САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-7534/23

Дело № 1- 468/23 судья Савина Е.Ю.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 15 ноября 2023 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Боровков А.В.,

с участием: прокурора отдела Управления прокуратуры Санкт-Петербурга

Мандрыгина Д.О.,

представителя потерпевшей потерпевшая - ФИО1,

защитника-адвоката Медведева И.В.,

осужденного ФИО2,

представителя гражданского ответчика (ООО «<...>») - ФИО3,

секретаря судебного заседания Голодного М.К.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу представителя гражданского ответчика (ООО «Автопрайм») - ФИО3 на приговор Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 12 сентября 2023г., которым

ФИО2, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <...>, ранее не судимый:

осужден по ст.264 ч.1 УК РФ к ограничению свободы сроком на 1 год.

На основании ст. 53 УК РФ ФИО2 установлены следующие ограничения: не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы Санкт-Петербурга без согласия указанного органа;

Постановлено возложить на ФИО2 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Исковые требования потерпевшей ФИО4 удовлетворены частично.

Постановлено взыскать с ООО «<...>» (ИНН №...) в пользу потерпевшая, в счет компенсации морального вреда – 200 00 (двести тысяч рублей).

Требования о возмещении упущенной выгоды и признании договора аренды недействительной сделкой оставлены без рассмотрения.

Заслушав доклад судьи Боровкова А.В., выслушав доводы представителя гражданского ответчика - ООО «<...>» - ФИО3, просившего отменить приговор суда в части гражданского иска, а также мнение защитника – адвоката Медведева И.В. и осужденного ФИО2, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы. Выслушав и мнение представителя потерпевшей ФИО1, просившего отказать в удовлетворении апелляционной жалобы и мнение прокурора Мандрыгина Д.О., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

В апелляционной жалобе представитель гражданского ответчика - ООО «<...>» - ФИО3 просит отменить приговор в части гражданского иска, как незаконный и необоснованный и вынести в данной части новое решение – об отказе в исковых требованиях к ООО «<...>» в полном объеме.

В обоснование указывает, что суд неправильно применил нормы материального права и неверно квалифицировал, как трудовые отношения между ФИО2 и ООО «<...>». У ответчика не было заключено ни трудового договора, ни гражданско-трудового договора с ФИО2 Признание сложившихся между ними отношений трудовыми сделано на основании искового заявления, поданного работником. ФИО5 никогда не обращался в прокуратуру либо в трудовую инспекцию с целью признания трудовых отношений между ним ООО «<...>» (Общество).

Суд не оценил доводы предприятия, приведенные в дополнительном отзыве от 12.09.2023г., в том числе о том, что ФИО2 выгодно интерпретировать свои отношения с предприятием, как трудовые. При этом ФИО2, будучи лицом, привлеченным к уголовной ответственности, не несет ответственности за дачу заведомо ложных сведений.

По мнению представителя ответчика, ФИО2 вступил в сговор с представителями потерпевшей, чтобы обязанность по выплате компенсации возложили на ООО «<...>». В этом же заинтересована и потерпевшая.

Общество по договору с ООО «<...>» выступало исключительно как арендодатель. При этом ФИО2, получавший заказы от этой компании мог выбирать принимать ему заказы или нет по своему усмотрению. ФИО5 также подтвердил наличие между ним и предприятием долговых отношений на основании договора беспроцентного займа от 03.05.2020г., по которому, а также и по договору аренды от 03.05.2020г., он ежедневно выплачивал предприятию 2700 руб.

По просьбе ФИО2 предприятие подключило его к сервису «<...>» в виду отсутствия заработка и наличия долгов. За предоставление доступа к этой системе ООО «<...>» выплачивал денежные средства ООО «<...>».

ООО «<...>» никоим образом не руководило деятельностью ФИО2, не выдавал заказы такси, не устанавливал ему график рабочего дня, не выплачивало оплату за работу, не принимала и не увольняло его, но был заинтересован в его работе с целью возврата долга. ФИО5 было подтверждено, что предприятие исключительно сдавало ему в аренду транспортное средство и предоставляло доступ к сервису «<...>». Эти отношения должны быть квалифицированы, как договор аренды транспортного средства. Свою деятельность с генеральным директором Е.С. ФИО2 никак не обсуждал.

