСТАНОВИЛ:
ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО6 о возмещении морального вреда, мотивируя тем, что 27.12.2023 года, около 18 часов 30 минут в <адрес> автомобиль марки «Шевроле – Клан», регистрационный знак №, принадлежащий ФИО6, под управлением ФИО7 допустил наезд на пешехода ФИО1, который в результате наезда скончался от полученных телесных повреждений. Истица, мать погибшего, постановлением следователя была признана потерпевшей по уголовному делу. В связи с чем, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере – 2 000 000 руб., судебные расходы.
В ходе рассмотрения дела в качестве соответчика привлечен ФИО7
Истец и ее представитель исковые требования поддержали по доводам изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчиков ФИО8 в судебном заседании исковые требования признал частично, посчитал сумму морального вреда завышенной, поскольку погибший находился в состоянии алкогольного опьянения на проезжей части и ФИО7 не имел возможности предотвратить столкновение.
Ответчики в судебное заседание не явились, извещены своевременно и надлежащим образом, о чем имеются сведения.
Суд, исследовав все доказательства по делу в их совокупности, и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Гражданский кодекс Российской Федерации в качестве общего основания ответственности за причинение вреда устанавливает, что лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064).
Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяя ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, устанавливает, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (пункт 1).
Деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих, в том числе связанная с использованием источника повышенной опасности, обязывает осуществляющих ее лиц, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 4 октября 2012 года N 1833-О, к особой осторожности и осмотрительности, поскольку многократно увеличивает риск причинения вреда третьим лицам, что обусловливает введение правил, возлагающих на владельцев источников повышенной опасности - по сравнению с лицами, деятельность которых с повышенной опасностью не связана, - повышенное бремя ответственности за наступление неблагоприятных последствий этой деятельности, в основе которой лежит риск случайного причинения вреда.
В соответствии со ст. ст. 151, 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда, т.е. физических или нравственных страданий, действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
На основании пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором. Таким образом, собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.
В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).
Согласно п.1 ст. 12 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее закон об ОСАГО), потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.
Заявление о страховой выплате в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 вышеназванного Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков.
Подпунктом "б" ст. 7 Закона об ОСАГО установлено, что страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего 400000 руб.
В соответствии со ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как следует из материалов уголовного дела № и не оспаривалось сторонами по делу, 27.12.2023 года, около 18 часов 30 минут в <адрес> автомобиль марки «Шевроле – Клан», регистрационный знак №, принадлежащий ФИО6, под управлением ФИО7 допустил наезд на пешехода ФИО1, который в результате наезда скончался от полученных телесных повреждений.
Согласно свидетельства о рождении ФИО5 является матерью ФИО1
Постановлением о признании потерпевшим от 27.12.2023 ФИО5 была признана потерпевшей по уголовному делу №.
Постановлением о приостановлении предварительного следствия от 27.12.2024 уголовное дело было прекращено зп отсутствием состава преступления.
Согласно ч.4 ст.61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
На момент ДТП гражданская ответственность ФИО7 не была застрахована.
Актом судебно-медицинского исследования трупа №, установлено, что при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 смерть ФИО1 наступила в результате <данные изъяты>.. При судебно- химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО1 в крови этиловый спирт обнаружен в концентрации 4,3 г\л (4,3%), в моче этиловый спирт обнаружен в концентрации 5,7 г\л (5,7%). Такая концентрация этилового спирта в крови применительно к живым лицам соответствует состоянию тяжелой алкогольной интоксикации.
