Гражданское дело №2-364/2025
Решение
Именем Российской Федерации
26 февраля 2025 года г. Оренбург
Центральный районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Рейф Н.А.,
при секретаре Алексеевой О.В.,
с участием:
представителей истца ФИО1, - ФИО2, ФИО3, действующих на основании доверенности,
представителя ответчика ФИО4 - адвоката Дашкевич М.Г., действующей на основании ордера,
третьего лица - ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 об устранении нарушений неприкосновенности частной жизни,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском, указывая, что она является собственником земельного участка с кадастровым номером № расположенного по адресу: <адрес>. Соседями по земельному участку со стороны <адрес>, в частности ответчиком ФИО4, нарушаются права истца на неприкосновенность частной жизни, посредством установления 21 сентября 2024 года, уже второй видеокамеры направленной в сторону жилого дома и земельного участка истца, первую видеокамеру ответчик установил почти два года назад. На требование о демонтаже или изменении угла видеосъемки, ответчик отказывается выполнять данные требования. Данные действия ответчика нарушают неприкосновенность личной жизни ФИО1 Установленные камеры видеонаблюдения, и их съемка происходит без согласия собственника, наносит вред здоровью истца.
Просит суд взыскать с ответчика ФИО4 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, обязать ответчика демонтировать обе камеры видеонаблюдения.
Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО5, ФИО2, действующий в своих интересах и в интересах ФИО6
Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.
Представители истца ФИО1, - (третье лицо) ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенности в судебном заседании исковые требования поддержали и просили их удовлетворить, пояснили, что истец ФИО1 является собственником жилого дома расположенного по адресу: <адрес>, в доме проживает со своей семьей супругом ФИО2 и их ребенком –инвалидом ФИО6 соседями по земельному участку является семья Щ-ных. С 2022 года ответчиком ФИО4 установлены спорные видеокамеры, одна из которых установлена под коньком старого дома (сарая) и охватывает весь двор, и корректировки не подвергается, вторая камера расположена старца дома Щ-ных и охватывает половину территории двора истца. Данные камеры снимают все, что происходит на их территории и нарушают их права на неприкосновенность частной жизни. В ходе судебного разбирательства после выездного заседания, ответчиками была скорректирована камера видеонаблюдения расположенная с торца крыши жилого дома Щ-ных, однако в объектив данной камеры все равно попадает часть земельного участка и двора истца, что свидетельствует о том, что до ее корректировки она охватывала большую часть двора истца. Видеокамера, которая установлена под коньком старого дома, указанная ответчиками как муляж без производства записи, до сих пор не демонтирована и направлена на территорию двора истца. Они видят, что в настоящее время камера не работает, но в любой момент ответчик может подключить ее. Считают, что ответчик ФИО4 и ее супруг снимают моменты семейной жизни и жизни членов ее семьи. Действия ответчика это вторжение в их частную жизнь. Размер компенсации морального вреда обоснован, связан с длительностью использования видеокамеры ответчиком.
Представитель ответчика ФИО4 - адвокат Дашкевич М.Г., действующая на основании ордера в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований. Просила учесть, что камеры видеонаблюдения установлены по периметру жилого дома ответчика и не затрагивают территорию истца. Данные камеры установлены для сохранности имущества ответчика в виду сложившихся неприязненных отношений между сторонами. При выездном судебном заседании были осмотрены камеры наружного видеонаблюдения с монитора, полагает что ни одна из камер, не направлена на территорию истца, что в свою очередь свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований. В материалы дела ответчиком представлено заключение специалиста № ВВТЭ-010 от 18.02.2025, согласно которому спорные видеокамеры, одна из которых распложённая на углу <адрес>, не охватывает дворовую территорию дома домовладения № по адресу <адрес>, вторая камера, расположенная на чердачном помещении сарая, расположенного на дворовой территории Щ-ных не имеет проводов и используется, как муляж. В настоящее время камеры установлены таким образом, что не видно участка истца. В связи, с чем истцом не представлены доказательства нарушения прав и законных интересов ответчиком.
Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.
Третьи лица ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Суд определил рассмотреть дело в отсутствие надлежаще извещенных лиц в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ.
Суд, заслушав представителей истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, приходит к следующему.
Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.
Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются (ч. 1 ст. 24 Конституции РФ).
В силу п. 1 ч. 1 ст. 6 ФЗ РФ от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных", обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.
Согласно ч. 1 ст. 152.2 ГК РФ если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.
Судом установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежит жилой дом, общей площадью 97,6 кв.м. расположенный по адресу: <адрес>, что подтверждается решением Центрального районного суда г. Оренбурга от 27.06.2003.
Право собственности на земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес> принадлежит на праве собственности ФИО1 на основании соглашения об образовании земельного участка между собственниками земельных участков путём их перераспределения от 08.04.2021, договора купли-продажи земельного участка от 23.09.2009 № 1004, договора купил-продажи от 11.07.2020.
ФИО4 на праве собственности принадлежит жилой дом с кадастровым номером № общей площадью 95,2 кв.м. расположенный по адресу: <адрес>, что подтверждается договором от 09.03.1965, кадастровым паспортом здания, сооружения объекта незавершённого строительства.
Ответчик ФИО4 является смежным собственником земельного участка с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>.
Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что земельные участки сторон являются соседними (смежными), что между истцом и ответчиком сложились неприязненные отношения, ответчиком с 2022 года были установлены системы видеонаблюдения, одна из которых установлена на углу дома по адресу: <адрес>, вторая камера установлена на чердачном помещении дворовой постройки <адрес>. ФИО4 не отрицала принадлежность ей камер видеонаблюдения.
В материалы дела представлено заявление ФИО2 в прокуратуру Центрального района г. Оренбурга, согласно которому семьей Щ-ных с 2022 года были установлены системы видеонаблюдения в нарушение о незаконном сборе информации и неприкосновенности частной жизни.
В ходе судебного разбирательства представлен фотоматериал,на котором наглядно видно, что в обзор камеры видеонаблюдения установленной на чердачном помещении дворовой постройки <адрес> попадает полностью земельный участок и дворовая территория истца. В обзор камеры установленной на углу жилого <адрес> попадает часть забора и ворот жилого <адрес>.
Стороны пояснили, что указанное обстоятельство на фотоснимках имело место и относится до декабря 2024 года.
Сторона истца не отрицала, что в настоящее время ФИО4 изменила обзор камеры видеонаблюдения, установленной на торце их дома, повернула ее обзор на часть территории своего двора.
В ходе судебного разбирательства было осуществлено выездное заседание по адресу жилых домов №, № по <адрес>. При выездном судебном заседании были осмотрены камеры наружного видеонаблюдения на <адрес>, что на монитор, выводится запись с камер видеонаблюдения, в обзор спорной камеры установленной на углу жилого <адрес>, попадает часть забора и ворот, будка собаки по <адрес>. Запись с камеры видеонаблюдения, установленной на чердачном помещении дворовой постройки, не идет. Со слов ФИО4 данная камера используется как муляж и не имеет подключение к монитору.
Также в ходе выездного заседания осматривались камеры снаружи жилого <адрес> дату осмотра судом было установлено, что на жилом доме имеются четыре камеры видеонаблюдения, спорная камера находящееся на чердачном помещении дворовой постройки с учетом поворота угла, прямо направлена на территорию двора истца, камера, установленная на углу жилого <адрес> под углом ее поворота, охватывает часть ворот и забора дома истца. Дворовая территория и домовладение истца в обзор данной камеры не попадает.
В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
ФИО4 в опровержение нарушение прав истца ФИО1 по сбору в отношении нее сведений представлено заключение специалиста АНО «Судебная экспертиза» №ВВТЭ-010 от 18.02.2025 согласно которому в обзор спорной камеры № установленной на углу жилого <адрес> попадает часть забора и ворот домовладения № по адресу: <адрес> территория и домовладение в обзор данной камеры не попадает. Специалистом было установлено, что камера, установленная на чердачном помещении дворовой постройки домовладения № по адресу: <адрес> не имеет проводов для подключения к видеорегистратору и сети питания. Данная камера является муляжом, фото –видеозапись с данной камеры не ведется.
Суд не может принять во внимание при определении расположения камер заключение АНО «Судебная экспертиза» № ВВТЭ-010 от 18.02.2025, поскольку данное заключение подготовлено по инициативе одной из сторон, вне рамок судебного разбирательства, эксперты не предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Кроме того, ст. 304 ГК РФ предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. п. 45 и 46 постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", на основании ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что нарушается его право собственности или законное владение, или что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.
Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.
Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке, либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.
Согласно п. 47 вышеуказанного постановления, удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить нарушения права истца.
К сбору и обработке фото и видеоизображений применим Федеральный закон от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных", предусматривающий, что персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (пункт 1 статьи 3), что включает фото- и видеоизображение человека.
В статье 2 указанного Федерального закона обеспечивается защита прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.
Федеральный закон "О персональных данных" определяет, что обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта, в связи с чем, получение фото - и видеоизображений людей путем установки видеокамер, обработка биометрических персональных данных могут осуществляться только при наличии согласия в письменной форме субъекта персональных данных (пункт 1 части 1 статьи 6, часть 4 статьи 9, статья 11).
Фактически в домовладении, расположенном по адресу: <адрес> установлены действующие видеокамеры. Благодаря имеющейся регулировки угла установки (поворот: 0-360°, наклон: от 0 - до 180°, вращение: 0 - 360°) видеокамеры возможно установить (повернуть) таким образом, что они будут производить видеофиксацию территории домовладения, расположенного по адресу <адрес>
Согласно представленным фотографиям, сделанным до и после выездного судебного заседания, просмотренной видеозаписью, в настоящее время действующая видеокамера, расположенная на углу жилого <адрес>, отрегулирована и повернута в сторону дома ответчика и ее придомовой территории. Видеокамера, расположенная на чердачном помещении дворовой постройки домовладения № по адресу: <адрес> несмотря на отсутствия записи с устройства полностью охватывает территорию истца. В настоящее время не демонтирована, угол обзора не изменен.
Таким образом, учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что установка видеокамер с подобным обзором нарушает и может в будущем нарушать права и законные интересы истца и членов ее семьи, в том числе право на неприкосновенность частной жизни, которая гарантируется каждому Конституцией Российской Федерации.
Установка ответчиком без согласия истца камер видеонаблюдения нарушает права собственника на неприкосновенность частной жизни.
В пункте 1 ст. 8 Международной Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» предусмотрено, что каждый имеет право на уважение его личной жизни.
Таким образом, право на неприкосновенность частной жизни (статья 23, часть 1, Конституции Российской Федерации) означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера.
В статье 150 ГК Российской Федерации дано понятие нематериальных благ, к ним законодателем отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Изложенное свидетельствует, что ФИО4 нарушила принадлежащее ФИО1 от рождения нематериальное благо - неприкосновенность частной жизни, осуществив, вопреки требованиям закона, и волеизъявлениям ФИО1 вмешательство в их частную жизнь путем видеозаписи видеокамерой с 2022 года, которые были ею установлены, поскольку в обзор камеры по состоянию на 2022 год попадали часть двора и забора находящийся в пользовании истца, что свидетельствует о нарушении прав на частную жизнь проживающих в них лиц, в частности, прав истца.
Доводы о том, что законом не запрещена установка камер в целях защиты своего имущества, в данном случае основанием для отказа в удовлетворении требований истца явиться не могут, поскольку в силу положений части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, статей 9, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществление прав одного лица не должно нарушать права и свободы других лиц. Нахождение камер видеонаблюдения с углом обзора, позволяющим наблюдать за участком истца, нарушит баланс прав и интересов сторон.
В этой связи, как следует из искового заявления ФИО1, пояснений ФИО2 (супруга истца), данных в ходе судебного разбирательства, они испытывали нравственные страдания, у ФИО1 резко ухудшилось состояние здоровья, от ведения видеосъемки у неё ухудшается самочувствие.
В статье 12 ГК Российской Федерации, указано, что одним из способов защиты гражданских прав является компенсации морального вреда.
В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.)
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
ФИО1 были причинены нравственные страдания, связанные с вмешательством со стороны ФИО4 в ее частную жизнь, поэтому суд приходит к выводу о взыскании с последней компенсации морального вреда.
Согласно ст. 1101 ГК Российской Федерации - компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Размер компенсации морального вреда суд определяет с учетом фактических обстоятельств дела, что доказан только факт видеосъемки с камеры расположенной на углу дома по <адрес> сентября 2024 года, при отсутствии доказательств, что после декабря 2024 года и в настоящее время ведется видеосъемка частной жизни истца, принимая во внимание степень вины ответчика, степень нравственных страданий истца, а также учитывает принцип разумности и справедливости, определяет ко взысканию с ответчика в качестве компенсации морального вреда в пользу ФИО1 – 5 000 рублей.
Разрешая требования истца о демонтаже двух видеокамер с обзора видеонаблюдения всей территории истца, суд приходит к выводу, что указанные требования не подлежат удовлетворению.
В ходе судебного разбирательства установлено, что в настоящее время в обзор спорной камеры видеонаблюдения, расположенной ну углу жилого дом № 84, попадают часть забора и часть входных ворот на участок Калиевых, дворовая территория и домовладение № по <адрес> в объектив видеокамеры не попадают.
Принимая во внимание тот факт, что, видеокамера расположенная на чердачном помещении не имеет проводов для подключения и сети питания, не фиксирует действия, происходящие на территории участка истца, доказательств, подтверждающих, что ФИО4 осуществляют сбор, хранение, использование и распространение информации против истца, посягают на неприкосновенность ее и проживающих с ней членом семьи их частной жизни, не представлено.
При этом суд отмечает, что ФИО1 предъявляя исковые требования к ответчику в указанной части, в действительности лишь предполагает возможное нарушение ее прав в будущем.
Достаточных и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что камеры видеонаблюдения ответчика относится к специальным техническим средствам и предназначены для негласного получения информации, истцом не представлено. Кроме того, видеокамеры установлены в непубличном месте (на территории ответчика), получают только тот объем информации, который недоступен обычному наблюдателю, их нахождение, с учётом установленных обстоятельств, не может нарушить право истца на тайну личной жизни.
Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Поскольку в соответствии с подпунктом 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче в суд исковых заявлений, вытекающих из нарушений прав потребителей, истец от уплаты государственной пошлины освобожден, с ФИО4 в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 4 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194-199, ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 к ФИО4 об устранении нарушений неприкосновенности частной жизни - удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт гражданина РФ №) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт гражданина РФ №) компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт гражданина РФ №) в доход бюджета муниципального образования «город Оренбург» государственную пошлину в размере 4 000 рублей
Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня вынесения решения судом в окончательной форме.
Судья Н.А. Рейф
Решение принято в окончательной форме 28 февраля 2025 года.