Решение по делу № 2-279/2025 от 24.04.2025

УИД 31RS0004-01-2025-000175-89 Дело №2-279/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 апреля 2025 г. г. Валуйки

Валуйский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Андреевой С.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Страховой Е.С.,

с участием старшего помощника Валуйского межрайонного прокурора Седых Н.П.,

с участием представителя истца Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Белгородской области (ОСФР по Белгородской области) по доверенности ФИО5, представителя ответчика ФИО6 по ордеру адвоката Балан И.А.,

в отсутствие ответчика ФИО6, представителя третьего лица ООО «Лабазъ»

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Белгородской области (ОСФР по Белгородской области) к ФИО6 о возмещении убытков, понесенных на страховые выплаты в связи с несчастным случаем на производстве,

установил:

Истец обратился в Валуйский районный суд Белгородской области с вышеуказанным иском, ссылаясь на то, что ответчик, являясь собственником автомобиля <данные изъяты> в составе с прицепом <данные изъяты>,двигаясь задним ходом вдоль проезжей части на обочине вдоль улицы <адрес>, не убедился в безопасности своего маневра, совершил наезд на ФИО7, двигавшуюся по обочине сзади ТС. В результате ДТП пешеход ФИО7 получила тяжелые травмы в результате ДТП и была госпитализирована в ОГБУЗ «Валуйский ЦРБ». Полагает, что материалами возбужденного в отношении ФИО6 дела доказана его вина в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ. Поскольку ФИО7 выполняла обязанности работника ООО «Лабазъ», случай был признан несчастным случаем на производстве, составлен акт о несчастном случае на производстве от 12.01.2024 №. В соответствии со ст. 227 ТК РФ случай также признан страховым и на основании положений Федеральных законов от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» истцом было назначено и выплачено пособие по временной нетрудоспособности, назначаемое в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за период с 19.12.2022 по 30.07.2023 в сумме 126230,31 руб. Поскольку 16.05.2023 ФИО7 умерла после продолжительного лечения от последствий несчастного случая на производстве Отделением произведены единовременные страховые выплаты родственникам застрахованного лица (признанным потерпевшими по уголовному делу: мужу – ФИО1 родителям- ФИО2 и ИО3) в сумме 2000000 руб. (по 666666,66 руб. каждому). Ссылаясь на положения ст.ст. 1064,1079,1081,1082 ГК РФ, указывает на право предъявить регрессные требования к виновнику ДТП. Истцом соблюден досудебный порядок урегулирования спора с требованием перечислить взыскиваемую сумму в 10-дневный срок с момента получения претензии 2126230 руб., направлена ответчику претензия от 13.01.2025, оставленная им без ответа. Просит взыскать с ответчика в порядке регресса 2126230 руб.

В судебном заседании представитель ОСФР по Белгородской области по доверенности ФИО5 исковые требования поддержала, настаивала на том, что надлежащим ответчиком по делу является виновник ДТП- ФИО8 Пояснила, что решение о выплатах родственникам в связи со смертью ФИО7 было принято на основе представленного истцу пакета документов. Копии данных документов были представлены и суду. Имеется заключение № <данные изъяты> о результатах установления связи смерти пострадавшего с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием» от 26.01.2024. Для выплаты в силу закона требуется установление связи между смертью и несчастным случаем на производстве, что подтверждается и материалами уголовного делу, и экспертными заключениями в нем, и вступившим в законную силу решением Валуйского районного суда Белгородской области по делу № То обстоятельство, что причинно-следственная связь является косвенной, а не прямой для данной выплаты и взыскания её с ФИО8 в регрессном порядке правового значения не имеет. Вина ФИО8 в ДТП, которое явилось причиной несчастного случая на производстве в соответствии с имеющимся актом № о несчастном случае на производстве от 12.01.2024, установлена. Хотя уголовное дело в отношении ФИО6 прекращено в связи с примирением сторон, это не является реабилитирующим основанием. Установленная вина ФИО8 в ДТП, которое было признано причиной несчастного случая на производстве и установленная связь с последствиями ДТП- тяжким вредом здоровью ФИО7, и последующей смертью, свидетельствуют о правомерности регрессных требований именно к нему, как к причинителю вреда. Считает подлежащим взысканию с ответчика всю сумму в 2126230 руб.