Заключением эксперта № 28.03.2024, установлено, что при судебно- медицинском исследовании трупа ФИО1 были обнаружены следующие телесные повреждения. В области головы: <данные изъяты> Данные телесные повреждения, исходя из вида (переломы, кровоподтеки, осаднения, ушиблено-рваные раны, ссадины) и морфологических особенностей повреждений (многооскольчатый характер переломов костей черепа, неровные, осадненные края ран и т.д.), могли быть причинены от ударного воздействия твердого тупого предмета (предметов) с неограниченной травмирующей поверхностью, с местом приложения силы в лобную область и область лица, а преимущественном направлении спереди-назад, относительно сторон тела потерпевшего. В области грудной клетки и живота: <данные изъяты> Данные телесные повреждения, исходя из их виде, локализации, могли быть причинены от ударного воздействия твердого тупого предмета (предметов) с неограниченной травмирующей поверхностью, с местом приложения силы в область правой боковой поверхности туловища (область грудной клетки и живота) в преимущественном направлении справа-налево и сзади-наперед, относительно сторон тела потерпевшего. В области конечностей: <данные изъяты> Данные телесные повреждения, исходя из вида, причинены от воздействий твердых тупых предметов, с местом приложения силы в зону проекции данных повреждений. Повреждения, обнаруженные при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 и перечисленные в п.п. 3.1.1-. 3.1.3, настоящих выводов, имеют признаки прижизненного происхождения - <данные изъяты>, причинены в короткий промежуток времени перед наступлением смерти, практически одномоментно, на что указывают морфологические особенности повреждений (однотипность кровоизлияний в мягкие ткани на уровне повреждений, цвет, границы у кровоподтеков, характер поверхностей ссадин, осаднений и соотношение их с окружающей кожей). Учитывая вышеизложенное, данные повреждения могли образоваться в сроки, указанные в постановлении - 28.12.2023. Данные телесные повреждения с переломами костей свода и основания черепа, в соответствии с «Правилами определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека» и п. 6.1.2. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ №194н от 24.04.2008 года, относятся к тяжкому вреду здоровья, причинённого здоровью человека по признаку опасности жизни. Смерть ФИО1 наступила в результате тяжелой сочетанной тупой травмы тела, сопровождавшейся множественными переломами костей головы, туловища, повреждением внутренних органов: головного мозга, легких, печени, поджелудочной железы, морфологические особенности которых перечислены в п.п. 3.1.1-. 3.1.3. При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 специфических повреждений характерных для переезда колесом автомобиля не обнаружено. Совокупность повреждений, обнаруженных на трупе ФИО1, данные указанные в протоколе осмотра места происшествия от 27.12.2023 («Автомобиль Шевроле-Клан (12004. АСЕТ) г.р.з. № поврежден передний бампер в нижний части имеет трещины на расстоянии 16 см и 30 см от левой противотуманной фары в сторону центра бампера»), в протоколе допроса свидетеля ФИО2 от 05.03.2024 («27.12.2023 года около 18 часов... я обратил внимание, что дорогу кто-то переходит... Я понял, что это мужчина... Когда мужчина перешел больше половины трассы, то он упал на спину, находясь перпендикулярно трассе, его ноги были направлены к правой обочине по ходу движения в <адрес>. Упавший мужчина находился на правой полосе движения по ходу движения в <адрес>... Мужчина приподнялся и сел на проезжей части спиной ко мне, ногами и лицом к правой обочине по ходу движения в <адрес>... Я увидел, что к сидевшему на проезжей части мужчине приближается легковой автомобиль на не высокой скорости, как мне показалось не более 60 км в час. В этот момент мужчину сбил вышеуказанный автомобиль, который двигался по направлению из <адрес> в <адрес>... Я увидел, что автомобиль, сбивший мужчину, сидевшего на дороге проехал в направлении <адрес>... я стал искать сбитого мужчину, так же подбежали другие люди... автомобиль, который сбил мужчину, сидевшего на автодороге, остановился чуть дальше, немного не доезжая до пешеходного перехода... В этот момент кто-то крикнул: «Посмотрите под машиной». У меня на голове был налобный фонарик, я подошел к автомобилю, которым был сбит мужчина и с правой стороны автомобиля, посмотрел под его нижнюю часть, освещая включенным налобным фонариком. Там