Решение по делу № 2-4349/2024 от 28.04.2025 - о признании приказа об увольнении незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы за неучтенное время, заработной платы за ночное время работы, платы за сверхурочную работу, компенсации морального вреда.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 апреля 2025 года г. Калининград

Московский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Юткиной С.М.,

при секретаре Шичкиной П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «Кайзерхоф» о признании приказа об увольнении незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы за неучтенное время, заработной платы за ночное время работы, платы за сверхурочную работу, компенсации морального вреда,

установил:

истец ФИО3 обратился в суд с иском к ООО «Кайзерхоф» с требованиями о признании незаконным увольнения, признании незаконным приказа об увольнении, изменении формулировки увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда.

В обоснование иска ФИО3 указал, что был принят на работу в ООО «Отель Кайзерхоф» на должность техника в службу эксплуатации и обслуживания, с ним был заключен трудовой договор. В дальнейшем ООО «Отель Кайзерхоф» было реорганизовано в форме присоединения к ООО «Кайзерхоф», в котором ФИО3 продолжил работу в той же должности. Указанная работа для ФИО3 была основным местом работы, место работы находилось по адресу: <адрес>. Трудовой договор заключен на неопределенный срок. По условиям трудового договора ему был установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом один год, установлена рабочая неделя с выходными днями по скользящему графику.

Кроме того, по условиям трудового договора в течение рабочего дня истцу должен был быть установлен перерыв в работе для отдыха и питания продолжительностью один час, который в рабочее время не включается и не оплачивается.

Как указывает истец, в ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно о решении Московского районного суда г. Калининграда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу 2-№, согласно которому суд признал незаконным и необоснованным оплату труда истцу по делу (ФИО2) – дежурному технику ООО «Кайзерхоф», исходя из одиннадцати часов рабочего времени. В этой связи истец обратился к ответчику с просьбой разъяснить, почему при наличии решения суда ответчик продолжает нарушать его права и при расчете заработной платы исключает соответствующие часы. Истец просил также произвести перерасчет и доначислить заработную плату за фактически отработанное время с учетом продолжительности смены двенадцать часов. Однако ответчик уклонился от разъяснений, перерасчёт заработной платы не произвёл, при этом не выплатил премию истцу за сентябрь 2024 года.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился к ответчику с заявлением, в котором просил считать трудовой договор недействительным в связи с нарушениями его со стороны работодателя, требовал оплаты за неучтенное время работы, выплаты премии, оплаты дополнительных смен, произвести полный расчет и выплатить компенсацию за неиспользованное время отпуска, полагая, что выразил в данном заявление желание уволиться по собственной инициативе. Ответа на указанное заявление от ответчика не поступило.

ДД.ММ.ГГГГ истец был приглашен работодателем для получения документов об увольнении и тогда узнал, что уволен в связи с прогулом, а не по собственному желанию. По мнению истца, увольнение незаконно, поскольку он заблаговременно известил работодателя о своем увольнении, прогула не совершал.

В этой связи полагал, что работодателем должен быть ему выплачен средний заработок за время вынужденного прогула, исходя из среднечасового заработка в размере 429,90 рублей, за весь период вынужденного прогула.

Также указал, что у ответчика перед ним имеется задолженность по оплате за неучтенное время работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, задолженность по оплате за ночное время работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, задолженность по оплате за сверхурочное время работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Указал, что неправомерными действиями ответчика, ему был причинен моральный вред, размер компенсации за который он оценивает в <данные изъяты> рублей.

С учетом изложенного, просил суд: признать незаконным приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от ДД.ММ.ГГГГ; изменить формулировку основания увольнения с пп. «а» п. 6 ч. 1 ст.81 Трудового кодекса РФ на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ и дату увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на дату вынесения решения судом; признать незаконным увольнение с должности техника, оформленного приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от ДД.ММ.ГГГГ; взыскать задолженность по заработной плате за неучтенное время работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 150 239,45 рублей; взыскать задолженность по заработной плате за ночное время работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 77 204,06 рублей; взыскать задолженность по заработной плате за сверхурочное время работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 103 536,5 рублей; взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 75 232,50 рублей, и далее с ДД.ММ.ГГГГ по день принятия судом решения, исходя из среднечасового заработка в размере 429,90 рублей за каждый час вынужденного прогула; взыскать компенсацию морального вреда в размере 70000 рублей.

Истец ФИО3 в судебном заседании требования поддержал, дополнительно указал, что проработал в должности техника в отеле «Кайзерхоф» более 17 лет, практически с момента его открытия, дисциплинарным взысканиям за весь период работы ни разу не подвергался, наоборот неоднократно поощрялся работодателем, практически ежемесячно премировался, награждался грамотами, благодарственными письмами.

Пояснил, что его работа в должности техника носила всегда сменный график, каждая смена составляла не менее 12 часов в дневное и ночное время, утвержденного времени для перерыва, принятия пищи не устанавливалось, также как и места для отдыха, покинуть территорию отеля во время работы был не в праве. Пояснил, что будучи техником входил в дежурный пожарный расчет, что исключало его возможность покинуть территорию отеля на протяжении всей рабочей смены, в связи с чем полагал, что работодатель незаконно вносил недостоверные сведения в табели учета рабочего времени, периодически отражая в них 8, 9 или 10 часов отработанного времени, а также постоянно необоснованно исключал из учета и оплаты один час отдыха, которым истец полноценно воспользоваться не может.

Указал, что вплоть до октября 2024 года его непосредственным руководителем ежемесячно, под подпись до его сведения доводились графики работы на следующий месяц. В связи со сменой главного инженера в сентябре 2024 года, увольнения главного энергетика, с графиком работы на октябрь 2024 года ознакомлен не был.

Настаивал на том, что работодателю по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ было заведомо известно о его намерении прекратить трудовые отношения по его инициативе.

Указал, что он считал, что ДД.ММ.ГГГГ он был приглашен работодателем для получения окончательного расчета и документов, трудовой книжки, так как ранее уведомил о предстоящем увольнении главного инженера, отдел кадров и знал, что внесены изменения в график работы с учетом его отсутствия, был уверен, что будет уволен по собственному желанию.

Однако, ДД.ММ.ГГГГ вместо приказа об увольнении по собственному желанию, получил приказ об увольнении за прогул.

Также указал, что считает, что его увольнение носило демонстрационный характер для других работников, в связи с его обращением по факту систематической невыплаты заработной платы в полном объеме на протяжении длительного периода времени, поскольку такое нарушение имеет массовый характер в организации.

Представители истца по доверенности – ФИО8, ФИО9, в судебном заседании поддержали исковые требования, настаивали на их удовлетворении, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, письменной позиции по делу.

Полагали, что ответчик длительное время нарушал трудовые права истца, не выплачивая в полном объеме заработную плату, при увольнении истца работодателем допущены нарушения трудового законодательства, ответчиком нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности, ответчиком не учтены тяжесть вменяемого работнику в вину дисциплинарного проступка и обстоятельств, при которых он совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношениектруду.

Настаивали, что отсутствует сам факт дисциплинарного проступка, поскольку ответчиком ФИО3 надлежащим образом с графиком работы на октябрь ознакомлен не был.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Кайзерхоф» по доверенности ФИО10 исковые требования признала частично, представила письменные возражения (Т.2 л.д.1-4). Дополнительно пояснила, что работодателем обоснованно был расторгнут трудовой договор с ФИО3 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи совершением ФИО1 прогула. Пояснила, что действительно от истца ДД.ММ.ГГГГ поступило заявление о признании трудового договора недействительным в связи с нарушением прав истца со стороны работодателя. Между тем работодателем факты нарушения законодательства установлены не были, при этом в указанном заявлении не содержалось ни даты, ни просьбы истца уволить его по собственному желанию, в связи с чем невозможно было установить намерения истца на увольнение по собственному желанию. Процедура увольнения ответчиком соблюдена - приказ о прекращении трудового договора был издан на основании акта об отсутствии истца на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ и объяснений ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ.

В отношении требований истца о взыскании заработной платы заявила ходатайство о применении последствий пропуска ФИО3 срока на обращение в суд в части взыскания задолженности по заработной плате за 2021-2022 гг., январь 2023 – октябрь 2023 г. Кроме того, указала, что правовых оснований для взыскания заработной платы истцу за неучтенное время, сверхурочную работу, не имеется. Заработная плата истцу начислена и выплачена в соответствии с отработанным временем, указанным в табеле учета рабочего времени, Утверждала, что истцу в течение рабочего дня предоставлялось время для отдыха, приема пищи.

Представитель ответчика в судебном заседании признала, что работодателем заработная плата за работу в ночное время за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ начислена исходя из 20% должностного оклада, в то время как в Положении об оплате установлена повышенная гарантия в размере 40 %, в связи с чем ответчиком до начала судебного заседания выплачена истцу заработная плата в размере <данные изъяты> рублей (с учетом НДФЛ 13% начислено <данные изъяты> руб.). С учетом изложенного просила в удовлетворении иска отказать.

Суд заслушав истца, его представителей, представителя ответчика, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор, может быть, расторгнут работодателем в случае прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Статьей 192 ТК РФ предусмотрены виды дисциплинарных взысканий за совершение дисциплинарного проступка, а именно: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81 ТК РФ

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ст.192 ТК РФ).

Порядок применения дисциплинарных взысканий регламентирован статьей 193 ТК РФ, в соответствии с которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 5 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 9 декабря 2020 г., при рассмотрении судом дела о восстановлении на работе лица, уволенного по инициативе работодателя за совершение дисциплинарного проступка, работодатель обязан представить не только доказательства, свидетельствующие о наличии оснований для его увольнения, но и доказательства того, что при наложении на работника дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем учитывались тяжесть вменяемого работнику в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (абзацы второй, третий, четвертый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Судом установлено, что общество с ограниченной ответственностью «Кайзерхоф» является действующим юридическим лицом, основным видом деятельности которого является деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания (Т.1 л.д. 133-147 ).

В судебном заседании установлено, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в должности маляра в ООО «Гелиопарк Кайзерхоф», затем ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность техника. ДД.ММ.ГГГГ уволен из ООО «<данные изъяты>» по собственному желанию на основании пункта 3 статьи 77 Трудового кодекса РФ, ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в должности техника в техническую службу в ООО «Кайзерхоф». ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по инициативе работника. С ДД.ММ.ГГГГ принят на работу на должность техника в ООО «<данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по инициативе работника, что подтверждается записями в трудовой книжке (л.д. 23-30 Т.1).

Затем ДД.ММ.ГГГГ истец был принят на работу в ООО «Отель Кайзерхоф» (ИНН <***>) на должность техника в службу эксплуатации и обслуживания, заключен трудовой договор № ОК-0010 от ДД.ММ.ГГГГ, которое ДД.ММ.ГГГГ прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Кайзерхоф», в котором ФИО3 продолжил работу в той же должности, ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Кайзерхоф» и ФИО3 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ № ОК-0010, предметом которого являлось внесение изменений в трудовой договор в связи с реорганизацией работодателя ООО «Отель Кайзерхоф» в форме присоединения и с согласия работника, все права и обязанности перешли к правопреемнику – ООО «Кайзерхоф», что подтверждается трудовым договором, дополнительным соглашением, трудовой книжкой (Т.1 л.д. 18-30).

Согласно условиям трудового договора № ОК-0010 от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом дополнительного соглашения, ФИО3 был принят на работу по основному месту работы, на неопределенный срок, место работы - <адрес>.

В соответствии с п. 2.12 трудового договора истцу был установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом один год, рабочая неделя с выходными днями по скользящему графику. Начало, окончание и общая продолжительность рабочего дня определялась графиком работы, который должен был составляться ежемесячно. График работы предполагал привлечение к работе в ночное время, а также в выходные или нерабочие праздничные дни.

В соответствии с условиями трудового договора, в течение рабочего дня истцу должен был быть установлен перерыв в работе для отдыха и питания продолжительностью один час, который в рабочее время не включается и не оплачивается (Т.1 л.д. 18-21).

В соответствии с п. 3.2 трудового договора должностной оклад истца составлял <данные изъяты> рублей в месяц.

Согласно представленным сторонами расчетным листкам с апреля 2022 года оклад истца составлял <данные изъяты> рублей, с января 2024 года оклад увеличился до <данные изъяты> рублей (Т.1 л.д. 74-86).

В соответствии с п. 3.4 трудового договора ответчик должен своевременно, два раза в месяц, 10 и 25 числа, выплачивать заработную плату.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был уволен на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ - за прогул. При этом в приказе отсутствуют основания, послужившие для увольнения истца (Т.1 л.д. 34).

Согласно позиции ответчика, основанием для увольнения послужило отсутствие ФИО3 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из акта от ДД.ММ.ГГГГ, составленного в 13 часов 30 минут, ФИО3 отсутствовал на рабочем месте в течение рабочего дня - 11 часов (Т.1 л.д.32).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был ознакомлен с актом, в котором указал, что отсутствовал в связи с тем, что ДД.ММ.ГГГГ написал заявление о прекращении действия трудового договора в связи с грубым нарушением его со стороны ответчика.

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 была отобрана объяснительная, в которой он указал, что ДД.ММ.ГГГГ он предупреждал главного инженера ФИО7 о прекращении работы в ООО «Кайзерхоф» в связи с неполной оплатой труда, о чем указал в заявлении ДД.ММ.ГГГГ, которое передал в отдел кадров ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.31).

В судебном заседании установлено, что действительно ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ обратился к генеральному директору общества с заявлением, в котором просил считать трудовой договор недействительным в связи с нарушением его со стороны работодателя, истец указал, что на протяжении длительного времени оплата труда производится не полностью, так, не оплачена работа в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, в табеле отмечено, что в это время у него был отпуск за свой счет, в июле 2024 года не выплачена ежемесячная премия в размере <данные изъяты> руб., в августе 2024 г. не оплачена дополнительная смена, когда он дежурил за уволившегося сотрудника, также указал, что ежемесячно не доплачивается заработная плата за сверхнормативный труд. Указал, что по этой причине не полностью производятся налоговые и пенсионные отчисления. Просил полностью произвести расчет, оплатить неиспользованный отпуск за 2023-2024 г. (Т.1 л.д. 31).

В судебном заседании истец пояснил, что подавая указанное заявление, фактически выразил желание уволиться по собственному желанию.

Как пояснила в судебном заседании представитель ответчика, из содержания указанного заявления не следовало волеизъявление истца на увольнение по собственному желанию.

Действительно, проанализировав содержание заявления ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что ни волеизъявление об увольнении по собственному желанию, ни дата, с которой бы истец желал такое увольнение, заявление не содержит.

Между тем суд полагает, что при наличии сомнений, ответчиком не принято мер для выяснения у работника, что он вкладывает и подразумевает под требованием о признании трудового договора недействительным, каково его реальное намерение, при этом письменного ответа и истребования дополнительных разъяснений относительно заявления от ДД.ММ.ГГГГ у истца не запрашивалось.

В судебном заседании установлено, что истец осуществлял работу согласно графику, с графиком работы на 2024 год истец был ознакомлен (Т.2 л.д. 81), действительно, по условиям трудового договора начало, окончание и общая продолжительность рабочего дня определялась графиком работы, который должен был составляться ежемесячно, график работы на октябрь, с которым истец был бы ознакомлен, стороной ответчика не представлено. Вместе с тем, суд приходит к выводу, что отсутствие письменного графика работы на октябрь 2024 год, не препятствовало исполнять работу истцу до ДД.ММ.ГГГГ, кроме того, как пояснили в судебном заседании свидетели - ФИО4, главный инженер ООО «Кайзерхоф», и техник ФИО5, графики работ доводились до работников путем размещения в мессенджерах, в связи с чем доводы стороны истца о том, что истцу не было известно о явке на работу ДД.ММ.ГГГГ являются несостоятельными.

Принимая во внимание, что истец, подав заявление от ДД.ММ.ГГГГ, фактически принял решение уволиться по собственному желанию, суд приходит к выводу, что его неявка на работу ДД.ММ.ГГГГ обусловлена не отсутствием графиком работ на октябрь 2024, в связи с чем обоснованно указанный день ответчиком признан прогулом.

Вместе с тем, как указано выше, работодатель обязан представить доказательства, не только свидетельствующие о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Таких доказательств стороной ответчика в судебное заседание не представлено, напротив представитель ответчика не оспаривал факт того, что ФИО3 длительное время состоит в трудовых отношениях с ответчиком и к дисциплинарной ответственности не привлекался.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 проработал в гостиничном комплексе «Кайзерхоф» более 17 лет в должности техника. Непосредственно у ответчика, с учетом его правопредшественника почти 9 лет, имеет грамоты и благодарности от работодателей, в том числе и от ответчика, практически ежемесячно премировался ответчиком, что подтверждается представленными ответчиком приказами о поощрении сотрудников за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при этом за все время работы к дисциплинарной ответственности ответчиком не привлекался.

Так, истец был награжден почетной грамотой ДД.ММ.ГГГГ за высокий профессионализм и отзывчивость, за добросовестное отношение к работе и личный вклад в формирование имиджа отеля Гелиопарк Кайзерхоф, почетной грамотой ДД.ММ.ГГГГ за добросовестный многолетний труд, за преданность, за профессионализм и личный вклад в формирование имиджа отеля «Гелиопарк Кайзерхоф», в 2018 году ФИО3 вручена грамота, как лучшему сотруднику службы, и почетная грамота за многолетний добросовестный труд, выдающиеся заслуги и приверженность компании в течение 10 лет, подписанная генеральным менеджером ФИО12. (Т.3 л.д. 125-129)

В 2023 году ФИО3 вручено благодарственное письмо за многолетний добросовестный труд, высокий профессионализм и личный вклад в обеспечение достойного уровня предоставления отелем «Кайзерхоф», подписанная генеральным управляющимЛабендикТ.В. (Т,3 л.д. 129 ).

Принимая во внимание установленные обстоятельства, а также учитывая, что работодателем не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при наложении взыскания в виде увольнения учитывались тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также не учтено предшествующее поведение работника, его отношение к труду, принимая во внимание продолжительность работы истца у ответчика, отсутствие дисциплинарных взысканий за время работы, неоднократные поощрения и премирование истца со стороны ответчика, суд приходит к выводу, что у ответчика отсутствовали законные основания для применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения, в связи с чем требования истца о признании увольнения незаконным, приказа об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ № подлежат удовлетворению.

Учитывая, что суд пришел к выводу о признании увольнения, в том числе и приказа об увольнении ФИО3 незаконным, суд изменяет формулировку увольнения ФИО3 на увольнение попункту 3 части 1 статьи 77Трудового Кодекса РФ (по инициативе работника) и дату увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, требования о выплате заработной платы за время вынужденного прогула также подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения работника.

В силу ч. 2 ст. 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

Согласно условиям трудового договора, истцу был установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом один год (пункт 2.12 Трудового договора) (Т.1 л.д. 18).

Согласнопункту 13Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденногопостановленияПравительства РФ от 24.12.2007 № 922, при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок.

Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период.

Согласно представленной ответчиком справочной информации от ДД.ММ.ГГГГ, расчетным листкам заработная плата истца за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (октябрь и ноябрь 2023 судом исключены, истец находился в отпуске) составила <данные изъяты> руб. (август 2023 года - <данные изъяты> руб. отработано 162 часа, сентябрь 2023 года – <данные изъяты> руб. отработано 176 часов, декабрь 2023 года - <данные изъяты> руб. отработано 171 часов, январь 2024 года – <данные изъяты> руб. отработано 170 часов, февраля 2024 года – <данные изъяты> руб. отработано 155 часов, март 2024 года – <данные изъяты> руб. при 170 часов, апрель 2024 года – <данные изъяты> руб. при 163 часа, май 2024 года – <данные изъяты> руб. при 165 часов, июнь 2024 года – <данные изъяты> руб. отработано 160 часов, июль 2024 года - <данные изъяты> руб. отработано 172 часа, август 2024 года – <данные изъяты> руб. отработано 165 часов, сентябрь 2024 года – <данные изъяты> руб. отработано 160 часов).

Таким образом, размер среднечасового заработка ФИО3 составляет <данные изъяты> руб. (<данные изъяты> руб./1989 ч).

В соответствии сабзацем третьим пункта 13Положения утвержденногопостановленияПравительства РФ от 24.12.2007 № 922 средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.

В нарушение требованийстатьи 56Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком ООО «Кайзерхоф» не представлено ежемесячных графиков работы истца, которые бы определяли время начала и окончания работы, продолжительность рабочего времени в период с октября 2024 года по апрель 2025 года, не представлено своего расчета.

Принимая во внимание, что истцу был установлен суммированный учет рабочего времени с продолжительностью учетного периода один год, суд считает возможным произвести расчет заработка за время вынужденного прогула, исходя из производственного календаря за 2024, 2025 годы, с учетом нормы часов рабочего времени установленной при 40-часовой рабочей неделе.

Согласно производственному календарю за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, рабочая норма часов составила 982 рабочих часа (123 рабочих дня из них 2 сокращенных дня, 59 выходных и праздничных дней, 182 дня всего, 130 будних дней (пн-пт), 52 выходных дня (сб-вс).

Таким образом, размер заработной платы за время вынужденного прогула, подлежащий взысканию с ответчика за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составит <данные изъяты> рублей (982 ч. х 256,10 руб.).

Что касается требований истца о взыскании невыплаченной заработной платы, в том числе за неучтенное время, за работу в ночное время, сверхурочной работы, то суд приходит к следующему.

В соответствии с абзацем пятым части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу абзаца седьмого части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство.

В силу статьи 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации, абзаца 5 части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно с пунктом 5.4 Правил внутреннего трудового распорядка ООО «Кайзерхоф», действовавших до ДД.ММ.ГГГГ, для работников технической службы устанавливается сменный график работы, утвержденный генеральным директором ООО «Кайзерхоф», с перерывом на обед один час.

ДД.ММ.ГГГГ утверждена новая редакция Правил внутреннего трудового распорядка, в соответствии с пунктом 13.9 которых рабочее время работников с суммированным учетом рабочего времени регулируется графиками работы. Продолжительность рабочей смены (дня), чередование рабочих и нерабочих дней, продолжительность и количество перерывов для отдыха и питания определяется работодателем самостоятельно, исходя из видов работ, их специфики и эффективности использования оборудования.

Суд приходит к выводу, что Правила внутреннего трудового распорядка ответчика в ранее действовавшей редакции и в действующей в настоящее время редакции, не соответствуют положениям статьи 108 Трудового кодекса РФ, поскольку, если работодатель отнес работника к числу лиц, которым предоставляется перерыв для отдыха и питания, не включаемый в рабочее время, то в нарушение ч. 2 ст. 108 ТК РФ им не установлен в правилах внутреннего трудового распорядка период времени и место для отдыха. Если работодатель отнес работу техника к работам, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, то он не оговорил это обстоятельство в правилах внутреннего трудового распорядка и не установил места для отдыха и приема пищи, как это предусматривает ч. 3 ст. 108 ТК РФ. В таком случае перерыв для принятия пищи в месте выполнения работы относится к рабочему времени и подлежит оплате.

Согласно должностной инструкции, техник, приступивший к работе, обеспечивает бесперебойную работу оборудования и инженерных систем жизнеобеспечения гостиничного комплекса. Согласно инструкции о действиях пожарного расчета при возникновении пожара (приложение № 6 к приказу ООО «Кайзерхоф» от ДД.ММ.ГГГГ №), в ежесуточный пожарный расчет, в том числе включен техник.

Из представленных суду ответчиком табелей учета рабочего времени за 2021-2024 годы следует, что работодателем учитывалось одиннадцать или десять часов работы, тогда как фактически истец беспрерывно находился в рабочее время на рабочем месте двенадцать часов, что подтверждается, в том числе пояснениями свидетелей.

В судебном заседании свидетель ФИО6 пояснил, что ранее состоял с ООО «Кайзерхоф» в трудовых отношениях, занимал должность главного энергетика, трудовые отношения прекращены в сентябре 2024 года. Указал, что являлся непосредственным руководителем для техников, в том числе и для ФИО3, в его обязанности среди прочего входило составление ежемесячных графиков рабочего времени для технического персонала, которые утверждались главным инженером и доводились примерно за неделю до начала месяца до сведения техников под роспись. Пояснил, что продолжительность рабочего времени для техников, работающих посменно, всегда составляла двенадцать часов, как в дневное, так и в ночное время, точное время для отдыха и приема пищи не устанавливалось. Техник не мог покинуть рабочее место до прихода его сменщика.

Свидетель ФИО5, техник ООО «Кайзерхоф», пояснил, что длительное время являлся сменщиком ФИО3, рабочая смена всегда составляла двенадцать часов. Техникам запрещено покидать рабочее место, территорию отеля. Во время смены отдых приходился на разное время и носил разный временной интервал, прием пищи осуществлялся на рабочем месте. До прихода сменщика техник не может покинуть рабочее место, поскольку ему необходимо передать текущие дела и задачи. Пояснил, что техник, который заступает на смену входит в дежурный пожарный расчет и у него есть определенный алгоритм действий, который необходимо выполнять незамедлительно.

Свидетель ФИО11, действующий контролер службы режима ООО «Кайзерхоф», пояснил, что в его обязанности входит, в том числе контроль за пропускной системой. В организации действует электронный учет контроля доступа с фиксацией времени прихода и ухода сотрудников по электронным пропускам. Также эти данные используются в дальнейшем и для учета рабочего времени. Как ему известно, ФИО3 работал посменно в дневные и ночные смены, каждая смена всегда была продолжительностью 12 часов. Указал, что покинуть место работы в рабочее время запрещено, это является нарушением трудового распорядка и влечет привлечение к дисциплинарной ответственности. Также пояснил, что техник, сдающий смену, не может покинуть территорию отеля, пока не придет его сменщик. Указал, что он не может заменить собой техника, при возникновении пожара, так как в соответствии с Инструкцией о действиях персонала при пожаре у контролера с техником различные функции.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7, главный инженер ООО «Кайзерхоф» в сентябре – октябре 2024 г., подтвердил необходимость постоянного присутствия техников на рабочем месте в целях оперативного предотвращения неблагоприятных последствий, например, для контроля за системами жизнеобеспечения, также дежурные техники входят в пожарный расчет, под дежурным техником подразумевается тот техник, который находится на смене в настоящее время. Пояснил, что им готовились графики работы для техников, информацию о сменах, текущих графиках работы каждого из сотрудников службы эксплуатации, графики им направлялись для ознакомления персоналом в электронном виде в рабочий чат в мессенджере.

Доводы ответчика, о том, что перерыв в работе продолжительностью один час не должен включаться в рабочее время и оплачиваться, поскольку ФИО3 пользовался правом на отдых и посещал столовую, расположенную по его месту работы, где ему безвозмездно предоставлялось питание, несостоятельны, так как если работодатель отнес работника к числу лиц, которым предоставляется перерыв для отдыха и питания, не включаемый в рабочее время, то в нарушение ст. 108 ТК РФ им не установлен ни в трудовом договоре, ни в Правилах внутреннего трудового распорядка конкретный период времени для перерыва, когда работник может по своему усмотрению использовать указанное время для отдыха и приёма пищи.

Учитывая, что работодатель, в соответствии со статьей 22 Трудового Кодекса РФ обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью, обеспечивать бытовые нужды работников, связанные с исполнением ими трудовых обязанностей, невозможно признать обоснованным определяемую ответчиком продолжительность смен истца в количестве меньшем, чем двенадцать часов.

В соответствии с частью 4 статьи 91 Трудового Кодекса РФ работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

При таких обстоятельствах, с учетом пояснения истца и свидетелей, представленных письменных доказательств, суд приходит к выводу о том, что ответчиком незаконно исключалось из учета рабочего времени время отдыха продолжительностью один час, а также что табели учета рабочего времени содержат недостоверные сведения о продолжительности фактически отработанного времени.

Указанные нарушения, допущенные ответчиком, привели к возникновению задолженности перед работником в связи с неоплатой неучтенного времени работы истца, сверхурочных часов.

При этом в судебном заседании представителем ответчика было заявлено о пропуске срока на обращение в суд за разрешением спора по требованиям о выплате заработной платы.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности у работодателя по последнему месту работы (часть 1).

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть 2).

В пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» даны разъяснения о том, что при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Суд соглашается с доводами представителя ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением спора в части требований о взыскании задолженности по оплате труда за период с ДД.ММ.ГГГГ, с учетом даты поступления в суд искового заявления ДД.ММ.ГГГГ и срока выплаты заработной платы (ДД.ММ.ГГГГ), поскольку заявленные к взысканию истцом суммы заработной платы за указанный период работодателем ему не начислялись, что исключало возможность применения положений пункта 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (в которых речь идет именно о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы).

Как следует из п.9.8 Положения об оплате труда работников ООО «Кайзерхофф», работа в ночное время с 22.00 до 6.00 оплачивается в размере 40% от должностного оклада за фактически отработанное ночное время (Т.1 л.д. 47).

Принимая во внимание фактически сложившийся сменный характер работы истца, продолжительность смены – 12 часов, работу в дневное и ночное время, анализируя представленные работодателем табели учета рабочего времени, суд приходит к выводу, что за период с ноября 2023 г. по ДД.ММ.ГГГГ работодателем неучтённо 23 часа, из них 13 часов за работу в дневное время, 10 часов за работу в ночное время.

Среднечасовая ставка рассчитана по формуле: (должностной оклад х 12 мес.) : количество нормативных часов в году при 40-часовой рабочей неделе. Количество нормативных часов в году здесь и далее определено в соответствии с производственным календарем за соответствующийпериод.

Среднечасовая ставка в период ноябрь – декабрь 2023 составила <данные изъяты> руб./час.(<данные изъяты>/1 973), за работу в ночное время составляет <данные изъяты> руб./час. (<данные изъяты> руб+40%)

Таким образом, недоплата за работу в дневное время составляет <данные изъяты> руб. (13 ч. х <данные изъяты> руб.), недоплата за работу в ночное время составляет <данные изъяты> рублей (10 ч. х <данные изъяты> руб./ч).

Всего недоплата за неучтенное время работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты> руб.

Принимая во внимание, что с ДД.ММ.ГГГГ размер оклада истца изменился и составил <данные изъяты> рублей, расчет недоплаты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ производится отдельно.

За указанный период неучтено 168 часов, из них 97 часов за работу в дневное время, 71 час за работу в ночное время.

Среднечасовая ставка в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты> руб./час. (<данные изъяты>:1979), среднечасовая ставка за работу в ночное время составляет <данные изъяты> руб. (<данные изъяты> +40%)

Таким образом, недоплата за работу в дневное время составляет <данные изъяты> рублей (97 ч х 187,97 руб./ч), недоплата за работу в ночное время составляет <данные изъяты> рублей (71 ч х 263,16 руб.).

Всего недоплата за неучтенное время работы в 2024 году составляет <данные изъяты> рублей.

Недоплата за неучтенное время работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты> руб. (<данные изъяты>+<данные изъяты>).

С учетом того, что судом установлено несоответствие учтенного времени работы истца и фактически отработанного, то судом установлено превышение фактически отработанного времени над нормальным количеством часов за учетный период, то есть выявлено сверхурочное время работы, которое ответчиком истцу не оплачено.

Соответственно доводы истца о наличии неоплаченной сверхурочной работы нашли свое подтверждение, а требования истца в этой части подлежат удовлетворению.

В соответствии со статьей 99 Трудового кодекса РФ сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Сверхурочная работа при суммированном учете рабочего времени определяется как разница между фактически отработанным количеством часов за учетный период и нормальным числом рабочих часов за учетный период. Часы, отработанные сверх нормального числа рабочих часов за учетный период, являются сверхурочными.

Таким образом, подсчет сверхурочных часов производится по окончании учетного периода.

В соответствии со статьей 152 Трудового кодекса РФ сверхурочная работа оплачивается исходя из размера заработной платы, установленного в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, включая компенсационные и стимулирующие выплаты, за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты сверхурочной работы могут определяться коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом или трудовым договором.

В соответствии с п. 2.12 трудового договора истцу был установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом один год.

В соответствии с п. 9.7 Положения об оплате труда ООО «Кайзерхоф» при суммированном учете рабочего времени, сверхурочная работа, выполняемая работником за пределами нормального числа рабочих часов за учетный период (календарный год), оплачивается в двойном размере должностного оклада или часовой тарифной ставки.

Принимая во внимание, что окончание учетного периода за 2023 год находится в пределах срока обращения в суд, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса РФ, суд полагает обоснованными требования о взыскании заработной платы за сверхурочное время работы за 2023, 2024 год.

За 2023 год ответчиком учтено всего 1808 часов, учетная норма составляет 1973 часа, фактически истцом отработано 2015 часов.

Таким образом, сверхурочное количество часов в 2023 году составило 42 часа (2015 ч – 1973 ч.)

Среднечасовая ставка составляет <данные изъяты> руб./час.

Размер доплаты за сверхурочное время работы в 2023 году составляет <данные изъяты> рублей (<данные изъяты> руб./ч х 2 х 42 ч).

За 2024 год отработан неполный учетный период (календарный год), в таком случае расчет сверхурочной работы производится следующим образом.

Нормативное количество часов рассчитывается суммированием нормативного количества часов за фактически отработанное время, в рассматриваемом случае это период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что составило 1540 часов.

Количество сверхурочных часов составляет разницу между фактически отработанным временем и количеством нормативного количества часов, которое в настоящем случае составляет 1713 часов.

Соответственно количество сверхурочных часов за 2024 год составило 173 часа (1713 – 1540).

Среднечасовая ставка составляет <данные изъяты> руб./час.

Размер доплаты за сверхурочное время работы в 2024 году составляет <данные изъяты> рублей (<данные изъяты> руб./ч х 2 х 173 ч.)

Всего подлежит оплате за сверхурочное время работы за 2023-2024 годы <данные изъяты> рублей.

В части заявленных истцом требований о доплате за ночное время работы суд приходит к следующему.

Пунктом 9.8 Положения об оплате труда ответчика указано, что работа в ночное время (с 22.00 ч по 6.00 ч) оплачивается в размере 20 (сорок) % от должностного оклада (тарифной ставки) за фактически отработанное ночное время».

Так как из содержания указанного пункта Положений об оплате труда невозможно установить верное указание размера оплаты труда в ночное время, руководствуясь принципом трудового законодательства о том, что неустранимые сомнения трактуются в пользу работника, суд приходит к выводу, что толковать указанный размер оплаты труда в ночное время необходимо в размере сорока процентов от должностного оклада.

Таким образом, истцу ответчиком производилась доплата за ночное время работы из расчета 20 (двадцать) процентов вместо положенных сорока процентов.

За период с ноября 2023 г. по октябрь 2024 учтено 538 часов, за которые начислено <данные изъяты> руб.

Таким образом, ответчиком истцу недоплачено за работу в ночное время в размере <данные изъяты> руб.

В ходе судебного заседания ответчик признал иск в указанной части и начислил истцу <данные изъяты> руб., с учетом удержания НДФЛ в размере 13% произвел выплату истцу в размере <данные изъяты> рублей, о чем представил платежное поручение от ДД.ММ.ГГГГ, а истец подтвердил получение указанной суммы.

Принимая во внимание добровольное исполнение требований до принятия судом решения, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований в указанной части.

Согласно статье 237 Трудового Кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями трудового законодательства, предусматривающие обязанность работодателя строго соблюдать требования трудового законодательства, локально-нормативных актов, своевременно и в полном объеме выплачивать причитающиеся работнику выплаты, строго соблюдать трудовое законодательство при увольнении с работы, в связи с чем возлагает на ответчика возместить причиненный по его вине моральный вред.

Судом установлено, что ответчик длительное время нарушал трудовое законодательство при начислении и выплате истцу заработной платы, незаконно привлек истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, в связи с чем ФИО3 перенес нравственные страдания.

Суд, исходя из конкретных обстоятельств данного дела, с учетом объема и характера, причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, определяет размер компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец при предъявлении иска освобожден от уплаты государственной пошлины, с ООО «Кайзерхоф» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 31 797 руб., рассчитанная от взысканных сумм по иску материального характера и нематериального характера.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО3 от 14.10.2024 №143 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, изменить формулировку основания увольнения ФИО3 с пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового Кодекса Российской Федерации, дату увольнения с 14.10.2024 на 14 апреля 2025 года.

Признать незаконным увольнение ФИО3 с должности техника, оформленного приказом о прекращении трудового договора с работником от 14.10.2024 № 143 по пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 Трудового Кодекса Российской Федерации.

Взыскать с ООО «Кайзерхоф» в пользу ФИО3 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 251 490,20 руб., за неучтенное время работы 40834,62 руб., за сверхурочную работу в размере 79 576,34 руб., компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей, всего взыскать 396 901,16 руб.

В остальной части иска - отказать.

Взыскать с ООО «Кайзерхоф» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 31 797 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 28 апреля 2025 года.

Судья подпись

Копия верна

Судья Юткина С.М.

Решение 28 апреля 2025 года не вступило в законную силу.

Судья Юткина С.М.

Секретарь с/з Шичкина П.В.

Подлинный документ находится в деле

№ 2-659/2025 в Московском районном суде

г. Калининграда

Секретарь Шичкина П.В.