Ответчик ФИО6 извещен надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, обеспечил явку своего представителя.

Представитель ответчика по ордеру адвокат Балан И.А. исковые требования не признал, поддержал доводы письменных возражений, в которых указал, что считает иск необоснованным. ФИО6 не является работником ООО «Лабазъ», травмирование работника ФИО7 произошло не на территории предприятия, ФИО6 не присутствовал и не уведомлялся о составлении акта о несчастном случае на производстве и не может быть виновным в несчастном случае на производстве. Травмирование старшего лаборанта ФИО7 произошло в результате ДТП вдоль проезжей части дороги общего пользования и виновность причинения ей вреда могла быть доказана только в рамках расследования возбужденного уголовного дела по ч. 1 ст. 264 УК РФ, а не в рамках расследования несчастного случая на производстве. В рамках уголовного дела проводились судебно-медицинские экспертизы, по которым прямая причинно-следственная связь между ДТП и смертью ФИО7 не была установлена, в связи с чем дело не было переквалифицировано на ч. 3 ст. 264 УК РФ (то есть деяние по неосторожности повлекшее смерть человека), а в дальнейшем было прекращено за примирением сторон. Гражданско-правовая ответственность, как владельца источника повышенной опасности на момент ДТП была застрахована по договору ОСАГО в СК Иногосстрах, случай был признан страховым, осуществлена страховая выплата. Страховые выплаты по причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО7 были выплачены в полном объеме, претензий от потерпевших к ответчику нет. Полагает, что у ФИО6 отсутствует обязанность возмещения убытков, понесенных ОСФР по Белгородской области, в связи с чем иск подлежит отклонению в полном объеме.

Также указал на необходимость «исключения доказательств» (заключение № <данные изъяты>, другие мед документы), как ненадлежащих доказательств.

Представитель третьего лица ООО «Лабазъ» в судебное заседание не явился, извещен о месте и времени судебного заседания надлежащим образом ГЭПС(л.д.80), электронной почтой(л.д.77), телефонограммой. Позицию по делу не выразил.

Старший помощник Валуйского межрайонного прокурора Седых Н.П. дала заключение, в котором указала, что у истца возникло право на обращение с регрессными требованиями о взыскании понесенных расходов с ФИО9, как с владельца и водителя источника повышенной опасности. Вместе с тем, согласно п. 2 ст. 1081 ГК РФ размер данной суммы должен быть уменьшен с учетом вины самой пострадавшей, поскольку в действиях ФИО7 усматриваются нарушения ПДД. С учетом наличия вины в произошедшем несчастном случае как ФИО9, так и работников ООО «Лабазъ», самой ФИО10, полагает подлежащим взысканию сумму в 500000 руб.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд приходит к следующему.

Как усматривается из материалов настоящего гражданского дела, уголовного дела № 12301140005000211 в отношении ФИО6, исследованного в ходе рассмотрения спора гражданского дела №, следует и сторонами не оспаривается, что ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 12.07.2002 была принята на работу по трудовому договору в ООО «Лабазъ» и работала в должности старшего техника-лаборанта зерновой лаборатории, в обязанности которого в соответствии с Должностной инструкцией входило, в том числе, осуществление контроля за соблюдением санитарного состояния транспортных средств, подаваемых под погрузку готовой продукции, зерна, других зернопродуктов (п.2 раздела II «Должностные обязанности» Инструкции (л.д.93 т.1). 19.12.2022 с ней произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах. Она работала на визировке- специально отведенном месте отбора проб и осмотра автотранспортных средств при въезде на территорию предприятия. Примерно в 1 ч. 40 мин. ИП ФИО6, заключивший с ООО «Лабазъ» договор от 26.09.2022 на перевозку грузов (л.д.52 Т.3 уголовного дела) на личном автомобиле <данные изъяты> с прицепом припарковался на обочине с одной стороны по ходу движения со стороны ул. Соколова, прибыв в ООО «Лабазъ» (<адрес>) на загрузку пшеницей, которую он должен был перевезти в п. Черемисино Курской области. Старший техник-лаборант ФИО7 осмотрела автомобиль на проезжей части дороги, выдала пропуск для въезда на территорию предприятия на погрузку, он завел двигатель, начал движение и осуществил наезд на ФИО7 (Т2 л.д.52 уголовного дела), вследствие чего последняя получила тяжелые травмы и была госпитализирована в ОГБУЗ «Валуйский ЦРБ».

