Дело №2-2521/2025

24RS0048-01-2023-011246-92

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 мая 2025 года Советский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Пермяковой А.А.,

при секретаре судебного заседания Пилюгиной Ю.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2-К обратились в суд с исковым заявление (л.д.5-7 т.1) к ФИО3, требуя взыскать с последней в их пользу возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением в размере 2 108 494,08 рубля, в счет компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, мотивируя требования тем, что 09.12.20222 года Октябрьским районным судом г. Красноярска вынесен приговор по уголовному делу в отношении ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, которым установлено, что ФИО3, получив от ФИО1, ФИО2 денежные средства в размере 1 000 000 рублей, распорядилась ими по своему усмотрению. Данным преступлением истцам причинен имущественный ущерб в сумме 2 108 494,08 рубля, который исчисляется из следующего. Денежные средства в размере 1 000 000 рублей получены ФИО2 посредством получения кредита в ПАО «Восточный экспресс банк» №20/0961/0000/100155 от 15.04.2020 года, сроком 120 месяцев, до 29.04.2030 года с установлением годовой процентной ставки 17,225% и с обеспечительными мерами в виде квартиры по адресу: <адрес>. С учетом необходимости уплаты процентов по кредиту общая сумма ущерба составила 2 108 494,08 рубля. Кроме того истца причинены физические и нравственные страдания, в связи с чем истцы вынуждены обратиться в суд с настоящим исковым заявлением.

Определением Советского районного суда г.Красноярска от 03.10.2023 года в порядке ст.43 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ПАО «Совкомбанк» (л.д.1-4 т.1).

Заочным решением Советского районного суда г. Красноярска от 20.02.2024 года исковые требования истца удовлетворены (л.д.130-134 т.1).

Определением Советского районного суда г.Красноярска от 12.09.2024 года ФИО3 восстановлен срок на подачу заявления об отмене заочного решения Советского районного суда г.Красноярска от 20.02.2024 года, заочное решение отменено, производство по делу возобновлено (л.д.172-174 т.1).

В судебном заседании представитель ответчика – ФИО4, действующий на основании ордера (л.д.153 т.1) заявленные требования не признал, в удовлетворении искового заявления просил отказать, суду пояснил, что денежные средства в размере 1 000 000 рублей ответчиком были возвращены истцу, которые были обращены в пользу государства, в связи, с чем ответчик не должна возмещать истцам денежные средства которые были квалифицированы как взятка.

Истцы ФИО1, ФИО2-кызы, ответчик ФИО3, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора ПАО «Совкомбанк», ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения извещалась своевременно, надлежащим образом, путем направления судебного извещения заказным письмом (л.д.215 т.), в соответствии с положениями ст.113 ГПК РФ, которое последними получено, что подтверждается возвращенными в адрес суда конвертами, почтовыми уведомлениями, распиской (л.д.232-242 т.1).

Представитель истца ФИО1 – ФИО6, действующий на основании доверенности от 08.02.2025 года (л.д.209 т.1) извещен о времени и месте рассмотрения дела своевременно, путем вручения судебной повестки, что подтверждается распиской (л.д.213 т.1).

Ответчик ФИО3, в соответствии с положениями ст.48 ГПК РФ направила в судебное заседание своего представителя.

До начала судебного заседания представитель истца ФИО1 – ФИО6, действующий на основании доверенности от 08.02.2025 года (л.д.209 т.1) направил письменное заявление об отложении судебного заседания с целью ознакомления с материалами дела, в удовлетворении которого было отказано, по следующим основаниям.

В силу положений ст.169 ГПК РФ отложение разбирательства дела допускается в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также в случае, если суд признает невозможным рассмотрение дела в этом судебном заседании вследствие неявки кого-либо из участников процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, предъявления встречного иска, необходимости представления или истребования дополнительных доказательств, привлечения к участию в деле других лиц, совершения иных процессуальных действий, возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции. Суд может отложить разбирательство дела на срок, не превышающий двух месяцев, по ходатайству сторон в случае их обращения за содействием к суду или посреднику, в том числе медиатору, судебному примирителю, а также в случае принятия сторонами предложения суда использовать примирительную процедуру.

Как следует из материалов дела, представитель истца ФИО1 – ФИО6, действующий на основании доверенности от 08.02.2025 года (л.д.209 т.1) 12.02.2025 года через общественную приемную Советского районного суда г.Красноярска подал заявление об ознакомлении с материалами дела (л.д.216 т.1), поскольку в судебном заседании 12.02.2025 года представитель пояснил, что ответить на вопросы суда и представителя ответчика не представляется возможным в связи с необходимостью ознакомления с материалами дела (л.д.210-212 т.1), судом было разъяснены положения ст.ст.35,39,56 ГПК РФ, порядок ознакомления с материалами дела, с которыми представитель не ознакомлен.

14.05.2025 года представитель истца ФИО1 – ФИО6, действующий на основании доверенности от 08.02.2025 года (л.д.209 т.1) через общественную приемную подал заявление об отложении судебного заседания с целью ознакомления с материалами дела (л.д.231 т.1).

Как следует из протокола судебного заседания от 12.02.2025 года, судебное заседание было отложено после заслушивания позиций сторон, а также истцу было предложено представитель суду в соответствии с положениями ст.56 ГПК РФ расчет исковых требований с направлением ответчику, а также представить доказательства, что истцы признаны потерпевшими, обоснование в части требований о взыскании компенсации морального вреда, справку с банка о размере задолженности, таки доказательств представлено не было.

Принимая во внимание, что в соответствии с положениями ст.154 ГПК РФ гражданские дела рассматриваются и разрешаются судом до истечения двух месяцев со дня поступления заявления в суд, тот факт, что в силу положений ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, учитывая, что суд отложил судебное заседание с 12.02.2025 года на 15.05.2025 года, то есть на 3 месяца, в которые сторона истца могла ознакомиться с материалами дела, и представить доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отложения судебного заседания, поскольку у стороны истца было достаточно времени для ознакомления с материалами гражданского дела, для предоставления доказательств.

Принимая во внимание право истцов на рассмотрение иска в установленный законом срок, на основании ст.167, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса, надлежаще извещенных о дне, времени и месте рассмотрения дела, поскольку истцы были извещены своевременно, надлежащим образом по имеющимся в материалах дела адресам.

Выслушав представителя ответчик, исследовав материалы дела, суд полагает требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч.1 ст.14 УК РФ преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания, таким образом, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления, например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.п.

Вместе с тем квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и как преступления по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации влечет разные правовые последствия: в первом случае - признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае - осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по нереабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Гражданским кодексом РФ недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 данного кодекса.

Однако если сделка не просто незаконна, а совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае ее общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу ст.ст.169 ГК РФ, и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Как установлено ст.167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (п.1)

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2)

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (п.4).

В п.85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве сделок, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, могут быть квалифицированы сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми. Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Конституционный Суд РФ, в определении от 08.06.2004 №226-О, указал, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Из разъяснений, содержащихся в п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 №24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» следует, что, если должностное лицо путем обмана или злоупотребления доверием получило ценности за совершение в интересах дающего или иных лиц действий (бездействие) либо за способствование таким действиям, которые оно не может осуществить ввиду отсутствия соответствующих служебных полномочий или должностного положения, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения. Владелец переданных ценностей в указанных случаях несет ответственность за покушение на дачу взятки или коммерческий подкуп. При этом такое лицо не может признаваться потерпевшим и не вправе претендовать на возвращение этих ценностей, а также на возмещение вреда в случае их утраты.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 30 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, освобождение от уголовной ответственности взяткодателя либо лица, совершившего коммерческий подкуп, которые активно способствовали раскрытию и (или) расследованию преступления и в отношении которых имело место вымогательство взятки или предмета коммерческого подкупа, не означает отсутствия в их действиях состава преступления. Поэтому такие лица не могут признаваться потерпевшими и не вправе претендовать на возвращение им ценностей, переданных в виде взятки или предмета коммерческого подкупа.

Действия лица не образуют состав преступления, предусмотренного ч.ч.1-4 ст.204, ст.291 УК РФ, а также ст.ст.204.2 и 291.2 УК РФ в части передачи предмета коммерческого подкупа или взятки, в том случае, если в отношении такого лица заявлены требования о даче взятки или коммерческом подкупе и оно до передачи ценностей добровольно заявило об этом органу, имеющему право возбуждать уголовное дело либо осуществлять оперативно-розыскную деятельность. При этом в случае, когда передача имущества, предоставление имущественных прав, оказание услуг имущественного характера производились под контролем с целью задержания с поличным лица, заявившего такие требования, деньги и другие ценности, переданные в качестве взятки или предмета коммерческого подкупа, подлежат возвращению их законному владельцу.

В системе действующего правового регулирования вопрос о признании потерпевшим (гражданским истцом) от мошенничества, совершенного под видом получения взятки, а также о взыскании переданных при этом денег и других ценностей решается с учетом правомерности или противоправности поведения лица, их передавшего, что направлено на поддержание основ правопорядка и нравственности.

В силу положений ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч.4 ст.61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из материалов дела следует, что приговором Октябрьского районного суда г.Красноярска от 09.12.2022 года, вступившим в законную силу с учетом изменений апелляционного определения Судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 13.06.2023 года ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ и ей назначено наказание в виде лишения свободы <данные изъяты>, с лишением, на основании ч.3 ст.47 УК РФ, права заниматься адвокатской деятельностью сроком на 2 (два) года. Мера пресечения в отношении ФИО3 в виде запрета определенных действий до вступления приговора в законную силу изменена на меру пресечения в виде заключения под стражей, взята под стражу в зале суда и содержать в ФКУ <адрес> <адрес>. Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Дополнительное наказание, в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью, исчислять по правилам ч.4 ст.47 УК РФ – после отбытия основного наказания в виде лишения свободы (л.д.90-115 т.1).

Вышеуказанным приговором установлено, что ФИО3 совершила хищение чужого имущества путем обмана, в крупном размере, при следующих обстоятельствах. В соответствии с распоряжением Главного управления Министерства юстиции Российской Федерации по Красноярскому краю от 12.09.2002 № 24 в реестр адвокатов Красноярского края внесены сведения об адвокате ФИО3, которая включена в реестр адвокатов Красноярского края за регистрационным номером 24/654. В соответствии с распоряжением Главного управления Федеральной регистрационной службы по Красноярскому краю, Эвенкийскому и Таймырскому (Долгано-Ненецкому) автономным округам от 29.06.2006 № 67-р адвокату ФИО3 выдано удостоверение адвоката № 1073. В соответствии с распоряжением Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Красноярскому краю от 03.05.2018 №394-р адвокату ФИО3 выдано новое удостоверение адвоката №2118. С 03.04.2003 ФИО3 осуществляет адвокатскую деятельность в Коллегии адвокатов Советского района г.Красноярска Красноярского края. 06.02.2020 года в Советский районный суд г.Красноярска в порядке, предусмотренном ст. 222 УПК РФ, поступило уголовное дело №25030089 (судебный №1-442/2020) по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного п.«б» ч.4 ст.162 УК РФ. 04.02.2020 в период времени с 17 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин., более точно время не установлено, ФИО7, по согласованию со своими родителями – ФИО1 и ФИО2, находясь в помещении Коллегии адвокатов Советского района г. Красноярска Красноярского края по адресу: <адрес> личной встречи обратился к адвокату Коллегии адвокатов Советского района г. Красноярска Красноярского края ФИО3 за оказанием содействия в назначении его брату ФИО5 более мягкого наказания по указанному уголовному делу, которое должно было поступить в порядке, предусмотренном ст.222 УПК РФ, в Советский районный суд г. Красноярска, на что ФИО3 согласилась. В это же время у адвоката ФИО3, из корыстных побуждений, выраженных в желании извлечь материальную выгоду в свою пользу, возник преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств в крупном размере у ФИО7 путем сообщения последнему заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, о наличии у нее доверительных отношений с должностным лицом Советского районного суда г. Красноярска, которое сможет оказать содействие в назначении ФИО5 более мягкого наказания по уголовному делу № (судебный №) за денежное вознаграждение. При этом адвокат ФИО3 не намеревалась передавать кому-либо указанные денежные средства, а планировала присвоить полученные от ФИО7 денежные средства себе и распорядиться ими по своему усмотрению. В указанные время и месте адвокат ФИО3, реализуя свой преступный умысел, действуя из корыстных побуждений, выраженных в желании извлечь материальную выгоду в свою пользу, осознавая общественную опасность и преступный характер своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба ФИО7 в крупном размере, и желая их наступления, сообщила последнему заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения о наличии у нее доверительных отношений с должностным лицом Советского районного суда г. Красноярска, которое сможет оказать содействие в назначении ФИО5 более мягкого наказания по уголовному делу № (судебный №) за денежное вознаграждение в размере 500 000 рублей, на что ФИО7, введенный в заблуждение адвокатом ФИО3, дал свое согласие. Также адвокат ФИО3 сообщила, что ей необходимо вступить в указанное уголовное дело для представления интересов ФИО5 на стадии судебного разбирательства в Советском районном суде г. Красноярска с целью его изучения, на что ФИО7 дал свое согласие. После состоявшейся встречи с ФИО7, в период с 18 час. 00 мин. 04.02.2020 до 15 час. 03 мин. 14.02.2020, находясь на территории г. Красноярска, более точно время и место не установлены, у адвоката ФИО3, из корыстных побуждений, выраженных в желании извлечь материальную выгоду в свою пользу, возник преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств в крупном размере у ФИО1 и ФИО2 путем сообщения последним заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, о наличии у нее доверительных отношений с должностным лицом Советского районного суда г. Красноярска, которое сможет оказать содействие в назначении ФИО5 более мягкого наказания по уголовному делу № (судебный №) за денежное вознаграждение в размере 1 000 000 рублей, таким образом в период с 17 час. 00 мин. 04.02.2020 до 22 час. 30 мин. 23.06.2020 года, при указанных обстоятельствах адвокат ФИО3 путем обмана похитила принадлежащие ФИО1 и ФИО2 денежные средства в общей сумме 1 000 000 рублей, что в соответствии с примечанием к ст.158 УК РФ является крупным размером, которыми распорядилась по своему усмотрению, причинив последним имущественный ущерб на указанную сумму. При этом никаких действий, связанных с передачей денежных средств должностному лицу Советского районного суда г. Красноярска за назначение ФИО5 более мягкого наказания по уголовному делу № (судебный №), адвокат ФИО3 не совершила, так как фактически договоренности с должностным лицом суда об оказании содействия в назначении более мягкого наказания не имелось. ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № (судебный №) Советским районным судом г. Красноярска постановлен обвинительный приговор, в соответствии с которым ФИО5 осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «б» ч.4 ст.162 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании апелляционного представления помощника прокурора Советского района г.Красноярска апелляционным определением Красноярского краевого суда от 15.04.2021 приговор Советского районного суда г. Красноярска от 28.12.2020 изменен, ФИО5 назначено наказание в виде 8 лет лишения свободы, то есть назначено более строгое наказание.

Как следует, из Кредитного договора от 15.04.2020 года №20/0961/0000/100155, заключенного между ПАО КБ «Восточный» и ФИО2, ФИО2 получила от Банка денежные средства в размере 1 000 000 рублей, сроком 120 месяцев до 29.04.2030 года с процентной ставкой 17% годовых, полный размер кредитного договора составляет 2 108 494,08 рублей (л.д.58-88 т.1).

Кроме того, в обеспечение исполнения обязательств между ПАО КБ «Восточный» и ФИО2 заключен Договор залога на квартиру по адресу: <адрес>, таким образом, размер ущерба с учетом процентов по кредитному договору составляет про составляет 2 108 494 рублей (л.д.58-88 т.1).

Согласно приговора Октябрьского районного суда г.Красноярска от 09.12.2022 года, вступившим в законную силу с учетом изменений апелляционного определения Судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 13.06.2023 года,

постановлением следователя второго следственного отдела второго управления по расследованию особо важных дел ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия, которым отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО7, ФИО1, ФИО2 по основаниям предусмотренным по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в их действиях состава преступления предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «а,б» ч.4 ст.291 УК РФ, по факту дачи взятки неустановленным должностным лицам при посредничестве Л А.Ф., в соответствии с примечанием к ст.291 УК РФ, устанавливающим, что лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если оно активно способствовало раскрытию и (или) расследованию преступления и либо в отношении его имело место вымогательство взятки со стороны должностного лица, либо лицо после совершения преступления добровольно сообщило в орган, имеющий право возбудить уголовное дело, о даче взятки, что является не реабилитирующим основанием, денежные средства в размере 1 000 000 рублей, приобщены к материалам уголовного дела, в соответствии с п. «а» ч.1 ст.104.1 подлежат конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства, поскольку гражданский иск не заявлен, потерпевшие по делу отсутствуют (оборот л.д.99, 100 т.1), таким образом, в судебном заседании установлено, что целью передачи ФИО8 денежных средств в размере 1 000 000 рублей ФИО1, ФИО2 являлась передача их в виде взятки должностным лицам, для оказания незаконной услуги, то есть достижение заведомо противоречащих закону последствий в уголовном судопроизводстве, в связи с чем суд, признает указанную сделку как ничтожную, совершенную с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, что исключает право требовать возврата денежных средств по смыслу приведенных выше норм права и разъяснений Верховного Суда РФ.

Поскольку переданные истцами ответчику денежные средства предполагались в качестве взятки должностным лицам правоохранительных органов в целях смягчения привлекаемому к уголовной ответственности ФИО5 последующего наказания, истцы не признавались потерпевшими по уголовному делу, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований в размере 2 108 494 рублей.

Рассматривая требования о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Компенсация морального вреда по смыслу положений ст.12 ГК РФ является одним из способов защиты субъективных гражданских прав и законных интересов, представляет собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Исчерпывающий перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда приведен в ст.1100 ГК РФ, при этом рассматриваемый случай компенсации морального вреда к данному перечню не отнесен. Следовательно, для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания; вины причинителя вреда и, соответственно, причинно-следственная связь между виновными действиями причинителя вреда и наступившими физическими и нравственными страданиями потерпевшего.

Презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик.

Закрепляя в ч.1 ст.151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого, Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений – публично или частно-правовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (в частности, постановление от 26 октября 2021 года № 45-П, постановление от 8 июня 2015 года № 14-П, определение от 27 октября 2015 года № 2506-О и др.).

Согласно правовой позиции, изложенной в п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (ч.1 ст.151, ст.1099 ГК РФ и ч.1 ст.44 УПК РФ).

В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.

Принимая во внимание, что по настоящему делу судом не установлены все необходимые условия для компенсации истцу причиненного морального вреда, при том, что отсутствие вины ответчиком, как того требует п.2 ст.1064 ГК РФ, было доказано, учитывая, что судом отказано в удовлетворении требований о взыскании убытков, поскольку истцами убытки понесены не были, суд полагает, что оснований для взыскания со ФИО3 в пользу истцов в солидарном порядке в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей не имеется, поскольку они не являются потерпевшими в понимании положений ст.ст.42, 44 ГПК РФ, в связи, с чем права на предъявления требований о компенсации морального вреда не имеют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения <адрес> <адрес>), ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения <адрес> Республики №) к ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения <адрес>, паспорт № №) о возмещении ущерба, причиненного преступлением в размере 2 108 494 рублей, о компенсации морального вреда 50 000 рублей, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Советский районный суд г.Красноярска в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий: А.А. Пермякова

Дата изготовления решения в окончательной форме – 26.05.2025 года.