я увидел, под водительским сиденьем лежит мужчина. Голова его находилась где двигатель, а ноги были у заднего левого колеса. Мужчина находился под левой частью автомобиля...»), позволяет считать, что повреждения, обнаруженные на трупе ФИО1 могли возникнуть в условиях рассматриваемого ДТП. При этом в момент первичного удара частями движущегося автомобиля ФИО1 находился в горизонтальном или близком к таковому положении, был обращен к автомобилю правой заднебоковой поверхностью тела, на что указывает локализация повреждений, при этом: от удара выступающий частей легкового автомобиля в область заднебоковой поверхности туловища могли образоваться повреждения в области грудной клетки и живота, после этого могло произойти отбрасывание тела и скольжение его по дорожному покрытию, одновременно с разворотом относительно автомобиля, далее, произошел «наезд» автомобиля на тело в направлении снизу-вверх (относительно тела), при этом тело располагалось между передними колесами, с последующим ударом головой и телом о детали днища автомобиля и дорожное покрытие, с прижатием тела днищем автомобиля к дорожному покрытию и волочением тела по дорожному покрытию, в результате чего могли образоваться повреждения в области головы, конечностей. Таким образом, между повреждениями, имеющимися у ФИО1 и причиной наступления смерти имеется прямая причинно- следственная связь. При судебно- химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО1 в крови этиловый спирт обнаружен в концентрации 4,3 г\л (4,3%), в моче этиловый спирт обнаружен в концентрации 5,7 г\л (5,7%). Такая концентрация этилового спирта в крови применительно к живым лицам соответствует состоянию тяжелой алкогольной интоксикации.
Заключением эксперта № от 12.04.2024, установлено, что при заданных обстоятельствах ДТП, водитель автомобиля Шевроле-Клан г.р.з. № ФИО7, двигаясь со скоростью 60 км\ч, не располагал технической возможностью предотвращения наезда на пешехода ФИО1 путем применения экстренного торможения в момент его обнаружения. При обстоятельствах данного ДТП (наезд на сидящего на проезжей части пешехода автомобилем Шевроле-Клан г.р.з. №), указанных в постановлении о назначении экспертизы, свидетельствует о том, что технической точки зрения для обеспечения безопасности дорожного движения должны были действовать в соответствии с требованиями ПДД РФ: пешеход ФИО1 - в соответствии с п.4.6 ПДД РФ, согласно которому выйдя на проезжую часть он не должен был задерживаться на проезжей части, водитель автомобиля Шевроле-Клан г.р.з. № ФИО7- в соответствии с п. 10.1 (абз.2) ПДД РФ, согласно которому, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии был обнаружить, он должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки своего транспортного средства. Установит место наезда не представляется возможным, по причинам, указанным в исследовательской части.
Заключением эксперта № от 21.11.2024 установлено, что в данных дорожных условиях, водитель автомобиля Шевроле Клан г.р.з. № ФИО7 двигаясь со скоростью 60 км\ч, не располагал технической возможностью предотвращения наезда на пешехода ФИО1 путем применения экстренного торможения в момент его обнаружения. Анализ обстоятельств данного ДТП (наезд на сидящего на проезжей части пешехода автомобилем Шевроле Клан г.р.з. №, указанных в постановлении о назначении экспертизы, свидетельствуют о том, что с технической точки зрения для обеспечения безопасности дорожного движения участники дорожного движения должны были действовать в соответствии с требованиями ПДД РФ: пешеход ФИО1 - в соответствии с п.4.6 ПДД РФ, согласно которому выйдя на проезжую часть он не должен был задерживаться на проезжей части, водитель автомобиля Шевроле-Клан г.р.з. № ФИО7- в соответствии с п. 10.1 (абз.2) ПДД РФ, согласно которому, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии был обнаружить, он должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки своего транспортного средства. В данном случае, в протоколе ОМП от 27.12.2023 и схеме к нему (рис.1) зафиксировано только конечное положение автомобиля Шевроле Клан г.р.з. №. Каких-либо следов или отделившихся от автомобиля или пешехода объектов не имеется. Поэтому установить место наезда на пешехода не представляется возможным. На данном участке следов перемещения Шевроле Клан г.р.з. № на дорожном покрытии не имеется. Поэтому экспертным путем решить вопрос о скорости его движения не представляется возможным.
Заключением эксперта № от 23.12.2024 установлено, что в данных дорожных условиях, водитель автомобиля Шевроле Клан г.р.з. № ФИО7 двигаясь со скоростью 60 км\ч, не располагал технической возможностью предотвращения наезда на пешехода ФИО1 путем применения экстренного торможения в момент его обнаружения. Анализ обстоятельств данного ДТП (наезд на сидящего на проезжей части пешехода автомобилем Шевроле Клан г.р.з. №, указанных в постановлении о назначении экспертизы, свидетельствуют о том, что с технической точки зрения для обеспечения безопасности дорожного движения участники дорожного движения должны были действовать в соответствии с требованиями ПДД РФ: пешеход ФИО1 в соответствии с п.4.6 ПДД РФ, согласно которому выйдя на проезжую часть он не должен был задерживаться на проезжей части, водитель автомобиля Шевроле-Клан г.р.з. № ФИО7- в соответствии с п. 10.1 (абз.2) ПДД РФ, согласно которому, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии был обнаружить, он должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки своего транспортного средства. В данном случае, в протоколе ОМП от 27.12.2023 и схеме к нему (рис.1) зафиксировано только конечное положение автомобиля Шевроле Клан г.р.з. №. Каких-либо следов или отделившихся от автомобиля или пешехода объектов не имеется. Поэтому установить место наезда на пешехода не представляется возможным. На данном участке следов перемещения Шевроле Клан г.р.з. № на дорожном покрытии не имеется. Поэтому экспертным путем решить вопрос о скорости его движения не представляется возможным.
Согласно показаний свидетелей ФИО3 и ФИО4, следует что ФИО1 проживал с матерью, оказывал помощь и поддержку в быту своей матери, имел с ней теплые отношения, после его смерти ФИО5 обратилась за социальным обслуживанием.
Суд, проанализировав заключения экспертов, принимает их в качестве достоверных и допустимых доказательств.
В абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации исключением из общего порядка определения размера возмещения вреда является положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя.
Поскольку факт причинения сыну истца в результате дорожно-транспортного происшествия вреда жизни источником повышенной опасности - Шевроле-Клан г.р.з. №, который принадлежит ответчику ФИО6, и которым управлял ФИО7 подтверждается материалами дела, суд приходит к выводу о том, что ФИО6 обязан компенсировать причиненный моральный вред.
Согласно абз.1 п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда.
Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с изменениями) размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
При определении размера компенсации суд принимает во внимание: обстоятельства ДТП, характер полученных погибшим телесных повреждений.
Учитывая, что ФИО7 не имел возможности избежать наезда на пешехода ФИО1, а также то, что ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения на проезжей части, суд приходит к выводу, что исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению.
Принимая во внимание установленные обстоятельства и с учетом требований разумности, справедливости и соразмерности, кроме того принимая во внимание изменение условий жизни истца после смерти сына и степень ее нравственных страданий, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ФИО6, в пользу истца в размере 300 000 руб., в удовлетворении остальной части требований необходимо отказать.
В удовлетворении исковых требований к ФИО7 надлежит отказать.
В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Кроме того с ответчика надлежит взыскать госпошлину в размере 3 000 руб. в доход бюджета.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Взыскать с ФИО6 паспорт № в пользу ФИО5 паспорт № компенсацию морального вреда в сумме 300 000руб., в остальной части иска отказать.
В удовлетворении требований ФИО5 к ФИО7 отказать.
Взыскать с ФИО6 паспорт № госпошлину 3000руб в доход бюджета.
Принятое по делу решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Липецкого областного суда посредством подачи апелляционной жалобы лицами, участвующими в деле, через Липецкий районный суд Липецкой области в течение месяца со дня, следующего за днём принятия решения судом в окончательной форме.
Председательствующий: С.Е. Королевой
Мотивированное решение изготовлено 28.04.2025г.