РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 апреля 2023 года адрес

Тушинский районный суд адрес в составе:

председательствующего судьи Куличева Р.Б.,

при помощнике фио,

с участием прокурора фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-116/23 по иску ФИО1, ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения адрес клиническая больница № 1 Департамента здравоохранения адрес» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

истцы ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда с ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» в размере сумма в пользу каждого, расходов на представителя в размере сумма, расходов по оплате государственной пошлины в размере сумма.

В обоснование заявленных требований указали, что 31.08.2021 умер фио, паспортные данные. фио является мужем истца ФИО1 и отцом истца ФИО2 Смерть фио наступила в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ». 21.08.2021 фио поступил по скорой медицинской помощи в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» с диагнозом направившего учреждения «Клещевой вирусный энцефалит неуточненный». При поступлении поставлен диагноз «Лихорадка неуточненная». В последующем в процессе лечения фио поставлен основной диагноз: «А35 Столбняк», конкурирующий диагноз: «А41.9 Криптогенный сепсис. Осложнения основного заболевания № 17.9. Полиорганная недостаточность, острая респираторная недостаточность». В период с 22.08.2021 по 30.08.2021 проведены медицинские манипуляции, 31.08.2021 – реанимационные мероприятия. Согласно патологоанатомическому вскрытию № 1041/2021 от 01.09.2021 смерть ФИО1 наступила от столбняка в сочетании с ишемической кардиомиопатией на фоне сахарного диабета 2 типа. Дефекты оказания медицинской помощи не установлены. В период с 03.12.2021 по 17.12.2021 специалистами фио «Центр медицинских экспертиз» проведено комиссионное судебно-медицинское исследование по представленным медицинским документам на имя ФИО1, по результатам которого установлено, что основной диагноз и причина смерти фио при его нахождении на стационарном лечении в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» поставлены не правильно. На всем протяжении стационарного лечения клиническая симптоматика однозначно свидетельствовала о заболевании гражданина ФИО1 «Острая менингоккемия А39.2. Менингококковый менингит А39.0» и полностью отсутствовали данные за диагноз «Столбняк». Также специалисты указывают, что результаты указанного патологоанатомического вскрытия не могут быть признаны достоверными, так как полностью игнорировали данные медицинской карты стационарного больного, свидетельствующие о наличии заболевания «Острая менингоккемия А 39.2. Менингококковый менингит А39.0». Также из заключения следует, что угрожающий для жизни диагноз, которым является «Острая менингоккемия А 39.2. Менингококковый менингит А 39.0» требует немедленной лекарственной терапии, которая не была своевременно или в полном объеме оказана фио в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ». При стационарном лечении ФИО1 в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» допущены нарушения Приказа Минздрава России № 203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Указанные нарушения следует считать критическими в отношении сохранения жизни ФИО1 путем оказания ему целенаправленной медицинской помощи при стационарном лечении в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» так как помешали своевременно поставить правильный клинический диагноз и провести лекарственную терапию в необходимом объеме. Истцы полагают, что смерть ФИО1 наступила в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи.

Истец фио в судебное заседание не явилась, о дате и времени рассмотрения дела уведомлена.

Истец ФИО2 и представитель истцов по доверенности фио в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в заявлении, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» по доверенности фио исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, поскольку нарушений проведения медицинских процедур, либо иного некачественного оказания медицинской помощи и медицинских услуг, установлено не было, диагноз поставлен был верно, лечении проведено в соответствии с протоколами.

Третье лицо «Станция скорой и неотложной медицинской помощи им. фио ДЗМ» своего представителя в судебное заседание не направило, о дате и времени рассмотрения дела уведомлено судом надлежащим образом.

Третье лицо фио в судебное заседание не явилось, о дате и времени рассмотрения дела уведомлено.

Третье лицо фио в судебное заседание не явилось, о дате и времени рассмотрения дела уведомлен, представил письменный отзыв в котором указало, что диагноз больному был поставлен верно, просил в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо фио в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела уведомлен, представил письменный отзыв, в котором указал, что диагноз больному был поставлен верно, просил в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо фио в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела уведомлен, представил письменный отзыв, в котором указал, что диагноз больному был поставлен верно, просил в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо фио в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела уведомлен, представил письменный отзыв, в котором указал, что диагноз больному был поставлен верно, просил в удовлетворении иска отказать.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив и огласив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что отсутствует причинно-следственная связь между действиями сотрудников ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» и смертью ФИО1, приходит к выводу о частичном удовлетворении иска по следующим основаниям:

Положениями статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон № 323-ФЗ) предусмотрено, что каждый имеет право на медицинскую помощь. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно пункту 3 статьи 2 Закона № 323-ФЗ, медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В соответствии со статьей 98 Закона № 323-ФЗ, медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Фактическим основанием ответственности медицинского учреждения является вред, причиненный жизни и здоровью пациента. Помимо этого, законодатель определяет и условия наступления деликтной ответственности причинителя вреда. Обязательство по компенсации морального вреда возникает при наличии одновременно следующих условий: 1) наступление неблагоприятных последствий для пациента, 2) противоправность поведения причинителя вреда, выражающаяся в форме неисполнения или ненадлежащего исполнения медицинским работником своих обязанностей, 3) причинная связь между противоправным поведением медицинского работника и моральным вредом, 4) вина причинителя вреда.

При этом противоправное поведение медицинских работников может выражаться как в действиях, так и в их бездействии. Действия являются противоправными в случае, если медицинские услуги осуществляются с отступлением от законных и договорных условий.

В силу статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами.

Как следует из положений абзаца 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», при решении вопроса о компенсации морального вреда суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя (п. 3 указанного Постановления).

Таким образом, требование о возмещении вреда, в том числе морального, должно предъявляться и разрешаться с учетом положений статей 1064, 1099 ГК РФ. Применительно к рассматриваемым правоотношениям возможность возмещения морального вреда в соответствии с приведенными нормами права связывается с необходимостью доказывания противоправности поведения причинителя вреда, наступлением вреда, наличием причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Правовым основанием гражданско-правовой ответственности за причинение вреда при ненадлежащем оказании медицинских услуг являются нормы главы 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда».

Как следует из материалов дела и установлено судом, 31.08.2021 умер фио, паспортные данные (т.1 л.д. 44).

фио является мужем истца ФИО1 и отцом истца ФИО2 (т. 1 л.д. 42, 43).

Согласно посмертному эпикризу, фио 21.08.2021 в 12.45 доставлен по СМП в стационар ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» по экстренным показаниям. Диагноз при поступлении: R 50.9 Лихорадка неуточненная. 22.08.2021 проведен консилиум, поставлен основной диагноз: столбняк; сопутствующий: ИБС, Постинфарктный кардиосклероз, Стентирование ПКА 2017, Постоянная форма фибриляции предсердий, БЛНПГ, Полная поперечная АВ-блокада, фио, Состояние после имплантации ЭКС от 15.03.2021, Артериальная гипертензия 3 стадии, риск ССО4, Хроническая сердечная недостаточность со снижением фракции выброса, 3 ФК, Ожирение 2 стадии, Хроническая болезнь почки, стадия 3. Дата и время смерти: 31.08.2021 в 11.05. Посмертный диагноз: А35 Столбняк; конкурирующий диагноз: А41.9 Криптогенный сепсис (т.1 л.д. 63-82).

Согласно выписке ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» из протокола патологоанатомического вскрытия №1041/2021 от 01.09.2021 смерть ФИО1 наступила от столбняка в сочетании с ишемической кардиомиопатией на фоне сахарного диабета 2 типа (т.1 л.д. 17, 39-41).

Согласно представленному истцами заключению (комиссионное) фио «Центр медицинских экспертиз» № ... от 17.12.2021 проведено комиссионное судебно-медицинское исследование по представленным медицинским документам на имя ФИО1, по результатам которого установлено, что основной диагноз и причина смерти фио при его нахождении на стационарном лечении в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» поставлены не правильно. На всем протяжении стационарного лечения клиническая симптоматика однозначно свидетельствовала о заболевании гражданина ФИО1 «Острая менингоккемия А39.2. Менингококковый менингит А39.0» и полностью отсутствовали данные за диагноз «Столбняк». Также специалисты указывают, что результаты указанного патологоанатомического вскрытия не могут быть признаны достоверными, так как полностью игнорировали данные медицинской карты стационарного больного, свидетельствующие о наличии заболевания «Острая менингоккемия А39.2. Менингококковый менингит А39.0». Также из заключения следует, что столь серьезный и угрожающий для жизни диагноз, которым является «Острая менингоккемия А39.2. Менингококковый менингит А39.0» требует немедленной лекарственной терапии, которая не была своевременно или в полном объеме оказана фио в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ». При стационарном лечении ФИО1 в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» допущены нарушения Приказа Минздрава России № 203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Указанные нарушения следует считать критическими в отношении сохранения жизни ФИО1 путем оказания ему целенаправленной медицинской помощи при стационарном лечении в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» так как помешали своевременно поставить правильный клинический диагноз и провести лекарственную терапию в необходимом объеме (т.1 л.д. 18-38).

Истцы, обращаясь в суд с заявленными исковыми требованиями о взыскании компенсации морального вреда полагают, что смерть ФИО1 наступила в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи.

Согласно статье 55 ГПК РФ, одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов.

В силу статьи 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Согласно части 3 статьи 86 ГПК РФ, заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Согласно части 1 статьи 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

На основании части 2 статьи 80 указанного кодекса в определении суда также указывается, что за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупреждается судом или руководителем судебно-экспертного учреждения, если экспертиза проводится специалистом этого учреждения, об ответственности, предусмотренной Уголовным кодексом Российской Федерации.

В силу статьи 84 ГПК РФ экспертиза проводится экспертами судебно-экспертных учреждений по поручению руководителей этих учреждений или иными экспертами, которым она поручена судом (ч. 1).

Согласно данным нормам закона производство экспертизы поручается судом конкретным экспертам, которых суд предупреждает об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, или экспертной организации, руководитель которой определяет, кому из экспертов этой организации поручить производство экспертизы, и предупреждает их об указанной выше уголовной ответственности.

В частности, в соответствии со статьей 15 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», регулирующей сходные отношения, руководитель экспертного учреждения вправе: возвратить без исполнения постановление или определение о назначении судебной экспертизы, представленные для ее производства объекты исследований и материалы дела, если в данном учреждении нет эксперта конкретной специальности, необходимой материально-технической базы либо специальных условий для проведения исследований, указав мотивы, по которым производится возврат; ходатайствовать перед органом или лицом, назначившими судебную экспертизу, о включении в состав комиссии экспертов лиц, не работающих в данном учреждении, если их специальные знания необходимы для дачи заключения; организовывать производство судебной экспертизы с участием других учреждений, указанных в постановлении или определении о назначении судебной экспертизы.

Суд, исследовав письменные материалы дела, пришел к выводу о необходимости назначения по делу судебной медицинской экспертизы.

Определением от 15.07.2022 по делу назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено ООО «Экспертный центр «Академический».

Согласно заключению № 148-М-МЭ комиссии экспертов ООО «Экспертный центр «Академический» от 16.01.2023, по результатам исследования качества оказанной медицинской помощи фио в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница №1 ДЗМ» экспертами установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

1. Дефекты диагностики: при экстренном случае лечения объем исследований при осмотре дежурным врачом в 15.00 21.08.2021 был назначен планово на следующие сутки (пп. «г» п. 2.2 Приказа МЗ РФ № 203н от 10.05.2017); оценка состояния и степени тяжести заболевания по шкале SOFA не выполнена в течение 1 часа от момента установления диагноза «сепсис» (пп. 1 п. 3.1.18 Приказа МЗ РФ №203н от 10.05.2017).

2. Дефекты лечения: проведении противостолбнячной сыворотки были нарушены требования ее инструкции к применению (несвоевременно и с несоблюдением режима дозировки) ( пп. «е» п. 2.2 Приказа МЗ РФ №203н от 10.05.2017); перевод в реанимацию выполнен несвоевременно, на следующий день после установления диагноза «столбняк» и начала его специфического лечения (абз. 2 пп. «м» п. 2.2 Приказа МЗ РФ №203н от 10.05.2017); терапия лекарственными препаратами группы ингибиторы протонного насоса не проводилась (пп.16 п. 3.1.18 Приказа МЗ РФ №203н от 10.05.2017).

Выявленные дефекты оказания медицинской помощи фио в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница №1 ДЗМ» не состоят в прямой причинно-следственной связи с его смертью (т.3 л.д. 15-183).

Как предписано частью 1 статьи 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии со статьей 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательства

Не согласившись с заключением судебной медицинской экспертизы № 148-М-МЭ проведенной комиссией экспертов ООО «Экспертный центр «Академический» от 16.01.2023 истцами представлено заключение специалиста фио «Территория экспертов» № 4250 Е (т.4 л.д. 15-39).

Оценивая указанное заключение, суд, не может признать его допустимым доказательством по делу, поскольку являющееся фактически рецензией на заключение судебной экспертизы, не является самостоятельным исследованием, его содержание сводится к критическому, частному мнению специалиста относительно выводов судебной экспертизы. Данное заключение не может быть признано объективным, достоверным и допустимым доказательством по делу. Фактически в рецензии дается оценка заключению судебной экспертизы, однако согласно положениям статьи 5, части 1 статьи 67, части 1 статьи 196 ГПК РФ только суду принадлежит право оценки доказательств при разрешении гражданских дел и принятии решения. Суд также учитывает, что специалист, составивший данное заключение, опирался лишь на светокопию заключения экспертов ООО «Экспертный центр "Академический», медицинскую документацию не изучал, об уголовной ответственности за дачу суду заведомо ложного заключения не предупреждался.

Заключение № 148-М-МЭ комиссии экспертов ООО «Экспертный центр «Академический» от 16.01.2023 дано компетентной экспертной комиссией врачей, по результатам исследования медицинской документации, полного исследования материалов гражданского дела, представленных дополнительных медицинских документов. Эксперты не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности по статьи 307 УК РФ. Члены комиссии, проводившие экспертизу, имеют значительный стаж работы по специальности, в заключении комиссии экспертов отражены в совокупности все имеющиеся доказательства по делу, а именно: материалы гражданского дела, медицинские документы; данное заключения соответствует требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Выводы комиссии экспертов подробно мотивированы и обоснованы, исключают их неоднозначного толкования, носят ясный, понятный характер, оснований сомневаться в их законности и обоснованности не имеется.

Суд доверяет заключению судебной медицинской экспертизы ООО «Экспертный центр «Академический», оснований не доверять заключению не имеется.

Заключение судебной медицинской экспертизы, составленное ООО «Экспертный центр «Академический», принимается судом в качестве надлежащего относимого и допустимого доказательства.

При таких обстоятельствах, совокупностью представленных по делу доказательств, в том числе, заключением ООО «Экспертный центр «Академический», достоверно подтверждается, что медицинская помощь, оказанная фио ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ», имела дефекты в виде неполной и запоздалой диагностики, врачами ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» не был своевременно реализован алгоритм диагностики, что подтверждается совокупностью представленных по делу доказательств.

При этом суд принимает во внимание выводу экспертов ООО «Экспертный центр «Академический» о том, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи фио в ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» не состоят в прямой причинно-следственной связи с его смертью.

Факт ненадлежащего оказания ответчиком фио медицинских услуг причинил истцам, являющимся соответственно дочерью и супругой фио, моральные и нравственные страдания.

Каких-либо доказательств, являющиеся основанием для освобождения ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» от ответственности за ненадлежащее оказание услуг, последним не представил.

Учитывая наличие вины в действиях врачей ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ», не своевременная реализация алгоритма диагностики, несвоевременный перевод в реанимацию, принимая во внимание последствия для ФИО1, которому своевременно не было начато лечение, суд приходит к выводу о том, что требования истцов о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, в связи с чем взыскивает с ГБУЗ «Инфекционная клиническая больница № 1 ДЗМ» в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере сумма.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истцов, суд учитывает степень вины ответчика, психотравмирующую ситуацию для истцов, являющихся соответственно дочерью и супругой ФИО1, требования разумности и справедливости.

В соответствии со статьями 98, 100 ГПК РФ, с ответчика в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию понесенные ею расходы по оплате юридических услуг в разумных пределах в размере сумма, а также расходы по оплате государственной пошлины, оплаченной истцами, в равном размере в пользу каждого истца.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения адрес клиническая больница № 1 Департамента здравоохранения адрес» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспортные данные.........) компенсацию морального вреда в размере сумма, расходы по оплате юридических услуг в размере сумма, расходы по оплате государственной пошлины в размере сумма.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения адрес клиническая больница № 1 Департамента здравоохранения адрес» (ОГРН <***>) в пользу ФИО2 (паспортные данные......) компенсацию морального вреда в размере сумма, расходы по оплате государственной пошлины в размере сумма.

В остальной части иска - отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Тушинский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Р.Б. Куличев

Решение изготовлено в окончательной форме 25 мая 2023 года.