На основании договора аренды ФИО2 имел право распоряжаться автомобилем, как ему было угодно, что он и делал, совершая поездки в личных целях. Доказательств того, что между ФИО2 и ООО «<...>» были трудовые отношения и, он работал под контролем предприятия, не представлено.

Представитель ответчика, кроме того, приводит доводы о неразумности и несправедливости решения суда в части взыскания с ООО «<...>» компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей в пользу потерпевшей потерпевшая Полагает, что в этой части суд неправильно оценил фактические обстоятельства дела. Приводит в качестве примеров отдельные решения апелляционной инстанции судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда по вопросу определения наличия трудовых отношений.

В Возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшей потерпевшая – ФИО1 указывает на несостоятельность доводов гражданского ответчика, на доказанность выводов суда в части разрешения гражданского иска представленными суду доказательствами и просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя гражданского ответчика без удовлетворения.

Проверив доводы жалобы, исследовав материалы дела, судебная коллегия находит приговор суда, как обвинительный законным, обоснованным, по следующим основаниям.

Уголовное дело рассмотрено в порядке Главы 40 УПК РФ (в особом порядке).

Решение о рассмотрении уголовного дела в порядке Главы 40 УПК РФ суд принял на основании ходатайства осужденного, в судебном заседании, учитывая отсутствие возражений со стороны государственного обвинителя и потерпевшего

Факт совершения ФИО2, управлявшим автомобилем, нарушения правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека – потерпевшая при обстоятельствах, указанных в приговоре суда, подтвержден представленными суду доказательствами и участниками судебного разбирательства не оспаривается.

Достоверность, относимость, допустимость и достаточность указанных доказательств, на основании которых суд пришел к выводу о виновности ФИО2, стороной защиты также не оспаривается. Оснований не доверять доказательствам, положенным судом в основу приговора, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального законодательства, ставящих под сомнение вывод суда о достоверности, допустимости и относимости представленных доказательств, в том числе с учетом доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает.

Действия ФИО2 по ст. 264 ч.1 УК РФ квалифицированы судом правильно, что также не оспаривается сторонами.

Не оспаривается сторонами вид и размер наказания, назначенного ФИО2

По мнению апелляционного суда, назначенное ФИО2 наказание в виде ограничения свободы, учитывает требования ст.60 УК РФ, не выходит за рамки санкции, предусмотренной ч.1 ст.264 УК РФ, а потому является справедливым. При этом суд мотивированно не усмотрел оснований для назначения ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами в порядке ст.47 ч.3 УК РФ.

Доводы апелляционной жалобы представителя гражданского ответчика сводятся к несогласию с решением суда по существу гражданского иска потерпевшей потерпевшая а именно о взыскании в пользу потерпевшая с ООО «<...>» 200 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно разъяснению, данному в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" (п.5) по смыслу положений пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении, поэтому, по общему правилу, в качестве гражданского ответчика привлекается обвиняемый. Вместе с тем в случаях, когда законом обязанность возмещения вреда возлагается на лицо, не являющееся причинителем вреда, в качестве гражданского ответчика привлекается такое лицо, в том числе юридическое лицо.

В частности, если при совершении преступления вред причинен источником повышенной опасности (например, по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 263, 264 УК РФ), к участию в деле в качестве гражданского ответчика привлекается владелец этого источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Согласно п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09 декабря 2008 года N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения" (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2010 года N 31, 24 мая 2016 года N 22) по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил безопасности движения или эксплуатации транспортных средств, должны привлекаться владельцы транспортных средств, на которых в соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ возлагается обязанность по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности. Под владельцами источника повышенной опасности следует понимать организацию или гражданина, осуществляющих его эксплуатацию в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо по другим законным основаниям (например, по договору аренды, проката, безвозмездного пользования, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ч.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд апелляционной инстанции считает, что, придя к выводу о необходимости удовлетворения гражданского иска потерпевшей потерпевшая о взыскании с гражданского ответчика – ООО «<...>» в ее пользу в счет компенсации морального вреда 200 000 рублей, суд первой инстанции в полной мере учел вышеуказанные требования закона.

При этом суд достаточно мотивировал свое решение, указав в приговоре, что отношения, сложившиеся между ООО «<...>» и ФИО2 фактически имели характер трудовых, поскольку, хотя ФИО2 и арендовал у ООО «<...>» автомобиль на основании договора аренды, однако его деятельность по выполнению заказов, в том числе на социальные перевозки, координировалась и управлялась генеральным директором ООО «<...>» Е.С., который не только предоставлял заказы ФИО2, но и распределял денежные средства, полученные от заказчиков между водителями, определяя форму оплаты водителю (наличным или безналичным способом), контролировал работу водителя, определял время выхода ФИО2 на работу и ее окончание.

Данные обстоятельства, раскрывающие характер сложившихся между ФИО2 и ООО «<...>» взаимоотношений, установлены, как показаниями осужденного, так и представленной распечаткой переписки между ФИО2 и генеральным директором предприятия Е.С.

В судебном заседании апелляционного суда ФИО2 подтвердил свои показания в данной части. Кроме того суд исследовал представленную в суд первой инстанции переписку ФИО2 с генеральным директором ООО «<...>» Е.С. в мессенджере «Вотсапп», содержание которой подтверждает выводы суда о том, что Е.С. обеспечивал и контролировал работу ФИО2

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы представителя гражданского ответчика судом установлено, что заказы на перевозки поступали непосредственно в ООО «<...>» на основании договора между предприятием и ООО «<...>» а также на основании договора аренды, заключенного между ООО «<...>» и ООО «<...> В тоже время предоставление услуг такси и арендованных автомобилей с водителем, согласно представленным суду документам, является основным видом деятельности ООО «<...>».

В этой связи суд обоснованно сослался на положения ст.16 Трудового Кодекса РФ, в соответствии с которой трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Суд также правомерно сослался в приговоре на положения ст. 1068 ГК РФ, в силу которых не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

При этом юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Судом было установлено, что ФИО2, на основании фактического допущения руководителем ООО «<...>» Е.С. к работе в Обществе в качестве водителя, находился в трудовых отношениях с ООО «<...>», без оформления трудового договора и осуществлял свои трудовые обязанности по должности водителя легкового автомобиля, а потому судом был сделан правильный вывод о том, что, в силу закона, ФИО2 не является владельцем источника повышенной опасности и не должен нести материальную ответственность перед потерпевшей.

Вместе с тем судом представленными доказательствами судом также было установлено, что деятельность ООО «<...>» связана с использованием транспортных средств, т.е. источников повышенной опасности для окружающих, а потому суд пришел к правильному выводу о необходимости взыскания компенсации морального вреда в пользу потерпевшей потерпевшая с владельца источника повышенной опасности - с ООО «<...>».

Соглашаясь с выводами суда в данной части и полагая, что доводы представителя гражданского ответчика не состоятельны, апелляционный суд считает, что решение о взыскании компенсации морального вреда в пользу потерпевшей потерпевшая в размере 200 000 рублей соответствует степени вины причинителя вреда и требованиям разумности и справедливости.

При этом наличие между ФИО6, как физическим лицом, договора беспроцентного займа от 03.05.2020г., в силу которого ФИО2 отдавал Е.С. выручку в счет погашения долга, с учетом наличия между ними трудовых отношений по управлению ФИО2 принадлежащим ООО «<...>» автомобилем с 2017г., не свидетельствует как об отсутствии таких отношений между осужденным и предприятием, так и о незаконности и необоснованности выводов суда в данной части приговора.

Нарушений закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда, в том числе по доводам апелляционной жалобы представителя гражданского ответчика, апелляционный суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.35УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 12 сентября 2023 года в отношении ФИО2 оставить без изменения.

Апелляционную жалобу представителя гражданского ответчика (ООО «<...>») - ФИО3 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном Главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы или представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий судья: