№ 2-2297/2022
89RS0004-01-2022-003391-98
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Новый Уренгой 13 октября 2022 года
Новоуренгойский городской суд Ямало–Ненецкого автономного округа в составе:
председательствующего судьи Кузьминой Н.А.,
при секретаре Логачевой Е.А.,
с участием старшего помощника прокурора г. Новый Уренгой ФИО3,
представителя истца ФИО4, представителя ответчика ООО «УТТиСТ-Бурсервис» ФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2297/2022 по иску ФИО6 к ООО «Управление технологического транспорта и специальной техники – Бурсервис» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО6 обратился в суд с иском к ООО "Управление технологического транспорта и специальной техники-Бурсервис" о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что 24.06.2015 г. Байрамов находился на рабочем месте – автоколонна № [суммы изъяты], расположенная по адресу: <адрес>, осуществлял свои должностные обязанности, в это время на него накинулись бродячие собаки, которые укусили его за голень правой ноги и за левую ягодичную область. Данный факт был зафиксирован актом № 2 о несчастном случае на производстве от 14.08.2015 г., которым также установлено лицо, допустившее нарушение требований охраны труда – ФИО1, нарушивший требования п. 2.6 должностной инструкции. В соответствии с комиссионной судебно-медицинской экспертизой [суммы изъяты] от 28.09.2018 г. вред здоровью, причиненный ФИО6, квалифицируется как средней тяжести вред здоровью. В связи с полученными травмами истец не мог в полной мере осуществлять свои трудовые обязанности, в связи с чем, вынужден был уволиться. На протяжении 7 лет проходит курсы лечения, до сих пор испытывает постоянные боли в области правой голени, что причиняет ему невыносимые физические и моральные страдания. Ответчик никаких выплат в счет возмещения вреда здоровью не произвел. Просит взыскать с ООО «УТТ и СТ - Бурсервис» компенсацию морального вреда за травму, полученную на производстве, в размере 1 000 000 рублей.
Определением суда от 18.08.2022 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено ООО «Сервисный центр СБМ».
Истец в судебном заседании участия не принимал, извещен надлежащим образом.
Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал.
Представитель ответчика ООО «УТТ и СТ - Бурсервис» ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал, поскольку истцом не представлено доказательств о том, что он испытывает боль на протяжении 7 лет после произошедшего несчастного случая. Кроме того, из медицинского заключения следует, что заболевания позвоночника, имеющиеся у ФИО6, не могли развиться от укуса собак. Из акта о расследовании несчастного случая следует, что причиной несчастного случая послужило нарушение должностной инструкции начальником базы ОП ООО «Сервисный центр СБМ». Доказательств наличия вины ответчика истцом не представлено. Кроме того, представитель полагает, что истцом пропущен срок исковой давности.
Представитель третьего лица ООО «Сервисный центр СБМ» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. В отзыве на исковое заявление просил в удовлетворении требований истца отказать, поскольку ФИО6 не является работником ООО «Сервисный центр СБМ», в связи с чем, последние не несут ответственность за полученную им производственную травму.
Старший помощник прокурора г. Новый Уренгой ФИО3 в заключении полагал, что исковые требования подлежат удовлетворению, поскольку установлено, что несчастный случай произошел в период исполнения ФИО6 трудовых обязанностей. Работодатель обязан обеспечить охрану труда. Срок исковой давности истцом не пропущен.
Заслушав участников процесса, изучив доводы иска, исследовав и оценив материалы гражданского дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО6 состоял в трудовых отношениях с ООО «УТТиСТ-Бурсервис» с 28 мая 2015 года в качестве водителя автомобиля 3 класса, с местом работы – автоколонна № <адрес> (л.д. 11-12).
22 ноября 2017 года трудовой договор между сторонами расторгнут на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (л.д. 16).
24 июня 2015 года ФИО6 получил травму в результате несчастного случая на производстве, и ему был установлен диагноз – «укушенные раны правой голени и левой ягодичной области».
По факту несчастного случая работодателем был составлен и утвержден 14 августа 2015 года акт № 2 формы Н-1 о несчастном случае на производстве, из которого следует, что несчастный случай произошел при следующих обстоятельствах: 24.06.2015 г. водитель ФИО6 на седельном тягаче МАЗ-6425 с площадкой, выполняя рейс с куста [суммы изъяты] Уренгойского НГКМ на базе филиала ООО «УТТиСТ-Бурсервис», по заданию начальника смены ФИО2, приехал на базу ОП ООО «Сервисный центр СБМ», где оставил автомобиль и на попутной машине поехал на базу филиала ООО «УТТиСТ-Бурсервис», где получив новый путевой лист, вернулся на попутной машине на базу ОП ООО «Сервисный центр СБМ» и пошел в вагончик кладовщика для оформления путевого листа. В это время на ФИО6 накинулись четыре бродячих собаки и укусили его за голень правой ноги и за левую ягодичную область. Согласно медицинскому заключению [суммы изъяты] от 12.08.2015 г. ФИО6 установлен диагноз и код по <данные изъяты>». Травма относится к категории легких. Комиссией установлены причины несчастного случая, которыми явились нарушение п. 2.6 должностной инструкции начальником базы ОП ООО «Сервисный центр СБМ» ФИО1 (л.д. 19-20).
Согласно заключению эксперта [суммы изъяты] от 28.09.2018 г., у ФИО6 имели место инфицированные укушенные раны левой ягодичной области и правой голени. Указанные повреждения повлекли за собой длительное расстройство здоровья на срок выше 21 дня, в связи с чем, расцениваются как средней тяжести вред здоровью. Заболевания позвоночника, имеющиеся у ФИО6, учитывая уровень поражения (позвоночник) не могли развиться от укуса собак (правой голени и левой ягодичной области), то есть вследствие несчастного случая на производстве (л.д. 24-30).
Постановлением ст. УУП ОУУП и ПДН Отдела МВД России по г. Новый Уренгой от 01.07.2022 г. ФИО6 было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении руководства филиала ООО «УТТиСТ-Бурсервис» по факту прикармливания бродячих собак на своей производственной базе, в результате чего его покусали, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ (л.д. 21-23).
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
Принимая во внимание приведенные выше нормы законодательства, суд полагает обоснованным требование истца ФИО6 к ООО «УТТиСТ-Бурсервис» о компенсации ему морального вреда причиненного в результате несчастного случая на производстве, поскольку именно ООО «УТТиСТ-Бурсервис» является работодателем истца, несчастный случай произошел при выполнении истцом своих трудовых обязанностей в интересах работодателя. При этом суд учитывает, что именно на работодателе лежит обязанность по обеспечению безопасных условий труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.
Довод представителя ответчика об отсутствии вины работодателя в произошедшем с ФИО6 несчастном случае суд признает несостоятельным и не может принять во внимание, поскольку в процессе рассмотрения и разрешения настоящего спора был установлен факт получения истцом травмы при выполнении своих трудовых обязанностей вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, тогда как частью 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Указание в акте о несчастном случае на производстве о том, что причиной несчастного случая явилось нарушение должностной инструкции работником базы ОП ООО «Сервисный центр СБМ», само по себе не свидетельствует об отсутствии вины работодателя в повреждении здоровья истца и не является бесспорным основанием, свидетельствующим об отсутствии вины ответчика. Между бездействием ответчика по не обеспечению безопасности истца при выполнении трудовых обязанностей и причинением вреда его здоровью имеется прямая причинно-следственная связь.
Полученная истцом травма подтверждает, что работодатель не выполнил своих обязанностей по обеспечению безопасности истца при осуществлении им своих трудовых обязанностей.
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Установлено, что в результате несчастного случая на производстве ФИО6 был причинен вред здоровью, принимая во внимание, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного фактом причинения вреда здоровью вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также с учетом характера перенесенных ФИО6, физических и нравственных страданий с учетом тяжести полученной им травмы, болезненности ее проявления, - как во время произошедшего события, так и после него, а также степени расстройства здоровья потерпевшего, степени вины ответчика, длительности лечения и периода восстановления, индивидуальных особенностей истца, суд пришел к выводу, что сумма в размере 50 000 рублей будет являться справедливым возмещением тех страданий и переживаний, которые понес истец в связи с полученной в результате несчастного случая на производстве травмой.
Доводы ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, не состоятельны, поскольку в соответствии со статьей 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом; на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина.
Предмет и основания заявленного истцом иска, а также установленные фактические обстоятельства по делу свидетельствуют о заявлении истцом требований о взыскании компенсации морального вреда, вызванного причинением вреда здоровью в результате производственной травмы.
Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в пользу местного бюджета МО г. Новый Уренгой подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей, от которой при подаче искового заявления в силу закона был освобожден истец.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.
Взыскать с ООО «Управление технологического транспорта и специальной техники – Бурсервис» (<данные изъяты>) в пользу ФИО6 <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, в остальной части отказать.
Взыскать с ООО «Управление технологического транспорта и специальной техники – Бурсервис» госпошлину в бюджет муниципального образования город Новый Уренгой в размере 300 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Суд Ямало–Ненецкого автономного округа в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Новоуренгойский городской суд.
Председательствующий: судья Н.А. Кузьмина.
Копия верна:
Решение в окончательной форме принято 19 октября 2022 года.