По данному происшествию был составлен акт о несчастном случае на производстве от 12.01.2022 (формы Н-1). Вид происшествия, указанный в Акте: транспортное происшествие при пешеходном передвижении во время работы (код 1.01.4). В графе «Причины несчастного случая» указано: 1. Нарушение водителем автомобиля <данные изъяты> в составе с прицепом <данные изъяты> ФИО6 ПДД, который двигаясь вдоль проезжей части дороги по обочине <адрес>, не убедившись в безопасности своего маневра совершил наезд на пешехода ФИО7, двигавшуюся по обочине сзади ТС. Возбуждено дело об административном правонарушении и назначении административного расследования по признакам административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ. 2. Неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в необеспечении контроля со стороны должностных лиц ООО «Лабазъ» за действия старшего техника-лаборанта ФИО7, которая в нарушение требований п. 3.8.5 Инструкции по охране труда для работников лаборатории, проводила осмотр ТС вне визировочной площадки, вдоль проезжей части на обочине вдоль улицы Суржикова г. Валуйки, что привело к наезду на неё вышеуказанного ТС и получения тяжелой травмы в результате ДТП. 3. Нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, а именно нарушение старшим техником-лаборантом ФИО7 требований п. 3.8.5 Инструкции по охране труда, выразившееся в проведении осмотра ТС вне визировочной площадки на обочине проезжей части дороги.

Из имеющихся в материалах гражданских дел медицинских документов следует, что ФИО7 поступила в травматологическое отделение, затем переведена в хирургическое отделение с диагнозом: переломы, охватывающие грудную клетку, нижнюю часть спины, таз и конечности, уточненный диагноз: сепсис (гр. дело № Т.2 л.д.233). Из посмертного эпикриза следует, что при поступлении общее состояние было средней степени тяжести. После политравмы 19.12.2022 поставлен диагноз: сепсис, множественные переломы ребер с обеих сторон, двухсторонних гемопневмоторокс, перелом костей таза, левой плечевой кости, двустороння посттравматическая пневмония, обширная флегмона обеих нижних конечностей, постгеморрагическая анемия тяжелой степени, гипопротеинэмия, гипокалийэмия, полиорганная недостаточность. 16.05.2023 констатирована биологическая смерть.

По признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ 16.05.2023 в отношении водителя <данные изъяты> ФИО6 возбуждено уголовное дело в связи с тяжким причинением вреда здоровью ФИО7

16.04.2024 постановлением старшего следователя отдела № СУ УМВД России по г. Белгороду уголовное дело прекращено в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК РФ).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Закон N 125-ФЗ), которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору (п. 1 ст. 1 данного Закона).

В ст. 3 Закона N 125-ФЗ определено, что страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Право застрахованных лиц на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая (ч. 1 ст. 7 Закона № 125-ФЗ). В соответствии с п. 1 ч. 1 ст.8 Закона № 125-ФЗ обеспечение по страхованию осуществляется, в том числе в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; в виде страховых выплат, в том числе, единовременной страховой выплаты лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае смерти застрахованного.

Согласно п.3 ч.1 ст. 10 Закона № 125-ФЗ единовременная страховая выплата назначается и выплачивается лицам, имеющим право на их получение, если результатом наступления страхового случая стала смерть застрахованного.

Отделением ОСФР на основании пакета документов, представленных работодателем ООО «Лабазъ», потерпевшими- родственниками ФИО7- ФИО1, ФИО2, ФИО3 указанный выше несчастный случай квалифицирован как страховой, было назначено и выплачено: пособие по временной нетрудоспособности за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за период с 19.12.2022 по 30.07.2023 в сумме 126230,31 руб.; единовременные страховые выплаты родственникам застрахованного лица в сумме 2000000 руб. ( по 666666,66 руб. каждому).

Пунктом 2 статьи 11 Закона № 125-ФЗ, предусмотрено, что в случае смерти застрахованного размер единовременной страховой выплаты составляет 2 миллиона рублей.

Размеры выплат лицами, участвующими в деле, не оспаривались.

Выплаты подтверждены справкой о назначенных и выплаченных пособиях за период с 19.12.2022 по 30.07.2023 № 1067-ПВ (л.д. 21), карточками лицевых счетов получателей: ФИО1 (л.д.22), ФИО2 (л.д.23), ФИО3 (лд.24). В качестве доказательств обоснованности указанных выплат суду представлен пакет документов: свидетельства о смерти ФИО7 (л.д. 95), о рождении (л.д.94 оборот), о заключении брака (л.д.92), медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, согласно которому старший техник-лаборант ООО «Лабазъ» ФИО7 поступила 19.12.2022 в ОГБУЗ «Валуйская ЦРБ» в травматологическое отделение с диагнозом «<данные изъяты>» код диагноза по МКБ- 10<данные изъяты>, категория повреждений- тяжелая (л.д.96), акт о несчастном случае на производстве (л.д.97), трудовая книжка ФИО11 (л.д.102-103), заключение № по квалификации повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания как страхового случая, которому случай был признан страховым, так как произошел с ФИО7 в рабочее время при исполнении ею трудовых обязанностей (л.д.104), акт № от 13.06.2023 о приемке оказанных услуг от 13.06.2023(заказчик и плательщик- ОСФР по Белгородской области, застрахованный- ФИО7) (л.д.105), предписание № от 09.01.2024 об обязании ген. директора ООО «Лабазъ» ФИО4 устранить нарушения трудового законодательства (л.д.106-107), заключение гос инспектора труда (код 3.01.2) по несчастному случаю с тяжелым исходом с ФИО7 от 11.04.2025 (л.д.108-113), акт № о несчастном случае на производстве от 12.01.2024 (л.д.114-119), заключение № по квалификации повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания как страхового случая, которому случай был признан страховым, так как произошел с ФИО7 в рабочее время при исполнении ею трудовых обязанностей от 30.01.2024 (л.д.121), заключение <данные изъяты> № о результатах установления связи смерти пострадавшей ФИО7 с несчастным случаем на производстве от 19.12.2022 (л.д.121), заявления на единовременную выплату в связи со страховым случаем в период работы в ООО «Лабазъ» 19.12.2022 с ФИО7 от ФИО1, ФИО2 ФИО3. (л.д.122-123,125-126, 128-129), решения о назначении единовременных страховых выплат в связи со смертью ФИО12 от 14.02.2024 (л.д.131,127, 124).

Оценив вышеперечисленные документы по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд полагает доказанным признание истцом произошедшего с ФИО7 ДТП причиной несчастного случая на производстве и выплатами в этой связи истцом страховых сумм в общем размере 2126230,31 руб.

Доводы в возражениях представителя ответчика адвоката Балан И.А. о том, что ДТП произошло не на территории предприятия ООО «Лабазъ», а на обочине дороги, ФИО6 не принимал участия в составлении акта о несчастном случае на производстве, копия ему не вручалась, и он не мог его обжаловать, на правильность вышеприведенных выводов не влияет. Как следует из представленных доказательств, ФИО7 действовала при осмотре ТС ответчика в интересах работодателя, осуществляя трудовые обязанности в свое рабочее время, и как она утверждала в материалах уголовного дела, действовала с устного указания руководства. То обстоятельство, что она осуществляла осмотр ТС ответчика не на визировочной площадке, а на проезжей части общественной дороги, указывает на нарушение ею требований должностной инструкции и отсутствии необходимого контроля со стороны работодателя, что также отражено в акте о несчастном случае на производстве (форма Н-1) и в других вышеприведенных документах. Об акте и обстоятельствах, связанных с несчастным случаем на производстве с ФИО7 ответчик и его представитель во всяком случае узнали при рассмотрении гражданского дела №, к участию в котором ФИО6 был привлечен в качестве третьего лица, присутствовал в одном из судебных заседаний.

В п. 1 ст.1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Из п. 8 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» (далее - Закон N 165-ФЗ) следует, что страховщики имеют право, в том числе обращаться в суд с исками о защите своих прав и возмещении причиненного вреда, в том числе предъявлять регрессные иски о возмещении понесенных расходов.

Не оспаривая право истца предъявлять регрессные требования, сторона ответчика указывает на то, что ФИО6 является ненадлежащим ответчиком.

По данному вопросу суд приходит к следующему.

Как было указано выше, в действующем акте о несчастном случае на производстве его причинами указаны не только нарушение водителем КАМАЗ ФИО6 ПДД и наезд на пешехода ФИО7, но и необеспечение работодателем ООО «Лабазъ» в лице руководителей ФИО7 контроля за ходом выполнения работ; несоблюдение самой ФИО7 трудовой дисциплины, в том числе невыполнение пункта 3.8.5 Инструкции по охране труда для работников лаборатории о проведении осмотра ТС на визировочной площадке. Вступившим в законную силу решением Валуйского районного суда Белгородской области от 27.09.2024 по делу № установлено, что вред жизни и здоровью ФИО7 причинен не только по вине ФИО6, нарушившего ПДД и признанного виновным в дорожно-транспортном происшествии, но и работодателя.

Истец при рассмотрении дела настаивал, что заявляет требования к одному ответчику, которого считает надлежащим- ФИО6, так как он является непосредственным виновником ДТП, не находился ни с кем в трудовых отношениях в момент ДТП, является собственником источника повышенной опасности – автомобиля КАМАЗ. Суд рассматривает заявленные требования к тому ответчику, который определен истцом, учитывая, однако, вышеназванные обстоятельства, установленные решением суда от 27.09.2024.

Довод стороны ответчика о том, что вред, причиненный пешеходу ФИО7, был возмещен в рамках законодательства Об ОСАГО, не исключает права регрессного требования истца непосредственно к виновнику ДТП на основании положений ст. 1079, п. 1 ст. 1085, 1068, 1064 ГК РФ. При этом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представлять сам ответчик ( ст. 1064 ГК РФ).

Представитель ответчика адвокат Балан И.А. ссылается на отсутствие установленной приговором суда причинной связи между смертью ФИО7 и несчастным случаем на производстве и вины ответчика, которую для удовлетворения регрессных требований может установить только приговор суда.

Данный довод суд считает основанным на неверном толковании действующего законодательства. Как указано выше, уголовное дело в отношении ФИО6 было прекращено 16.04.2024 в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК РФ). Основание прекращения уголовного дела не отнесено к реабилитирующим, о чем ответчику было известно (л.д. 102 Т.3 уголовного дела). Ответчик является владельцем источника повышенной опасности, он примирился с потерпевшими, которыми были признаны родственники умершей ФИО7 и выплатил им денежную сумму в счет сглаживания причиненного им вреда. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» под заглаживанием вреда понимается имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства (абзац второй пункта 2.1). Как усматривается из «Соглашения о добровольном возмещении вреда, причиненного в результате ДТП» от 10.04.2024 ФИО6, именуемый в данном документе и в расписке к нему «Причинителем вреда» выплатил в связи с его действиями, в которых по материалам уголовного дела усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, потерпевшим ФИО1, С.А., ФИО2, ИО 3, ИО 4 в счет возмещения им ущерба денежные средства в размере 1000000 руб. (л.д. 80-83 Т.3 уголовного дела). Таким образом, вину и причинно-следственную связь между своими действиями и тяжким вредом здоровью ФИО7 ФИО6 в материалах уголовного дела признавал.

В связи с чем имеет место вина, и причинно-следственная связь между ДТП и тяжким вредом здоровью, вред который истец возместил в соответствии вышеприведенными положениями Законов № 125-ФЗ, № N 165-ФЗ.

Что касается ссылки стороны ответчика на отсутствие причинно-следственной связи между смертью ФИО7, несчастным случаем на производстве, и непосредственно ДТП, суд считает необходимым отметить, что Соглашение о добровольном возмещении вреда заключено с признанными потерпевшими в уголовном деле родственниками ФИО7 после её смерти. В рамках уголовного дела проведены две автотехнические экспертизы и две судебно-медицинские экспертизы, которые в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон отнесены к доказательствам, подтверждающим виновность ФИО6 (л.д.112-113 Т3 уголовного дела). Согласно выводам заключения эксперта № <данные изъяты> повреждения у ФИО7 в виде множественных переломов ребер с обеих сторон, перелома левой лопатки, ушиба сердца, разрывов обоих легких, осложненных подкожной эмфиземой грудной клетки и шеи, пневномедиастинумом, двустороннего гемопневторокса, закрытых множественных переломов лонных и седалищных костей, крестца с деформацией тазового кольца, многооскольчатого перелома левой плечевой кости составляют единый комплекс травм, образовались от действий твёрдых тупых предметов, не исключено, что в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении следователя (ДТП). Между повреждениями у ФИО7 и ее смертью прямая причинно-следственная связь не усматривается (л.д. 199-204 т.1 уголовного дела). По выводам заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № <данные изъяты> (отдел сложных экспертиз) смерть ФИО7 наступила <данные изъяты>. Установлено таким образом, что связь между повреждениями и смертью ФИО7 в данном случае не прямая, а опосредованная (л.д. 96-103 Т.2 уголовного дела).

Оценивая и анализируя данные доказательства и представленное заключение № <данные изъяты> от 26.01.2024, на основании которой по пояснениям истца выносилось решение о единовременной страховой выплате родственникам ФИО7, суд приходит к выводу, что данные доказательства, вопреки доводам представителя ответчика, не противоречат друг другу, а наоборот находятся в системной связи. Этот документ вывод о степени вины причинителя вреда не содержит, а лишь констатирует наличие связи (в конкретном случае не прямой, а опосредованной) смерти пострадавшего с несчастным случаем на производстве, что явилось достаточным для выплат на основании п.3 ч.1 ст. 10 Закона № 125-ФЗ. Регрессные иски, предъявляемые истцом на данном основании представляют собой правовой механизм возложения бремени ответственности за причиненный вред в итоге непосредственно на его причинителя.

Вместе с тем, при определении размера взыскиваемой суммы в порядке регресса, суд должен руководствоваться требованиями ст. 1083 ГК РФ, учитывая вину потерпевшего и имущественное положения лица, причинившего вред. Судом разъяснялись положения данной статьи, выяснялся вопрос по имущественному положению ответчика, однако представитель ответчика каких-либо доводов и доказательств, которые могли быть учтены судом в связи с материальным положением ответчика не привел и не представил.

Как разъяснено в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Как усматривается из материалов уголовного дела, протоколов следственных экспериментов с фототаблицами (л.д. 60-72 т.1, л.д.15-29 т.2 уголовного дела), постановления о назначении автотехнической экспертизы от 26.07.2023, ДТП 19.12.2022 произошло на сухой обочине асфальтированной дороги в светлое время суток 11 час. 05 мин.), в момент начала движения автомобиля <данные изъяты> с прицепом под управлением ФИО6 (л.д. 51 т.2 уголовного дела). Из объяснений ФИО7 от 31.03.2023, она осуществляла по устному заданию руководителя осмотр двух стоящих друг за другом на обочине дороги автомобилей. Автомобили находились на противоположной обочине вдоль проезжей части дороги. После их осмотра она выписала разрешение на погрузку на обочине дороги возле задней части автомобиля около правого заднего борта, рядом с левым краем проезжей части дороги. Выписав разрешение, она отдала его экземпляр, и он пошел в сторону кабины автомобиля, а она дописывала на обочине свой экземпляр документа, после чего ожидала проезда встречных автомобилей. В этот момент автомобиль резко тронулся и стал выворачивать вправо в сторону дороги для последующего заезда на территорию ООО «Лабазъ». Она в этот момент располагалась примерно посередине между левым краем проезжей части и правым бортом автомобиля КАМАЗ. Затем она почувствовала удар, упала, потеряла сознание (л.д.128 т.1 уголовного дела). По пояснениям ФИО6 ФИО7 осмотрела кузов его автомобиля, выписала ему пропуск и сказала, чтобы он заезжал на погрузку на территорию предприятия. Он закрыл борт автомобиля и пошел в кабину. Так как между автомобилем и прицепом имеется дышло, он обошел прицеп сзади и сел в кабину автомобиля. Когда он отходил от заднего борта автомобиля, он увидел, ФИО7, стоящую сбоку автомобиля между автомобилем и прицепом сзади и сел в кабину автомобиля. Когда он отходил от заднего борта автомобиля он видел, что она стояла сбоку автомобиля между ТС и прицепом и разговаривала с другим водителем. Сев в автомобиль, он посмотрел в зеркало заднего вида, убедился, что сбоку автомобиля никого нет, и отсутствуют другие автомобили, которые могли двигаться по дороги, после чего включил первую передачу, еще раз убедился в отсутствии каких-либо людей возле КАМАЗа через зеркало заднего вида и стал медленно выезжать с обочина на дорогу для заезда на территорию ООО «Лабазъ» Проехав примерно 3-4 метра он почувствовал, что прицеп автомобиля на что-то наехал, посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, что с правой стороны в районе задней оси прицепа упавшую на землю ФИО7 (л.д.46-47 т.1 уголовного дела). Согласно заключению эксперта № от 20.10.2023 в ходе проведения следственного эксперимента с участием потерпевших ФИО13 установлено, что по версии ФИО7 она находилась на обочине с правой стороны <данные изъяты> с прицепом на расстоянии 0,5 м. от правого борта автомобиля и на 1,3 м. от центра заднего правого колеса данного автомобиля. В ходе следственного эксперимента установлено, что статиста пешехода не будет видно в правое зеркало заднего вида между автомобилем и прицепом, если она будет находиться на расстоянии 1,40 м. от края проезжей части дороги. В ходе проведения следственного эксперимента с участием водителя ФИО6 установлено, что статиста-пешехода не будет видно в правое зеркало заднего вида между автомобилем и прицепом, если она будет находиться на расстоянии 1,20 м. от края проезжей части. По выводам экспертизы состоятельны показания водителя автомобиля КАМАЗ. Наезд на пешехода в заданных условиях возможен только при нахождении пешехода перед передним бортом автоприцепа на уровне расположения его правого переднего колеса. Наезд на пешехода с последующим его перекатом передним правым колесом автоприцепа исключается, в связи с чем показания ФИО1 несостоятельны. По выводам другого заключения эксперта № от 27.12.2023 показания ФИО7, версии ФИО2 о месте нахождения ФИО7 перед наездом также с технической точки зрения несостоятельны, так как установлено, что место наезда на ФИО7 расположено на обочине в поперечном исчислении на расстоянии не менее 1,0 м. от края проезжей части. По данным, полученным в ходе следственного эксперимента от 13.07.2023, по версии С-вых наезд на ФИО7 исключался. С технической точки зрения показания водителя ФИО14 состоятельны. Во избежание наезда водитель должен был действовать согласно п. 8.1 ПДД, а пешеход должна была действовать в соответствии с п.п. 4 раздела ПДД (л.д.181-191 т 2 уголовного дела).

