Дело № 2-8031/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Кызыл 21 декабря 2022 года
Кызылский городской суд Республики Тыва в составе председательствующего судьи Кужугета Р.Ш., при секретаре судебного заседания Шыырап М.Я., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием,
установил:
19.10.2022 ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием (далее – ДТП), в сумме 637 700 рублей, взыскании расходов на оплату технической экспертизы в сумме 12 000 рублей, компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей, а также судебных расходов на оплату государственной пошлины в сумме 9 697 рублей и услуг представителя в сумме 30 000 рублей.
В обоснование заявленных требований приведены следующие обстоятельства: 04.07.2022 в 22 час. 15 мин. на 911 км автомобильной дороги Р-257 «Енисей» произошло ДТП с участием 3 транспортных средств, в том числе, автомобиля «Тойота Эстима», принадлежащего истцу и который в результате ДТП получил механические повреждения. Виновным в ДТП является водитель автомобиля «Лада Гранта» ФИО2, которым нарушено требование пункта 13.4 Правил дорожного движения РФ и также не выполнено требование закона об обязательном страховании гражданской ответственности владельца транспортного средства. Согласно проведенному истцом автотехническому исследованию восстановление автомобиля экономически нецелесообразно, поскольку стоимость восстановительного ремонта 1 186 500 рублей превысит стоимость автомобиля на момент ДТП – 700 000 рублей. Поскольку стоимость годных остатков составила 62 300 рублей, то размер убытков истца составил 637 700 рублей. В результате ДТП в качестве пассажира пострадала супруга истца Б., которая получила ушиб мягких тканей и обратилась за медицинской помощью в ГБУЗ РТ «Улуг-Хемский ММЦ». Истцу причинен моральный вред в виде нравственных переживаний в связи с травмой супруги, а также невозможностью использовать автомобиль в повседневной жизни, продолжать активную жизнь, а именно передвигаться на собственном автомобиле между г. Кызыл и п. Чаа-Холь.
Истец ФИО1, его представитель ФИО3, допущенная к участию в деле по ходатайству истца, представители третьих лиц ООО Страховая компания «Гелиос» и ООО РСО «ЕВРОИНС», а также прокуратуры г. Кызыла в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причине неявки не сообщили.
Ответчик ФИО2, третьи лица ФИО4 и ФИО5 в судебное заседание не явились, извещались по адресам, указанным в исковом заявлении и адресных справках УВМ МВД по РТ, однако, заказные письма разряда «Судебное» возвращены в суд с отметкой «Истек срок хранения». Лицо, в отношении которого ведется производство по делу, считается извещенным о времени и месте судебного заседания и в случае возвращения почтового отправления с отметкой об истечении срока хранения, если были соблюдены положения Порядка приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений, утвержденных приказом ФГУП «Почта России» от 07.03.2019 № 98-п.
При таких обстоятельствах суд, руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) и учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, признает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).
Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Пунктом 3 этой же статьи установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).
Из приведенных положений закона следует, что ответственным за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, является юридическое лицо или гражданин, владеющий источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании.
Как следует из материалов дела, согласно справке о дорожно-транспортном происшествии от 05.07.2022, 04.07.2022 в 22 час. 15 мин. на 811 км. (+850 м) автомобильной дороги Р-257 «Енисей» произошло столкновение 3 транспортных средств: автомобиля «Лада Гранта» с государственным регистрационным номером <...> под управлением ФИО2, автомобиля «Тойота Ипсум» с государственным регистрационным номером <...> под управлением ФИО4 (страховой полис ООО Страховая компания «Гелиос»), а также автомобиля «Тойота Эстима» с государственным регистрационным номером <...> под управлением ФИО1 (страховой полис ООО РСО «ЕВРОИНС»).
Собственником автомобиля «Тойота Эстима» является ФИО1 (СТС от 25.12.2021 <...>), а автомобиля «Лада Гранта» – ФИО2 (карточка учета ТС, представленная УГИБДД МВД по РТ).
На момент ДТП гражданская ответственность владельца автомобиля «Лада Гранта» ФИО2 не была застрахована в установленном порядке, в связи с чем истец ФИО1 с заявлением о прямом возмещении убытков в свою страховую компанию (ООО РСО «ЕВРОИНС») не обращался.
Из справки о ДТП и схемы-приложения следует, что водитель автомобиля «Лада Гранта» ФИО2 нарушил пункт 13.4 ПДД РФ, в соответствии с которым при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.
Таким образом, лицом, виновным в ДТП, является водитель автомобиля «Лада Гранта» ФИО2, который допустил нарушение ПДД РФ при осуществлении маневра поворота налево, не уступив двигавшемуся по встречной полосе движения автомобилю «Тойота Эстима» под управлением истца.
Ответчиком вопреки пункту 2 статьи 1064 ГК РФ и статьи 56 ГПК РФ не представлено доказательств отсутствия вины в ДТП, причинившем вред имуществу истца.
Из справки о ДТП следует, что автомобиль истца получил механические повреждения.
Поскольку лицом, виновным в ДТП, а также владельцем автомобиля «Лада Гранта» как источника повышенной опасности являлся ФИО2, то именно данное лицо является лицом, ответственным за возмещение вреда, и надлежащим ответчиком по иску.
Из квитанции к приходному кассовому ордеру от 11.07.2022 № 77 следует, что ФИО1 оплатил ООО «Аудит» 12 000 рублей за проведение автотехнической экспертизы во исполнение договора об оказании этой услуги от 11.07.2022.
В соответствии выводами экспертного заключения ООО «Аудит» от 21.07.2022 № 68-07/2022 восстановление автомобиля экономически нецелесообразно, поскольку стоимость восстановительного ремонта с учетом износа деталей составляет 1 186 500 рублей, что превышает рыночную стоимость автомобиля на момент ДТП – 700 000 рублей. Поскольку стоимость годных остатков составила 62 300 рублей, то размер убытков истца составляет 637 700 рублей.
Суд в соответствии со статьями 67, 68, 187 ГПК РФ полагает возможным принять вышеуказанный отчет эксперта-техника в качестве достоверного и допустимого доказательства по делу, поскольку указанный отчет соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также в полной мере соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку данная экспертиза была проведена квалифицированным экспертом, выводы которого мотивированны и научно обоснованы.
Оснований для сомнения в правильности, беспристрастности и объективности выводов эксперта, проводившего исследование, у суда не имеется.
Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, либо иной оценки ущерба в ходе судебного разбирательства не представлено.
В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).
Как следует из разъяснений пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Согласно пункту 5.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П, положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ – по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 46 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, – не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями.
Иное означало бы, что потерпевший лишался бы возможности возмещения вреда в полном объеме с непосредственного причинителя в случае выплаты в пределах страховой суммы страхового возмещения, для целей которой размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определен на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов. Это приводило бы к несоразмерному ограничению права потерпевшего на возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности, к нарушению конституционных гарантий права собственности и права на судебную защиту. При этом потерпевшие, которым имущественный вред причинен лицом, чья ответственность застрахована в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, ставились бы в худшее положение не только по сравнению с теми потерпевшими, которым имущественный вред причинен лицом, не исполнившим обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности, но и вследствие самого введения в правовое регулирование института страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств – в отличие от периода, когда вред во всех случаях его причинения источником повышенной опасности подлежал возмещению по правилам главы 59 ГК РФ, то есть в полном объеме.
Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.
На момент ДТП гражданская ответственность ответчика ФИО2, являющегося собственником автомобиля «Лада Гранта», не была застрахована, поэтому в силу положений статей 15, 1064 и 1079 ГК РФ, причиненный истцу в результате данного ДТП ущерб в сумме 637 700 рублей без учета износа деталей, подлежит взысканию с ФИО2 в пользу истца.
Расходы по оплате независимой экспертизы (оценки) в сумме 12 000 рублей являются убытками истца, понесены им в связи с определением стоимости восстановительного ремонта транспортного средства и подтверждены материалами дела. Суд исходит из того, что ответчик не был лишен возможности осмотреть указанное транспортное средство для самостоятельной оценки ущерба, причиненного в результате ДТП, однако, мер по организации осмотра и проведению независимой технической экспертизы не предпринял.
При разрешении искового требования ФИО1 о компенсации морального вреда суд исходит из следующего.
Из амбулаторного листа травматика приемного покоя ГБУЗ РТ «Улуг-Хемский ММЦ» № 500 следует, что 04.07.2022 в 23 час. 05 мин. за медицинской помощью обратилась Б., по результатам осмотра установлено последствие автомобильной травмы в виде <...>.
В исковом заявлении ФИО1 указал, что ему причинен моральный вред в виде нравственных переживаний в связи с травмой супруги.
В абзаце 3 пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности, взаимодействием которых причинен моральный вред третьим лицам (например, пассажирам транспортного средства, пешеходам, их родственникам или членам семьи вследствие травмы или гибели указанных лиц), солидарно возмещают моральный вред независимо от вины каждого из них по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Статьей 1100 ГК РФ установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи с травмой потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи (в том числе, супругу), суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных или супружеских отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (к примеру, такой подход отражен в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10.07.2017 № 24-КГ17-15).
По смыслу действующего правового регулирования, компенсация морального вреда в связи с травмой потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела. При этом факт причинения морального вреда предполагается лишь в отношении потерпевшего в случаях причинения вреда его здоровью.
При рассмотрении настоящего дела суд принимает во внимание, что факт супружеских отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда ФИО1 в связи с травмой Б., поскольку в каждом конкретном случае суду необходимо установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические или нравственные страдания в связи с причинением вреда здоровью потерпевшего, что предполагает в том числе выяснение характера отношений (семейные, родственные, близкие, доверительные), сложившихся между пострадавшим и этими лицами.
Как следует из материалов дела, Б. по делу истцом не является, исковых требований о компенсации морального вреда к владельцам источников повышенной опасности в рамках настоящего дела не заявляла и не лишена возможности заявить к ним претензии в судебном порядке в будущем.
Вопреки статье 56 ГПК РФ истцом ФИО1 не представлено доказательств нравственных переживаний в связи с травмой супруги в результате ДТП, поскольку, как указывалось выше, факт супружеских отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда.
В обоснование требования о компенсации морального вреда истцом также указано, что нравственные страдания им пережиты ввиду невозможности использовать автомобиль в повседневной жизни, продолжать активную жизнь, а именно передвигаться на собственном автомобиле между г. Кызыл и п. Чаа-Холь.
Между тем в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
Законом не предусмотрено взыскание компенсации морального вреда в пользу потерпевшего при причинении вреда имуществу, в частности, в результате ДТП.
Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.).
В рассматриваемой ситуации истцом не представлено доказательств, каким образом действия ответчика, причинившие вред имуществу истца, одновременно нарушили его личные неимущественные права, причиняя этим истцу физические или нравственные страдания, а именно какое конкретно личное неимущественное право нарушено или ограничено одновременно с нарушением права собственности на автомобиль, носили ли действия ответчика умышленный или неосторожный характер и т.д.
При таких обстоятельствах в удовлетворении искового требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей надлежит отказать.
В силу части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно абзацу 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1) принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.
В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требовании, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
С ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 9 697 рублей.
В силу части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
При разрешении вопроса о судебных издержках расходы, связанные с оплатой услуг представителя, как и иные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, требуют судебной оценки на предмет их связи с рассмотрением дела, а также их необходимости, оправданности и разумности; возмещение стороне расходов на оплату услуг представителя может производиться только в том случае, если сторона докажет, что в действительности имело место несение указанных расходов, объем и оплату которых, в свою очередь, определяют стороны гражданско-правовой сделки между представителем и представляемым лицом, позволяющей им включить в перечень расходов на оплату услуг представителя в том числе затраты, понесенные представителем в связи с явкой в суд.
Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1).
Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1).
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.
Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и, тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Размер возмещения стороне расходов по оплате услуг представителя должен быть соотносим с объемом защищаемого права, при этом также должны учитываться сложность, категория дел время его рассмотрения в судебном заседании суда первой инстанции, фактическое участие представителя в рассмотрении дела.
19.10.2022 между ФИО1 (заказчик) и ФИО3 (исполнитель) заключен договор оказания юридических услуг, по условиям которого исполнитель обязалась представлять интересы заказчика в судах первой и апелляционной инстанций.
Согласно расписке 19.10.2022 ФИО1 передал ФИО3 30 000 рублей во исполнение договора для подготовки искового заявления, представления его интересов в судах первой и апелляционной инстанций.
Исходя из объема работы данного представителя истца, общего количества судебных заседаний в суде первой инстанции – 2, из которых представителем истца принято участие в одном заседании, объема подготовленных процессуальных документов, фактической и правовой сложности дела, с учетом требований разумности и справедливости, требования ФИО1 об оплате услуг представителя подлежат удовлетворению частично, в связи с чем суд определяет размер компенсации оплаты услуг представителя, подлежащей взысканию в пользу истца с ФИО2 в размере 20 000 рублей.
Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
иск ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (ИНН <...>) в пользу ФИО1 (ИНН <...>) 637 700 рублей в возмещение вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 12 000 рублей в счет расходов по оплате независимой экспертизы (оценки), 9 697 рублей и 20 000 рублей в счет судебных расходов на оплату государственной пошлины и услуг представителя соответственно.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения – 28.12.2022 путем подачи апелляционной жалобы через Кызылский городской суд Республики Тыва.
Судья Р.Ш.Кужугет