Анализируя данные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что в конкретном ДТП имело место, как вина водителя, так и пешехода. Когда водитель, перед началом движения, не осуществил обязанность подать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой (п.8.1 ПДД), пешеход ФИО7 проявила грубую неосторожность и нарушила положения раздела 4 ПДД ( в том числе п.4.5 ПДД РФ), поскольку находясь на обочине рядом с автомобилем КАМАЗ, который, как она наверняка знала, должен был начать движение, пропуская проезжающий встречный автомобиль, зашла в «слепую» для водителя КАМАЗа зону между автомобилем и прицепом на расстояние не менее 1,0 от края проезжей части, создавая помеху для движения. Суд полагает, что вина водителя и пешехода при этом обоюдная (50% на 50%).

Разрешая заявленные требования на основании установленных обстоятельств и совокупностью доказательств, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО6 в пользу страховщика в порядке регресса выплаченного страхового возмещения с учетом степени вины в ДТП как водителя, так и грубой неосторожности пешехода. При этом суд приходит к выводу, что в результате действий ответчика истцу причинен материальный ущерб в виде расходов на страховое обеспечение и единовременные страховые выплаты родственникам на общую сумму 1063115 руб., которые подлежат возмещению ответчиком в соответствии со степенью его вины в размере 531557,5 руб. (50%).

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В силу названной нормы с ответчика ФИО6 подлежит взысканию в бюджет муниципального образования государственная пошлина пропорционально удовлетворенной части исковых требований в размере 15631 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Белгородской области (ОСФР по Белгородской области) к ФИО6 о возмещении убытков, понесенных на страховые выплаты в связи с несчастным случаем на производстве,

удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО6 <данные изъяты> в пользу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Белгородской области (ОСФР по Белгородской области) <данные изъяты> в порядке регресса понесенные расходы на страховое обеспечение и единовременные страховые выплаты родственникам в размере 531557,5 руб.

Взыскать с ФИО6 <данные изъяты> в доход бюджета администрации Валуйского муниципального округа <данные изъяты> государственную пошлину в сумме 15631 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию -Белгородский областной суд, в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Валуйский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 28.04.2025

Судья: